Для своего блага

      Содержание публичных домов в девяностые было достаточно рискованным, в особенности если они нелегальные. В этой сфере ходили не только предоставление интимных услуг, а и наркотики, которые девушки работающие в этой сфере, с легкостью толкали своим клиентам. А если этот публичный дом по совместительству еще и стрип-клуб, то это уже другой разговор.       Московский был владельцем одного из подобных заведений. Стрип-клуб был совмещен с борделем, так что работающие там люди и имели собственные точки в городе, выезжали на заказы и так-же танцевали для посетителей в самом клубе. Официально это место по документам никак не проходило. Раньше место сдавалось под аренду, а потом перестало сдаваться, ведь его неофициально выкупили и передали в имение Московского. В итоге, он и сделал с него стрип-клуб совместный с борделем. Заведение находилось в такой части Москвы, что просто так его не найдешь, да и внешне оно не примечательно: без ярких вывесок, подписей и прочей рекламной ерунды. Тому кому нужно знают где найти это место. Малознакомых людей тут редко можно заметить, лишь те, кого Московский лично мог знать или же через каких-то знакомых. Ведь если сюда попадет какой-то чужой человек, мало-ли еще прикроют, а таких проблем Михаилу не особо хотелось.       Ещё одной особенностью заведения было то, что услуги тут предоставляли как и девушки, так и парни . Порой посетителями были и девушки, но общество сейчас разное и предпочтения у них тоже. Московский относился к этому "разному обществу" поскольку состоял в отношениях с одним из работников этого клуба.       С Сашей они познакомились в момент, когда он пришел устроится на эту работу. Деньги тому заработать было достаточно трудно, поэтому решил рискнуть. Плюс сверху давила наркотическая зависимость. Несмотря на огромную доступность всего, стоимость веществ не была общедоступная. Свою зависимость он конечно пытался всячески скрывать от Московского, но порой были моменты, что спалить могли с поличным. Сперва всё шло не особо хорошо, но со временем стало лучше получаться и он стал пользоваться популярностью у многих посетителей. Со временем он стал замечать косые взгляды со стороны хозяина заведения. В один момент, когда Михаил его чуть не поймал за употреблением, он решил с ним поговорить за парой стопок водки. Саша уже было подумал, что его раскроют и выгонят с работы, но изрядно выпив оба признались друг другу в симпатии, а после все дошло и до секса. Оба не жалели об этом и были безумно рады взаимности своих чувств. После начала отношений, Шура надеялся что сможет покинуть сферу интимных услуг, но всё не так просто как бы казалось. Миша продолжал настаивать над тем, чтобы он, даже состоя с ним в отношениях продолжал не то, чтобы танцевать, а и принимать заказы на интим. Это его возмущало, но Московский всё ещё его начальник, так что поделать он ничего не мог. Порой Саша упирался и твердо стоял на своей позиции о том, что ни для кого, кроме Миши, одежду не снимет, но тот приходил к неким манипуляциям и нежностям, всё же заставляя возлюбленного изменить своё мнение.       Даже вот сейчас. Шура около часа назад явился в клуб и засел в своей гримёрке. Желания выходить на сцену не было от слова совсем, поэтому он ждал когда Миша придёт, дабы поговорить с ним. В миг, дверь резко открывается и в помещение гримерки заходит как раз таки ожидаемый Миша. – Саша, какого хрена? Ты чего ещё не готов к выходу? – с неким наездом начинает Московский. Саша поднимает на него взгляд и после отворачивается. – Я тебе уже говорил: мне не особо хочется продолжать танцевать, а уж тем более спать с кем попало. Тебя это вообще не волнует? – Шура встает с кресла, на котором до этого сидел и отходит к зеркалу, смотрит на своё отражение. В тот же момент, он ощущает руки на своей талии, которые практически полностью её обхватывают. Он старается никак не реагировать на это всё, но ощущая чужое дыхание на шее невольно вздрагивает. Дальше, чувствует губы на своей шее, и