Запретная любовь

Сигаретный дым стал уже привычным для него, как и одиночество. Не сойти с ума ему помогали только шутки на охотниками, которые часто заканчивались смертью людей, и два других гибрида– Домер и Зени. Может с Домером они и общались очень редко, но с Зени часто вытворяли всякое. Чаще всего шутили над охотниками и, иногда, над гибридами из глуби леса. Их они не очень долюбливали и не понимали, ведь те как будто животные. Окончательно поехавшие. Эти уже и питаются человеческим мясом, и даже допускают случаи каннибализма. Ну да, всё таки живут намного дальше от людей, большинство живут сами, где-то далеко друг от друга, с парой или племенами. Последнее звучит странно, для современного мира, но так оно и есть. Гибриды одной рассы живут племенами и нападают на племена другой рассы, на тех кто слабее или же, на тех кто живёт один. Кот выдыхал дым, молча наблюдая за пернатым, который скрутился комочком и дрожал, лёжа где-то в углу комнаты. Мало кто знает, но Зенит боится грозы, а сейчас осень, часто дождит, ну и гроза тут часто бывает. Раньше не так часто, это что-то недавно случилось с погодой и почти каждый день ливни с громом и молниями. Рыжему такое не нравится, он грозы боится больше смерти. Причина такого страха непонятна, просто боится, и всё. Домера как назло не было, чтобы успокоить младшего. По Зениным словам, он ушёл в город. Саша не говорил зачем, да и не хотел признаваться куда стал пропадать его брат, но Давид заставлял его говорить. Не важно какими способами. Приходилось Роменскому сидеть с ним и никуда не уходить, мало ли что с ним случится. Кот ведь не настолько бездушный, да и это его друг, должен помочь ему, даже если не хочется. Сделав последнюю затяжку и выкинув окурок, Давид подошёл к младшему и сел рядом с ним. Прикоснувшись рукой к его мягким, пушистым волосам, он начал гладить того по голове, пытаясь как-то успокоить, что у него плохо получалось. Вообще ему сложно как-то контактировать с другими гибридами/людьми, сложно найти общий язык, сложно выразить настоящие эмоции и поддержку. Он просто был отстранённым ото всех. Решил поддержать друга словами: – Саш, тише.. Это же просто гроза, не чего тут боятся, да и я с тобой – дёрнул ухом– Может воды принести? Или чего-то другого? Сашка молчал, только трясся и тихо плакал, бубня что-то под нос. Парень прижал крылья к телу укрываясь ними, так делают гибриды его рассы, когда чувствуют опасность, боль и другие неприятные ощущения (надеюсь вы поняли). Каждый раз, когда гримел гром, светлые перья прижимались к рыжим волосам. Он слышал все звуки громче, чем бочный человек. Давид тоже прижимал уши, чтобы не было так громко, но он хотя бы не боялся. Когда гроза утихла, Зеня уснул прямо на полу и старший укрыл его одеялом. Ему было лень переносить парня на кровать, поэтому он оставил того спать на твердом полу. Сам Роменский надел на себя свою любимую джинсовку и вышел на улицу, прямо под дождь. Может коты и должны боятся воды, но ему было нормально. Было как-то скучно, а спать не хотелось, поэтому Давид решил пойти и попугать охотников на ночной смене. Подойдя к выходу из леса, парень заметил охотника, стоящего возле дома с сигаретой в руках. Его внимание в нём привлек хвост. Волосы были настолько длинными, что хост был огромным и таким красивым, объемным. Конечно гибриду не нравились парни, да и они его не очень привлекали, только эти волосы.. этому человеку очень идут длинные волосы. Прям захотелось их расчесать. Иногда он чесал Зенита, но у него волосы по плечи, а у этого где-то по задницу. Давидушка засмотрелся и ебнулся с дерева, издавая слишком много шума. Поднявшись на ноги, он не заметил охотника. Человек как будто испарился. Это насторожило парня и он запрыгнул на дерево, дожидаясь его. Через минут пять, в лес зашёл охотник. Роменский начал немного засыпать и не услышал этого, но когда к нему приблизились, то сразу же проснулся. Прямо под ним стоял тот охотник, с мечом в руке. Редко такое случалось, но Давид почувствовал страх и какое-то.. влечение? Как-то его притягивало к этому человеку, хотелось потрогать его, особенно волосы.. Гибрид не стал ничего делать, всё-таки