Why Hide? 2

Сидя на кресле в самолёте, Джисон смотрит в окно, он видит, как до земли остаются считанные метры, поэтому протирает глаза, ведь надо взбодриться, совсем скоро им выходить. — Мы почти приземлились, — он слегка тормошит парня, который сидел рядом. — Хорошо, — тот приоткрывает глаза, и начинает смотреть на омегу, который складывал вещи в рюкзак. — Ты красивый даже когда спал сидя в самолёте, — Минхо улыбается, слыша, как парень рядом с ним вздыхает. — Не говори глупостей, я весь отёкший, как и ты. Ноги болели, когда они выходили из самолёта, ведь просидеть несколько часов в одном положении было очень плохо. — Где Сынмин и Чан? — Джисон осматривает всех ребят, которые шли с ним, но видит почти всех, кроме двоих. — Они на самолёт тогда опоздали, полетели другим рейсом, — Феликс улыбается и поправляя маску, начиная идти сбоку. Неприятная боль в голове становиться сильнее, но парень всё ссылает на частые перелёты и недосыпом. Идя просто вперёд, в сторону выхода, они смотрят на людей, которые столпились возле ограждения, махая им и что-то крича вслед. Хан улыбается, но из-за маски на лице нервная улыбка не видна. Он машет, старается не показывать, что готов упасть в обморок. Воздуха подозрительно мало и кажется, что толпы людей их зажимают, от чего сдавливают его грудь. Ноги подкашиваются и от падения его спасает Феликс, за которого он успевает зацепиться. — Всё хорошо, голова кружится? — Феликс берёт парня под руку, поднимая на ноги, а Хан молчит, опуская голову вниз и на дрожащих ногах уходя вместе с Феликсом. Минхо в это время шёл где-то в конце, так что мог узнать, что Хан упал, только если посмотрит записи, которые сделают фанаты. — Попей, — Феликс подставляет горлышко бутылки ко рту парня, а тот делает маленькие глотки, потихоньку приходя в себя. — Всё, мне лучше, — тихо бубнит, отодвигая бутылку от себя. — Что случилось, — Минхо улыбаясь, идёт к омегам, которые сидят возле аэропорта на асфальте. — Ему плохо стало. — Мне хорошо уже, незачем переживать, — он улыбается, тут же чувствуя, как его живот скручивает. — Ты уверен? — Да, — покачав головой, вздыхает, выпуская воздух с лёгких.

***

Когда Джисон наконец добирается до отеля, он валится на кровать, а рядом с ним садится Минхо, который гладит того по голове. — Ты весь бледный, — Ли ведёт ладонью по лицу парня, а тот лишь смотрит в одну точку, сжимая свой живот, дабы утешить боль. Как чувствует, что небольшое количество влаги начинает пропитывать его штаны. Ли же продолжает гладить Хана то по голове, по животу, слыша, как тот мычит и потирает своё лицо. — Может быть течка? — он приоткрывает рот, и слегка вскидывает брови. — Я не хочу слышать что-то о течке. Она буквально два дня назад закончилась. — Ну, сбой в твоём организме? — Минхо старался хоть что-то выдавить из омеги, чтобы понять, что случилось. — Просто молчи, — почти шёпотом говорит Хан. Альфа решается опустить свою руку ниже, доходя до штанов, он аккуратно залазит пальцами под одежду. Он чувствует влагу, которой он касается пальцами, когда дотрагивается до колечка мышц парня. — Хан… — Это не может быть течка!

