В чужих руках

«Чувства очень похожи на волны, мы не можем остановить их, но мы можем выбрать, по каким из них кататься.»

Джонатан Мартенссон

— Я ведь.. поступаю неправильно? — смотря на свои колени, спросил Уён, не желая видеть лицо своего друга сейчас. Хонджун ненавидел его подавленное состояние, ему было так тяжело видеть Уёна таким, но он никогда не мог подобрать нужных слов, чтобы избавить его от плохих мыслей. Что он сейчас должен сказать Чону? Подтвердить его слова или опровергнуть? Да, он поступает неправильно, и сам Джун полностью в этом замешан и не желает выходить из игры, чтобы упростить ситуацию. Только усугубляет. Но он не может отказаться от Уёна. Он тоже поступает неправильно. — Эй… — Хонджун подполз к нему и обнял со спины, прижавшись голым торсом, — почему ты так думаешь? — он поцеловал горячую кожу шеи и положил голову ему на плечо. — Ты ведь в курсе всей ситуации… — Уён разомкнул кольцо чужих рук вокруг своей талии и встал с кровати. — Ты всего лишь… — Хонджун следил, как друг подбирает свою одежду с пола, — хочешь быть счастливым. — Счастливым, — усмехнулся Уён, — я в душ. Да, он хочет быть счастливым, как и Хонджун. Все преследуют свои интересы, не хотят отказываться даже от малого, что может преподнести им жизнь. Хонджуну следовало бы прекратить это, но всё уже запуталось в такой тугой узел, что развязать его кажется невозможным. *** — Давайте-давайте, поторапливайтесь, сегодня много гостей в зале, надо всем дать вкусную и горячую еду! На работе Уён превращался в маленького тирана. Он был со всеми достаточно строг, выглядел всегда недовольным и внушал страх остальным поварам, заставляя их работать усерднее. — Шеф-ним, — осторожно позвал молодой официант, не заходя за порог кухни и боязливо выглядывая изо двери, — вас к себе зовёт администратор-ним. Уён кивнул и решил сразу пойти к нему, чтобы скорее решить все вопросы и вернуться обратно. «Зачем я этому пригодился?.. Не мог в конце рабочего дня позвать?» — не стуча, Чон сразу открыл дверь и вошёл в кабинет. Опираясь на стол, мужчина стоял в ожидании появления своей половинки и листал фотографии в телефоне. Услышав звук открывающейся двери, он вскинул голову, отбрасывая назад тёмные волнистые пряди, обычно падающие на глаза. — Хён? — парень остановился, смотря на своего молодого человека круглыми глазами, — Что ты здесь делаешь? — Уён-и, — нежданный гость растянул губы в теплой улыбке и, подойдя к нему, притянул в свои объятия, утыкаясь носом в белый колпак. Чон опомнился и обнял в ответ своего парня. — Ты обычно не приходишь в свои рестораны, — недоумевал младший, растерянно нахмурившись, — Что-то произошло? — Нет, — Пак немного отстранился, чтобы была возможность смотреть во встревоженные глаза, — Очень устал за последние недели, а по-настоящему отдохнуть я могу только с тобой… — Ох, Хва-хен, — встал на носочки и нежно прижался к губам брюнета, — Это из-за того критика? — Да, но я разобрался со всем, наконец-то, — выдохнул Сонхва, — как увидел тебя, сразу стало легче… — поправил колпак на голове Чона и чмокнул родинку под глазом, — Только рядом с тобой я чувствую спокойствие. Так счастлив, что ты есть у меня. Спасибо… — Мм… Да, я тоже… — пробормотал Уён, откнувшись головой ему в грудь, чтобы не смотреть в глаза, которые он обманывает с самого начала. *** — Ты весь измазался, — со смешком произнёс коротко стриженый парень, вплотную подойдя к Уёну, неторопливо провёл по щеке большим пальцем, стирая белый след от муки. — Ради тебя стараюсь, вообще-то, — возмущенно вскинул голову тот и стукнул по плечу парня. — Да-да, я знаю, я бесконечно за это благодарен, Ён-и, — притянул за талию, уже зная, что последует за этим. — Разве я не заслужил хотя бы поцелуйчик, — наклонил голову, обнимая за плечи, — Сан-и? Брюнет чмокнул Уёна в кончик носа и отпустил своего парня, сдерживая хитрую улыбку. — Что? И всё? Ты думаешь, что отделаешься только этим