Змей, которого не существует

Egyes álmodozók azt követelik, hogy a tudósok csak azt fedezzék fel, amit jóra lehet használni. /Polányi János/ Все Старшие боги были очень рады его видеть, ведь Йиг создавал образ истинного Старшего, кроме одного фактора, которого изменить был не в силах. За всё время змеиный бог успел полюбиться большей половине своего окружения. Конечно, некоторые вроде Ноденса не приняли Йига и считали недостойным Старших богов. Великий древний в очень строгом и сдержанном клане, но в отличие от других Великих где статус не превыше всего, а проявление эмоций не было чуть ли не под запретом. Однако плохой по меркам Старших проступок карался наказанием. Определив Йига к себе, Ктанид не ошибся. Змеиный бог был действительно умён и эрудирован, а значит идеально подходил Старшим. Но пребывание в кругу Старших богов Йиг считал самым большим недоразумением. Друзей старался не заводить, а если кто-то старательно к нему тянулся и хотел раскрыть, то был разбит о стену исходящего от бога холода и бесчувствия, присыпленных щепоткой грубости. Однако же Ктаниду удалось найти путь к сердцу. Тогда же Йиг отказывался принимать факт обладания некоторыми способностями, ведь есть же жители божественного мира, не обладающие никакими способностями. Вскоре Ктанид оценил то, что приблизил Йига. Отец Змей, Мудрейший из Древних; мудрость — понятие расплывчатое и относительное даже для острых умов, и проявляется она в редкой для Древних трезвости рассудка. Даже другие Древние считаются с ним. Конечно, все сразу подумали, что его помощь другим Древним — спланированный ход. Из всех остальных Старших богов за свободу яро боролся Ултар — почему-то именно он был уверен в змеином боге на все сто. Он доказывал его невиновность другим Старшим, пытался убедить в этом настроенных против Древних народов, но ему верили лишь несколько его друзей и, конечно же, Фобетор. Сколько помнил Азатот, за всё время пребывания с ними именно Йиг благодаря старым книгам заклинаний и книгам с забытыми из них изучил такие, как Симфония и Соната крыльев, Крылья симфонии, Глаз небес. Со временем Йиг избавился и от боли в глазах при использовании Иного зрения -дара, помогающего видеть всё не так, как другие боги и обычные люди. Можно увидеть, что говорит кто-то или что-то — правду или ложь, скрытый смысл — какое у него или кого настроение, при желании видеть сквозь стены и многое другое. Азатот понял, что вся магия Йига — это магия глаз, после того, как увидел зеркальные глаза: можно увидеть в них отражение или страх, если засмотреться можно провалится в зеркальную тюрьму или расколоться на много мелких осколков (восстановлению подлежит) также можно увидеть всю информацию о одушевлённом или неодушевлённом предмете. Они отражают любые проклятия как зрительные так и разговорные и любые другие. Очень развиты благодаря зеркальным глазам: интеллект, мозг, знания, скорость работы сознания, мозга и так далее. Ноты, мелодия и музыка ветра — всё это не простые слова. Старшие боги часто шутили, что Ктанид опять дал Йигу талмуды. «Да это баян, не иначе» — чьи же это слова из золотой четвёрки? А что касается Ултара — с ним они творили всякую чушь. Где они двое — там не бывает тихо. В частности очень любили доставать Яд-Тхаддага. И пофиг, что Ултар уж очень припадошный, им нормально вместе. А Йиг Ктаниду ещё и нравился. Обострённое чувство справедливости у Старших требует, чтобы зло было наказано, а добро торжествовало. Милосердие и возмездие — вещи не совместимые. Что прощать, а с чем категорически нельзя мириться — вопрос сложный. Собственный голос у него слышен сразу. Его называют «лесным стражем», потому что он предупреждает всех о появлении опасности. К сожалению, он предупреждал не только законников, но и криминальных и принадлежал к преступному миру, за что и снискал себе нехорошую репутацию. Ему с обычным людьми скучно, ему нужны новые знания — а всё, что ему могли дать, ему уже дали. Обстановка среди Старших богов была сложной — в нарастающем конфликте с Древними богами они не могли решить, что с ними делать. Единого мнения по поводу них не существовало. Один Ултар предпочитал по большей части отмалчиваться, помня, что среди них есть Великий Древний, но даже он был вынужден иногда всё же говорить. Создание зеркальной тюрьмы при взгляде, наблюдение — как всевидящее око или появляющийся третий глаз — что было странным, зеркальный поиск, излучатель — зеркало усиливает любую энергию, не имеет значения позитивную, негативную, любовную, денежную; зеркало способно поглотить любую энергию; универсальный аккумулятор — накапливает ту энергию, в которой находится, это даёт возможность изготавливать светлые, тёмные, лунные… зеркала; зеркало универсальный отражатель, в связи, с чем является одним из лучших защитных талисманов; зеркало — портал в иные миры. С помощью специальных зеркал мы можем соприкасаться с реальностью иных миров, получать информацию… или энергию…