начинает тяжелее дышать. Спиной прижимается к телу сзади и старается максимально контролировать ситуацию. Когда поцелуи стали спускаться ниже, Думский запрокидывает голову назад. – Конечно мне не особо приятно, что ещё кто-то имеет право видеть тебя и прикасаться, но ты ведь понимаешь, что многие сюда приходят именно из-за тебя. Не могу же я им сказать, что тебя не будет. Тем более, там сейчас мои хорошие знакомые и они хотят видеть тебя, – дальше следует легкий укус и Саша тихо вскрикивает. – Миш, я не понимаю твоей логики. Ты меня совершенно ни к кому не ревнуешь? – Я обещаю подавить свою ревность, если ты сейчас разденешься, – проникая руками под полы растянутой футболки, полушёпотом произносит Московский, – я подавлю всю свою ревность, раз так нужно. – Я тебя не понимаю. Не вижу логики в твоих словах, – слегка вздрагивая говорит Саша и слегка отстраняя голову мужчины от себя. – Забей. Давай, раздевайся и готовься, тебя ждут, – оставив легкий поцелуй в висок, Миша отходит и уходит с помещения, оставляя возлюбленного наедине.       Через пару минут Саша выходит в зал. Особо бросаться в глаза ему не хотелось, поэтому выходя на сцену, он пытается слиться с остальными танцующими парнями. Но попытки фактически были четны, ведь он слишком выделялся среди них своим телосложением. Он был через чур худощавым на их фоне, но при этом невероятно красивым. Держась за шест он всячески выгибается, отпирает зад, слегка приподнимется по трубе после спускаясь по ней. Всё делает так, будто бы занимается этим всю жизнь. Начинает ощущать взгляды на своей персоне и чувствует себя, который раз за последнее время, некомфортно. Ранее эти взгляды ему льстили, но сейчас от них было максимально некомфортно. Хотелось, чтобы на него так смотрел лишь один человек, которого в зале не наблюдалось.       Окинув взглядом весь зал, замечает отчасти знакомую персону. Рассматривает черты лица, пытаясь понять, кого же он ему напоминает. Замечает, что тот мужчина так же его рассматривает, так же ища ответы на собственные вопросы. Одним жестом, тот его подзывает к себе, от чего по телу пробегают мурашки. Отойдя от шеста, он спускается со сцены и идет между столиков к клиенту. – Мы не знакомы? – произносит мужчина и смотрит в глаза парня напротив. Саша смотрит ему в ответ и пытается в янтарных глазах напротив получить ответы. – Саша, не ты ли? – с явным шоком и непониманием говорит тот. – Костя? Я.. Я не ожидал тебя здесь увидеть, – неуверенно говорит Шура и садится рядом. – Какими судьбами тут? Ты же в Екатеринбург уехал. – Да по делу, не особо важно, я практически со всем разобрался.       Константин – это старый Сашин друг, ещё со школы. Они учились вместе до 9 класса, а после этого Уралов уехал с родителями на Урал. – А ты что тут делаешь? Никогда не подумал бы, что ты будешь работать в подобной сфере. Ты же хотел в театральный поступить после завершения школы, что пошло не по плану? – Да, я поступил, отучился, но судьба пошла иначе, – слегка замявшись говорит Думский. – На наркотики подсел, да и всё пошло коту под хвост. Сюда пришел дабы деньги заработать, да и никак бросить это не могу. – А что тебе мешает? – скрестив руки на груди, произносит Уралов сведя брови к переносице. – Владелец. С которым я фактически состою в отношениях, хотя отчасти это не похоже на отношения, – шёпотом говорит последние Шура и приживается спиной к спинке дивана. – В смысле "не похоже на отношения"? – слегка возмутительно говорит Константин. – Он будто пользуется мной. Даже пару минут назад, перед тем как я на сцену вышел, мы с ним говорили. Я у него спрашивал: тебя не волнует, что меня в таком виде много кто видит и даже спит со мной, а ему будто похуй, – сжимая ладони в кулаки от волнения рассказывал всё Саша. Костя был слегка поражен такому, что даже не знал что сказать. – Я порой сомневаюсь в его чувствах. Логически я понимаю, что могу этим всем навредить себе таким отношением, но в то же время я его безумно люблю. – Саш, ты понимаешь, что это всё ненормально. Он тебе реально вредит. Ему похуй на тебя, ты с ним загнешься и до конца своей жизни будешь торговать своим телом всяким браткам. С этим нужно что-то делать, – старается логически размышлять Уралов, дабы как-то помочь другу. – Я знаю, но у него слишком много всяких связей, сбегу – меня найдут.       