за все мои старания? — быстро подошёл к Сану и сам прильнул к парню, медленно целуя и кусая его губы. Парень с удовольствием прижался к нему, отступая назад к их спальне. *** Сонхва уже несколько минут наблюдал за своим парнем, забыв о фильме. Уён смотрел на сиденье перед собой и явно не был увлечен триллером, рассредоточенный взгляд и отрешенность на его лице смущали Сонхва. Такое происходило периодически и беспокоило Пака, но на все вопросы парень отвечал одно и то же. «Всё в порядке». — Уён-и, всё хорошо? — шепотом спросил старший, вырывая того из непрошенных воспоминаний, которые застают его всегда в неподходящее время. Уён кивнул и, взяв немного попкорна, положил в рот хёну: — Не отвлекайся, давай смотреть. *** В какой момент его жизнь пошла не в том направлении? Кто-то мог бы сказать ему, что Уён может просто взять ситуацию под контроль… Но как ему поступать? Что именно ему следует сделать? Он так запутался в своих мыслях и своей лжи, что сам перестал понимать, где правда. Он ненавидит свою жизнь. Он устал и хочет, чтобы кто-нибудь утешил его и помог выбраться из этого клубка удушающих чувств. Уён стоял не в силах пошевелиться, чтобы уйти. Человек, который в прошлом растоптал всё хорошее, что было в нём, с самой нежной улыбкой смотрел на низкую брюнетку с короткой стрижкой. Он осторожно поправил ей пару передних прядей и поцеловал её руку. Она притянула его к себе и оставила лёгкий поцелуй на его щеке около ямочки. Уён чувствовал себя отвратительно, наблюдая за сценой из чужой жизни. Ему нельзя уходить сейчас. Это она пригласила его в сюда, чтобы подписать договор о сотрудничестве. Парень всё же решился подойти к прозрачной двери и постучать в неё, ведь те двое не замечали ничего вокруг несмотря на то, что весь офис видел их. Девушка отошла от парня и пригласила зайти Чона. Он коротко улыбнулся, приветствуя их ответным поклоном. Сразу приступили к разговору, в основном диалог вела Хёнэ, руководитель проекта, но Уён не сводил взгляд с бывшего с момента, как его пригласили в кабинет, до самого конца. Сан вёл себя так, будто никогда не знал его, только пододвигал нужные документы, пока Хёнэ ещё раз проходилась по пунктам договора. Это злило Уёна. Теперь его считают даже не достойным взгляда? — Мы очень благодарны, что вы согласились на наше предложение, ваша работа привнесёт в этот проект больше светлых красок, — девушка дружелюбно улыбалась, но Уёна тошнило и от её голоса, и от её причёски, и от её благотворительного проекта. — Я рад помочь! Спасибо за возможность, Хёнэ-ним, — он бы подавился своими словами, но гордость не позволила показать своё настоящее отношение ко всему, просто завершил разговор с достоинством и попрощался, чтобы уйти поскорее. Уже у выхода из здания его догнал Сан и негромко окликнул. Уёну удалось скрыть своё удивление, но в голове сразу появилась мысль, что Сану не стоило идти за ним. Он сдержался при постороннем человеке, но точно сорвётся, когда вокруг никого нет. — Уён… Давно не виделись… — Чего тебе? Мы знакомы? — сразу же атаковал Чон, — Пять минут назад ты вёл себя так, будто нас никогда ничего не связывало, — слова были сказаны тихо, но каждое из них было пропитано злостью. — Я не хотел быть грубым, прости, просто работа не место для личных разговоров, — Сан отвёл взгляд в сторону, словно раздумывая о чём-то, — Я хотел узнать, как у тебя дела, мы в последний раз плохо закончили разговор… — То есть обжиматься с какой-то сучкой можно, а поздороваться со мной по имени — нет?! — Уён сдерживался из последних сил, чтобы не начать кричать, он сжал кулаки и поджал губы. Его сердце сжималось от боли, а обида душила в нём последние капли спокойствия. — Не называй так мою невесту, пожалуйста, — хороший настрой Сана испарился, как по щелчку пальцев, он пожалел, что решил поговорить с бывшим. — И чем эта шлюха лучше меня? — он сделал шаг к Сану, поймав его взгляд, — Лучше готовит или