***

Наконец-то выходной, можно отдохнуть, и встать позже, чем обычно. Как же Феликс любит то, что с самого утра он не идёт на тренировки или дополнительный вокал, а может лежать и наслаждаться теплом одеяла. Ничего не может потревожить его сон, кроме телефона, который лежал почти около головы, начиная вибрировать. — Ало? — пробубнил Феликс в трубку, даже не посмотрев, кто ему звонит. Сначала слышаться всхлипы, а после и голос Хана, который раздаётся эхом в трубке телефона. — Феликс, сходи в аптеку, и приди ко мне, — тихо шепчет. — Что случилось? — омега поднимается с кровати и сонный уже идёт к шкафу, откуда достаёт одежду. — Просто, сходи в аптеку, когда там будешь, позвони мне, я скажу что купить, а потом иди ко мне, — быстро проговорил, уже сбрасывая вызов. Феликс вздыхает, видимо у Джисона опять закончились подавители, от чего тот начинает переживать. Он натягивает штаны и футболку на тело, после выходит из комнаты, сталкиваясь лицом к лицу с Чонином, который видимо, шёл как раз к нему. — Ты куда? — Чонин смотрит на Феликса, который в свой выходной куда-то собрался. — К Хану. — Тогда я с тобой, — Чонин улыбается и даёт пройти старшему, после идёт вслед за ним. — Только давай быстрее. — Хорошо, — младший ушёл в сторону своего шкафа, где сразу стал рыться, ища, что же надеть.

