И боль, и успокоение

Монотонный, но слишком агрессивный стук дождя не прекращался всю ночь, заставляя всех кутаться в тёплые одеяла, словно сам факт дождя мог нарушить тепло их домов. Гроза озарила слишком большой, слишком величественный и слишком страшащий особняк. Лес окружал его неприступной стеной, что пугала каждого путника воем, протяжным и слишком пронзительным. Грязь смешалась с травой, листья лишь немного сдерживали дождь, позволяя фигуре двигаться меж деревьев как можно быстрее. Каблуки тяжёлых кожаных сапог давно замарались, но всё ещё стойко не пропускали воды. Плащ, некогда просто бордовый, стал чёрным и слишком тяжёлым от дождя. Совсем уже не помогал он, намочив каштановые волосы. Пальцы в коричневых кожаных перчатках придерживали края капюшона, чтобы хоть немного спастись до прибытия. Совсем скоро. Глаза Гермионы Грейнджер, взволнованные и потемневшие с карамели до темного шоколада, бегали меж деревьев, словно выискивая кого-то. Она знала, что здесь ей не рады. Она лишь девушка, ей совсем не место среди этого густого леса. И она знала, что за ней следят красные глаза во тьме. Но отчего-то в возвышающемся особняке её ждали. Да, может нельзя было это сказать по острым краям, готическим тонам и кричащему где-то грому, но девушка уверена, она знает и верит. Наконец, дрожа от страха и тревоги, Гермиона добралась до ворот. Острые, явно некогда окрашенные кровью, они охраняли покои самой важной персоны этих лесов. Графини. Девушка задрожала, когда услышала позади протяжное рычание. Ворота, словно учуяв страх или может кровь, приветствовали Грейнджер тихим стуком, заглушенным дождем, но слишком знакомым девушке. Медленно они открылись перед Гермионой, позволяя ей пройти, спеша по дорожке до дверей. Совсем немного. Она поднялась по ступенькам, пока в груди застыло что-то в надежде. Двери легко открылись под слабым давлением. Надежда обратилась облегчённым выдохом, когда Гермиона зашла в особняк, аккуратно закрывая дверь. Она быстро сняла капюшон, качая головой, словно пыталась смахнуть дождь, засевший в волосах и голове. Отчего-то именно сейчас стало страшно. Нет, не так, как там, снаружи. Иначе. Страх быть изгнанной обратно. Гермиона сжала зубы. Нет, она не позволит выгнать себя. Ботинки тяжело ступили по полу, прежде чем стук каблуков разразил тишину особняка — Гермиона поспешила к лестнице, уводящей её наверх. Грейнджер быстро достигла второго этажа, чувствуя, что волнение начинает пульсировать в висках. Как только Гермиона достигла нужной двери, возвышающейся и немного пугающей, словно это какой-то средневековый замок, она тихо выдохнула, прежде чем открыть ее. Зал всегда был слишком большим. А ведь обычно здесь проходили застолья, ужины в кругу рода. Но сейчас лишь высокие колонны, свет от люстры с тысячью свечей и высокий трон. Гермиона была здесь далеко не первый раз, но каждый раз приходилось вздрагивать ей. Это нагоняло лёгкий ужас. И трон не пустовал. С бокалом темно-красного и явно крепкого вина, закинув ногу на ногу, сидела высокая женщина. Её длинное скользящее по телу платье соблазнительно оставляло открытыми острые ключицы и изгиб белоснежной шеи, украшенный изумрудом с узором чёрного кружева. Запястья, скрытые длинными рукавами, прекрасные светлые волосы, лежащие на плечах — Нарцисса Блэк была прекрасна. Глаза медленно открылись, позволяя лазурному цвету глаз сверкнуть в полумраке. Однако женщина оказалась удивлена увидев гостью. Лазурь перешла во взволнованное море. Гермиона тихо выдохнула, не заметив, как задержала дыхание. — Что ты здесь делаешь? — голос, обычно низкий и медленный, сейчас был слегка резок и взволнован. Пальцы чуть крепче сжали бокал. — Нарцисса, — тихо выдохнула Гермиона, словно одно это имя успокаивало ее душу. Девушка всё же решилась и пошла ближе к трону. Кажется, имя так же подействовало и на женщину. Ее плечи чуть напряглись, пока она поднесла к губам бокал. Взгляд лазурных и затуманенных глаз сверкнул. — Я пришла к тебе, — Грейнджер смотрела снизу вверх на Блэк, стараясь не раствориться в её красоте. — Пришла помочь. Когда бровь выгнулась в немом вопросе, на бордовых губах женщины заиграла ухмылка. — Помочь? Дорогая, чем