One Hundred Percent Match

Эндрю Миньярд ненавидел День святого Валентина. Это может показаться ложью, учитывая количество ромкомов, которые он просмотрел за всю свою жизнь, но серьезно, он делал это только для науки. Нужно знать, с каким врагом бороться, когда встретишь его. Тем более, никто не отменял знания поп-культуры. Он же не невежественный идиот, который никогда в жизни не видел телевизор. А даже если так, он много читал. Кто может запретить чтение? Что было единственной проблемой, так это то, что в книгах без устали говорили о любви. Почти каждый второй роман в его руках оказывался в итоге завязан на чьих-то чувствах, даже если с минимальным значением. Это ужасно бесило. Тем не менее, это помогало бороться с врагом в реальной жизни — с влюбленностью. Просто отвратительно. День святого Валентина в старшей школе Пальметто никогда не сулил ничего хорошего. Каждый год школьный комитет, в который входил и его кузен Ники, придумывал все более и более изощренные способы пыток над людьми. Любовь требовала мучений, так говорил Ники. Не буквально, конечно, но Эндрю воспринимал это в своей голове именно так. Именно поэтому каждый День влюбленных превращался во всеобщую истерию, сравнимую только с истерией в Салеме. Эти глупые подростки не переставали придумывать все больше и больше идей, которые могли помочь другим ученикам школы подхватить хламидиоз, но если говорить их языком — встретить свою любовь. В этот год школьный комитет устроил анкетирование для подбора идеальной пары, где каждый ученик, прошедший тест, получает индивидуальный список из пяти имен и номеров телефонов возможных претендентов на становление второй половинки. И это даже не могло бы быть так ужасно, если бы его кузен, брат-близнец и вся их компания друзей-идиотов не решили съесть ему мозги ложкой и заставить — хотя бы в шутку — пройти дурацкий тест на совместимость. Друзья Эндрю — компания экси-спортсменов, называющая себя лисами, — даже не были его друзьями по-настоящему. Нет, они считали его другом, в то время как он их — проблемой. Обычно в проблемы мало кто вкладывается психически, морально и физически, но, оказывается, нормальные люди считают это дружбой. Эндрю же находил это бесконечной, неоплачиваемой работой: он постоянно терпел других людей, которые неконтролируемо испытывали к нему теплые чувства. Он никогда не признается, что десять процентов от всего своего времени он не так уж их и ненавидит, а иногда даже волнуется… Знать об этом, конечно же, никому не нужно. Репутация все-таки достигается годами. И все же они по-прежнему виноваты в мучениях Эндрю из-за этого чертового анкетирования. Он просил Рене помолиться за его быструю кончину, но она отказалась, что было серьезным ударом настоящего предательства. Вместо того чтобы долго огорчаться, он почти оторвал себе голову, молясь Богу, в которого не верил, чтобы в конечном итоге его сбила машина — не очень помогло. Видимо, у него хороший опыт выживания рядом с машинами. Прости, Тильда. Выкуси, Тильда! Так или иначе он оказался в лапах смерти — своего кузена Ники, который оказался волонтером на чудеснейшем празднике любви и позора, — и мучительно страдал в адском пекле своих грехов, а точнее, заполнял опросник на совместимость. Вопросы на удивление не были столь бесполезны. Возможно, из этого что-то и выйдет. Для кого-то, кроме Эндрю, конечно. Твой идеальный партнер? Тот, кто знает, что такое «нет». Как ты проводишь субботний вечер? Курю на крышах домов. Какие люди тебя привлекают? Незабываемые. Интересные. Любопытные. Любимая музыка? Малоизвестные инди-группы, рэп, неоклассика. Качество, которое может привлечь тебя в человеке? Если он сможет закрыть рот мудаку одними только словами. Любимая литература? Детективы, драма, ужасы, романы. — Ты бы еще написал, что читаешь «Девушку в поезде» в сотый раз, — Ники издал звук губами, будто ребенок, и нахмурился, продолжая читать другие ответы. — Чужое не читать не учили? — без эмоций бросил Эндрю. — А как я должен ввести твои ответы в базу, если не буду их читать?! — его кузен всплеснул руками, почти выронив лист. — Тогда не вдумывайся, — пожал плечами Миньярд. — В чем проблема не комментировать каждый мой ответ? Это не моя идея — проходить тупые тесты для безмозглых. Ники закатил глаза и покачал головой, обиженно сжимая губы. Он вбивал где-то двадцатый вопрос из сорока, когда Эндрю решил спросить: — Как это вообще работает? — Я особо не знаю, — Ники расширил глаза, увидев очередной ответ, а потом снова покачал головой, надув губы уточкой. — Но придумал это Джереми Нокс с курса информатики, — Ники наклонился к Эндрю через стол, прикрыв уголок рта. — Он такой горячий! — прошептал он. — Еще одно такое слово, и я звоню Эрику, — Миньярд моргнул, его лицо не выражало никаких эмоций. — Эй! — кузен поднял руки вверх, как бы обороняясь. — Да ладно тебе! — Твой бойфренд уехал в колледж, а ты уже свой язык распускаешь, — Эндрю наконец фыркнул, закатив глаза. — У нас есть правила, братишка, — Ники усмехнулся. — Свободный список парней для траха, — он шевелит бровями, — я все-таки не железный, дай пофантазировать. — Если умение держать член в штанах — это усилие нереальных масштабов, тебе пора к психотерапевту. Может, мне набрать Би? — Боже, да все! Понял я, понял, — говорит Ники, продолжая вводить результаты анкеты Эндрю в программу. — Убери свои когти. Миньярд