берет в рот глубже? Ну?! Скажи мне, чего тебе не хватало во мне! Сан перехватил занесенную для удара руку Уёна и оттолкнул от себя. — Остынь. Я тебе уже говорил, почему решил разорвать отношения. Причина и сейчас та же, она не изменилась, — произнёс Сан и устало вздохнул, смотря в глаза, в которых скопились слёзы. — Я, наконец, нашёл спокойного человека, который умеет разговаривать о проблемах и решать их, ту, кто отдаёт мне не меньше, чем я ей. — Он подошёл к Уёну и положил ладони ему на плечи, — Я очень прошу тебя не отказываться от этого проекта только из-за меня. Хёнэ долго работала над ним и расстроится, если что-то сорвётся. — Сан чувствовал под руками дрожащее тело парня, который продолжал стоять с поджатыми губами и влажными глазами. — Пожалуйста, Уён… Уён кивнул и быстро пошёл к своей машине, не оглядываясь. Сел в машину и поехал на адрес, который первым пришёл в голову. Сан проводил машину хмурым взглядом и поднялся обратно в офис. Уён совершенно не изменился. *** Уён устало выдохнул, дойдя до своего этажа, и подошёл к двери их с Саном квартиры. Открыв дверь, он столкнулся у порога с незнакомым парнем. За его спиной стоял Сан, ярко улыбаясь. — Ён-и, ты вернулся! — радостно воскликнул он, забыв про своего гостя. Молодой парень, застывший на пороге, быстро поклонился двоим: — Ёще раз спасибо, увидимся завтра! — и ушёл, оставив пару одних. Чон прошёл в квартиру и медленно запер за собой дверь. Сан тут же окутал его объятиями со спины. — Я скучал, — прошептал он ему, целуя в макушку. — Да? Было время скучать? — немного резко произнёс Уён, высвобождаясь из мягких рук Чхве. — Я скучаю по тебе каждую секунду, — продолжая улыбаться, снова обнял парня. — А кто это был? Не похоже, что он позволял тебе скучать, — Чон оттолкнул от себя парня и прошёл в спальню, на ходу снимая с себя верхнюю одежду. Сан нахмурился, только сейчас уловив настроение младшего, и последовал за ним в комнату. — Это новый сотрудник… — негромко сказал он, наблюдая за тем, как его парень зло сбрасывает с себя кофту прямо на пол, — Ён-а, что не так? Ты снова ревнуешь? Я просто отдал ему документы. — А у тебя не слишком много этих сотрудников в жизни? — Уён обернулся, расстёгивая ремень на свои брюках. — Сколько бы их ни было, мне не нужен никто, кроме тебя. — Ты, блять, впустил его в наш дом! — перешёл на крик, наконец стянув с себя штаны и отбросив их к другой одежде, — А дальше что будет? Наша кровать?! — Уён, успокойся, пожалуйста, ты перегибаешь палку, — сказал Чхве, понимая, что эти слова, как и обычно не сработают. — Я? Я перегибаю палку? — возмущенно прошипел парень, подходя ближе к Сану, — Это ты — ткнул его в грудь пальцем, неотрывно смотря в глаза, — перегибаешь палку. Это ты, — снова ткнул — каждый раз с кем-то палишься, а не я. — Уён, это уже слишком. Что значит «палишься»? Я тебе не изменяю и никогда не изменял, перестань говорить такие абсурдные вещи. — А ты докажи мне. Ну? Докажи, что тебе нужен только я, — в глазах Чона что-то сверкнуло, что всегда срывало все тормоза его парня. — Ты невыносим, — Сан схватил Уёна за подбородок и приблизился к нему, оставляя между их лицами лишь несколько сантиметров. — Поэтому ищешь лучший вариант на стороне? Сан больше не стал ничего говорить. Он грубо прижался к губам парня, крепко удерживая его за затылок второй рукой. Уён сразу открыл рот и переплёл их языки, проникая холодными ладонями под футболку Сана. *** Их ссоры всегда заканчивались одинаково. Уёну казалось, что это устраивает их обоих, ведь в их отношениях есть страсть даже спустя два года, они нравятся друг другу, у них много общего… Что ещё надо? Но однажды Сан просто сказал, что устал от него. Устал. У с т а л. Эти слова были хуже ножей. — Пошёл в пизду, Чхве Сан! — прокричал в салоне автомобиля Уён и сильнее нажал на газ. Скоро он сможет заглушить эту боль. *** Уён заметил, как сильно трясутся его руки, только когда стучал