VII сезон. Глава III "Борьба вслепую"

      Рей завернула к классу, где учились её подруги, и увидела в коридоре знакомого парня. Ещё издалека она поняла, что это Тони. Невозможно было сзади не узнать эту причёску: короткие, торчащие дыбом волосы на затылке, словно у котёнка, которого мама лизнула против шерсти. Рей с улыбкой подошла к нему и весело поздоровалась:       – Привет! Сейю ждёшь?       Тони обернулся и тепло улыбнулся в ответ:       – Да, сегодня тренировка.       – Значит, Мако мы опять не дождёмся, – с шутливым недовольством сказала Рей.       – Ей очень нравится играть. Не отбирайте её у нас.       – Да ладно, мы и не собирались.       По школе пронёсся звонок, и двери классов резко распахнулись.       – Вот и они, – Рей подняла руку. – Эй, привет!       В коридор вышли Усаги, Ами, Макото и Сейя.       – Салют, ребята.       – А где Минако? – удивилась Рей.       – Она сказала, что ей нездоровится, – ответила Усаги. – Ей, кстати, ещё вчера плохо было.       – Надо будет сходить к ней вечером, а сейчас идём в спортзал? – с готовностью сказала Макото.       – Идём, – засмеялись Сейя и Тони.       – Я хочу с ними, – сказала Рей. – Вы как?       – Э… ну, я не против… – протянула Усаги.       – И я хочу, – сказала Ами. – Идём все вместе?       – Отлично! – обрадовалась Макото. – Может, и вы поиграете!       – Нет, спасибо!       – Мы лучше на тебя посмотрим.       Они направились к лестнице и шумной толпой спустились в спортзал. Там уже было несколько заядлых баскетболистов, были и друзья Тони, встретившие его необычно холодно. Тренер выбросил им мячи и вернулся в свой кабинет.       – Ну что, поехали? – Тони первый схватил мяч, и они с Сейей вместе выбежали на поле.       – Эй! Вы забыли Мако! – закричала Усаги.       – Они всегда играют первые десять минут друг с другом, – поспешила пояснить Макото. – Потом уже помогают новичкам.       – Правильно, нужно и себе уделять время, – кивнула Рей, уже переключив всё внимание на игроков.       Все десять минут подруги поглощёно следили за Сейей и Тони, выделывающих на поле такие вещи, что захватывало дух. Наконец парни вернулись к лавочке, чтобы немного перевести дыхание. Макото сразу же оказалась рядом.       – Ну, что? Начнём тренировку?       Тони поднял голову, и его взгляд резко поменялся, устремившись куда-то за её спину. Макото удивлённо обернулась и увидела Минако в спортивной форме, стоящую возле двери.       – У тебя же болит голова! – воскликнула Усаги, подойдя к ней.       – Уже не болит! – бодро ответила Минако, хотя в глазах у неё скользила неуверенность. – Я вот пришла потренироваться!       – Но это же кружок баскетбола – непонимающе сказала Рей.       – Насколько я знаю, волейбол будет послезавтра, – кивнула Ами.       – Да, я в курсе! – нетерпеливо поморщилась Минако. – Я хочу поиграть в баскетбол, что тут такого?       – С чего бы это? – сложив руки на груди, спросила Макото. – Ты же ещё недавно убеждала нас, что в баскетболе нет ничего примечательного!       – Да, Минако, это правда…       – Вот я и хочу проверить.       – Хороший способ! Ты же совершенно не умеешь играть! – возмутилась Макото.       – Как будто ты умеешь! – огрызнулась Минако.       – Я хотя бы уже знаю начальные азы!       – А что мне мешает изучить эти азы? Чем я хуже тебя?       – Думаешь, Тони счастлив будет всем неумёхам, требующим его внимания?!       – Неумёхам?! Да я в волейбол смогу обыграть всю школу! А ты толком не во что играть не умеешь!       – Девочки, девочки! – вмешался Сейя. – Зачем ругаться? Давайте вместе играть.       – В самом деле, если Минако хочет играть – пусть попробует! – сказала Усаги.       – Ладно, я не против, – проворчала Макото. – Просто я считала, что из волейбола ты уже никуда не уйдёшь.       – А кто сказал, что я ухожу?       – Ты согласен тренировать Минако, Тони?       – Конечно, мне не сложно, – улыбнулся парень.       – Вот и отлично, – обрадовалась Усаги. – Всё уладилось.       Минако уверенно перешагнула через лавочку и выбежала на поле.       – Ну что, мы будем играть?       – Держи! – Сейя кинул ей мяч. – Начнём с ведения.       Макото, хмыкнув, направилась к ним. Тони обеспокоенно посмотрел на Рей, и она, улыбаясь, ответила на его взгляд:       – Не волнуйся, они ругаются так несколько раз в день. Лучшие подруги.       – Потрясающее объяснение, – проворчала Усаги.       – Хочешь объяснить лучше, мисс самая умная? – язвительно поинтересовалась Рей.       – Да уж поумнее тебя! – таким же тоном ответила Усаги.       – Я ослышалась, или кто-то вчера получил по самостоятельной тридцать баллов?       – Учёба не показатель! К тому же ты могла написать её точно так же!       – Я?! Это невозможно!       – Девочки, перестаньте, – взмолилась Ами.       – Я смотрю, и вы лучшие подруги, – со смехом сказал Тони.       Рей и Усаги удивлённо посмотрели на него. У Ами заиграла мелодия на телефоне, она достала его и изменилась в лице.       – Боже мой, точно! Мне же нужно вернуть диск! Хорошо, что поставила напоминание…       – Уходишь? – спросила Рей.       – Да, да, простите, но мне нужно бежать, – она схватила сумку. – До завтра!       Друзья махнули ей и снова углубились в баскетбол. Ами выбежала из школы, спустилась со ступенек и влилась в толпу людей, идущих по самой оживлённой улице города в час пик. В это время тротуар напоминал проезжую часть, на которой невнимательному или не соблюдающему правила передвижения прохожему неминуемо грозила авария, то есть столкновение с себе подобным. Ами вынужденно сбавила скорость и терпеливо пробиралась к дороге, откуда совсем недалеко было до нужного магазина. Люди двигались рядом, погружённые в свои проблемы, бесцветные, невыразительные и какие-то смазанные. Но Ами внезапно показалось, что кто-то резко выделился среди них. Словно яркая капля сверкнула на тусклом сером фоне.       Навстречу ей шла девушка.       Ами увидела её ещё издалека. Она шла совершенно спокойно и словно существовала отдельно от этой толпы. Чем меньше между ними становилось расстояние, тем больше Ами замедляла шаг. Ближе, ближе… Что это за странное ощущение? Она уже чувствовала его. Девушка смотрела на неё, в этом не было сомнений. Не отрывала глаз. И приближалась. За несколько шагов они остановились. Что-то невидимое, но ужасающе сильное колыхалось между ними. У незнакомки были лазурные, зеленовато-голубые глаза.       – Вот я и нашла тебя, – с улыбкой прошептала она. * * *       Мэри, Милли и Джеки вышли из дверей компании, оживлённо обсуждая снимки Ятена. У каждой в руках было их не меньше семи, самых лучших, припрятанных для себя. Милли и Мэри не переставали выражать свой восторг уже второй день, лишь Джеки иногда задумчиво замолкала, вспоминая странную реакцию Дани. Девушки вышли на тротуар и остановились.       – Ну, до завтра, Джеки, – сказала Мэри. – Не забудь захватить тот журнал, о котором я говорила.       – Не волнуйся.       Прощание прервал внезапно появившийся высокий, светловолосый и широкоплечий молодой человек. Он бросился к девушкам с сияющим взглядом и криком:       – Мэри!       Шатенка вздрогнула, увидела его и недовольно протянула:       – Опять ты…       – Здравствуй, Энди, – приветливо поздоровалась Джеки.       – Ну, чего тебе? – грубо спросила Мэри.       – Можно, я провожу тебя? – с собачьей преданностью в глазах попросил Энди.       – Ну почему именно меня? – с раздражением проговорила Мэри. – Вот Джеки идти одной по опасному району – проводи её!       – Нет, спасибо! – со смехом подняла руки Джеки. – Я уж как-нибудь сама. Мне уже, кстати, пора. Пока!       Она развернулась и пошла в сторону высоких многоэтажных домов. Мэри со вздохом повернулась к ухажёру.       – Ну за что ты мне такой? Сколько раз повторять: ты не в моём вкусе.       – Но ты мне очень нравишься!       – О, господи…       – Мэри, почему бы тебе не смягчиться? – пожала плечами Милли. – Я никогда не видела более преданного парня.       Энди увидел зажатые в руках девушек фотографии, и его простоватое лицо с удивительной скоростью стало угрожающе сердитым.       – Это он? Опять он? – воскликнул он, приблизившись к Мэри. – Из-за него ты мне отказываешь?       – Ятен? – удивлённо спросила она. – Мы не встречаемся, если ты это хочешь узнать.       – Но вы им восхищаетесь! Не понимаю, что вы в нём нашли! Настоящая девчонка!       – Ты просто завидуешь! – отрезала Мэри. – Ятен настолько идеален, что с твоим полным отсутствием вкуса никогда этого не разглядеть!       – Он не мужчина! – с обидой сказал Энди. – Я только дуну, и он рассыплется!       – Не всё же решается мускулами, мужлан ты такой! – рассерженно воскликнула Мэри. – И вообще, успокойся! Иначе, прогоню тебя.       – Так я провожу тебя? – просиял Энди.       – Да уж отвязаться от тебя не получится, – с кислой миной сказала Мэри и повернулась к подруге. – Идём, Милли? Хорошо, нам хоть поначалу в одну сторону.       – Погоди-ка! – блондинка схватила её за рукав, смотря куда-то в сторону.       Из дверей компании вышли Алан и Элизабет. Он что-то рассказывал ей, она кивала и местами улыбалась. Вместе они подошли к машине Алана.       – Не может быть, – оскорблённо прошептала Мэри. – Неужели он окрутил её?       – Это невозможно, – покачала головой Милли.       Алан тем временем предлагал подвезти Элизабет домой.       – Нет, что вы, у меня есть своя машина, – покачала головой женщина.       – Простите, я забыл, – склонил голову Алан. – Но ещё: я видел сегодня, что вы, как и я, не поужинали вечером.       – И что же?       – Просто здесь неподалёку есть прекрасный ресторанчик, обычно я ужинаю там. Не хотите составить мне компанию?       – Большое спасибо, но нет, – Элизабет улыбнулась приветливо, но в то же время настолько твёрдо, что рассчитывать ему ни на что не приходилось. – Я поужинаю дома, как и всегда. А вам желаю приятного аппетита.       – О… благодарю… – проговорил Алан, стараясь не выдать своего разочарования.       – До свидания.       Элизабет направилась к своей машине, а Алан стоял на месте, пока она не уехала. Лишь потом он словно очнулся, открыл дверцу и нырнул в свой чёрный автомобиль.       – Ну вот, оставила его с носом, – довольно рассмеялась Мэри. – Я не знаю, о чём они там толковали, но вижу, что она во всём ему отказала.       – Да, – вздохнула Милли. – Бедный Алан.       – Тебе его жаль? Мне нисколько.       – Ты слишком злая! Как можно смеяться над безответной любовью?       – У него это не любовь, а непонятно что, – сморщила нос Мэри. – Джеки была абсолютно права. Он увидел в ней все идеальные для себя качества, загорелся обладать такой птицей и теперь словно охотник сидит в засадах, подстерегает её и ставит силки. Только птичка-то не глупа и в руки к нему не попадётся. К тому же она уже выбрала себе хозяина.       – Ты про Ятена?       – Про кого же ещё?       – Ну что, может, пойдём? – робко подал голос Энди, мало что понимающий из всего этого разговора.       – О, ты ещё здесь, – обернулась Мэри. – Ну, пойдём, если ты торопишься.       – Я тут подумала, может, мне поехать на такси? – сказала Милли.       – Нет, пожалуйста! – воскликнула Мэри. – Я не выдержу этой дороги без тебя!       – Да ладно тебе! – засмеялась Милли, беря её под руку. – Энди не обращай внимания. Она на самом деле намного лучше к тебе относится.       – Да ты-то откуда знаешь, профессор?! * * *       Макото, Минако, Усаги и Тони с Сейей стояли возле ларька, где только что купили несколько бутылок воды. Парни жадно утоляли жажду, не в силах остыть после тренировки под жаркими лучами солнца. Усаги внимательно оглядывалась по сторонам.       – Здорово сегодня поиграли! – весело протянула Минако, сложив руки в замок и потягиваясь. – Мне так понравилось!       – Да, загоняла ты нас! – проговорил Сейя, оторвавшись от бутылки, чтобы перевести дыхание.       – Откуда в тебе столько энергии? – удивлённо спросил Тони. – Бегала три часа подряд, а выглядишь лучше нас всех вместе взятых.       – Выносливость – моя главная черта! – гордо сказала Минако. Сегодня она выглядела настолько счастливой, насколько вчера была недовольной и капризной.       – Чувствую, скоро ты будешь нас тренировать, – улыбнулся Тони, облокотившись о высокий столик, стоящий рядом.       – Ну что ты, что ты! – якобы смущённо махнула рукой Минако.       – Сейя, завтра воскресенье, – сказала Макото. – Вы, надеюсь, соберётесь все?       – Мы стоим прямо напротив здания, где сейчас Таики и Ятен. Скоро они оттуда выйдут, и мы всё у них спросим.       – А мы не пропустим их? – тревожно спросила Усаги.       – Это невозможно, – покачал головой Сейя.       – Мне кажется, я видела их в окне, – вытянула шею Минако.       – В окне? Значит, они уже спускаются.       Тони допил свою бутылку и бросил её в урну.       – Жарень… Вроде вечер уже, а парит…       – Мне кажется, скоро будет дождь, – сказала Макото.       – Ага, в наших мечтах…       – Кажется, они, – проговорила Усаги.       Из дверей действительно вышли и направились в их сторону Таики и Ятен.       – Какая встреча! – радостно воскликнул Таики. – Вот уж не ожидал.       – Зато мы вас ожидали, – заявила Минако.       – Да, стоим здесь уже минут десять, – кивнула Макото.       – Как мило… – побормотал Ятен и положил руки на стол с другой стороны от Тони.       – Какие у вас планы на завтра? – спросил Сейя. – Девчонки хотят узнать, мы соберёмся все?       – Я выделю несколько часов, – кивнул Таики. – А ты?       – Я тоже, – качнул головой Ятен.       Усаги очень внимательно следила за ним, но не заметила ничего странного, кроме того, что он сильно сжал руками край столика, так что побелели костяшки пальцев.       – Вот и отлично, – обрадовалась Макото.       – А что Ами? – вспомнила Минако. – Она придёт?       – Я звонила ей, но она почему-то не отвечала.       – Придёт, куда денется.       – Слушай, Ятен, ты как-то сильно оброс, – склонив голову, сказал Сейя. – Не пора чёлку подстричь?       – Мне и так хорошо, – недовольно ответил Ятен.       – Нет, правда, – присоединилась Макото. – Тебе уже и очки носить не надо, волосы всё лицо закрывают.       – Да что вы пристали? – возмутился Ятен. – Это мои волосы!       – Да мы же их не присваиваем, – рассмеялся Сейя.       – Я, пожалуй, пойду, – буркнул Ятен, отходя от столика. – Мне ещё на килограмм почты отвечать.       – Может, погуляем вместе? Хоть недолго? – предложила Минако.       Он только отмахнулся, уходя от них по улице.       – Сколько его помню, никогда не любил стричься, – с улыбкой сказал Таики.       – Ятен всегда такой… вредный? – поинтересовался Тони.       – Скорее независимый, – вздохнула Макото.       – На самом деле он очень милый мальчик, – сказала Минако. – Особенно когда улыбается.       – Знаете, я, конечно, мало общался с Ятеном… Но даже издалека никогда не видел его улыбки, – искренне признался Тони.       – Ты много потерял, – с усмешкой сказал Сейя.       