Бойся, ведь я с тобой

Мечты не должны сбываться так. Когда она сидела в уютном зале кинотеатра — на мягком кресле, с банкой колы в дрожащих руках — она и не подозревала, насколько красивая картинка далека от реальных ощущений. В слишком сухом воздухе пахнет гарью, сверху сыплются искры, а порой и целые куски тлеющей ткани. Пол ощутимо дрожит, а громадный космос с мириадами звезд раскинулся всего лишь за тонкой прозрачной стеной, и странный свист заставляет собственное ее горло сжиматься. Вдруг это разгерметизация?! Впрочем, если Рей немедленно не откроет рот и не скажет хоть что-нибудь, до разгерметизации она может просто не дожить. Ведь красивая картинка на экране не передавала настоящих ощущений, что чувствуешь, когда находишься рядом с Кайло Реном — монстром и воином, который протянул тебе руку, ждет ответа и с каждым ударом твоего еще живого сердца теряет терпение. А как все хорошо начиналось… Большим фанатом «Звездных войн» Рей Джонсон никогда не была. Так, на разик посмотреть. В классической трилогии ей не нравились унылый сюжет и скучный главгерой, в приквелах — психованный главгерой и глупая компьютерная графика. Сказки всегда интересовали Рей больше, поэтому на одну трилогию по «Властелину колец» она ходила четырнадцать раз, а уж «Сильмариллион» был первой книгой, какую она купила в собственную квартиру, полученную ей по программе социального жилья для сирот. На разруганные всеми фанатами сиквелы лукасовского творения она бы и не пошла, но угораздил черт согласиться на свидание вслепую. Потенциальный бойфренд оказался любителем световых мечей и потащил ее в кинотеатр на восьмой эпизод. Рей слушала его вдохновенные речи про то, как Джордж Лукас просрал наследие и продался проклятым капиталистам, вежливо улыбаясь, а про себя решила, что соврет про больной желудок и сбежит через двадцать минут. Поэтому спокойно села в потертое скрипучее кресло, уставилась в экран… и потерялась. Честно говоря, она даже не помнила толком, куда делся парень после — вышла, купила себе билет на следующий сеанс сама и снова посмотрела восьмой эпизод звездных войн «Последние джедаи». Всю ночь Рей не могла уснуть — хорошо, что завтра была суббота, выходной по ее графику. Поэтому она крутилась по кровати с телефоном в руках и гуглила, гуглила, гуглила. Арты, премьерные фото, свежие фанфики. Но все было не то! Ей так понравился этот темный рыцарь печального образа Кайло Рен с трагическим прошлым и одиноким будущим, ее так взбесила героиня Кира (особенно тем, что посмела быть на нее саму похожей, и Рей ей изо всех сил сочувствовала вплоть до сцены в тронном зале). Рей все крутила в голове кусочки диалога, все думала, как бы поступила сама. Что бы сказала Кайло Рену, как убедила бы не стрелять в корабли повстанцев, не хватаясь за оружие. Примерно в пять утра Рей сдалась: встала, сварила кофе, открыла в стриминге предыдущий эпизод и три часа смотрела в экран телефона, потому что отнесла ноутбук в ремонт на прошлой неделе. В предыдущем эпизоде Кайло Рена было откровенно мало, и Рей простила ему за героиню, что он ее допрашивал прикованной и стукнул об сосну. Не убил же и не покалечил, наоборот, учить предлагал, наверняка влюбился! «Вот я бы… — думала она, перематывая еще раз на все понравившиеся сцены. — Вот мы бы…» После этого организм наконец позволил ей поспать. Уже глубоко за полдень Рей приняла душ, пообедала и снова отправилась в кино. Прыщавый продавец билетов узнал ее и даже поздоровался, но Рей едва это заметила, пока брала билеты на два сеанса подряд — на одно и то же место в самом дальнем ряду, чтоб не беспокоили. Она уже решила, что напишет фанфик, самый правильный на свете, и собиралась посмотреть повнимательнее на детали, которые пропустила вчера, пока любовалась широченными плечами и печальными глазами Кайло Рена. Народу в зале было мало — фильм шел не первую неделю. С каждым часом фильм нравился ей все больше (хотя половину героев и примерно треть хронометража хотелось вырезать без всякой жалости). Рей в особо скучные моменты включала телефон и набрасывала сюжет, и только главная открывающая сцена ей никак не давалась. Понятно, что героиня начнет Кайло Рена уговаривать, аргументы приводить, обещать что-то, взывать к совместным чувствам… Рей не заметила, как все вокруг исчезло и растворилось во тьме. А потом в лицо ей дохнул жар полыхающего тронного зала, и она оказалась напротив Кайло Рена, который выглядел более настоящим, чем вся ее размеренная жизнь! «Да я сплю!» — конечно, подумала Рей, и решила ущипнуть себя. Ущипнула от души, отчего протягивавший ей руку в черной перчатке Кайло Рен, кажется, слегка поднял бровь. На коже сразу налился багровым синяк, плечо над обмоткой из какой-то серой ткани заболело будь здоров, а Рей глянула на Кайло Рена, и все мысли (кроме бессловесного ужаса с щепоткой восхищения) вылетели из ее головы. Кайло Рен в реальности был… пугающим. Слишком высокий, слишком мрачный, со слишком пронзительным взглядом. Такой и правда хорош только на экране, а здесь — в ее сне, или фантазии, или где она вообще находится?! — уже не слишком привязанный к какому-то, пусть хорошему, но всего лишь актеру Кайло Рен был уродливо притягателен, печален и зол одновременно, и, кажется, до