Александра Брайт

      Эндрю Миньярд. Это звучало сюрреалистично. Не так, как он привык. Пробыв шестнадцать лет Эндрю Доу он не мог поверить, что теперь у него есть имя. Настоящее имя.       И он хотел сбежать. Ненадолго скрыться из того дома, где он оказался. Скрыться от обещания, что дал брату, который, казалось, не воспринимал его всерьез. И скрыться от женщины, которая его родила.       Единственным источником света сейчас, в час ночи, в парке были лишь звёзды. Эндрю был в одной лишь толстовке, из-за чего ему было слегка прохладно, так как сейчас был поздний ноябрь. В парке не было ни души, и Эндрю это устраивало. Пока в один момент он не услышал клацанье зажигалки позади себя.       Резко повернувшись, Эндрю увидел силуэт недалеко от себя в тени дерева. Кажется, это была девушка или парень с очень длинными волосами. Когда огонек зажигалки осветил лицо сидящего на лавочке человека, Эндрю увидел девушку с темными волосами и слезами на глазах, но ничего более. Она сидела слишком далеко.       — Долго там стоять будешь? — Раздался хриплый голос. От сигарет он был таким, или от слёз, Эндрю не знал. Возможно, оба варианта. — Или садись, или проваливай, — снова сказала девушка, но не пошевелилась. Лишь сделала глубокую затяжку, на несколько секунд задерживая дыхание, прежде чем выдохнуть дым.       Эндрю помедлил, прежде чем сделать несколько шагов вперёд и сесть на ту же лавочку, что и девушка, сохраняя между ними приличное расстояние.       — Куришь? — спросила девушка спустя минуту.       — Нет.       — Попробуешь?       Эндрю на секунду задумался, нужно ли ему это. Вероятно, да. Хуже сигареты ему уже не сделают, чем есть сейчас.       — Давай.       Девушка достала из коробки две новые сигареты, одну из них протянув Эндрю вместе с зажигалкой.       Когда Эндрю сделал первую в своей жизни затяжку, он сразу же закашлялся, на что девушка лишь улыбнулась.       — Медленнее, — сказала она, наблюдая.       Со второго раза у Эндрю получилось. Во рту ощущался горьковатый привкус, а его сердце, казалось, начало биться быстрее. В какой-то мере это было даже приятно. В горле першило, но Эндрю проигнорировал это, сделав вторую затяжку.       Девушка улыбнулась, продолжив курить собственную сигарету.       В ту ночь они просидели на той лавочки до рассвета. Глаза Эндрю уже закрывались, но он отказывался возвращаться домой. Просто не мог упустить этот момент. Вернуться и осознать, что все это могло быть лишь плодом его воображения. Миражом, который исчезнет, как только он уйдет.       — Иди спать, — сказала девушка, когда первые лучи солнца осветили блондинистые волосы парня.       — Иди на хуй, — пробормотал Эндрю, даже не оборачиваясь.       — Не сегодня, малыш. — Насмехаясь, сказала она. — Александра.       Эндрю посмотрел на девушку, не сразу понимая, к чему это, но спустя минуту он ответил:       — Эндрю.       — До завтра, Эндрю.       Александра первой встала, на секунду потеряв равновесие, после чего, не оборачиваясь, пошла в сторону выхода из парка.       Эндрю вернулся в дом Тильды спустя час и проспал до полудня, не обращая внимания на цепкий взгляд близнеца, когда Эндрю вернулся домой в шесть утра. Это было не важно.

