Rock, Drugs & Sex

Совсем недавно за окном, как казалось, и не было ни намёка на тёмные тучи, отвратительную погоду и испорченное настроение, но вечером ситуация на улицах заметно ухудшилась. На небе закружились серые тучи, укрывая собой яркое солнце, не оставляя и капли тепла. Дождь стал лить сильнее, заставляя людей разбежаться во все стороны, лишь бы не попасть под ливень. Открытая форточка никак не мешала молодому парню наслаждаться таким свежим апрельским воздухом. Чёрные волосы намокли от попавших на них прозрачных капель, а холодный ветер заставлял поёжиться и покрыться всё тело мелкими мурашками. Вдохнув воздуха поглубже в лёгкие, юноша размял затёкшие мышцы шеи, но отвлёкся, услышав знакомый голос своего друга. — Ты не боишься заболеть? Может закроешь его уже? — двадцатилетний студент архитектурного факультета, которого звали Ли Феликс, немного возмутился на действия своего друга детства. Они прошли вместе сквозь огонь и воду, старались всегда держаться вместе, никогда не ссориться, и быть самыми лучшими детьми для своих родителей. И хоть они и были очень разными, подружились быстро ещё в детском садике, когда маленький четырёхлетний Феликс, только прилетевший с жаркого Сиднея, тихонько сидел в уголочке и ни с кем не говорил из-за незнания корейского языка. Помимо этого, малыш был очень стеснительным и боялся подойти к кому-то первым. Родители очень любили его, старались баловать и ни в чём не отказывать. Отец Ли был чистокровным корейцем, в то время как мать была родом из Австралии. Поэтому у мальчика было двойное имя. Феликс — его австралийское имя, а корейское — Ли Ёнбок. Мальчик рос вместе с двумя любимыми сёстрами. Он никогда не был эгоистом, был послушным ребёнком, с уважением относился к старшим. Первый, кто подошёл к Феликсу в детском саду, был такой же четырёхлетний мальчик, немного старше его, примерно на два месяца. Он первый представился, как Хан Джисон, и первый предложил свою дружбу. С тех пор, они были не разлей вода. Вместе пошли в школу, а затем поступили в университет. Феликс был светлым человеком и интересовался искусством, книгами, любил рисовать, в конце концов поступил на архитектурный факультет. Джисон же был его противоположностью. Не любил книги и рисование. Ему нравилась музыка и чёрный цвет, писать песни, и играть на гитаре. Его мечтой была состоять в рок-группе и выступать на сцене, даря фанатам свою любовь, написанную в песнях. Узнать, что значит работать с популярными людьми и стать таким же. Но родители Джисона были против таких намерений, не считая музыку перспективным будущим. «Его любовь к року всего лишь мимолётное увлечение» — говорили они, даже не задумываясь, что такими словами могут задеть чувства Хана. Скандалы в доме не прекращались и парню пришлось делать так, как велели его родители. От музыки он не отказался, но в музыкальное училище так и не поступил. В данный момент он учится там же, где и его друг, но на юридическом факультете. Учёба не приносит ему никакого удовольствия, он редко приходит на пары, получая за это от Феликса и некоторых преподавателей. Каждый месяц у него появляются новые долги за не сдавшие дисциплины, и каждый месяц приходят угрозы от деканата о том, что его отчислят. Но ради друга, он старается быть прилежным студентом и сдавать всё, что ему необходимо. Сейчас находясь в своей маленькой комнате старого университетского общежития, он показывал другу некоторые наброски своих текстов. Окно так и осталось открытым, но настойчивый Феликс просил его закрыть, укрываясь тёплым серым одеялом Джисона, чтоб хоть немного согреть холодные руки. — Хорошо. Но только потому что ты мерзлячка, Ликс, — ответил другу Хан, закрывая форточку и усаживаясь рядом на свою кровать. — Так ты решил, что будешь делать с этим? — Ликс указал на стопку бумаг, где покоились недописанные тексты песен. Смотря на это