вздохнул, уставший от этого разговора, и развалился на кресле. Он сложил руки на груди и уставился в потолок. Заблокировал все звуки, кроме голоса кузена, который напевал мелодию, и молча размышлял о том, как ненавидит Нила Джостена — его типичное занятие, когда ему было скучно. Студенты вокруг него кричали как сумасшедшие. Видимо, были чрезвычайно рады результатам. Но это все равно было плохо: планировка была ужасна, все собрались в спортивном зале, толпились, а некоторые и вовсе ждали очереди, заполняя свободное пространство для прохода. Дышать становилось трудно. — Долго там? — Эндрю потряс ногой. — Ники, я жрать хочу. — Секунду! — кузен шикнул. — Сейчас распечатаю и как раз закрою свою смену! — Смену? — Миньярд приподнял бровь. — Ага, — Ники нажал пару клавиш, и дохлый ксерокс заработал. — Марисса меня подменяет. Я договорился с ней на время обеда, мы же все вместе будем смотреть на результаты. — А, — Эндрю кивнул. Он забыл, хотя и не запоминал на самом деле. — Точно. Пока аппарат печатал результаты на тошнотворно-розовой бумаге, взгляд Эндрю переместился на пару столов вперед. Ужасный Нил Джостен сидел прямо напротив Кейтлин, не менее ужасной подружки его брата-близнеца. О, эти чирлидерши. Только она так ужасна, или они все такие? Он больше склонялся ко второму варианту, в такие моменты ему хочется быть более тупым, поэтому он позволяет себе это, обобщая невинных людей в группу недалеких. Он вздохнул и начал думать, как же все привело к этому. В компании друзей Эндрю был еще один человек, помимо него самого, подвергшийся нападкам социального давления и розовых сердечек. И этим человеком был Нил Джостен. О, вот этого человека Эндрю по-настоящему не мог выносить. Если компания лис еще могла называться его друзьями, пусть и в кавычках, то эта человеческая бомба была его заклятым врагом. Ну, почти. Нил не знал, что для Миньярда он тикающий механизм, состоящий из взрывчатки, просто думая, что Эндрю его ненавидит. И это не было ложью, но и не отменяло того факта, что Нил ненавидел его в ответ. Это было очень глупо, объективных причин для взаимной ненависти не было, учитывая что они находились в общем кругу, а лисы чуть ли не поголовно носили браслеты дружбы, но они все равно относились друг к другу с небрежностью и отстраненностью, с молчаливым отрицанием присутствия друг друга или язвительными ответами, которые заканчивались кровопролитием одними лишь взглядами. Если коротко, они оба недолюбливали друг друга. Честно? Это не было сюрпризом. Эндрю часто обозначал людей красным крестиком «следующий», даже если видел их всего раз в жизни. Тут же ему хотелось бить на кнопку «уйди с глаз моих» каждую секунду при виде Нила Джостена. В любом случае Эндрю со всей страстью презирал существование этого человека. И поскольку это работало в обе стороны, была еще одна вещь, которая связывала их вместе хоть как-то — общая ненависть к концепции любви и отношений, что заставляла их кривиться. Мерзость. Хотя нет, только Эндрю считал это мерзостью, Нил же, скорее всего, просто был отсталым и напросто тупым. Ладно, это было не так, но Эндрю хотелось быть вредным, а еще он не мог признать, что у них есть что-то общее. Шокирующе. Хорошо, это было неважно, потому что Нил заполнял анкетирование и подвергался нападке с ложкой в мозгах от Лисов вместе с ним — они оба позорно опустились под натиском браслетов дружбы. Джостен посмотрел на часы, а потом, что-то сказав Кейтлин, взял рюкзак и ушел в сторону коридоров. Эндрю наклонил голову, результаты Нила все еще печатались, и, когда те вышли из аппарата, девушка аккуратно сложила их и положила в свой рюкзак. — Готово! — воскликнул Ники, отвлекая от раздумий. Кузен почти заглянул в лист, когда Эндрю резко вырвал его из аппарата и приложил к груди. — Не лезь не в свое дело. — Ха! Боишься, что я увижу список твоих мужчин и заберу одного у тебя из-под носа? — Не хочу часовых лекций о сравнении задниц чувака под номером один и номером два. Ты это отлично умеешь, — Эндрю натянуто улыбнулся, а потом резко сбросил маску и посмотрел на кузена с гладким пустым лицом, показывая, насколько тот неоригинальный. — Какой ты смешной, — Хэммик закатил глаза, — прямо с ума сойти. И там, к слову, целых пять чуваков. Я бы не сравнивал пять задниц. — Просто отлично, — съязвил Эндрю, а потом отнял лист от груди, с готовностью взглянуть. Хэммик резко пискнул, рукой прижав лист обратно. — Эй! Мы договаривались все вместе посмотреть результаты на обеде! — Какая разница, где смотреть, — он свел брови, качнув головой. — Не будь придурком, Эндрю. Мы договорились с ребятами, я даже поменялся сменами с Мариссой, чтобы пообедать вместе! И Кейтлин тоже, — он качнул головой в сторону чирлидерши. — Будто мне есть дело, — буркнул он, но все равно свернул листок и засунул его в карман. Кузен победно улыбнулся, нажал пару кнопок, перевел школьный ноутбук в спящий режим и взял свой рюкзак, чтобы отправиться на обед. По пути к выходу они встретили Мариссу, которой Ники дал пару инструкций и назвал номер ноутбука для работы, прежде чем попрощаться и пойти дальше хвостиком прямо за кузеном. Эндрю хотел фыркнуть, но он устал. Не хотелось признавать, но все же на долю процента ему и вправду было интересно, что ему вывела программа. Хотя, есть в этом смысл или нет, поесть он хотел все равно больше, чем знать имя придурка с его совместимостью из анкеты.