***

      Следующей ночью Эндрю узнал полное имя девушки — Александра Брайт.       Через два дня ее возраст — ей было семнадцать.       Через четыре — причину, почему в ту ночь она курила в одиночестве в парке.       — Моя мать умерла.       Эндрю внимательно осмотрел девушку, считывая все эмоции на ее лице и ее движения. Плечи немного напряжены, лицо апатично, но в глазах мелькает грусть и страх.       Эндрю кивнул.       — Ее убил мой отец.       Эндрю замер, не зная, как относиться к этой информации. Он не из тех людей, которые скажут «мне жаль» или спросят «как ты?». Эндрю знал, что хуево.       — Я хочу убить свою биологическую мать. — Эндрю сказал это на следующую ночь. Александра посмотрела на него стеклянными серыми глазами, замерев с сигаретой между губ.       — Хорошо. За что?       — Это… Долгая история.       — Я никуда не спешу, — Александра усмехнулась, сделав затяжку. Иногда Эндрю казалось, она не доживёт и до двадцати из-за того, что заработает рак лёгких. Теперь Эндрю был таким же.       В ту ночь Эндрю рассказал Александре все. Начиная от своего рождения, заканчивая колонией, братом близнецом, появившимся в его жизни три года назад, и его чокнутой мамашей.       В ту ночь у Эндрю появился сообщник в планировании убийства собственной матери.       Через месяц Эндрю узнал историю Александры.       Она появилась в их месте, на той самой лавочке, в канун нового года в одной футболке, с кровоподтёками на правом виске и разбитым носом. В ту ночь она не курила.       — Кто? — прошипел Эндрю, когда увидел Александру. Его кулаки непроизвольно сжались.       — Отец.       — Ебаный мудак. — Эндрю сделал несколько рваных вдохов, прежде чем смог разжать кулаки и сесть возле Александры, обхватив ее подбородок пальцами и повернув ее лицо к себе.       Глаза девушки на секунду остановились на его губах, но этого хватило, чтобы Эндрю это заметил.       — Да или нет? — тихо спросил Эндрю, опуская взгляд на губы девушки и снова смотря ей в глаза.       — Да, — Александра нервно провела языком по губам, её руки слегка дрожали.       Первый поцелуй Эндрю был в новогоднюю ночь под звёздами и с железным привкусом крови. В ту ночь в Южной Коралине пошел снег.       Александра следующие три дня постоянно кашляла и пила таблетки от простуды, так как нахождение на улице в одной футболке в минусовую температуру не способствует здоровью. Она не пропустила ни одной встречи.       Эндрю узнал, что отец Александры наркоман и алкоголик. Узнал, что в первую их встречу он убил свою жену на глазах своей дочери. Александра была уверена, что в ту ночь следующей должна была быть она, но она вовремя сбежала из дома. Вернувшись утром, отец не вспомнил о том, что совершил ночью. Мать Александры была похоронена семнадцатилетней девушкой на заднем дворе своего дома.       В новогоднюю ночь отец избил Александру и попытался изнасиловать, спутав её в пьяном бреду со своей женой. Александра смогла вырваться и выбежать из дома в том, что было на ней в тот момент — тонкой футболке и пижамных штанах. Ей пришлось вернуться утром. Отец ничего не помнил о прошедшей ночи.

***

      У них ушло пять месяцев на планирования автомобильной аварии, из-за которой должна была погибнуть Тильда.       В ночь перед аварией единственное, что сказала Эндрю Александра, было:       — Если ты сдохнешь, я достану тебя с того света и убью собственными руками, маленький мудак. — Александра притянула его для поцелуя, на который Эндрю охотно ответил.       Эндрю выжил. Тильда нет.       Его жизнь продолжала катиться со склона, наклоном почти в девяносто градусов на скорости двести сорок километров в час в бездну, но в его жизни все ещё была одна постоянная константа — Александра Брайт. Этого было достаточно.

***

      — Эндрю? — Неуверенно начала Александра, что уже было тревожно.       — Что?       — Мне… Мне нужно исчезнуть.       Эндрю замер с сигаретой между пальцев. Прошло полтора года с тех пор, как он встретил одинокую девушку в слезах в этом парке. За эти полтора года многое произошло.       — Почему? — хрипло спросил Эндрю.       — Так нужно. Я… Я вернусь. Обещаю. Поверь мне.       Эндрю молчал. Он не знал, что должен говорить в такой ситуации. Он никогда не думал, что с ним такое произойдет. Что он привяжется к кому-то. Полюбит.       — Хорошо, — тихо выдавил Эндрю, оставляя на губах девушки поцелуй. Последний, как навязчиво прошептало ему подсознание.       На следующую ночь Александра не появилась. В ту ночь Эндрю избил четырех парней.       Был суд, таблетки, отсутствие эмоций и апатия. Он терял себя день за днём, а воспоминания об Александре, девушке, пробывшей рядом с ним изо дня в день на протяжении полутора лет, постепенно исчезали, теряясь от наркотического эффекта грёбаных таблеток.       В какой-то момент Эндрю казалось, что он теряет какую-то важную часть себя, но потом он вспоминал, и все начиналось по новой. Порочный круг, который он не смог разорвать даже после прекращения приема таблеток.       А потом в их команду пришла новенькая, и Эндрю ощутил себя опустошенным от нахлынувших воспоминаний. Этого было слишком много.

Любовь готова все прощать, когда она — любовь.

Умеет беспредельно ждать, когда она — любовь.

Любовь не может грешной быть, когда она — любовь.

Ее немыслимо забыть, когда она — любовь.

Она способна жизнь отдать, когда она — любовь.

Она — спасенье, благодать, когда она — любовь

Полна безмерной доброты, когда она — любовь.

Она естественна, как ты, когда она — любовь!

Эльдар Рязанов