конца не решил, убить ее или оставить в живых. Все казалось пустым — воззвать к его милосердию, когда он собственную мать не пожалел и собственного отца в шахту сбросил? К разуму? К чувствам? О, Кайло не походил на влюбленного нисколечки. Может, с экрана так и казалось, а сейчас он скорее досадовал на ее присутствие и чего-то от нее хотел. Его темные глаза с желтыми искрами (помоги, Господи, это ж их Темная сторона так является) скользили по ее лицу, искали что-то. И тут Рей вспомнила кое-что важное! Сейчас та фиолетовая тетка протаранит корабль, и проблема, кто в кого стреляет, сама решится! Просто надо потянуть время, а потом Рей или проснется… или нет. Слова все равно не шли, ни одно. Однако оставались еще действия. И Рей решительно протянула руку, хватаясь за грубую черную кожу на его руке. Кажется, Кайло Рен не ожидал и такой малости. «Точно, — вспомнила Рей, — он в этой сцене был готов к нападению!» Его брови дрогнули и приподнялись. — Это значит, ты со мной? — спросил он низким голосом. — Целиком и полностью? Рей полагала, что выглядит, как напуганный порг, ее глаза были огромными и круглыми, но она торопливо кивнула, не отпуская его руку. Под тяжестью чужих эмоций ее собственные разум и логика, кажется, задыхались, не получалось даже сформулировать мысль типа «я умерла», «я под наркотой» или «я как в романе про попаданца, которого вычислили и казнили». Стоп, откуда на нее давят чужие чувства? Это что, их форсбонд в наследство достался?! Ощущать другого внутри себя оказалось не так здорово, как Рей представлялось после кино и фанфиков. Кайло Рен держал ее за руку, но как будто в то же самое время стискивал в незримых объятиях, не давая нормально дышать, и искал, искал, искал в оттенках ее чувств тень предательства. Он не поверил. И немудрено — Рей и сама бы себе не поверила, наверняка ее губы дрожат, а взгляд бегает, как у воровки. Она и есть воровка, занявшая чужое место. — Ты согласна разделить со мной все, что я предложу тебе? — более жестким и холодным тоном уточнил Кайло Рен (это ощущалось примерно как засунутая за шиворот горсть льда; Рей передернуло). Он сильно потянул ее за руку, и Рей впечаталась носом в его каменно-твердую грудь под черной тканью костюма. Так, нельзя врать, нельзя. Она подняла взгляд, смело встречая его собственный — темный, глубокий, жестокий, и где-то в глубине, едва заметно, печальный. Он поэтому и не верил, ведь все его оставляли и предавали. Мать, отец, дядя… Учитель. — Как я могу знать, что смогу принять, а от чего будет лучше сразу умереть? — спросила честно. — Но я пойду рядом с тобой, если ты правда этого хочешь. И линия губ Кайло Рена едва заметно смягчилась. Нет, он не поверил, но хотя бы никто с рыданиями не требовал от него бросить темную сторону — по крайней мере, прямо сейчас. А еще — и Рей ощутила это — что-то изменилось и в его чувствах, клубящихся вокруг нее. Кажется, такой их тесный контакт ему нравился, но являлся лишь крошечной частью его желаний. «Он собрался меня целовать? Прямо тут возле трупов?!» — с дрожью подумала Рей. Да, это куда романтичнее было представлять, чем ощущать рядом с собой живого мужчину, привыкшего брать то, что он хочет, и не давать ничего в ответ. А потом белая, как снег, вспышка разрезала пространство и время, и Рей исчезла. Все исчезло. Голова болела. «Не надо было пить вчера… А что я пила?..» — подумала Рей, пытаясь сесть на ощупь. Открывать глаза было больно, по лицу что-то текло. Она все-таки сумела разлепить веки: в глаза будто пыли пополам с песком насыпало. Тело болело, словно его в бетономешалке прокрутили. Оранжевый аварийный свет не мог разогнать пыль, поднятую в воздух, надсадно вопила сирена. Вокруг по-прежнему воняло гарью, но в вони появились новые оттенки, словно к горелым тряпкам добавили расплавившихся проводов. Рей тронула себя за лицо — из свежей царапины на лбу текла самая настоящая кровь, и торчал не менее настоящий осколок пластика, который менее чем на сантиметр разминулся с ее глазом. И она по-прежнему была в страшной фантазии, где подменила одну глупую джедайку собой — еще более глупой, как оказалось. Кайло Рен лежал рядом: кажется, их отшвырнуло и как следует приложило об пол. Ощущения были реальнее, чем все, что Рей пережила в своей прошлой жизни. И сказочка кончаться не собиралась. Что, красавица, нравится тебе твой монстр? «Хакс! — Рей вспомнила. — Сейчас сюда придет этот рыжий генерал Хакс, у него и бластер есть! Надо срочно привести Кайло в чувство!» Она нащупала у Кайло Рена пульс, пошлепала его по щекам. Решилась: «Надо сделать искусственное дыхание! И теперь на все несостыковки буду говорить, что головой ударилась и не помню! И в голову никого нельзя к себе пускать! У этой джедайки вышло, значит, и у меня получится!» Рей склонилась к губам Кайло, набираясь храбрости. Честно говоря, в жизни никогда ей так не хотелось обратно домой, как сейчас — в свой безопасный мир, в свою уютную пустую квартирку. Но выбора нет. Наверное, сейчас исполнители желаний или сам Господь Бог от души смеются… Она набрала воздуха в грудь. Губы Кайло оказались неожиданно мягкими. Рей вдохнула в них воздух и ощутила ответное движение навстречу. А потом тяжелая рука легла ей на затылок, углубляя поцелуй.