у него остался инстинкт самосохранения, просто дождался когда тот осмотрит вход в лес и уйдёт. Берг уже вышел из леса, но тут услышал кого-то. Повернувшись, он заметил чью-то фигуру, которая быстро скрылась в лесу. Было понятно, что это гибрид, человек не может так быстро бегать. Никита решил оставить того, всё таки ночь, он ещё и без брони, это было бы очень рискованно. Уже лёжа в кровати, Бергий всё думал.. Ему было интересно, какой расы был тот гибрид и почему он не напал на него. А зачем он тогда пришёл к выходу? Не понятно. Все же такие ночные "встречи" гибрида и человека, в большинстве случаев, заканчивались плачевно, чаще всего для человека. Он бы и дальше думал, смотря в бледно-голубой потолок, если бы уже не было 4:17. Охотник принял решение лечь спать чуть раньше, чем обычно. Роменскому по пути встречалось много других гибридов, тех, которые не дружат с головой, точнее с одиночками и с племенами. Некоторые пытались поймать его, некоторые игнорировали, ведь уже нашли добычу и расчленовывали тело бедного человека или гибрида, там уже было непонятно. Давид лишь думал, зачем он туда пошёл. Сейчас был бы в безопасности, сидя рядом со своим пернатым другом, который уже давно спал, а так ему приходится убегать от этих каннибалов. Его догнали, повалили на землю и начали царапать плечи острыми когтями. Кот пытался сопротивляться, но всё было тщетно. Нападник был сильнее.. – ОТПУСТИ! В ответ лишь какие-то непонятные звуки, похожие на какой-то странный язык. Не человеческий. Гибрид не понимал ни слова из того, что говорил верхний, он пребывал вахуе. Когда неизвестный ему гибрид начал что-то делать у него перед лицом, Роменский укусил его за руку, заставляя того издать какой-то устрашающий вопль. От этого звука у Давида уши прижались к голове, настолько этот звук был ужасным и неприятным. Парню было так страшно, он дрожал, пытаясь не заплакать. Ещё никогда он не был так близок к смерти как сейчас. Он продолжал кусать руку того существа, прижимая уши, чтобы не слышать этот крик. Да это криком сложно назвать, это какой-то животный вопль. Будто это не гибриды, а животные. Верхний отпустил того, потому что заметил ругую жертву, которая будет послабее. Роменскому же до этой жертвы нет никакого дела, он резко поднялся и побежал домой, истекая кровью. Двигаться было очень больно и не понятно как он мог бежать, но он хотел жить. Это желание было намного сильнее какой-то там боли. Уже вернувшись домой, Давид с грохотом упал на пол. От этого Зени, который остался у него, проснулся. Он сначала ничего не понял, но когда увидел тельце лежащее на полу, пришёл в себя. Подойдя к коту он начал его трясти. – Давид! – Да живой я.. только помоги, а то сейчас откинусь.. – У тебя есть аптечка? Ну там.. спирт, вата, бинты? – Спирт я выпил, а другое закончилось.. – Вот блин.. Младший стал молча думать над тем, как помочь Роменскому. Через несколько секунд, он поднял друга на руки и вышел из небольшого домика. – И куда ты меня тащишь? – К себе Зен расправил светло-серые крылья и взлетел над лесом. Внизу было слышно чьи-то крики и непонятные слова, из-за этого становилось немного жутко, но сейчас не надо думать об этом, ведь Давид может умереть от потери крови. Роменский аж побледнел, настолько было больно. Он пытался держаться, чтобы не отключится. Рукой, кое-как, вытирал слёзы и всхлипывал. Хотелось остановить эту ужасную боль, эти мучения. Зачем он только туда пошёл.. Уже дома у пернатых, Саша положил друга на живот, а сам искал в аптечке обезболивающее и то, чем он сможет промыть раны и остановить кровь. Давид дижь лежал и не двигался. Ему по-прежнему было больно. Сашка достал из аптечки баночку с обезболюющим и посадил старшего, дав ему таблетку и стакан воды. Тот послушно выпил таблетку, даже ничего не сказав, что на него не похоже, и отдал стакан Зене. Зенит уже промыл и перебинтовал Давиду плечи, пока он пытался успокоится. Было реально больно и Зени это понимал, поэтому ничего не говорил. Он собрал всё обратно в аптечку и положил её на место. Обезболивающее уже начало действовать и Давиду стало легче, он уже понемногу засыпал, пока Зен что-то делал на кухне.