Шагающий во Тьме

POV: Саладин Полуночь. Час, когда граница между мирами истончается. Когда тьма не просто темнота. А живое существо. Я стою в центре зала. Стены — из чёрного камня. Пол — покрыт древними рунами. Кровью. — Начнём, — произношу я, поднимая посох. Воздух сгущается. Свет гаснет. Только факелы. Только тени. Только я. Подготовка На алтаре — три сосуда. Первый — с пылью из кристаллов Салус. Второй — с кровью падших фей. Третий — с сердцем дракона, что я вырвал в Бездне. — Жизнь. Смерть. Магия. — шепчу я. — Из трёх — создам новое. Из старого — возрожу вечное. Я вспоминаю. Как всё началось. — „Ты не можешь жить вечно, Саладин“, — сказал мне Дариус. — „Ты не бог. Ты — учёный. Смертный.“ — „А если я стану больше, чем смертный?“ — ответил я. — „Если я превзойду природу? Если я стану законом?“ — „Тогда ты станешь чудовищем.“ — „Тогда пусть чудовище и будет.“ Начало ритуала Я встаю в центр круга. Поднимаю посох. И начинаю петь Древний язык. Запрещённый. Забытый. Но живой. — „Я — тот, кто стоит за смертью. Я — тот, кто видит сквозь время. Я — тот, кто не умрёт. Пусть плоть сгниёт. Пусть сердце остановится. Пусть душа распадётся. Я — перерождение. Я — перевоплощение. Я — вечный.“ Круг загорается. Синим огнём. Не горит. Пожирает. Кровь начинает течь по рунам. Кристаллы пылают. Сердце дракона бьётся. Даже вне тела. POV: Саладин (внутри себя) — Ты боишься, — шепчет голос. — Ты боишься, что это не сработает. Что ты умрёшь. Что всё, что ты построил, рассыплется в пепел. — Я не боюсь, — отвечаю я. — Я знаю, что это — не конец. Это — переход. Как смена кожи у змеи. Как превращение гусеницы в бабочку. Только я не стану бабочкой. Я стану бурей. Я стану тьмой. Я стану законом. Пламя дракона. Не огонь. Не магия. А чистая сила природы. Первичная. Древняя. И теперь — моя. Я стою перед кристаллической колонной. Внутри — пылающий огонь. Не красный. Не жёлтый. Золотой. С оттенком крови. Пламя дракона Блум. — Ты думала, что оно принадлежит только тебе? — шепчу я, прикладывая руку к стеклу. — Ты думала, что рождённая в пламени, сможешь удержать его от тех, кто знает, как им управлять? Пламя — не любовь. Оно — власть. А власть — моя. Я открыл вену на левой руке. Кровь капает в чашу. Смешивается с пылью кристаллов Salus. С каплями яда из Бездны. И с одной искрой — из пламени дракона. — Daedra Varn, — произношу я на древнем языке. — „Пусть жизнь продлится. Пусть тело не сгниёт. Пусть смерть отступит.“ Чаша вспыхивает. Огонь проникает в мою плоть. По венам. По костям. По нервам. Я кричу. Не от боли. От экстаза. Флешбэк: Замысел — „Феникс — не просто сила, Саладин“, — сказал мне один из древних хранителей, перед тем как я убил его. — „Это — дух возрождения. Он не умирает. Он возвращается. Он не подчиняется времени. Он — вне закона природы.“ — „Тогда я возьму его, — ответил я. — Я встрою его в себя. Я стану тем, кого нельзя убить. Даже если я сгорю — я вернусь. Как он.“ — „Но Феникс выбирает. Он не подчиняется тем, кто жаждет власти.“ — „Тогда я заставлю его подчиниться.“ План: Поглощение Феникса Я смотрю на голограмму. Освальд. Его тело. Его магические потоки. И сердце — где живёт Феникс. — Ты — сосуд, — говорю я, проводя пальцем по изображению. — Ты не хозяин. Ты — тюрьма. И когда я сломаю тебя… он вырвется. А я — поглощу его. Пламя дракона — продлит мою жизнь. Сила Феникса — сделает меня бессмертным. POV: Блум (в плену) Я сижу в камере. Ноги скованы. Магия — заблокирована. Но я чувствую. — Моё пламя… — шепчу я. — Он использует моё пламя, чтобы жить. Чтобы быть сильнее. Чтобы не умирать. POV: Освальд (в пути к Солярии) — Что-то не так, — мысленно произношу я. — Феникс… ты чувствуешь это? — Да, — отвечает он. — Он касался пламени дракона. Он пил его. Он продлевает свою жизнь. Но он не остановится. Он хочет больше. Он хочет меня. — Тогда он получит не силу, — отвечаю я. — Он получит ярость. Он получит месть. Он получит меня. И если он попытается забрать тебя… я уничтожу его изнутри. — Ты готов? — спрашивает Феникс. — Я готов, — отвечаю я. — Потому что теперь я знаю — он не просто враг. Он — моя судьба. И я — его. Я смотрю в кристалл. Освальд. Валтор. Кристалл. Радиус. Они собираются. — Идите, — улыбаюсь я. — Собирайтесь. Верьте, что можете меня остановить. Пламя дракона уже продлевает мою жизнь. А Феникс… Феникс скоро станет моим. И тогда я стану тем, кого нельзя убить. Тем, кто стоит выше смерти. Тем, кто — бог. — Пусть начнётся последняя фаза, — произношу я. — Пусть Феникс прилетит ко мне. Потому что я уже вырыл для него клетку. Саладин стоит в зале. Его глаза — ярче. Его сердце — бьётся не от жизни. А от краденого пламени. — Я не умру, — шепчет он. — Я не сломаюсь. Я не проиграю. Я стану тем, кого нельзя убить. И когда Феникс прилетит — я возьму его. И стану вечным.