***

— Не может быть, — воскликнул Мэтт. Действительно, как такое возможно? Это точно шутка. Все это наверняка большой спектакль, который устроили для них друзья, потому что другого объяснения этому нет. О, это Ники, не так ли? Это все его дерьмовое чувство юмора. Но осознание, что это все-таки не проделки его друзей, а реальные результаты, лучше не сделали. Это правда происходит? Нет. Да. Нет. О, нет, нет, нет! Да… О, да. Эндрю впервые не помнил, что было до этого момента. Он не понимал, как это случилось, его тело будто застыло. Он лишь знал, что, когда они с Ники вошли в столовую и уселись за их столом, переглянувшись с лисами хитрыми взглядами, все тут же достали свои листы и начали просматривать результаты. Только Аарон и Кейтлин блаженно сидели на своих местах, чуть ли не прижавшись щеками, и смотрели на друзей в ожидании вердиктов. Они были в этой своей дурацкой фазе «я люблю тебя больше всех на свете» и не проходили тест. Их конфетно-букетный период выглядел отвратительно. Фу. Когда все достали свои листки и начали быстро пробегать глазами по результатам, выражения лиц всех быстро стали веселыми. — Малыш, нам пора к семейному психологу, — фыркнула Элисон, читая свои расчеты. — Черт, мы даже не попали друг к другу, какого хрена? — Сет посмотрел на ее листок. — Серьезно? Рене? Уокер попала в твой тест-лист на совместимость, а я нет?! — Ты просто дерьмовый парень, вот и весь секрет, — Ники тыкал в него. — О, да иди ты, — Гордон нахмурился и кинул в него долькой морковки. — Дэн, детка, у меня Нил! — Мэтт ударил себя по груди. — Сорок три процента совместимости! — Фу! Какого ебаного хрена у меня Кевин на девятнадцати процентах? — Рейнольдс помахала листком в воздухе. — Эй! — Дэй шлепнул ее по руке. Жан захихикал рядом с ним: — Успокойся, вы просто оба высокомерные модные придурки, — он сказал последнее слово так, что его акцент ярко и красиво окутал грубые слова. — Поэтому и сошлись. Радуйся, что твоя паршивая задница имеет семьдесят семь процентов с Джереми. Лисы громко заулюлюкали. — О, Джереми Нокс, — ворковал Ники, — умный и горячий создатель программы. Кевин, прекрати пускать слюни и действуй! Даже тест самого Джереми говорит тебе пригласить его на свидание! — Можете ли вы перестать сводить меня с людьми, с которыми я не планирую встречаться? — он всплеснул руками. — Ты же влюблен в него, разве нет? — Дэн сдерживала ухмылку. — Нет, — рявкнул Кевин. — Почему никто не верит, что я могу восхищаться кем-то за то, какой он человек? Брови Сета взмыли к линии роста волос: — Ты? И восхищаться человеком? — Да никогда в жизни, — расхохотался Мэтт. Ах, какие же они были до чертиков веселые и радостные. Эндрю могло стошнить в любую секунду. Просто невероятно, как их лица трескались от счастья и забавы, в то время как его жизнь остановилась здесь и сейчас, а руки намертво вцепились в листок так, будто там был написан приговор о заключении под стражу или о смерти. Борель Салас — 3% (номер: +598-787-9092) Теодор Фортис Грайс — 9% (номер: +598-347-0946) Исая Вайс — 17% (номер: +598-339-1221) Роланд Блэк — 39% (номер: +598-998-6642) Нил Абрам Джостен — 100% (номер: +598-103-1003) Его руки продолжали сжимать проклятый розовый лист, пока он пытался взять свое тело и мозг под контроль. Казалось, никто не заметил его кризис. Пока. До тех самых пор, пока он медленно не поднял свой взгляд и не наткнулся на лицо напротив. Нил Джостен смотрел на него с таким видом, будто бы проглотил кислый лимон. Он был одновременно ошарашен, испуган и зол. Ну и, может, совсем каплю повержен в неловкость. Почему-то Эндрю казалось, что его лицо было точно таким же. Наконец кто-то ощутил заминку, тишину в пространстве между ними. Разумеется, этим человеком был Бойд. — Приятель, с тобой все хорошо? — Мэтт посмотрел на парня, а затем на Миньярда. — Вы чего так пялитесь? У вас что, совпадение? — он рассмеялся и заглянул в листок Нила. — Да не расстраивайся ты, у нас сорок три процента, бро! Я так и знал, что мы точно лучшие друзья! А ну-ка, кто там еще у тебя… Ага! Марисса Бэйкер — двадцать шесть процентов! Чувак, она же подкатывала к тебе, ты помнишь? О-о-о! Это было просто уморительно, как ты этого не понял. Ладно, кто там еще… — Мэтт резко застыл. — Вот дерьмо. — Почему ты и Миньярд продолжаете убивать друг друга глазами? — Сет свел брови и усмехнулся. — Что, стопроцентное попадание забацали? — Не может быть, — воскликнул Мэтт. — Да боже мой, Бойд, — заворчал Аарон, — говори! — Эндрю Джозеф Миньярд — сто процентов! — завопил парень. — Нет, — рассмеялся Аарон, он посмотрел на брата, и его улыбка погасла. — Да нихрена, — Эндрю даже не сопротивлялся, когда близнец вырвал у него листок из рук и быстро пробежался по нему глазами. Он раскрыл рот, а затем повернулся к Кейтлин: — Ты знала! Девушка захихикала, прикрывая рот руками. Лисы уставились на них. Впервые они молчали так долго. Элисон смотрела на Нила, и Эндрю видел, как она закусывает губу, ее глаза были настолько огромными от сдерживаемого смеха, что, казалось, она вот-вот лопнет. Сет сжимал губы рядом с ней, и, черт, они были так похожи в этот момент. Остальные лисы были не лучше, потому что они взорвались смехом, как только Гордон не выдержал и громко фыркнул. Они просто начали смеяться как сумасшедшая стая диких котов. Мэтт бился головой об стол, Жан уткнулся лицом в плечо Кевина и пытался сдержать смех руками, а Кейтлин тихо хихикала на пару с Ники. Боже, Эндрю был прав. Эти люди точно не достойны быть его друзьями. Не после того, как даже Рене уперлась локтем в стол и прикрыла смешок ладонью, делая такой небрежный вид, какой только может монашка в отпуске, черт возьми. Миньярд ей этого не