***

Феликс почти дрожащей рукой стучит в дверь номера Джисона и Минхо, надеясь, что в номере лишь омега. Ведь если Минхо увидит то, что Хан попросил его купить, то сразу придёт в ужас. Так думал Феликс и Чонин. Дверь открывает, всё так же плачущий парень, который начинает плакать лишь сильнее, облокачиваясь плечом об стену. — Всё, тише, — Чонин проходит в номер первым, сразу приобнимая, дабы успокоить старшего. — Что если это правда? Он меня сразу бросит, — Джисон утыкается носом в чужую шею. — Так, пусть только попробует. Если что, я сам его ударю, пусть только заикнётся о расставании с тобой. А ты, даже не думай, вдруг сбудется, — Феликс закрывает дверь и протягивает пару тестов на беременность. — Спасибо, — тихо шепчет, сразу уходя в туалет на подкашивающихся ногах, после закрывая дверь на замок. Феликс и Чонин идут в комнату Хана и Минхо, начиная смотреть на разбросанные вещи Джисона, и осторожно сложенные вещи Минхо. Кажется, что Хан встал лишь сейчас, и даже не успел собрать свои вещи. Хотя, так и есть, ведь тот весь бледный, кажется даже слегка зеленоватый. И весь потрёпанный. Чонин валится на одну из кроватей, сразу доставая телефон из кармана. А Феликс садится рядом, смотря пустым взглядом. — Ну не мог он допустить этого, — говорит Ли, вздыхая. — Почему? Думаю, всё вполне возможно, ведь может, просто не уследил? — Впервые слышу, чтобы Хан и Минхо, не воспользовались презервативами, или противозачаточными, — Феликс ложится на спину, начиная смотреть в потолок. — Ну, может, выпили и потом вообще забыли, что у них что-то было, — Чонин тыкает в экран телефона, что-то читая и вновь листая. — Нет, я просто не верю… Парни сидят пару минут, после самый младший хмурит брови, и буквально вскакивает с кровати. — Всё, я не могу просто так сидеть, я к нему. — Чонин похлопывает себя по бокам, отправляясь в сторону туалета. — Ну, это неприлично — вламываться в туалет. — Ли встаёт и идёт следом за младшим, который уже стучал в дверь туалета. — Хён, ты всё?! Открой, я сам буду наблюдать, как эти полоски будут проявляться на тесте! — громко говорил он, чтобы его точно услышали. Дверь туалета аккуратно открывают и из-за неё выглядывает сначала светлая макушка, а после и лицо Джисона. — Ты как себя чувствуешь, живот болит? Может быть голова? — Ли подлетает к Хану, который бледный словно снег. Его руки дрожат, как и ноги. Ну, а что сказать, когда ты подозреваешь, что может быть, ты носишь сейчас ребёнка, то это не очень радовала. — Всё нормально, только не кричи, голова начинает уже болеть, — Джисон натягивает улыбку, стараясь не обращать на боль в животе. — Пожалуйста, скажи, что это просто течка, просто, самая обычная течка? — Феликс, ты серьёзно? — болезненный и удивлённо-негативный взгляд, устремляется на Ли. — Она у меня закончилась до конца только в самолёте, уж точно она не могла начаться уже. — Просто, организм помогает отойти от неё. Я не знаю что ещё сказать, — Феликс сразу грустнеет. Чонин в это время сидел на бортике ванной, которая была не так далеко от раковины, на которой лежали четыре разных теста. С каждой минутой, Ян приближается всё ближе, чуть ли не в упор смотря на них. — Не брезгуешь? — Феликс садится где-то возле двери в ванной, пока Хан опускает стульчак и садится на него. — Слушай, захочу, хоть оближу его. Это сейчас какую-то роль играет? — Чонин злится, а всё из-за стресса. Что поделать, но ведь младший не хочет, чтобы группу расформировали или же один или два участника ушли из группы. Тогда, это