***

«Со всех сторон доносились заклятия, крики ужаса, вопли, плачь, мольбы… Сколько прошло времени, он не знал. Страх и усталость брали верх… Он стала уязвимой. Взрыв, грохот и всё погрузилось во тьму… Он лежал навзничь и еле вдыхал воздух. Грудь очень болела, было сломано несколько рёбер. Воздух вокруг стал замерзать… Какая-то безнадёга, отчаяние разрушали сознание. В дыре внешней стены замка показалась чёрная фигура в длинном плаще. Фигура двигалась, протягивая свои скользкие, чешуйчатые руки…» Виолетта подскочила от страха в холодном поту. Подобные сны ей снились часто. Как и другой, в котором она, удивлённо моргнув, она повернулась к напрягшемуся силуэту… и тут другой, в плаще, зашипел. Натурально. Смазанным броском он обогнул силуэт, закрывая от Виолетты, наступая на Илону. Ткань, что укутывала фигуру натянулась и опала, демонстрируя белые лопатки, белую спину, белый… тёмный зад покрытый чешуей… то есть не зад, а… — Мать моя женщина… — выдохнула Виолетта, глядя на ноги незнакомца, точнее не на ноги, а на змеиный хвост, начинавшийся от талии. Полузмей во сне оглянулся, встретившись с Илоной взглядом, и в этом свете сестра была позабыта не только Виолеттой. Резкий разворот к Илоне, стремительное движение тяжёлым хвостом. «Сейчас сожрёт», — подумала Виолетта, зажмурившись. Чьи-то холодные пальцы ложатся на талию, тянут вперёд так, что Илона практически впечатываюсь во что-то твёрдое, холодное, рельефное. Вряд ли в стену… Руку на удивление бережно поднимают. Кожи на запястье касается тёплое дыхание. Легкий едва ощутимый поцелуй. И… резкая боль. Ойкнув, Виолетта распахнула глаза, оказавшись вплотную к хвостатому. Глаза, совсем чёрные, смотрят в самую душу. Он медленно подносит сестрино запястье к губам, слизывает выступившую от укуса кровь… Подождите, от какого укуса?! Тогда от этого вопроса Виолетта и проснулась. Такие сны снились ей довольно давно. Её семья была довольно богатой, и родители хотели вырастить Виолетту хозяюшкой, но она хотела спасать людей и быть героем. И однажды она сбежала из дома. Познакомилась с парнем, забеременела от него и потеряла ребёнка. После своих похождений Виолетта и приобрела способность видеть такие сны. Повторение в них образа крылатого получеловека-полузмея говорило, что скоро он появится в их жизни. Виолетта часто рисовала его крылья на листках не особо нужных тетрадок. Они чем-то напоминали крылья сойки. Считается, что с духовной точки зрения птица дает знания и воспоминания о давно забытых вещах и дает информацию о том, как использовать их, чтобы воспользоваться открывающимися возможностями.

***

И в ней Богу доверялась одна опасная причуда причуда — божий глаз (эта причуда видна у Йига в глазах). Самая сильная и опасная причуда. Владелец может представить любую силу и причуду и она у него появится (у Йига было две активные силы — способность воплощения его мыслей в реальность и загаданная причуда), но есть и последствия. Насколько сильную магию он загадал, настолько сильно у него будет кружится голова. Если он загадал слишком сильную причуду, то может пострадать! Их дружба родилась до эпохи, когда мир был ещё молод и имел ещё больше возможностей. Он вырос вместе со своим братом-близнецом Ктулху. Несмотря на общее детство, их пути разошлись: Ктулху стал символом разрушения и хаоса, в то время как Ктанид выбрал путь защиты и жизни. Он стал важной стратегией в войне против великих древних богов, таких как Йиг, с которыми у него существовали близкие и глубокие связи. Ктанид высоко ценит свою связь с Йигом, считая его опорой в трудные времена. Сколько раз Ктанид воевал, защищая мир от тёмных сил, он также сталкивался с муками, выбирая: в его сердце таится мучительная одиссея, ведь он не может полностью отвергнуть своего брата. Этот внутренний конфликт продолжается, усугубляясь каждый день войны. Ктанид знает, что остается лишь один путь — преступники спасут своего брата от темного пути, чтобы вернуть Ктулху к свету.