Последний поцелуй со вкусом железа

«Он дал мне этот блокнот. Я не могу тут постоянно лежать без дела в темноте, чтобы еще два часа в день ко мне относились как к рабу. Так что он мне дал это. Вот почему я пишу тут, хоть так. Это будет держать меня в осознанном состоянии. Надеюсь. Как я сюда попала? Написала выше. После бесконечной черной пелены я проснулась в огромной темной комнате с головной болью и похмельем. Окна под занавесками, высокий потолок и женщины. Много женщин, по виду которых было ясно, что они ничего не понимают, и я не исключение. Некоторые из них плакали, некоторые скреблись в дверь в глубине комнаты, некоторые еще спали. Спина и конечности у меня также болели, мне было ужасно холодно, а дыхание давалось очень тяжело. Пока я спала, я все время, видимо, пролежала на этом ледяном полу. И сколько я проспала? Утро уже наступило? Никак нельзя было узнать. Занавески были будто прикованы к полу. Пока я осматривалась вокруг, заметила еще одну дверь, из-под которой выглядывал желтый лучик. Но мои мысли прервала чья-то рука, трясущая мое плечо. «Где мы?» — как я помню, девушка с черными пятнами от растекшейся туши под глазами и на щеках прошептала и заплакала снова, уткнувшись мне в грудь. Если бы я сказала, что я довольно храбрая или героичная по натуре, я бы соврала. Я чувствовала себя точно также, просто не могла это никак выпустить из себя, что-то блокировало мои слезы. Единственное, что я могла ей сделать, это легонько погладить ее по спине и все шептать и шептать: «Все будет хорошо, все будет хорошо, все будет хорошо…». Только я вообще в этом была не уверена. По крайней мере я должна была понять что произошло со мной, со всеми нами, но никого больше в комнате не было. Только далекие звуки, издававшиеся за дверью, за которой горел свет. В таком состоянии вместе с девушкой, чье имя, кажется, было Кейтлин, я закрыла глаза и уплыла в чертоги своего сознания подальше оттуда. Почему я? Почему не кто-то другой? Почему оно не остановилось на той женщине? Крутилось в голове. Я могла бы побыть в баре еще несколько лишних минут. Я могла бы пойти более длинной, но безопасной дорогой. Я могла бы защитить себя от той штуки, сделать что угодно. Я могла бы хотя бы не так сильно нажираться. Меня это так злит и гнетет. Я жалею о каждом шаге, сделанном в тот вечер. По какой-то причине это чувство было у меня прямо в теле. Такое холодное, режущее, еще вдобавок к пустоте и отчаянию от нахождения там. Оно прямо охватывало всю комнату и собиралось в ней. Мне кажется, я видела даже что-то фиолетовое в воздухе, как дым или свет, но потом оно исчезло. Я думала это последствия моей гудящей головы, весь этот негатив. Но даже если бы это было так, и мне бы это показалось от шокового состояния после выпивки и похищения торговцами людьми, то чувство бы не ушло все равно. Оно мне говорило на подсознательном уровне что я должна уйти, мне тут не рады. Сила, страх, мистика — все что я чувствовала. Мое нутро мне подсказывало обратное. Я не могла больше ждать. Даже моя смиренная натура не могла выдержать этот ломающий страх неизвестного. Я медленно встала, положив голову заснувшей в слезах девушки на свою маленькую сумку и осмотрелась еще раз. Было бы у меня больше времени и гнева, я бы тоже стала царапать ту дверь, у которой собралась толпа, но внезапно яркий свет ударил мне в глаза, от чего я зажмурилась и, закрыв лицо руками, упала на колени. Только небольшая тень прикрывала этот слепляющий поток света. Когда я только открыла глаза, я сразу узнала, кто скрывался за этой тенью. То существо. Та штука. Тот человек. Он стоял прямо передо мной и ухмылялся, глядя на меня. «Итак, следующие пять, за мной» Самые агрессивные и отчаянные женщины побежали в его сторону, но через секунду их тела уже обездвижено валялись на полу. Я не успела даже заметить, что произошло. Я повернулась к ним, а затем снова на мужчину. Я точно видела у него на острых ногтях и на шеях женщин свежую кровь. Я вообще не успела среагировать, так это было внезапно, их тела напоминали куклы, даже если разум кричал мне о безумии происходящего. У штуки лишь едва дернулась ухмылка, и он устало выдохнул: «Не они. Ты, ты, ты, ты и ты» — показал он пальцем на некоторых, включая меня. Все те девушки выглядели выдохшимися: темные круги под глазами, безэмоциональные бледные лица. Думаю, они пробыли в комнате гораздо больше, чем я. Помимо того, не думаю, что им давали еды. Они медленно выстроились в линию, а у меня просто не было выбора, либо я остаюсь тут навсегда, либо иду за ним. Это все, что я могла. Без колебаний, но в страхе. Я только жалею, что оставила свою сумку. Мне надо идти. Скоро буду.»