уже будет не та группа, хоть люди всё те же. — Обещай, что если у меня будет положительный, то пойдёшь со мной на аборт, — бубнит Хан, шмыгая носом, смотря в пустоту. — Что ты такое говоришь?! Кто знает может это будет твой первый и единственный ребёнок?! — вскинув брови, недовольно говорит Ли. — Ну, а как я должен продолжать работу в группе? Без меня? Так ещё и меня начнут всячески обзывать и говном с головы до ног обливать. Так и вам достанется! А тут спокойно схожу, сделаю аборт, и всё, компания ничего не узнает. Скажу что плохо себя чувствую, восстановлюсь и обратно. — Молчи, я не хочу, чтобы наша группа уменьшилась на одного человека. Лучше в ней появится один дополнительный и маленький, чем ты уйдёшь! — Чонин нервно теребит штаны, бегая глазами по всему помещению. — Да кто вообще знает, хочет ли Минхо ребёнка, может с ребёнком на руках, я ему даже не нужен буду… — руки парня вновь дрожат. — Слушай, ты даже если ему не нужен будешь, мне всегда нужен. Хоть с ребенком, хоть без. Я готов начать с тобой встречаться и стать отцом, — Феликс подходит к Джисону, беря его руки в свои. — Так и тем более, если уж он начал интимную жизнь с тобой, то должен быть готов к ребёнку. Верно? — в ответ молчание. Проходит пару минут, парни говорили о чём-то своём, пока Чонин не перевёл взгляд на тесты. — Так, сейчас мы и узнаем, есть ребёнок или нет, — он встаёт на ноги, подходя ближе. — Если положительный, то я сброшусь, — вплетая свои пальцы в волосы, бубнил Джисон. — Не говори так! — Ой, — протянул парень. — Ну, детей в ближайший год у тебя не будет, — улыбаясь, говорил парень. — Один положительный и три отрицательных. — Слава богу, — выдыхая, Хан всё так же бубнил. — Так, тогда что у тебя со здоровьем? — Феликс слегка хмурит брови. — Понятия не имею. Самое главное, что это не ребёнок. — Спроси у родителей, они точно должны знать. — Как ты себе это представляешь? Я про течку еле мог спросить, а тут… — Тогда к врачу иди. — Ему мне тем более будет стыдно говорить! — Он тебя даже не запомнит, там таких, как ты — тысячи. — Не-ет, мне стыдно. — Это твоё же здоровье! — Я не могу, мне стыдно, — Хан вновь начинает нервничать. — Ладно, мне зато не стыдно, — Чонин достаёт телефон из кармана и вновь садится на бортик ванной. Набрав номер, младший прикладывает телефон к уху, начиная слушать гудки. Когда трубку поднимают, он ставит на громкую связь. — Мам, привет. Как дела? — Всё хорошо, у тебя что-то случилось? А то ты просто так не звонишь. — Да, тут такое дело. Как бы объяснить, — Чонин размышляет у себя в голове. — У меня течка, буквально пару дней назад закончилась, а тут, словно заново начинается. — он прикусывает губу, смотря в одну точку. — Ну, симптомы какие? Живот скручивает или наоборот он болит как-то необычно? — А-э, — Чонин смотрит на парня, который старается без слов ему всё объяснить. Но вскоре он быстро набирает текст на телефоне. — У меня выделения появляются, голова кружится и изредка может подташнивать. — читает с чужого телефона он. — Оу, малыш, я просто так не могу сейчас сказать. Много на что похоже. Лучше к врачу сходи. Но, это больше похоже на переход течки, если так можно сказать. — Хорошо, ладно, тогда пока. — Пока. Парень кладёт трубку и поднимает взгляд на Хана. — Идём, будем тебя на приём записывать, — Чонин улыбается и встав на ноги, выходит из ванной. — Как я всё это буду объяснять по-вашему врачу? — Точно так же, как я сейчас маме объяснял, — Ян улыбается, садясь на чужую кровать. — Ладно, записывай меня.