в дверь знакомой квартиры. Ему открыл немного растрёпанный друг с сонными глазами. Стоило Чону его увидеть, как по щекам потекли слёзы — он не мог больше сдерживаться. — Уён? — обеспокоенный голос заставил литься слезы ещё сильнее, — Что случилось? Парень бросился в объятия Хонджуна и спрятал мокрое лицо на сгибе его шеи. Ким чувствовал, как горячие капли продолжают течь по щекам друга. Его руки сразу начали мягко гладить Уёна по спине, они оба молчали, стоя в прихожей. Хонджун давал ему время, хоть и хотел тут же расспросить о том, что довело младшего до такого состояния. — Я отвратителен, — на грани слышимости всхлипнул Уён и задрожал от собственных слов. Словно пытаясь защититься, он крепче прижался к хёну, пряча своё лицо и слёзы от всего мира. Эти слова заставили замереть руку Хонджуна. Он, чуть крепче прижав к себе Уёна, спросил: — Кто сказал тебе такое? — Я, — голос сорвался, но он продолжил, — Я так сказал! Я ужасен, я не заслуживаю тех, с кем встречаюсь, они все… — Это не так! — Хонджун отодвинул от себя Уёна, чтобы смотреть ему в глаза, говоря такие слова, — Ты лучше, чем думаешь! У всех есть минусы, но ты не хуже, чем остальные люди! Я не знаю никого, кто мог бы сравниться с тобой… — Почему ты говоришь мне это?.. — спросил младший, словно не ждал ответа. — Потому что это правда, — Ким мягко провёл ладонями по его рукам вниз и сжал холодные пальцы в своих, — Я всегда буду на твоей стороне. Уёну захотелось кричать в этот момент, но вместо этого он снова встал очень близко к своему другу. — Поцелуй меня, пожалуйста. Старший без слов потянулся к нему и накрыл его губы своими. Он неспешно сминал их, показывая нежность, которая таится в нём. Уён подхватил его движения, отвечая успокаивающей ласке, медленно обвил свои руки вокруг шеи Хонджуна и запустил пальцы в его волосы на затылке. Чон первым углубил поцелуй, желая получить больше. Он мягко оттягивал волосы хёна, посасывая его язык. Отстранился на секунду, чтобы посмотреть в глаза Хонджуна. В них он видел необъяснимую слабость перед ним самим, ласку и открытость. Уён снова припал к чужим губам, на этот раз жадно целуя хёна и ведя его к знакомой спальне. — Уён, — на выдохе простонал Хонджун между короткими страстными поцелуями. Он чувствовал руки друга под футболкой на своей талии, это заставляло его ощущать себя ещё более уязвимым перед ним. Уён толкнул его на кровать и сразу начал стягивать с того одежду. Он сел сверху на голого Хонджуна полностью одетым и продолжил терзать его поцелуями. Уён прикусил нижнюю губу Кима и спустился от его подбородка к шее мокрыми поцелуями, слыша тихие вздохи Хонджуна. Уён остановился напротив груди старшего и поднял глаза, чтобы встретиться с ним взглядом. Конечно же, Хонджун смотрел. Он не мог отказаться себе в таком удовольствии и просто лежать с закрытыми глазами. Он всегда смотрел. Чон лизнул твердый сосок, глядя из-под ресниц вверх на старшего и только потом, когда увидел задыхающегося Хонджуна, прикрыл глаза, самозабвенно посасывая и прикусывая его сосок. Уён провёл короткими ногтями по животу хёна и впервые за этот вечер услышал громкий стон. Ким дёрнулся вверх и ударился членом о торс младшего, это заставило его снова несдержанно застонать. Он вцепился руками в плечи Уёна, когда тот опустился ниже к животу. Он чувствовал чужое дыхание на своём члене, но Чон не прикоснулся к нему, а встал и снял с себя всю одежду. Он подошёл к тумбочке и достал оттуда небольшой тюбик. — Вставай, — произнёс Уён и кинул на кровать смазку. Как только Хонджун встал, парень лёг на его место, широко разведя ноги и согнув колени. — Сегодня… Можешь делать со мной всё, что хочешь. Ким молча смотрел на младшего несколько секунд, а тот чувствовал удовлетворение, следя за огнем, разгоравшимся в глазах Хонджуна. То, ради чего Уён возвращается сюда снова и снова. Демоны, которые в обычное время сидят глубоко и не вылезают. По взгляду младшего