простит. Как не простит и своего близнеца, который беспомощно сжал губы в линию, но все равно подавился соком и смотрел на Эндрю как на полного кретина и самого огромного идиота. О, этот ужасный близнецовый взгляд «я все о тебе знаю». Миньярд терпеть его не мог. Аарон будто кричал, что он полон дерьма по самые колени и увязает в это все больше. — Я так и знала! — наконец сказала Рейнольдс. — Я всегда знала, что это близко либо к убийству, либо к траху. Ники вытирал слезы, вызванные смехом. — Заставить вас пройти анкетирование было самым лучшим решением этого года, серьезно! Вы бы видели ваши лица сейчас. Они продолжали смеяться, когда Нил зашипел: — Это ты подстроил? — Разве из нас всех не ты тут главный лжец, м? И это было правдой, их компания знала всю историю Нила с программой защиты свидетелей, даже несмотря на то что ее было запрещено разглашать, Джостен слишком привязался, слишком доверял и наконец, наконец-таки обрел настоящий дом и семью. И, когда упоминалась семья, он имел в виду не только дядю Нила, Стюарта, но и его друзей. Даже Эндрю был посвящен в это: так или иначе он был частью компании, этого не избежать. Все равно они уставились друг на друга со всем этим яростным прищуром и подозрительностью в глазах. — Мудила, — бросил Нил. — Проблема человечества, — ответил Эндрю. И затем это продолжилось потоком оскорблений. Детский сад. — Ошибка природы. — Тупица безбашенная. — Говнюк проклятый. — Таракан лживый. — Тупой эмо-ублюдок. — Ебаный сукин сын. — О, да чтоб ты подавился, гребаный… За столом раздался резкий свист, несколько людей в столовой обернулись на них. Эндрю перевел взгляд на источник шума в тот самый момент, когда Сет вынимал два пальца изо рта. Свистун чертов. — Эй, малышня, — он скривил губы в усмешке, — может, хватит проклятиями кидаться? Это я тут плохой парень, забыли? Аарон закатил глаза, перегнулся через стол и запихнул ему в рот лист салата. — Да-да, ты наш плохой мальчик. Гордон выплюнул салат и хмуро уставился на Миньярда. — Это уже третий лист салата за неделю, в следующий раз я тебе пальцы выверну! Элисон снова начала хохотать, ее рука потянулась к голове Сета и потянула к своему плечу, поглаживая волосы, как маленькому ребенку. Весь стол снова начал смеяться. — Ну так и что? — Ники наконец сложил пальцы в замок и уперся в них подбородком, заискивающе ухмыляясь. — На свидание-то пойдете? Он посмотрел на кузена, и Эндрю тут же показал ему средний палец. Он смял розовый, покрытый сердечками лист в комок, и хмуро уставился на Нила. — Еще чего. Джостен оскорбленно раскрыл рот: — Да больно надо, ты, сраный… — Стоп! — Дэн ударила его по бедру, от чего парень цокнул. Он надул губы и так же смял лист, выкидывая себе за спину. А затем посмотрел на Эндрю, проговорив одними губами «пошел ты». Миньярд победно высунул язык, облизывая верхнюю губу, и ухмыльнулся. Почему-то ему казалось, что он выиграл в каком-то споре. Они наконец успокоились, и лисы продолжили обсуждать свои совпадения. Это было безумно, но многие признались, что тест не так уж и плох и во многом действительно совпадает с их интересами и жизненными позициями с теми, с кем свела их программа. Лисы действительно знали многих в школе, поэтому то, как поразительно хорошо сработал тест их немало удивило. Они успели обсудить Джереми и то, как же он заставил эту программу работать так точно, и еще раз посмеяться над Эндрю и Нилом, зная их обоюдную непереносимость друг друга, которая никак не вязалась с результатами анкетирования. Это, кстати, не давало Миньярду покоя. Ладно, было глупо делать вид, что Эндрю все равно. Ему не было. И вся эта напускная небрежность тоже была идиотской, потому что ненависть к Нилу шла от чего-то, что он не хотел принимать, что ему не нравилось принимать в себе. Он даже не помнит, как они начали так относиться друг к другу. Это просто было, и все, но… Как бы сильно Эндрю ни хотелось отрицать, весомая часть отвращения к Джостену шла от заинтересованности и…ладно, это было притяжение. Это по-детски, ненавидеть кого-то от собственной же симпатии, но он подросток. Ему совсем недавно исполнилось восемнадцать. Разве это не то, как работает мозг подростков? Нет? Хорошо. Эндрю просто хотелось кричать на Нила за его лицо целые сутки. Да, за лицо, вредный характер, интересные мысли, умный и язвительный рот, красивые тупые волосы, может быть даже из-за его безумного знания нескольких языков, или из-за того, какой тот был гребаной зубрилой математики, и… Эндрю не знал. Черт, он правда не знал. Он мог часами смотреть на этого парня и думать о том, как открутит ему голову, — его любимое занятие, — но признаться в том, что он хочет сделать это только потому, что у него в груди стоит комок и глупое желание взять его за руку? Нет, он не может. Эта симпатия ко всему в Ниле просто выбешивала Миньярда до самых недр души. Он хотел подойти и ударить Джостена по лицу, а потом часами кричать за то, что ему хочется его поцеловать, а потом снова ударить его по лицу, потому что… О, он был очень злым за собственные мысли. И пока их друзья говорили, обсуждали и смеялись, Эндрю думал о том, почему тест сработал так? Просто…почему? Может ли это быть из-за его симпатии? Возможно ли, что он подходит Нилу так же, как Эндрю кажется, Джостен подходит ему самому? Он перевел осторожный взгляд на парня напротив, Нил уже смотрел на него, но заметив взгляд Миньярда, тут же закусил внутреннюю сторону щеки и посмотрел в другую сторону. Его задумчивое лицо плескалось от мыслей, Эндрю видел его насквозь, но были ли эти мысли такими же, как и у него самого — навряд ли. Сто процентов нет. Черт, фу, проценты преследуют его. Тупой Ники. Это все-таки его вина.