***

Джисон только заходит в номер, как встречает Минхо, который в пальцах крутит четыре теста, которые обнаружил в ванной. — Ты что делаешь? — младший снимает обувь и проходит дальше, вставая возле парня. — Как я понимаю, ты ходил к врачу? — Да, а что? — Что он сказал? — Ну, то что мой организм взрослеет и перестраивает мои течки, чтобы подготовить в будущем к родам… Что-то на подобие, раньше я был подростком, а теперь взрослый, — улыбаясь говорил младший. — Блять, я зря что ли тогда твои таблетки прятал? — огорчённо пробубнил Минхо, после улыбаясь. — Ты издеваешься? А если бы я, правда оказался беременным? Ты вообще подумал? Меня бы из компании выгнали просто! Я уже планировал идти делать аборт, или сбрасываться, лишь бы ребёнка не вынашивать. Ты подумал обо мне? Я ведь буду его в себе носить, а не ты. — Да пошутил же я, — слегка смеясь говорил Ли. — У тебя ужасные шутки, — Хан разворачивается, собираясь уйти в комнату. — И снова обиделся, — Ли притягивает его к себе за руки, прижимая спиной к своей груди. — У меня течка начнётся в ближайшие два дня, так что буду обижаться на всё подряд.

***

Стоя возле чужого номера, Чонин думает заходить или нет, ведь вдруг Сынмин всё ещё с Чаном в номере? Набравшись смелости, он пару раз касается кулаком двери. Проходит минута, как слышится, что к двери приближается человек. — Что? — дверь открывается совсем немного, но даже через эту маленькую щель, Чонин чувствует резкий запах кофе. Нет, он не как обычно, приятный. Он сильно бьёт по слизистой носа, от чего тот чешется. — Всё хорошо? — Ян хватает ручку и тянет на себя, пытаясь открыть дверь, но та не поддаётся. — Чонин, я говорил, что ко мне лучше не приходить… — сквозь зубы бубнит старший. — Что такое? Скажи хотя бы причину. Ты постоянно запираешься где-то в комнате и не даёшь несколько дней мне даже подойти к тебе. Тебе даже плевать, что у меня течка, ты даже в этот момент не приходишь. — Уйди, я позже приду, — слышится голос из-за двери. Ян не выдерживает, он хочет увидеть Бана, поэтому дёргает сильнее за дверь. — Я сказал, что хочу увидеть тебя, — Чонин смотрит на старшего, который весь растрёпанный и лишь в одних шортах стоит у стены, вытирая пот рукой. — Тебе плохо? — Я попросил уйти, — Чан нервно дышит, смотря на младшего, который заходит в номер. — Пожалуйста, просто уйди… Рука Чонин тянется к плечам альфы, чувствуя, какое горячее тело и насколько оно сырое. — У тебя жар? — Уйди, — ноги старшего дрожат, а пот капает по его вискам. — Пожалуйста, уйди. — Чонин, он правду говорит, лучше тебе уйти, — доносится голос сзади. — Что? Почему? — он разворачивается к Сынмину, который стоял с пачкой таблеток в руках. — Давай, я сейчас закончу дела, и тебе всё объясню, — Ким проходит в отель, закрывая за собой дверь. — Говорил же, ну не открывай ты дверь. Он берёт Бана под руку, начиная вести к кровати. Та вся влажная и буквально окружена пачками от таблеток и пустыми бутылками воды. — Всё, давай, тебе надо лежать на кровати, — Сынмин проходится небольшой тряпкой по шее Чана, после опускаясь, видя, как высоко вздымается его грудь. Закутав альфу в одеяло, он выдаёт ему необходимое количество лекарств, сразу протягивая воду, чтобы тот запил.