Дальше между ними повисла тишина. Шура думал правильно ли он делает, что рассказывает это всё, а Костя – как помочь старому другу. – Слушай, у меня есть план. Мы можем прикрыть весь этот бордель, – начинает Костя, – у меня есть знакомые, которые имеют достаточно связей в разных сферах, в ментовской в том числе. Мы можем с ними встретится и договориться, думаю они в помощи не откажут, – Саша задумывается над словами старого друга. Ему не хотелось, дабы Миша, всего лишь из-за его каких-то желаний, попадал в тюрьму, но и самому этого терпеть не хотелось, он ведь не игрушка, в конце концов. Тупив взгляд в пол, она чувствует чей-то взгляд на себе. Взгляд был явно не со стороны Кости, поэтому он поворачивается туда, откуда ему кажется, что на него смотрят. Со стороны помещения для персонала он видит пронзительный взгляд голубых глаз и тело невольно покрывается мурашками. – Кхм, я подумаю над твоим предложением. Можешь как-то номер свой дать, я перезвоню, – говорит Шура и вновь поворачивается к другу. Костя так же бросает взгляд в сторону, куда ранее смотрел тот. Понимает, что это именно тот самый Московский. – Да-да, конечно, – Уралов проверяет карманы куртки в поисках чего, на чем можно записать номер. Находит в кармане ручку, которую как-то по случайности с собой захватил и пишет на купюре свой номер, отвернувшись, дабы этого действия не заметил хозяин заведения, который всё ещё за ними наблюдал. После, скомкав купюру, передает её Саше. Тот кивает в знак прощания и было хочет вернуться к работе, но его зовёт к себе Миша. Сердце падает в пятки, но ничего не сделать Думский не может, поэтому и подходит к мужчине. – И кто это был? – С явным недовольством начинает разговор Михаил. В голове Шуры начинаются мыслительные процессы. Он не знает: сказать правду, что это его друг, или соврать. Вздохнув, всё же отвечает: – Это мой друг со школы ещё. Давно не виделись и вот так неожиданно встретились. Я попросил его номер оставить, дабы может как-то встретиться.       Московский смотрит прямо в душу. Саше становится аж как-то не по себе. В один момент его резко прижимают к стенке в коридоре и затягивают в поцелуй. Все поцелуи с Мишей можно было предугадать в зависимости от ситуации в которых они происходят. Данный поцелуй и не давал намека на какую либо нежность, лишь страсть и властность. Тихо промычав, Шуре всё же удается разорвать поцелуй и попытаться отдышаться. Смотрит в такие любимые глаза, которые заглядывают в самую душу, аж страшно становится, что ожидать от этого человека дальше. – Ну хорошо. Давай только не отлынивай и возвращайся к работе, – после этого оставляет легкий поцелуй на щеке и уходит куда-то дальше по коридору. Такие качели со стороны Миши когда-то доведут Думского до инфаркта. Сейчас ему ничего не оставалось, как вернуться к работе.       На протяжении всего оставшегося вечера Сашу не покидала мысль о предложении Кости. Он пытался взвесить все возможные исходы ситуации и всё же, посреди ночи, принимает решение. Слегка привстав на локтях, смотрит на лицо мирно спящего Миши. Сердце быстрее стучит от волнения, но он не хочет менять решение на которое решается с огромным трудом. Вылезая с объятий, Думский тихо выходит со спальни в зал, где стоял домашний телефон. В сумке с вещами валявшейся там, находит ту купюру, которую ему дал Уралов. Поднимает трубку и набирает номер. В начало третьего звонить не особо было хорошим решением, но он не хотел оставаться с этими мыслями еще хотя бы на пару минут, ибо он и так не мог уснуть.       Через пару минут, по ту сторону слышится сонный голос Константина. – Костя, прости, что так поздно, – в ответ слышится тихий бубнёж. – Я согласен на твоё предложение.