***

Если Господь Бог существует, то он смеется над ним. Если он существует, то он либо решил сыграть с Эндрю в какую-то изощренную игру, либо Рене пошла и нажаловалась всем святым за то, что он отменил их поход к пруду в прошлые выходные. Никак иначе он не мог объяснить то, что с ним случилось. [02:58] Где ты?

[03:00]

кто это?

Это был Нил. Не то что бы у Эндрю не было его номера телефона, несмотря на то, что они никогда не созванивались и не списывались, но он был злобным, и этим все объяснялось. И все же, Эндрю давно узнал его номер, он даже сам не знал, зачем. Возможно, чтобы когда-нибудь настрочить ему гадости. Кроме того, он почти уверен, что до сегодняшнего дня у Нила его номера телефона точно не было. Значит, он взял его с анкеты. [03:00] Это Нил.

[03:02]

кто?

[03:03] Ты не смешной.

[03:04]

правда?

мне говорили, что я очень смешной.

просто уморительный.

[03:04] Где ты?

[03:06]

зачем тебе?

хочешь перерезать мне глотку?

слишком грязный способ убийства.

О, Эндрю не мог остановиться. Нил написал ему. Нил Джостен написал ему, а значит у него есть возможность говорить ему дерьмо и просто говорить с ним. Нет, он не упустит такую возможность. [03:07] Эндрю.

[03:10]

м?

[03:10] Серьезно. Нужно поговорить. Где ты?

[03:10]

в гостях у мисс Дэрри.