можно было прочитать слова «покажи мне их». *** Просторная комната была освещена светильником и светом луны, проникающим из открытого окна вместе с ночным прохладным воздухом, холодящим вспотевшее тело на кровати. Молодой мужчина дернул рукой и застонал, но не открыл глаза. Его брови были сведены на переносице, ресницы подрагивали, на лбу блестели холодные капельки пота, темные волосы прилипли к вискам. Резко сжал простыни в кулаках и открыл рот в немом крике. Он метнул головой влево и рывком сел на кровати, прерывисто дыша и распахнул глаза, в которых застоялись слезы. Сонхва смотрел прямо перед собой, влажные дорожки покрывали его щеки, а он не понимал закончился ли его кошмар или он всё ещё спит. Он начал мелко дрожать и обхватил себя руками. *** — Заставь меня подавиться твоим членом, — несдержанно начал умолять Уён, не в силах сделать хоть что-то. Вибратор на члене заставлял быть его таким чувствительным, он выгибался в пояснице, словно хотел сломаться, но всё равно не кончал. Ждал, когда ему позволят это сделать. Хонджун медленно прокрутил пробку, слегка потянув на себя, и обратно погрузил в Уёна. — Хён… — снова захныкал младший, поджимая пальцы на ногах. Парень поднял голову, чтобы увидеть искаженное удовольствием лицо, и его губы растянулись в ухмылке. Такой громкий и нуждающийся в нём… Да, это лучшее, что есть в этом мире. Ким провел большим пальцем по пересохшим губам, Уён лизнул его и взял в рот, затуманенным взглядом сводя с ума Хонджуна. Старший притянул его к себе за шею и прошептал, касаясь его губ своими: — Не заметно, что тебе нужен мой член. Постарайся больше, покажи, как сильно ты его хочешь. *** Спустя час после пробуждения Сонхва восстановил дыхание, но всё ещё дрожал и не мог заснуть. Он включил весь свет в квартире и поставил играть какой-то музыкальный канал на фоне. Он совсем один и не справляется. Ему нужно оказаться рядом с кем-то, кого он любит. С кем-то надежным. Чтобы просто обняли…. Хотя бы погладили по голове и сказали, что всё, что снится, не сбудется. Кошмары преследуют его почти год, но это не та вещь, к которой можно привыкнуть. Это так истощает его организм, он устал и хочет спать без сновидений. На телефон приходит уведомление, и внимание Сонхва привлекает яркая улыбка на заставке. Он берет его в руки и какое-то время смотрит на фотографию. Уён ведь примет его несмотря на позднюю ночь? Сонхва больше не к кому идти… *** — Ты такой милый, когда настолько беспомощен, — ухмылка растягивается на лице Хонджуна, пока он взглядом ласкает извивающееся в нетерпении тело. Смятая мокрая простыня, словно дорогой аксессуар, дополняет образ связанного Уёна. Ким давно мечтал сделать это с ним. Уже который час они наслаждаются друг другом… Это не похоже на то, что происходит обычно, когда младший решает утешиться в объятиях своего хёна. В другой день Уён ушёл бы уже через час, но сегодня он не желает покидать Хонджуна. Здесь и сейчас ему так хорошо. Его ничто больше не волнует. Только друг. Его друг с особыми привилегиями. — Пожалуйста… — хнычет младший, почти плача. Ким наклоняется к его раскрасневшемуся лицу и шепчет: — Чего ты хочешь? — Тебя! Пожалуйста, я уже не могу… — старший молчит и медленно проводит языком по чувствительной коже шеи вверх и прикусывает мочку уха, — Умоляю! Хонджун переворачивает их, меняя местами, и младший оказывается сверху в не самом удобном положении, из-за связанных сзади рук. — Покажи, как сильно ты хотел мой член в себе всё это время, — произносит Ким, приподнимает Уёна за бёдра и усаживает на твёрдое возбуждение, неотрывно смотря в расширяющиеся зрачки. Под острым взглядом, заставляющим сгорать изнутри, парень поднялся и вновь опустился на член, позволяя ему заполнить себя. С губ Уёна сорвался вдох, когда Хонджун резко толкнулся в горячую плоть. Он так сжимался вокруг Кима, что тот готов был кончить в ту же секунду. — Это всё? — протянул Хонджун, грубо