же? — она явно даже не видела Гермиону. И верно. С её-то состоянием. Грейнджер лишь убедилась в своей правоте. — Ты голодна, — почти прошептала девушка, но в оглушительной тишине зала это казалось раскатом грома. — Гермиона, — женщина сжала бокал, отводя злой взгляд. — Пожалуйста, услышь, — взмолилась Гермиона. К её счастью или нет, Нарцисса давно ослабела перед девушкой. Блэк лишь сжала тонкие пальцы руки, лежащей на подлокотнике, делая глоток вина. — Мне рассказали, что с тобой. Рассказали, как ты страдаешь со мной. Пожалуйста, позволь помочь тебе, — девушка прижала руку к груди, чувствуя, как её сердце бешено колотится, силясь вырваться. — Страдаю с тобой? — слова, казалось, разозлили женщину не на шутку. Она села прямо, опуская ногу на пол. Каблук лёгким стуком отозвался в зале. — Кто тебе рассказал эту чушь? Девушка отвела взгляд. — Я знаю, когда ты врешь, — чуть тише произнесла Гермиона, сжимая ткань плаща на груди. Нарцисса дрогнула, чуть опешив. Да, она догадалась, что Грейнджер всегда легко её читала. Однако это признание многого стоило. — Я не страдаю с тобой, Гермиона. Будь это так, то ты бы не имела доступа к моему дому в любое время, — снизив тона до ровного, Блэк чуть качнула пустым бокалом, и тот исчез из её руки. — Но ты голодна, Нарцисса. Ты не можешь утолить жажду из-за меня, — Гермиона последовала правилам, так же успокаиваясь. Ее голос казался чуть неуверенным и запутанным. Нарцисса закрыла глаза. Она бы не удивилась, если бы это рассказала девушке её сестра. — Гермиона, объясни мне, чего ты хочешь добиться? — Твоего счастья, Нарцисса, — отчаянно произнесла девушка, начиная дрожать уже не от холода. Кажется, дрогнувший голос повлиял на Блэк отрезвляюще. Она открыла глаза, намного яснее увидев дрожь и холод, бегающие по телу Гермионы. Женщина чертыхнулась, тут же поднимаясь на ноги. Грейнджер вздрогнула, отступив на шаг. Однако Нарцисса за секунду оказалась рядом. На каблуках, да и в целом, Блэк была чуть выше Гермионы, что помогло Грейнджер избегать взгляда лазурных глаз. — Ты вся промокла, — прошептала Нарцисса, аккуратно, но торопливо снимая с плеч плащ, чтобы позволить ему с глухим звуком упасть к ногам. Гермиона прикусила губу. Она всегда слишком бурно реагировала на касания Блэк, но сейчас ледяные пальцы подтвердили теорию Грейнджер — Нарциссу нужно спасать. Как только перчатки были сняты, а Блэк, взмахнув запястьем, призвала тёплый свитер, некогда оставленный девушкой в особняке, Гермионе стало чуть теплее. Накинув его вместо другой кофты, промокшей и липнувший к телу, Грейнджер почувствовала, как немного расслабляется. — Спасибо, — прошептала девушка, прикрывая глаза. Нарцисса смотрела на Гермиону, пока внутри неё разгоралось синее пламя. — Я вампир, Гермиона, я протяну без еды годы, — тихо произнесла Блэк, уже и не пытаясь словить взгляда карамельных глаз. — Но тебе больно, когда я рядом, — сдавленно произнесла Грейнджер, сжимая кулаки. — Знаешь, — усмехнулась Нарцисса, поворачивая голову в сторону, пока улыбка коснулась ее губ, — вроде да, а вроде ты приносишь успокоение. Гермиона слабо улыбнулась, чувствуя тепло в груди. А ведь они познакомились три года назад… три года жить рядом с обычной девушкой, которая скорее должна была стать пищей. Нарцисса удивительна. А ведь она ни разу не показывала того, как сильно ей больно, как желание пытается овладеть ее телом. Гермиона бы и не узнала об этом, если бы не Андромеда, сестра Нарциссы. Интересно, а когда они впервые поцеловались, женщина чувствовала эту боль? — Нарцисса, — тихо позвала Грейнджер. Женщина все же взглянула на неё, встретив чуть неуверенные взгляд, — позволь помочь тебе. Нарцисса закрыла глаза, глубоко вдыхая. Она скрестила руки на груди, словно не желая сорваться. — Дорогая, — Блэк слегка отступила, чувствуя, как начинает нервничать, — это может быть опасно. Если я… поддамся, то мне будет сложно потом чувствовать твою кровь, не думая о том, что я знаю её вкус. Гермиона про себя вздохнула, прежде чем её рука зарылась в светлые волосы на затылке, чтобы повернуть голову женщины к себе, чуть наклонив. Грейнджер накрыла губы женщины своими. Это был лучший способ усмирить Нарциссу. И Блэк