У него был урок английской литературы, который должен был закончиться еще пять минут назад. Однако мисс Дэрри задержала их, чтобы раздать материалы для эссе. Она дала Эндрю два дополнительных пособия. У этой женщины были планы на него и его статьи для газеты, он бы не сказал, что был слишком рад этому. Хотя знание того, что кому-то нравится то, что он пишет в своих работах, несколько повысило его самооценку. О, не будем зазнаваться. Не нужно забывать про репутацию монстра под кроватями маленьких детей. Когда он наконец вышел из кабинета, Нил Джостен уже ждал его. Эндрю прищурился и наконец внимательнее разглядел его. Он не обращал внимания на его одежду сегодня во время анкетирования, лишь все время смотрел на его лицо, но это мелочи, Миньярд всегда смотрел на его лицо. Пару раз Эндрю даже всерьез давал себе пощечину за это. Правда только тогда, когда его никто не видит. На Ниле была большая фиолетовая футболка, темная кожанка и свободные черные джинсы — неплохой видок. Видимо, это опять проделки Элисон. Ему следовало пригрозить ей, чтобы она больше так не делала, когда у Нила был неплохой видок, Эндрю было сложнее продолжать обзывать его в своей голове. Джостен перекатывался с пятки на носок в своих кедах, пока его рюкзак время от времени слетал с плеча. Когда Нил увидел его, он чуть приоткрыл рот, а затем быстро его закрыл, немедленно преодолев расстояние между ними в два шага. — Прогуляемся? — выпалил он. Эндрю медленно моргнул: — Что. Нил застыл, затем облизал губы и попробовал снова: — Хочешь погулять со мной? Это что, шутка? О, нет, плохая шутка. От таких шуток у Эндрю заныло в животе. Господи, Джостен вообще умел нормально шутить? Ужасное чувство юмора. — Зачем. Нил сглотнул: — Я хочу погулять, эм, с тобой. Хочешь? Сумасшедший Нил Джостен зовет его погулять. Эндрю сейчас находился в фильме ужасов или в романтической комедии? Что за дерьмо. Господь Бог, это ты? — Ты что, головой ударился? — Эндрю наконец смог сказать больше одного слова. Это был успех. Нил нетерпеливо топтался на месте: — Слушай, пойдешь со мной…на, э-э, сви… Ну, в кафе? Эм, или в парк? Пойдем в парк? Там есть качели. Можем покататься на качелях…знаешь… Какие еще качели? Качели! Никаких качелей. Ни эмоциональных, ни настоящих. Он что, тупой? Гулять? Нет, конечно. Он никогда не пойдет гулять с Нилом Джостеном. — Ладно. Нет. Почему! Нет, это проделки дьявола. Или все-таки Бога. Нил застыл: — Правда? — Эндрю не ответил, красноречиво моргнув. — О, хорошо? Так, значит, да? М-м, так в кафе или в парк? — Парк. — Хорошо. — Джостен. Нил заинтересованно качнул головой: — Да? — Я не гуляю с людьми без мороженого. Парень сузил глаза: — Не то чтобы ты вообще гулял с кем-то, — Эндрю поднял брови. — Ладно. Ага… Да. Я куплю тебе мороженое? — За свои деньги, — уточнил Миньярд. Нил продолжал смотреть на него таким странным взглядом… — Да, за свои. — Джостен. — Да? — А что происходит? Нил задумался. Нет, ну просто смешно, он по-настоящему задумался, и даже приподнял голову к потолку, мыча про себя. — Я не могу хотеть прогуляться? — Со мной, — подчеркнул Эндрю. — А в чем проблема? Он спрашивает, в чем проблема. Он спрашивает в чем тут проблема? Это невозможно. — Мы ненавидим друг друга. — Ну, это… — Да, Джостен, это. И это очень странно. — Знаешь, что? Хватит. — О, теперь мы вот так заговорили? — Эндрю начинало это нравиться. Как же замечательно, они снова возвращаются к этому прекрасному моменту, когда могут просто послать друг друга на хуй. Отлично. Это намного лучше. Он горд собой — снова смог довести Нила Джостена до истерики. — Да, вот так. Так что, хватит. У меня сейчас лабораторная, и я знаю, что у тебя еще один урок и встреча с мисс Добсон. Нет, — он указал на него пальцем, — не надо мне этого, я узнал у Аарона. Так вот, я отошлю наших друзей, а Ники скажу, что у тебя какие-то там дела. Отдашь ему ключи от мазерати. Я сам отвезу нас, — нет, стоп, все должно было быть не так. — Буду ждать тебя на парковке после сеанса с Бетси. Мы идем гулять. Нил Джостен, как подобает истинным мудакам, небрежно махнул рукой, развернулся и ушел в другую сторону. Интересно, и кто его научил такому откровенно кошмарному поведению? И, серьезно? Он просто сказал «хватит», а потом «мы идем гулять» и просто ушел? Нет. Снова шутки от Бога. Черт, Эндрю уже согласился. Хотя…он был и не против… Хотя…он вывел Нила на истерику… Но, как же так, он думал, что Джостен не серьезно. Он ведь не серьезно?