***

Чонин стоит уже десять минут у входа в номер, ожидая Сынмина. В один момент, дверь отпирается и перед младшим встаёт Сынмин. — Ну же, скажи, что с ним? — Гон у него. Сразу не понятно? — Нет, не понятно. Потому что люди во время гона себя так не ведут, — Чонин прикусывает щеку изнутри, смотря в глаза Кима. — Он принимает подавители. Он никогда не проводил гон с кем-то, только подавители и всё. Теперь у него гон, с сильными побочными эффектами. — Можно тогда я ему помогу, я не знаю просто, что ещё я могу для него сделать… — Нет, никакой помощи, у него жар сильный. Не стоит. Лучше посиди у себя в номере, отдохни, завтра ещё выступление, всё будет замечательно. — Сынмин хлопает парня по плечу, давая понять, что уже надо идти.

***

Час ночи, после очередного перелёта Чонину совсем плохо. Температура скачет и кажется, что дышать вообще невозможно. Феликс сегодня решил остаться в номере у Джисона и Минхо, желая посмотреть фильм. А Чонин из-за плохого самочувствия ушёл в их номер. — Твою ж мать… — Ян сжимает постельное бельё, чувствуя, как смазка начинает вытекать из его ануса, а штаны становятся мокрыми. Обычно, когда Чонин чувствует себя настолько плохо, то Бан это сразу замечает и сидит рядом. Но в этот раз, его что-то останавливает и внутренний омега младшего, уже чувствует запах кофе из соседнего номера. В голове туман, и Чонин приходит в себя лишь тогда, когда оказывает перед дверью в номер, из-за которой доносился едкий запах кофе. Его кулак почти бьёт дверь, пока омега не слышит шаги за дверью. — Что случилось? — на пороге стоит Чан, вновь весь в поту и с повышенной температурой. — Ты мне нужен, — бубнит омега, хватая того за руку и втягивая в соседний номер. Бан еле успевает захлопнуть дверь за собой, ведь в номере остался спящий Сынмин. — Я не понимаю, что ты хочешь? — он смотрит на младшего, который на дрожащих ногах бегает по комнате, собирая, какие только можно вещи, после сваливая их в большую кучу на кровати. Впервые Бану удаётся застать тот момент, когда Чонин только начинает вить гнездо. Обычно он приходил поздно, когда младший свёрнутый клубочком лежал внутри, скуля от того, что смазка начинала с каждым разом выходить сильнее. Стон сам выходит изо рта, когда Чан чувствует приторно сладкий аромат карамели, который окутывал комнату. И теперь, член который был под одеждой, начинал упираться в твёрдую ткань, неприятно натирая. И так едкий запах кофе начинает быть более ярким, и пропитывать все вещи в комнате. Чонин уже закончил собирать вещи, поэтому инстинктивно разрывал вещи из середины горы в стороны, формируя гнездо. Как только нужная ему конструкция образовалась, он валится в саму середину, начиная выгибаться в спине, тереться о стены гнезда, стараясь пропитать их своим запахом. А старший держась за стену наблюдает за этим. Ещё капля рассудка осталась, так что он может себя сдерживать и во время гона, не собирается подходить к течному омеге. Но эта заветная капля улетучивается куда-то далеко, когда Бан слышит скуления, настолько жалобные, что он просто не может не помочь младшему. Продолжая изгибаться в гнезде, Чонин всё ещё ждал, когда альфа, уже почувствует его запах и захочет его. Ждёт он не долго, минута и его уже вжимают в кровать, проходясь носом по шее, от чего тому становилось щекотно. Но Ян лишь вытягивал шею и если старший хотел отстраниться, то притягивал обратно, желая, чтобы тот перенял частички его запаха себе. И наоборот. Скулёж вновь доносится у уха Чана, тогда он понимает, что омега уже простыми потираниями носами не обойдётся, чему он рад. Где-то у себя в голове разум бьёт тревогу, стараясь остановить его. Но перед глазами альфы лишь течный омега, от которого он уже хочет детей. Может быть, и не стоило открывать дверь, когда он уже почувствовал запах карамели из соседнего номера, лежа на своей кровати, стараясь уснуть. Но его член просил, чтобы хотя бы раз за пару лет, ему уже дали излиться не в кулак, а в тёплое нутро омеги. Шершавый язык проходится по ключицам младшего, которые не закрывала широкая футболка. Руки Чонина уже стягивают шорты с альфы, желая, чтобы хоть что-то заполнило его. Высунув язык наружу, Чонин смотрит на лицо старшего, которое было перед ним и без раздумий начинает проходиться им по щекам, слизывая капли пота. Пару раз, пройдясь языком по мягкой щеке Чана, Ян начинает тереться щекой о щеку, после вновь начиная облизывать. Бан так же вытягивает шею, давая младшему доступ к пахучей железе, о которую тот начинает тереться, больно скуля. Омега оголяет зубы, после стискивает между собой мягкую кожу на шее альфы, оставляя след. Оторвавшись от шеи, он стягивает уже одежду с себя, понимая, если он её не снимет, то её, скорее всего порвут на нём. Смазка продолжает вытекать из его ануса, капая на постель, оставляя на ней пятно. Нога старшего, которая всё это время не давала омеге свести ноги, начинает чувствовать, что липкая жидкость попадает на неё. За пару секунд, таз Чонина поднимают вверх, от чего ему приходиться схватиться за постель, дабы была, хоть какая-то опора. Бан раздвигает ягодицы младшего, освобождая проход к анусу, который блестел даже в темноте. Его язык проникает в нутро Яна, начиная слизывать смазку, которая стекала теперь по его щекам, но все же, попадала в рот. Альфа внутри Чана счастлив, ведь омега выделяет столько смазки для него, что его счастье не описать словами. Чонин в это время уже переместил руки на голову Чана, вжимая его в себя. Спустя пару минут, таз Чонина отпустили и посадили на свои бёдра, давая свободу действий. Хоть у Чана обычно «бешеный гон», но в этот раз, его разум более спокойный. Ян держит в руке вставший член альфы, подставляя себе к колечку мышц. Насаживаясь на головку, Чонин сразу начинал сжимать орган в себе, от чего рык выходит изо рта старшего. Всё же, годы проведённые без омеги сказываются на поведении альфы, потому что тот не может уже терпеть и держа Чонина за талию, начинает самостоятельно вдалбливаться в его тело. А омега сидящий на нём довольно скулит и стонет, чувствуя, как альфий узел находится в нём.

***

Феликс открывает дверь в номер, пару часов просидев у Хана, просматривая фильм, он вымотался. Но взбодрился, когда яркая смесь двух запахов, начала бить в нос. Закрыв за собой дверь, он проходит в комнату, где на их с Чонином кровати лежит сам Чонин и Чан, укутанные в одеяло. Ян изредка ёрзает, ведь узел все так же остался в нём, а сам он уснул с старшим. Последний даже во время сна пару раз изливается в тёплое нутро, пока омега не удовлетворяется, и его стенки анала не разжимаются. Но теперь Чонин шевелит носом, принюхиваясь к запаху, слегка оголяя маленькие клыки. Кажется, Чонин сейчас проснётся, ведь чувствует запах чужого омеги. Ничего не остаётся, как лечь на небольшой диванчик у телевизора. Забрав подушку с кровати, так как Ян всё равно использует вместо неё грудь Бана, он кладёт её на диван. Сворачиваясь почти калачиком, он ютится на его сегодняшней «кровати»