схватив младшего за ягодицу. От желанной боли у парня появились искры в глазах, и он начал двигаться, приподнимаясь и опускаясь на дрожащих коленях. Внутри старшего разгоралось желание сильнее прежнего, он шлёпнул по ягодице Чона. Это заставило его ускориться, и с каждым ударом он двигался быстрее и быстрее, заполняя комнату высокими стонами. *** Сонхва стоял перед запертой квартирой и успел несколько раз позвонить в дверной звонок, но тот, к кому он пришёл, видимо, крепко спал и не мог услышать его. Через десять минут ожидания, парень решил набрать его номер. Шли гудки, но ответа не было. Если телефон на беззвучном, то это бесполезно. Был ещё вариант попасть внутрь, но Пак не хотел его использовать. У него есть ключи… Однако… Может ли он вот так зайти посреди ночи в чужую квартиру, даже если она принадлежит его парню? «Не хочу торопиться, но ты всегда можешь придти ко мне. В любое время, Хва-хён…» Он помнил слова, которые сказал Уён, когда получил от него ключи, и всё же сомнения терзали его. Он не может успокоиться только от одних таблеток. Ему так сильно нужен Уён. Просто обнять. Почувствовать тепло. Безопасность. Он медленно, будто всё ещё не был уверен в правильности своих действий, достал ключ из кармана и дрожащими пальцами открыл дверь. Квартира встретила его прохладной темнотой. Он был тут всего раз, но помнил, где находится спальня, поэтому осторожно прошёл по квартире, стараясь сильно не шуметь и вошёл в открытую комнату. Сонхва замер, охваченный смятением. Постель была пуста и идеально заправлена. *** Сегодня погода была очень солнечной. Яркие краски за окном кабинета раздражали Пака. Он хотел бы, чтобы шёл ливень, грохотал гром и сверкали молнии, точно так же, как и в его душе. Но мир идёт своим ходом и не остановится из-за страданий и проблем одного человека. Раздражало и тихое тиканье настенных часов. Будто каждый звук бил по его нервам… Прошло два дня с той ночи, как он был в квартире своего парня. Сонхва не понимал, что он чувствует: то ли злость, то ли печаль, то ли страх… Уён мог быть в ту ночь у своих друзей. Возможно, Пак надумывает то, чего нет. Ему надо услышать от самого Чона, что он не был с кем-то ещё. Измена… Нет, он не хочет думать об этом. Чтобы спросить лично, он снова приехал в ресторан, уволил администратора, которого давно хотел поменять, сел в его кабинете и уже два часа смотрел в окно, погруженный в тяжелый рой мыслей. С каждой секундой его сильнее сковывало цепями из догадок, он никак не мог решиться позвать Уёна. Может, и не стоит? Сначала следует немного успокоиться… Дверь неожиданно распахнулась и на пороге появилось сияющее лицо того, кем забита вся его голова. — Ты уволил мерзкого Квона? Это правда? — радостная улыбка на лице Чона сразу отозвалась в сердце Пака. Он так слаб перед ним. Сонхва вдохнул полной грудью и почувствовал, как тревоги отпускают его. — Ты его так сильно ненавидел? — он раскрыл свои руки, Уён тут же скользнул к хёну и прижался носом к его шее. — Даже не представляешь, как я благодарен, что ты избавился от него! — Давно надо было. Он не справлялся со своими обязанностями. Болтовня ни о чём завязалась очень быстро, Чон умело уносил Сонхва своими разговорами далеко от тревог. Он сел на стол перед Паком и рассказывал о проекте, в котором будет давать уроки кулинарии детям из детдома в течении месяца. С каждой минутой наклонялся ближе к лицу старшего, и вдруг на его лице появилась ухмылка. — Я заслужил награду, не так ли? — Всё, что хочешь, — одним уголком губ улыбнулся Сонхва и ещё шире улыбнулся, когда Уён пальцем постучал по своим губам и прикрыл глаза. Сонхва аккуратно притянул к себе за подбородок младшего и со всей нежностью, на которую был способен, накрыл его губы своими. Его поцелую были именно такими. Поцелуи любви… Мягкие ласковые. Поцелуи, которые разливаются в атмосфере сладостью и оставляют после себя послевкусие заката в облаках. Никто