всё, Джисон тяжело вздохнул и старался не думать о плохом. С каждым днём он всё больше считал себя бесполезным. Не было полностью готовой песни. У него очень хорошо получалось делать каверы и записывать их на камеру. Получалось действительно круто и на его аккаунты подписывались много людей, но так или иначе, своих авторских песен у него нет. Он с грустью взглянул на свои пальцы, не зная, что делать. — Знаешь, Ликс, я хоть и веду социальные сети, делаю каверы на популярные треки, но своё что-то иметь хочется. Не знаю… У меня как будто пусто в голове, когда я берусь за листок и ручку, — чуть улыбнувшись, он продолжил, — Были какие-то наброски, но дальше этого ничего не заходило. Я просто безнадёжен. Феликс подсел ближе, чтобы обнять Хана. Он всегда поддерживал его в трудные минуты. Если бы не Ли, Джисон бы погряз с головой в депрессию, изолируясь от внешнего мира. Друг никогда не оставит его в беде и поддержит. — Не переживай. Знаю, что сложно. Знаю, что не легко, но постарайся не отчаиваться, — Феликс крепче сжал его в своих объятиях так, чтобы кости хрустнули. Джисон понял, что если так и продолжиться, то ему не хватит воздуха и кости сломаются. Поэтому, он легонько оттолкнул светловолосого от себя и рассмеялся от всей ситуации. — Легче? — спросил Ли, улыбаясь своей самой яркой улыбкой. — Да. Спасибо… знаешь, я написал кое-кому, — гитарист взял телефон в руки, открывая переписку и поднося ближе, чтобы Феликс смог её увидеть. — Кто это? — Ёнбок заинтересованно посмотрел на гаджет и увидел там переписку с незнакомым человеком. Вопросительно посмотрел на Хана, прежде чем увидеть страничку какого-то музыканта, но так и не понял, что именно хотел этим сказать Джисон. — Этот человек является композитором одной не очень популярной рок-группы и они ищут гитариста, но шанс того, что меня возьмут, ничтожно мал. — Джисон начал показывать видео и фото этих ребят и как оказалось, они были очень даже талантливы. Такой стиль был для Феликса немного необычным и в какой-то степени даже грубым, но видя, как друг с восхищением смотрит на это, то немного расслабился. — Если тебя возьмут… Ты сможешь воплотить свою мечту в реальность. Джисон, это твой шанс! — Ли радостно вскрикнул, — Мой друг станет звездой! — Феликс, успокойся. Мне же даже не написали ещё. К чему такая радость? — гитарист отложил телефон, — Я хочу надеяться на лучшее, понимаешь? — У тебя всё получится! Я в тебя верю! — Спасибо тебе, без тебя, я бы не справился, — Феликс обнял его, поглаживая по спине. — Ты со всем справишься, но ты уверен, что это не лохотрон? — Я надеюсь, что нет, — Джисон немного задумался. А ведь такое может быть. Слишком доверять не стоит, но лучше рискнуть, чем потом жалеть, верно? — Тогда, я спокоен.

***

Вечером того же дня, когда Хан после душа лежал на своей кровати в тёмной комнате, где лишь свет от включённого ноутбука освещал мрачное пространство, на его телефон беспрерывно приходили уведомления. Джисон давно заснул, забывая совсем про фильм, не удосужившись даже его выключить. Его разбудила вибрация телефона, который находился под подушкой. Отходя ото сна, он выключил фильм, когда уже шли титры. Достав телефон, Хан поморщился от яркого экрана, но через какое-то время глаза привыкли к свету и он стал проверять социальные сети, пока не наткнулся на ту самую переписку. Джисон резко подскочил, не веря в происходящее. Он читал сообщение несколько раз, пока не понял, что ему ответил тот самый композитор. «Мы готовы Вас послушать. Приходите по адресу, который я Вам отправил в 13:30. Напишите, как будете на месте.» — прочёл парень, думая о том, что всё ещё спит. — Это точно сон… — прошептал он сам себе, выключая и откидывая телефон на соседнюю подушку. Кто знал, что в ту ночь, Хан так и не смог уснуть от ужасного чувства волнения и нескончаемой радости. Этот день он запомнит надолго.