Буль-буль-буль или Шевеление.

На дне в ее уголке было глухо. Даже соседки сегодня не перешептывались между собой. В этом даже был плюс, ни грамма уже осточертевших сплетен. Вот она жизнь Бурых Ризойдных. Существуешь среди толпы, таких же как ты. Колышешься в толще воды. И ни одной мысли путной в голове. Поскольку головы-то собственно и нет. И ног нет, чтобы уйти куда-нибудь подальше от бесконечной скукоты. Сонно жить, вяло. Вот в шторм уже интересней. Может повезти и оторвать часть от твоего тела. И ты уже и там, и тут. Но шторма в последнее время не было. Дни слились в один. Из радостей оставались только, щекочущие своими серебряными боками, рыбы, отщипывающие кусочки в уплату за развлечение. Свежеотщипнутое место соленая вода так приятно холодила и покалывала. Но тоже, разумеется, недолго. Хорошо уже, что сегодня солнце светит. Лучи пробиваются под воду и на большой глубине не обжигают. Можно тянуться туда за светом. Немного солнечных ванн для хорошей медленно текущей жизни. А еще солнце значило, что вся рыбная братия вместе с зелеными водорослями понесется на рифы. Тусить. И вот аттракцион отличный надо сказать: если какая-нибудь огромная рыбина на большой скорости пронесется близко ко дну, то раскидывает в разные стороны знатно. Аж внутри все сжимается от резкости, а потом долго еще колобродишь и не можешь выровняться.

Песо-о-ок … Песо-ок не люблю-у-у…

Ой, зашептались. Ни о чем уже спокойно подумать нельзя, чтобы мысли никто не подслушал. Ну, песок и песок. Песок поднимается от баламутинья действительно. Но это же можно потерпеть, если весело. Сверху медленно проплывала Зеленая Безризоидная. Да-а-а, вот уж кому повезло, так повезло. Водоросли океана, кочевники. В быстрое течение попадешь — так вообще можно оказаться там, где никто то тебя не был. И колония у них что надо, на вещи прогрессивно смотрит. Вот только почкуются они по всюду. Разговариваешь-разговариваешь, и тут на тебе! Дите. Но растут такие быстро, конечно, ни капли затрат на воспитание.

Э-э-х…

Ну точно. Вон ее в разные стороны как растянуло-то. Сейчас новый планктон появится на этом празднике жизни. На риф его вряд ли пустят, слишком мелкий. Хотя может успеет дорасти до нужного размера еще. Если тащиться с такой скоростью. Но лучше уж любая скорость, чем на одном месте торчать всю жизнь и шторма ждать.

Не нра-а-а-ави-и-ится тее-ебе-е-е… все до-во-о-ольны-ы-ы… ооодна-а-а ты-ы-ы все-е-е ку-уда-а-а-то-о-о рве-е-е-ешься…

До тела дошли недовольные, ворчливые, осуждающие импульсы. Отправить им что ли пару ласковых? Тоже мне, эксперты в жизни. От негодования пришлось дергаться и колыхаться всей длинной, чтобы отвернуться. Хорошо все-таки жить на краю колонии, вид вон какой вдаль шикарный. В абсолютную волю. В центре душно было бы жить — там толкаешься пластиной своей с другими со всех сторон, без продыху. Остаток светового дня стояла, наблюдала за Рыбами, сначала мчавшими на риф, потом еле ластами передвигая разбредавшимися кто куда. Под вечер к ним подплыл косяк изрядно так набравшихся рыбешек с просьбой на ночь приютить. Не все конечно обрадовались им, но отказаться от порции щекотки никто не смог. Слишком приятно что-то чувствовать. Раз уж только это в жизни их и осталось. Угомонилось все. Задремало. Снова стало тягуче. Как будто нереально.

А что е-е-если-и-и… да не-е-е…

Бурая попробовала пошевелить своими ризойдиками. Она иногда так делала, но только когда все спали. Иначе заметят и потом хлопот не оберешься, только и принимай сигналы о том, что ты позоришь имя всех Бурых. Сегодня шевелить получилось. Несколько песчинок поднялось со дна, образовалась микроскопическая ямка. Так приятно. Совсем другие ощущения, когда шевелишь. В другом месте. Очень необычно. Слишком необычно было даже. Как будто бы активней. Насыщенней.

У-у-у-у-у-а-а-а…

Еще активней. Еще. И еще. Ямка стала отчетливей. Песка взметнулось побольше. Прошило всплеском. Треснуло. Вздрогнуло. Выдралось. Изменилось. Покачиваясь пластом в толще, ощущалась свобода. Облегчение. Свежесть. Как будто сжимали долго, и от этого было жарко, тесно. А тут перестали. И сразу даже пусто как-то слегка. Когда песок перестал придавливать, стало немного даже страшно. И любопытно. Освободив ниточки — ножки, стало легче. В туловище стало тихо. Исчезли сонные фрагменты мыслей соседей, осталась только она. Безумно изогнув все тело, колыхнувшись, инерцией она толкнула себя. Раскачиваясь от силы, чуть ли не переламываясь отогнувшейся верхней частью, выкинула один ризойдик вперед. В сторону свободного от ее колонии пространства. Уродливо подтаскивая за собой остальные ниточки. Потом разберется как с ними управляться вместе. Еще раз толкаясь вперед, мотаясь телом как полоумная во все стороны, извиваясь от внезапного движения, постепенно отползала от дома. В манящую широту и глубину. Исчезая из виду в мутной воде. Буль- буль-буль. Сама себе аттракцион устроила. Буль-буль. Один шаг, а столько новых впечатлений. Буль-буль. А что же дальше. Буль-буль-буль -буль.

А-а-а э-это-о-о я-я бе-е-з но-о-ог е-еще-е-е…