жалобный визг в надежде на милосердие

Всё было нормально, вроде бы, достаточно долгое время. Мы с Ильёй не ссорились, никаких разногласий не было. Вот Москва, Вот Питер. Я — в Питере, Илья — в Москве. Мы далеко, но общаемся. Даже встречаемся, уже месяца 3-4, но в какой-то момент, (уловить не удалось), стало видно, что Илья вовсе не такой, он другой. Стал более агрессивным. Стал неуправляемым. *** _мазеллов, пошёл нахуй_ стримов в ближайшее время не будет. лохазавры, я в питер :) *** «илья» — Дрейк, ты свободен на выходных? я в Питер еду на баттлы, писал об этом в телегу, думал погулять «денис осел» —Я? нет, прости, планы серьёзные. «илья» —Ты у нас занятой типа? Что, уже со своим парнем погулять не находишь время? «денис осел» —Я гулять в субботу с Ариной иду, важный для меня человек. А в воскресенье буду сидеть за уроками, честно, вряд-ли вообще сможем погулять, но наговориться мы успеем. Приезжай в нашу квартиру, я в ней сейчас живу. «илья» —Ясно. «денис осел» —Извини, правда не смогу, Арина уезжает скоро, а с тобой ещё увидимся. «илья» —Да нет, просто.Ладно, гуляйте, приходи домой пораньше. -я тогда с даней встречусь. -хорошо, понял тебя. *** —Ариша! Бежит, крича, Денис. Шикина, словно в ответ, машет ему рукой. —Я так тебя рад видеть, как ты? я скучал, ты так выросла! —Глаза от радости на мокром месте. —Все отлично, ты у нас теперь шпала? —Усмехнулась девушка, заметив «прибавку» в росте парня. Ребята довольно долгое время гуляли, общаясь на разные темы. Совместно обсуждали мам, обсуждали всех и все, что движется. Была затронута тема учебы. Денис рассказывал раньше, как ненавидит математичку. Рассказал вновь. *** «илья» — где тебя носит?! «денис осел» —Я с ариной, говорил же. Скоро буду, в холодильнике есть сочень с творогом, поешь. —И вообще, думал, что ты закажешь себе еды. Поищи, в холодильнике есть, что поесть «илья» — Ладно. *** —Уже почти час, я тебя провожу, а потом сам домой пойду.—Чуть не забыл самое главное, —Я тебе завтра позвоню. Немного задумавшись, Арина остановилась на месте, не продолжая шаг, —Да. уже поздно. Так вот, эта мымра мне за экзамен…—Решила родолжить свой рассказ Шикина. *** Илья вытащил руки, облачёные в кожаные перчатки, из карманов шерстяного плаща. Выражение лица парня было нескрываемо раздраженное, слегка только отражаясь на его мимике, но, чёрт возьми, в основном оно отражалось в его окружении. Витало в воздухе. Дрейк мог сказать, мог сразу понять, что он был в ярости. Илья подошёл к нему, шикоро улыбнувшись. Однако, этот «добрый» жест таковым не являлся. —Илья, ты чего не зашёл в кварти.—Он пнул дверь. Дрейк был прав, определенно блять прав. Он зол. От сильного удара массивного ботинка в ветхую дверь, она была готова сорваться. Илья с дикой силой начал тащить его вглубь. От чего парень, вынужденный быть волочащимся, чуть не споткнулся и не упал. Лишь тяжелая рука с напряженными пальцами резко успела ухватиться за чужой локоть, причиняя неимоверную боль, помогая при этом удержаться на ногах. —Тебе было весело? Тупая, ёбаная сука?! —Слова вонзились в него острым ножом. Стало страшно. —Мне очень жаль, —Прошептал, практически пропищал Коломиец. Правда, не чувствовал раскаяния, ведь не понимал, за что извиняется, что сделал не так. Боялся того, насколько разъярён был его партнёр. Боялся того, что повлечёт за собой неконтролируемая вспышка агрессии. Боялся его. —Засранец, ты будешь жалеть.—Тон Мазеллова упал до низкого рычания, вселяя всю бóльшую панику. Было непонятно, почему он злится, почему он стал таким. Было понятно, что он пил, много, слишком много. Запах перегара, сначала неуловимый, пробивал ноздри. Мазеллов замахнулся. Новоиспечённый удар отдался жгучей болью. Неужели он ударил?.. Его ослепила ярость. — Илья, я не хотел, извини, не надо! —Жалобный визг в надежде на милосердие. —Заткнись, блядь! Если бы не моя усталость, я бы избил тебя до твоей грёбанной смерти! Новые волны боли заставляли пищать. Слезы заслонили обзор, казалось, лучше действительно было бы умереть. —Ебучая, безмозглая сука, прикрой хайло! —Всякий контроль над ситуацией был утерян. А Денис всё ещё задыхался, сквозь рыдания выдавливая слова. —А теперь, сука, проваливай. *** Дрейк потерпел неудачу, и вкус его провала был слишком тошнотворным. Звонит Неле, но он скорее умрет. Гудок. Очередной. Трубку наконец взяли. —Ты че? Нахуя так поздно звонишь? Время два ночи… Или все нормальные люди не спят же, да? Чего хотел? — Мне не очень хорошо…—Выдавил из себя Коломиец. Слова звучали невнятно, он едва мог думать о том, что говорит.