***

Месяц до конца контракта, с каждым днём всё тяжелее. Постоянные головокружения, и Ян начинает полнеть. Не очень быстро, но начинает. Это не нравится стаффу, постоянно ругаются, говорят скинуть, парень почти перешёл на голод, но килограммы лишь прибавляются. Гуляя по торговому центру, Чонин вместе с Ханом и Феликсом заходят в очередной магазин. — Ты весь бледный, — говорит Феликс, кладя руку на плечо Чонина. Запах другого омеги вызывает тошноту, поэтому, через пару секунд, содержимое желудка оказывается на полу в магазине. Ноги предательски подкашиваются и парень почти падает, но Ли его ловит, отводя в сторону. Только Феликс хочет поднять младшего на руки, чтобы хоть как-то его отнести в туалет. Но он чувствует, как смазка пропитала штаны Чонина настолько сильно, что там уже образует лужицу под ним. — Хан, зови уборщицу… — Ли сажает парня возле стенда, сам начинает звонить в скорую, чтобы та успела, пока Яну окончательно не стало плохо. Люди косо смотрят на младшего, но никто даже не думает помочь. Проходят мимо. Чонин чувствует, как его колечко мышц расслабляется сильнее и сфинктер тоже, от чего смазка просто течет из него. Температура тела поднимается, а запахи других альф и омег не дают ему покоя. Он то оголяет клыки в попытках зарычать на людей, то хмурит брови, начиная скулить от неприятных ощущений.

***

Выступление уже скоро закончится, но хочется уйти со сцены уже сейчас. Ян без конца сбивается со счёта, не может достать до определённых нот, движения путает ещё чаще. Сил не хватает, танцует в пол силы, что замечает Чан. На каждой перестановке он старается что-то сказать уставшему парню, но тот лишь старается понять, куда ему сейчас идти. Хан и Феликс хватая младшего за плечи ставят куда угодно, шепча на ухо, чтобы тот улыбался, чтобы не подавать виду. Танцуя очередную хореографию, парень уходит слишком далеко от ребят, вскоре не понимая, куда он вообще пришёл. Вспышки телефонов светят ему в лицо, а ноги подкашиваются. Он чувствует, как смазка выделяется у него от страха, но кожаные штаны не позволяют ей вытечь сейчас. Вскоре на помощь прибегает Феликс, который взяв парня за руку, ведёт в центр сцены, продолжая танцевать. Пока у них перерыв, он сидит на диване, прикладывая холодную бутылку воды ко лбу, пока Феликс сидя рядом, что-то ему тихо говорил. — Чонин, хоть это и последний тур, не стоит так расслабляться. — Бан подходит к нему, садясь на колени и складывая руки на его ноги. — Чан, — бубнит Чонин, переводя взгляд на него. — Я не могу… — Это не так трудно, просто чуть больше тренировок и всё. А дальше, мы можем продлить контракт… — Да не могу я! — срывается Чонин довольно быстро, не прошло и минуты. — Если я говорю что не могу я сильнее стараться, значит это правда! Чан сидящий напротив смотрит на хмурое выражение лица младшего, недоумевая, что его так разозлило. — Чан, тебе Чонин не говорил? — Что говорил? — Ну, он того… — Феликс прикусывает губу и переводит взгляд на старшего. — Совсем капельку, вот прямо чуть-чуть, забеременел… — Что?.. — Ну, вот прямо капельку. Совсем немного. — пока Феликс сужает расстояние между пальцами, Бан встаёт на ноги, наклоняясь к Чонину. — От кого, — проговаривает куда-то в губы, опаляя горячим воздухом чувствительные губы. — Тебя…