***

Нил был серьезен. Не сказать, что Эндрю был уверен в том, что они действительно собираются на прогулку, но он все же отдал ключи Ники, чему тот был слишком уж удивлен. Но Миньярд не стал обращать на это внимание, как и не стал обращать внимание на волнение и легкую…панику. Не будем лгать, Би всегда говорила, что хотя бы с собой нужно быть честным, поэтому…да. Он был очень взволнован. Эндрю даже на всякий случай зашел в туалет и слегка расчесал волосы пальцами. Ну ладно, хорошо, еще он пощипал себя по щекам, чтобы придать им здоровый румянец перед тем, как выйти на улицу. Омерзительно, до чего он докатился всего за один день. Нил ждал его на пустующей парковке, облокотившись на свое серое вольво. В одной руке у него была сигарета, а в другой банка с… Что это, мороженое? Эндрю его ненавидел. — Когда ты успел его купить? — спросил он, когда Нил сунул его ему в руки. — Съездил, пока ты был на сеансе у Добсон, — Нил пожал плечами. Какой-то он был…не такой. Не обзывается. Спокойный. Собранный. Ну, почти. В любом случае, он не ругался, а это уже был плохой знак. — Поешь, пока мы едем к парку. Я взял нам кофе. — Ты взял, что? — Ты глухой? Кофе. Эндрю открыл дверь переднего сидения: — Зачем ты взял кофе? — Господи, Эндрю, я подумал, что мы выпьем кофе и покачаемся на качелях, хорошо? — Нил воскликнул. Отлично, он снова довел его до истерики. Замечательно. — Покачаемся на качелях и выпьем кофе, — передразнил Миньярд, когда парень издал усталый вздох. Ох, как хорошо было его бесить. — Дерьмовое мороженое, — пробормотал он с полным ртом, когда они выехали на дорогу. — Не подавись, — прошипел Нил. — А тебе так и хочется, чтобы я подавился, верно? — Жду не дождусь! — Так и знал, — рот Эндрю по-прежнему был забит шоколадными вафлями. — Вот и отлично. Теперь мы можем просто нормально поговорить? Эндрю закатил глаза: — Валяй. Нил вдруг замолчал. Он мельком взглянул на Миньярда, но слова будто не шли, но затем все-таки попробовал: — Как прошел день? — Ты не серьезно. — Это вежливый разговор двух взрослых людей. — Не очень-то похоже. — Так ты ответишь? — Нил ударил по рулю. — День прошел нормально, Нил. Как и всегда. Что-то еще? — Да. Как сеанс с Добсон? Эндрю посмотрел на него. О боже, это было очень странно, но он все равно почему-то ответил правдиво. — С Би все отлично, — а потом, злясь на самого себя, спросил у него в ответ предельно вежливо, насколько мог. — А у тебя как прошел день, Нил? — Хорошо. Спасибо. — Отлично, — выдохнул Эндрю, — теперь можем помолчать. Путь был долгим, хотя ближайший парк совсем близко. Они больше не обмолвились ни словом, но сама поездка, на удивление, была комфортной. Они словно думали о чем-то своем, разделяя тишину, впервые, с уважением. Вообще-то, Эндрю даже понравилась эта поездка. Ему всегда нравилось смотреть на дорогу, деревья и дома, пока машина бесконечно крутила колеса и вела его черт пойми куда. Обычно, в такие поездки он всегда выбирался только со своим приемным отцом — Дэвидом Ваймаком. Они наконец доехали до парка, к тому времени Эндрю уже съел мороженое и даже успел покурить в открытое окно. Когда оба выбрались из машины, а Нил взял кофе, они пошли…к чертовым качелям. Боже, этот человек не шутил. Присев на качели, Нил передал ему напиток, и черт знает, откуда он узнал, какой кофе пьет Миньярд. Они начали молча раскачиваться, совсем чуть-чуть, и это было совсем не странно. Мелкий зуд прошелся по коже, и когда взгляд Эндрю зацепился за профиль Нила, ему пришлось отвернуться. Слишком быстро в животе начинало крутить. — Ну ладно, эм, как там Ники… — Кто тебе давал советы по общению? — Мэтт, — сдался Джостен. — Сказал, что когда начинаешь общаться с кем-то, нужно начинать с чего-то простого, спросить, как прошел день… Поговорить про погоду, про новости в семье и вообще… Эндрю фыркнул, отпивая напиток. — А с чего ты вообще решил, что нам есть, о чем поговорить? И зачем вообще позвал сюда? — он оглянулся, красивые хвойные деревья смотрели на них, а уголок с качелями был совсем пуст, лишь изредка пара людей проходились по ближайшей тропе. — Всем есть, о чем поговорить, когда найдешь нужные темы для разговора, разве нет? — Джостен… — Не спрашивай, ладно? — устало сказал Нил, потирая глаза. Это вновь заставило Эндрю фыркнуть. Вот же странный. Очень симпатичный, горячий, странный парень, которого он не прочь поцеловать. Ах, ну почему опять он думает об этом. Не самый лучший момент. — Без проблем, Нил. Они снова погрузились в комфортную тишину, и Эндрю наконец закурил. Нил, посмотрев на него, достал собственную пачку. Ну и чем они здесь занимались? Тратой времени, не больше. Однако в какой-то момент Нил вновь начал говорить. В этот раз Эндрю не нужно было отвечать на вопросы, он просто слушал то, о чем говорил парень, который позвал его на…прогулку. Джостен рассказал, что начал слушать новый подкаст про теории заговора. Сказал, что на самом деле Иллюминаты не занимались ничем плохим, у них нет никаких темных секретов и тайн, которые миру стоит знать, что это просто глупый клуб по интересам. Рассказал, что нашел старую песню, которую когда-то слушала его мать. А еще, Нил начал читать захватывающую историю про детей-сирот, чьи родители погибли в пожаре, и его действительно поразило, как они могли снова и снова справляться со всеми невзгодами, которые с ними случались. Он рассказал, что по ночам включает лампу с изображением звезд, а затем показал Эндрю парочку из них. — Ты знал, что Сириус — самая яркая звезда? — спросил Нил. — Как-то читал, что она из созвездия Большого Пса, но не знал, что она самая яркая, — пожал он плечами. — А потом мы с Аароном вспомнили, что Сириуса из «Гарри Поттера» называли псом. Это было интересно. Нил улыбнулся: — Ого. Эндрю стало плохо, он уже час слушал Нила и ни разу его не оскорбил. Еще и поддержал диалог. О, это нужно исправлять. Это очень не хорошо. Ему нравилось то, что Нил говорил и как он говорил. Даже если сначала это было неловко и скованно, теперь Джостен говорил, и говорил, и говорил… Слушал, а иногда посмеивался, медленно курил свои дурацкие сигареты и снова бормотал. Нил с такой заинтересованностью и желанием рассказывал ему вещи, что становилось тошно и…приятно. Как они докатились до этого? Еще за обедом они ругались как последние уродцы, а теперь это. Кошмарный день Валентина, ничего не скажешь. О, Боже. Он тусуется с Нилом Джостеном в день влюбленных. Нет. Нет, нет, нет. Это же не свидание, верно? Нет. Этого не может быть. Неужели Джостен повелся на тест и решил, что ему стоит пойти с Эндрю на прогулку только из-за идиотской, покрытой сердечками анкеты? Какой же кошмар. Нил закусил губу, а затем притормозил подошвой кед, останавливая раскачивающуюся качелю. — Наверное, нам пора домой? — осторожно спросил он. — Да, пошли, — тут же ответил Миньярд, быстро вскакивая и раскачивая цепи уже своей качели. Он начинал нервничать даже больше, чем до этого. Нельзя сидеть с симпатичным парнем, в чей рот тебе хочется засунуть свой язык, в день Святого Валентина. Тем более, когда ты постоянно оскорбляешь его на каждом шагу. Они медленно направились к стоянке, руки Нила были засунуты в свободные джинсы, а лицо то и дело поворачивалось к Эндрю, но тот стойко игнорировал его взгляд. Конечно, нельзя смотреть в такие глаза, иначе вас загипнотизируют и убьют. Прямо как сирены из сказок. Обратная поездка оказалась быстрой, и не успел Эндрю сказать, чтобы Нил остановился в нескольких кварталах от дома, чтобы их не увидела вместе его семья, как Джостен, будто бы прочитав его мысли, остановился неподалеку от дома. Черт, Миньярд очень надеялся, что Ваймак не решит выйти покурить около дома в ожидании Эндрю. Он вздохнул, на секунду став стеснительным и не решаясь выйти из вольво Нила, а потом взял себя в руки. Что же это, ему не десять лет, какого хрена! Пошел ты, Нил Джостен! И знаешь, что? — Эндрю? — тихо позвал Нил. Господи, он никогда не слышал у него такого мягкого голоса, черт возьми. — Чего тебе? — М-м-м… Хочешь пойти в кино в пятницу? Ради всего святого, ну почему. Он же только что взял себя в руки. Бог! Где ты? Тебе конец, усек? — Зачем. — Там, кажется, кинопоказ всех фильмов антиутопий. Кажется там будет этот фильм…с этим…как его? — Нил постучал себе указательным пальцем по нижней губе. — С Тимберлейком? Не знаю, мне Сет про него рассказывал. — И кто будет? — Я… — То есть, мы идем вдвоем? Нил сжал губы и пару раз невинно моргнул: — Ага. Пойдешь со мной? Отче наш, который на небесах, да святится имя твое, да придет царствие твое… Да чтоб тебя! — Хорошо. Как же низко он пал, поманили пальчиком, мороженым, кофе, уютными разговорами, и он уже готов танцевать на задних лапах. Проклятые мужчины. Проклятый Нил Джостен. Чтоб тебя и все, что с тобой связано. — Ладно, я напишу тебе. — Ага. Проваливай уже. Проклятие. Может Эндрю еще и поцелует его на прощание? Да пошел он к черту.