не целует так, как он. Пак медленно отстранился с улыбкой, его взгляд случайно упал вниз на ключицы, обычно скрытые под одеждой. Это была всего секунда, но он увидел. Сонхва молился, чтобы это оказалось бредом его больной головы. Дрожащими руками он потянулся к воротнику Уёна, будто поправляя его одежду, улыбаясь и не слыша больше ничего вокруг, кроме собственного биения сердца… Не показалось. Он не ошибся. Парень чувствовал, как внутри всё разрывается на части. Улыбка таяла на глазах. Не в силах отвести взгляд, Сонхва закрыл глаза, не желая видеть яркий засос внизу шеи дорогого человека. — Хён… Всё в порядке?.. — обеспокоенно залепетал Уён, уловив резкую перемену в настроении парня, — Ты побледнел… Сонхва судорожно сглотнул и ощутил, как во рту пересохло. Он опустил руки и отвернулся. — Давай расстанемся, — его голос прозвучал хрипло в застоявшейся тишине. Уён замер в шоке. — Ты шутишь? Что ты такое говоришь… — он смотрел старшему в спину около минуты, не зная, что делать и как реагировать, — Хва-хён. Уён сделал шаг в попытке обнять парня, но тот дернулся от него, стоило ему прикоснуться. — Не трогай меня. — прошептал он, — Пожалуйста, просто уходи… Пожалуйста. — Я не понимаю… Всё же было хорошо… Объясни! — Чон неосознанно перешёл на крик и развернул старшего к себе лицом, дернув за плечо. Он плакал. Смотрел вниз, а по щекам текли слёзы. Его подбородок дрожал, и он прикусил нижнюю губы, в попытке заглушить боль от предательства, что разверзлась в его душе. Нет, он не может говорить и не станет. Он начал мотать головой в стороны и снова отвернулся. Впервые кто-то плакал перед Уёном. Он не знал, как поступать. Это он причина слёз такого хорошего парня? Уён виноват? — Ты действительно хочешь, чтобы я… ушел? — с трудом проговорил парень, смотря на трясущиеся плечи хёна. — Пожалуйста… — подавленно произнес он на грани слышимости. Прозвучал хлопок двери, и Пак осел на холодный пол, больше не в состоянии выносить сжирающую изнутри пустоту. *** Его бросили. Снова бросили. Он никому не нужен. Почему это произошло снова? Минуту назад всё было хорошо, они целовались и… Уён начал плакать. Тело Уёна пробила заметная дрожь, трясущимися руками он набрал номер друга, но тут же сбросил. С туманом в голове он прошёл через кухню и вышел на задний двор ресторана. Парень рвано дышал, будто не мог набрать воздух в легкие, и чувствовал, как подступает паника, обматывая мерзкими щупальцами горло. Почему он никому не нужен? Он настолько отвратителен? Он ужасен. Никто не может оставаться рядом с таким мусором. Уён оттянул воротник, пытаясь расстегнуть верхние пуговицы. Что ему сделать, чтобы его любили? Чтобы от него не избавлялись, как от надоевшей игрушки? — Блять, — его губы изогнулись в кривой улыбке. Парень почувствовал вибрацию в правой руке и автоматически ответил на звонок, не глядя на экран. — У меня пропущенный, что случилось? — голос Хонджуна звучал беспокойно. Взгляд Уёна остекленел. Все мысли разом исчезли. Он произнес всего три слова и нажал отбой. *** «Давай всё закончим.» Прошло больше месяца с тех пор. Этот сумасшедший узел, наконец, распутался. Хонджун принял ситуацию, но тоска не отпускает его. Он много раз думал о вариантах, как бы он мог поступить, чтобы обернуть всё по-другому. Ким пытался встретиться с Уёном, чтобы поговорить. Его звонки и сообщения игнорировали, в его квартире теперь другие люди, с работы уволился в тот самый день. Он переживал, пока не увидел младшего на телевидении в одном крупном проекте «Путь в будущее» для детей из детского дома. Нет, Уён не излучал безграничную радость и не улыбался искренне. Но он был в порядке… Рассказал в коротком интервью, что на неопределенный срок уезжает в другую страну. Хонджун вспомнил, что Чона долго звал какой-то давний знакомый в свой медиапроект, каждый год, каждый сезон. Видимо, он решился. Хонджун будет скучать и надеяться, что его Уён-и будет счастлив.