Усаги резко отошла от них.       – Я, пожалуй, тоже пойду.       – Домой? – удивился Сейя. – Постой с нами.       – Нет. Меня ждёт Чибиуса. Я обещала ей кое-что рассказать. До завтра.       – Пока.       Усаги направилась в сторону дома, уже чувствуя, что сейчас в ушах раздастся голос. Зверь не заставил себя ждать.       Опять врёшь?       Надоело их слушать! Ятен, Ятен…       Теперь вы с ним будете играть в молчанку? Новая тактика?       Я не собираюсь подходить первая, сердито подумала Усаги. Если он не заговорит, я первая даже не поздороваюсь!       Ты ошпарила его кофе, как бы невзначай напомнил двойник.       Это не повод убегать от меня. А он начал это ещё давно. Что ж, теперь я принимаю его правила. Война, так война!       Зверь вздохнул и положил морду на лапы.       Что ж, это твой выбор… Да будет так. * * *       На краю крыши высокого многоэтажного дома сидела и болтала ногами маленькая кареглазая девочка. С ясного ночного неба беспрепятственно лился чистый лунный свет. Над малышкой мелькнула чёрная тень, и через несколько секунд сзади к ней подошёл высокий мужчина в плаще.       – Не спится? Дети должны ложиться рано.       – Оставь нравоучения при себе, – спокойно ответила девочка.       – Как скажешь, – улыбнулся мужчина.       Он присел на корточки рядом с ней и стал похож на огромную чёрную птицу.       – Я сегодня переправил три души в Сумрак. Удачный день.       – Они умерли сами? – слегка повернув голову, спросила девочка.       – Двое из них да.       Она нахмурилась и посмотрела вниз.       – Почему светлых людей ты забираешь в начале их пути, а злодеям даёшь дожить до своего срока?       Мужчина задумчиво усмехнулся.       – Белая Гостья не хочет терять ни одного праведника. Кто знает, что станет с ними, если дать им прожить ещё с десяток лет? Может быть, этот несовершенный мир испортит их своими пороками так, что останется путь только в Сумрак. А грешникам даётся время на исправление своих ошибок. Много, достаточно, чтобы ступить на путь добра. Я всегда жду этого, прежде чем коснуться их крылом. Но редко дожидаюсь.       Девочка повернула к нему голову и ласково улыбнулась.       – Ты всё-таки любишь этот мир.       – Не-ет, это ты его любишь. А я лишь не хочу, чтоб он исчез или разрушился. Для этого и создано Небытие.       – Да, я знаю, – вздохнула девочка, отвернувшись.       Мужчина помолчал немного, и его бледное лицо стало жёстким, чёрные глаза сурово блеснули.       – Появилась опасность. Возникла дыра в том измерении, с которым никак нельзя соприкасаться незащищённым мирам. Особенно этому. Если ничего не делать, хаос поглотит всю жизнь на Земле. Натиска не выдержит даже Эмирион, а Иллюзион просто исчезнет. Если погибнет обычный мир, это не пройдёт незамеченно для остальных. Все миры связаны.       – И что ты хочешь сделать? – тихо спросила девочка.       – Я найду воинов, созданных для защиты этой планеты. Лишь они смогут закрыть дыру.       – Это смертельно опасно.       – Их судьба – рисковать жизнью в войнах с Тьмой. Они созданы этой Галактикой как попытка спастись от Хаоса. Это не люди, это регуляторы внутреннего равновесия на своих планетах. И они не должны задумываться над вероятностью смерти, для них существует лишь долг, посланный свыше.       – О, как жестоко ты ошибаешься, – улыбнулась девочка, смотря на огни города. – Эти воины – большие люди, чем некоторые земляне. У них яркая, полноценная жизнь, множество проблем и радостей, друзья, близкие, любимые. Они дорожат этой жизнью и не отдадут её так просто.       Мужчина резко встал и повернулся к ней спиной.       – Я позабочусь об этом.       Девочка всё также безотрывно смотрела на огни, когда над ней снова мелькнула чёрная тень.