***

Так плохо, как в этот месяц, Эндрю еще никогда не было. Во-первых, он пошел с Нилом в кино. Во-вторых, он как самый не уважающий сам себя человек, согласился еще на пять прогулок. Пять. Гребаных. Прогулок. Все было бы не так плохо, если бы Эндрю еще и не начал с ним нормально разговаривать. По-человечески разговаривать. Отвечать на вопросы. Поддерживать диалог. Спрашивать что-то в ответ. А чтобы понимать масштаб проблемы, в которую Эндрю сам себя загнал, Нил еще и начал писать ему сообщения. Это началось после похода в кино. Мало того, что Джостен купил им сладкий, жутко сладкий попкорн на двоих, он еще и давился этим попкорном, просто потому что Эндрю злобно на него посмотрел. А потом, проводив Миньярда домой после кино на своей поганой вольво, он написал ему «приятных снов». Какой сон? У Эндрю случился кризис, после которого ему пришлось отмокать в душе с рукой на члене. И после этого этот отморозок Нил Джостен писал ему кучу и кучу банальных сообщений, на которые Эндрю вынужден был ответить. Конечно, чтобы преподать придурку урок. Обернулось это все в ущерб ему же, но как Миньярд мог знать? Никак. Он не знал, что Нил будет писать ему глупые шутки, отправлять идиотские видео с котами, смайлики с черепами, фото себя с растрепанными волосами и учебниками, свою ужасную кошку, свои тупые пушистые носки, пожелания спокойной ночи и вопросы о том, как прошел день. Ну это уже сверх пределов Эндрю. Единственное, что заметили лисы за эти несколько недель — это то, что они перестали покрывать друг друга всеми возможными оскорблениями. Конечно, ведь теперь они делали это в интимной обстановке машины Нила. Отвратительно. Но все-таки никто, кроме, возможно, Жана и Аарона, ничего не заметил. И хотя его близнец пытался разузнать, в чем дело, Эндрю пригрозил включать хард-рок на всю мощь каждый раз, когда в гости приходит Кейтлин, если он не заткнется. Это подействовало. Но сейчас… Сейчас Эндрю не знал, что с собой делать. Если раньше он признавался в симпатии к тупицам только в своей голове, то теперь он боялся, что собственные глаза выдадут его, ведь пялиться на Нила он стал только больше. Особенно после того, как Нил уже во второй раз давал Эндрю свою кожанку, когда погода во время их прогулок становилась более холодной. Ну почему. И он ведь соглашался. Слабак. А все так хорошо было: ежедневные оскорбления, гневные взгляды, удары клюшкой по животу. Это было просто замечательно, а теперь что… Нежный голос Нила, его мягкий взгляд, невесомые касания, а подколки и вовсе похожи на флирт. Теперь каждая новая встреча стала походить на свидания, и о, ударить Нила хотелось все больше и больше, однако желание поцеловать все же пересилило все прочее. Поэтому, он не был бы взрослым человеком, если бы не решил спросить свой главный вопрос в одну из их тайных встреч. Тогда, когда они лежали на траве с едой по бокам и звездами над головами. — Джостен, — позвал Эндрю. — М? — мягко промычал парень. — А с чего ты решил устроить все эти догонялки с поиском новых друзей? Нил повернул голову, его брови сошлись на переносице: — Почему бы и нет? — Мы же ненавидели друг друга. — Хм, это значит, что ты меня больше не ненавидишь? — он игриво улыбнулся. — Не переводи тему, — но Нил сжал губы, мило морща нос. — Зачем? — Помнишь анкетирование на день Валентина? Эндрю раскрыл рот, расширив глаза: — Не продолжай. Но Нил все равно продолжил: — Я подумал, а что если… — Не надо, Нил. Я отзываю свой вопрос. Джостен приподнялся на локтях: — Тебе не нравится? То, что мы делаем. Он отвел взгляд, сглатывая: — Слушай, я не знаю, что ты хочешь от меня. — Эм, я хочу тусоваться. С тобой, — уточнил Нил. — Вообще-то сначала я думал, что нихрена не выйдет, потому что ты ублюдок и постоянно цепляешься ко мне, но ты оказался, м-м-м, приятным ублюдком. Даже если оскорбляешь мороженое, которое я тебе покупаю. И мне нравится слушать, что ты говоришь… — Все, хватит, — Эндрю скривился, наконец вставая. Он хотел выпить. Жаль, у них нет с собой виски, только гребаный чай. — А еще ты приятно пахнешь. — Нил. Хорошо, я понял, — он дернул рукой, чтобы тот не приближался, потому что его щеки начали гореть. — Заткнись уже. — И у тебя хороший музыкальный вкус. Ты умный…и сильный. И фильмы, которые ты мне показываешь такие… И как мы обсуждали те книги… — Стоп, — Эндрю поперхнулся чаем. Ему нужно было заткнуть Нила прямо сейчас, иначе одно слово, и он захочет вцепиться в рот придурка навсегда. — Не говори ни слова. Нил скривил уголок рта, слегка наклонив голову: — А что? Что-то не так? — Да. Твой голос. У меня сейчас кровь пойдет из ушей. Так что давай ты замолчишь, и мы обойдемся без похода в больницу, окей? Он пожал плечами и кивнул: — Окей, — а затем, усмехнувшись, — мудила. В этот раз, вернувшись к машине и запихнув все вещи в багажник, их руки ненадолго задержались рядом друг с другом, и это ударило по Эндрю как какой-то разряд тока. Он убрал руку, сжимая ее в кулаке от касания, и ненадолго приподнял голову к небу, сморщив лицо в гримасе. В этот момент он ненавидел себя больше, чем Нила Джостена. В этот момент он понял, что он действительно сраный слабак. Они уселись в машину, слабая музыка преследовала их на протяжении поездки, давая расслабиться, но Нил все равно то и дело посматривал на него, о чем-то размышляя. Когда машина остановилась, они оба смотрели вперед, не решаясь расстаться. Эндрю снова, как и все эти худшие недели в его жизни, взял себя в руки и открыл дверь. Не успел он опустить ногу, как Нил тут же окликнул его: — Эндрю. — Что. Джостен нерешительно посмотрел на него, а затем тяжело отвел взгляд, стукая пальцами по рулю: — Давай встречаться? Эндрю замер. Он действительно замер с открытым ртом. — Что. — Я тут подумал… — Ну, конечно, кто бы сомневался. — Хватит, — отрезал он. — Это просто вопрос. Нет? Да? Я приму любой ответ. Я просто… — Ты просто, что? Его сердце билось так сильно, что он слышал его в собственных ушах. Мурашки поползли по рукам, заставляя ежиться, а живот крутило, крутило и крутило… О боже мой, он действительно хотел ударить этого парня. — Я думаю, что ты мне нравишься. — И? — сглотнул Эндрю. — И я хочу поцеловать тебя. — И? — И быть с тобой…не только как друзья, — Нил посмотрел на него своими невозможно голубыми глазами, с таким искренним выражением лица, что просто… — А ты? — А я? Нил весело фыркнул: — Тебя закоротило, или что? — Меня за… Что ты сказал? — Миньярд наконец смог вдохнуть, промаргивась от шока. — Я говорю, ты бы не хотел встречаться? Со мной. — С тобой. Нил начал сдерживать смех, откинувшись на спинку кресла: — Эндрю, я думаю, ты сломался. — Я, — он набрал воздуха, а затем повернулся, — нет. Я — нет. — То есть, нет, ты не хочешь? — Да. Нет! Стоп. Я говорю, я не сломался, — он моргнул. — Не путай меня. Нил поднял руки, как бы говоря «а я что, я ничего». — Нет, конечно. Как бы я мог? Эндрю смотрел на него еще долгие минуты, прежде чем выдавить слова: — Ты хочешь встречаться? — Да. — Хорошо, — быстро ответил Миньярд, выбираясь из машины. Это выглядело комично, он будто сбегал, согласившись встречаться с парнем, на которого пускал слюни. Нил рассмеялся: — Стой, подожди! Стой! — он вылез из машины, веселье пузырилось в уголках его глаз. — Ты просто говоришь «хорошо» и сбегаешь? Он встал напротив Миньярда, заглядывая в глаза. — Я просто очень сдерживаюсь, чтобы не вмазать тебе по лицу. — Ты только что согласился встречаться со мной. — Так и есть. — И ты хочешь ударить меня? — Это то, что я сказал. Нил сжал губы, было видно, как смех вырывался из него. — Я тебе нравлюсь, верно? — Эндрю не ответил. — Поэтому, ты хочешь ударить меня? Потому что я нравлюсь тебе. — Мое желание врезать тебе по роже увеличивается с каждым новым твоим словом. — Будет плохо, если ты ударишь своего парня, и он придет завтра в школу с синяком под глазом, не думаешь? — Я думаю, это хорошая идея, — сказал он, кивая самому себе. — Может, лучше поцелуешь меня? Так обычно делают. Ну, знаешь, когда тебе кто-то нравится ты, вроде как, хочешь поцеловать этого человека. — Закрой уже свой рот. — Я слышал это так много раз за сегодня. По-моему, тебе пора взять все в свои руки и заткнуть меня самостоятельно. Эндрю сделал шаг, сокращая и так маленькое расстояние: — Да что ты? — М-м, ага, — Нил улыбнулся, опуская взгляд на рот Эндрю. — Может быть, я так и сделаю. И когда его руки обхватили щеки Нила, чтобы соединить их губы так, как он хотел все эти недели и месяцы, Эндрю наконец отпустило. Это мягкое движение по губам Нила, то, как губы двигались навстречу, как чужие руки сомкнулись на запястьях Миньярда, а голова слегка повернулась, чтобы углубить поцелуй и позволить рту ощущаться повсюду, заставляло дрожать. Да, у него определенно были причины ненавидеть Нила Абрама Джостена все это время. Рот Нила был самым мягким в его жизни, вкус от мятного чая на губах ощущался самым вкусным в его жизни, этот человек, целующий его так отвратительно невероятно горячо, был самым лучшим в его жизни. Когда Эндрю слегка отстранился, пытаясь вдохнуть воздуха, Нил облизнул губы, будто пытаясь задержать поцелуй: — Кажется, сто процентов на анкетировании в день Валентина было правдивым. — Еще одно слово о розовой бумажке с сердечками, и ты лишишься парня. — О, вау, мы снова переходим к угрозам, — Нил коснулся его губ своими, но не начинал поцелуй. — Это горячо. — Нил Джостен. Серьезно. Тебе пора заканчивать болтать. — Не могу, Эндрю Миньярд, мне так нравится с тобой разговаривать. — Ты просто ужасен. — И тебе это нравится. Вместо ответа, Эндрю обхватил его верхнюю губу, переводя руки от щек к волосам, вновь углубляя поцелуй. И если завтра в школе пальцы Нила скользнут между его, когда они будут направляться на обед со своими друзьями, ожидая много смеха, обсуждений и криков, он будет совсем не против. Ведь иметь возможность целовать своего заклятого врага, ставшего парнем, не так уж и плохо. Держи угрозу человечества под боком, бесконечно целуя ее, иначе всем будет хуже.

***