замолчала. Её холодные пальцы нашли талию, скрытую кофтой, и она притянула Гермиону к себе, пока девушка обвила ее шею руками. Грейнджер игриво прикусила губу женщины, пальцами поглаживая волосы на затылке. Когда ногти Нарциссы неконтролируемо сжали талию, явно причиняя боль, Гермиона оторвалась от губ. Блэк, поняв, что произошло, собиралась отстраниться, но Грейнджер лишь коснулась её бледных скул. — Видишь, — прошептала она, восстанавливая дыхание. — ты голодна, Цисси. Она назвала так Нарциссу, лишь когда пыталась упросить женщину пересилить себя. — Я не знаю, — прошептала Блэк, опуская голову на плечо девушки. — Я не хочу причинять тебе боли. Гермиона нежно погладила светлые волосы. — Тогда укуси меня, — промурлыкала Грейнджер, — мне больно только от того, как ты дрожишь, и как ты холодна. Нарцисса вздохнула тихо. Она подняла голову, встретив карамельные глаза, словно пытаясь прочесть: насколько Гермиона уверена. Но девушка была непоколебима. Блэк была на грани, они обе знали, что «годы» — это преувеличение, когда желаешь кого-то столь долго. Грейнджер мелко вздрогнула, когда они оказались у трона. Нарцисса села, позволяя Гермионе оседлать колени. Девушка поцеловала нос женщины с нежной улыбкой. Блэк прильнула к шее, медленно коснувшись губами пульсирующей вены. Оставив мягкий поцелуй, она закрыла глаза. Нарцисса приоткрыла губы, опаляя горячим дыханием шею. Гермиона нежно зарылась в светлые волосы, заодно убирая мешающие пряди. Блэк знала, что не сможет больше отпустить Грейнджер, когда попробует это, этот миг на вкус. В тот момент, когда она вонзила клыки, когда на язык пала первая капля крови, их стоны слились в один. Сердце в груди Нарциссы забилось с удвоенной силой, пока голова начала кружиться. Она чувствовала, как дыхание Гермионы учащается, как она чуть сжала пальцы, зарытые в светлых волосах Блэк. Девушка чуть ближе прижалась к женщине, нежно поглаживая волосы. Нарцисса почти дрожала. Она слышала. Слышала, как билось сердце Гермионы прямо напротив её. Стук самого её родного сердца. Сердца той, кто растопил ее ледники и проник глубоко в голову. Гермиона стала той, кто заменил ей целый мир. Она открылась, позволяя лицезреть красоту своей души. Души, которая любит зелёный чай без сахара, которая всегда мечтала о собственном доме вдали от родни, которая сидит дома в самые солнечные дни и выходит в самый холод или дождь. Души, которая любит Нарциссу. Монстра. Сдавленно шептала раньше Блэк, но Гермиона нежно касалась ее почти пепельной кожи, наслаждалась мягкими поцелуями, коснувшимися костяшек пальцев. Грейнджер мягко убеждала Нарциссу в обратном. И сейчас Гермиона тихо пыталась восстановить дыхание, пока Блэк терялась во вкусе, стараясь взять себя под контроль. Грейнджер мелко вздрогнула, когда Нарцисса оторвалась от неё, целуя кожу, слизывая кровь. Она прикрыла глаза, чувствуя головокружение. — Ты в порядке? — нежно спросила Гермиона, аккуратно отпуская светлые волосы. Блэк слегка усмехнулась. — Это мой вопрос, — прошептала женщина, поднимая голову. Грейнджер слегка смущённо улыбнулась, прежде чем пожать плечами. Когда Нарцисса поцеловала девушку, та полностью растаяла. — Боюсь, не только ты быстро станешь зависима, Нарцисса, — тихая улыбка подняла уголки губ. Нарцисса тихо рассмеялась. Гермиона закрыла глаза. — Ты всё же в порядке? — спросила Блэк, касаясь пальцами щеки девушки. — Голова кружится, — лишь покачала головой Грейнджер. — Это странное чувство. Нарцисса мурлыкнула, целуя губы девушки. — Да, душа моя, так должно быть, — она обняла Гермиону за талию, прикрывая глаза. — Но хочешь ли ты повтора такого опыта? — Прости, — сдавленно прошептала девушка, отводя взгляд, — мне кажется, что сегодня это может закончится плохо, — Грейнджер прикусила губу, пока в глазах плескалась вина. Она и не знала, что Нарцисса может быть такой ненасытной. Женщина ласково улыбнулась, убирая прядь каштановых волос за ухо. — Дурочка, — тихо произнесла Нарцисса, — мне не нужно много крови, чтобы насытиться. Всё в порядке. Я говорю не о сейчас. Гермиона приподняла взгляд, смущённо улыбнувшись. Блэк притянула ее к себе. — Спасибо, любовь моя, — прошептала старшая, закрывая глаза.