Споры

            Проведя множество опытов с грибами, подвергая их самым жестоким условиям, доступным с имеющимся оборудованием, и ничего не добившись, Седрик начал впадать в отчаяние. Хотя как начал? Он пребывал в этом состоянии ещё с самого начала, подсознательно понимая, что решения этой проблемы попросту не существует. Вероятно, что-нибудь из другого мира, или какое-нибудь заклинание могло бы помочь, но обретённые когда-то друзья в определённый момент перестали его навещать. Теперь он остался совсем один, поэтому придётся выкручиваться самому, воля к чему учёного постепенно угасала. Сидя за белым, немного пошарпанным временем, столом, подперев в висок подёргивающуюся расслабленную руку, сжав её, до боли оттянув волосы, Седрик уже хотел просто смести одним размашистым ударом все приборы, образцы, склянки со всякого рода химией, но не решался, понимая, что такой порыв эмоций может ему обойтись ещё дороже. К тому же, весь этот беспорядок придётся убирать. — Что ж, видимо, с этим ничего не поделать. — Что-то в его голосе дрогнуло. Всё же не каждому дано так быстро смиряться со своей незавидной участью. Учёный ударил по столу так, что некоторые особо лёгкие предметы подпрыгнули, что-то даже упало. — Ну почему я такой тупой? Даже со всем этим я не могу уничтожить какие-то грибы! — Опомнившись, он попытался успокоиться. В таких ситуациях лучше думать на холодную голову. ***       Последующие три бессонных дня и ночи Седрик провёл, погрузившись с головой в исследования. И с каждым днём в нём всё больше угасала надежда. В последнюю ночь он сидел без движения с час, уставившись в одну точку, потом встрепенулся и ещё сильнее согнулся. — Да, должно быть, здесь я действительно бессилен. — Отдалось слабым глухим эхом в тёмных петляющих коридорах.       Учёный принял свою судьбу. Возможно, не полностью. Что-то какое-то время в его сердце ещё шевелилось и стремилось к сопротивлению, но в итоге было заглушено.       Но даже так, Седрик продолжил изучение воздействия на организм необычных грибов. Теперь его рана кровоточит не так часто, и он может делать резкие движения, разве что с ограниченной силой, и это значит, что теперь появилась возможность испытать их на животных организмах, например на крысах. В самой лаборатории остались лишь их трупы, замурованные под тяжёлыми установками и в каких-нибудь особо тесных пространствах, так что их придётся ловить снаружи. В случае неудачи подойдёт любое другое существо. ***       Несколько клеток с мелкими пушистыми зверьками, бегающими от стенки к стенке и грызущими прутья, уже подготовленное отдельное от них вместилище, шприц с небольшим количеством слизи со спорами. У первого подопытного до начала эксперимента была взята кровь для возможности сравнения с последующими образцами. Учёный немного прижал его к поверхности стола и начал вводить слизь. — Всё во имя науки. — Старался себя убедить он.       После Седрик закрыл клетку и стал ждать. К своему удивлению вскоре у крысы стали наблюдаться внешние изменения: чёрная шерсть стала перемежаться чем-то мутным и блестящим, в некоторых местах появились небольшие бугорки. Действительно, странно. В этот момент он решил взять у неё немного крови, которую впоследствии впрыснул в маленькую скляночку и герметично закупорил. Дальше подопытный стал безостановочно биться о металлические прутья до крови и грызть их до сломанных зубов. Это продолжалось до самой смерти.       Несколько поражённый этим зрелищем учёный вытащил крысу и сжёг её, записав наблюдения. Для чистоты эксперимента он повторил это ещё с несколькими, но все случаи были идентичны. ***       Изучив кровь подопытных, он обнаружил, что гриб, по всей видимости, выделяет вещества, повышающие выносливость, болевой порог и, скажем так, бесстрашие. Как и другие грибы-паразиты он, вероятно, это делает для лучшего распространения.       Тем не менее, это можно использовать.