со всей любовью

Тигнари всю жизнь недовольно ходил на волейбол, никогда не понимая почему же не бросает. Ростом он совсем не вышел, скоростью реакции и стратегическим мышлением тоже не отличался. Наверняка его оставили в основной команде только благодаря упорности. Навязчивые мысли вроде: «Не имею права тянуть команду вниз из-за неумения», не позволяли сдаваться. К тому же, Кавех умолял, чтобы друг посещал клуб вместе с ним, а этот бедолага настолько вспыльчив, что оставлять его одного стало бы просто отвратительным решением. К тому же, когда они уходили после тренировки, предварительно убираясь, за сеткой, протянутой на двух площадном спортзале появлялась команда по баскетболу. Тигнари лишь закатывал глаза, видя этих зазнаек: вот они победили на районных, добрались до междугородних соревнований и вообще чуть ли не лучшие в стране, чем очень гордится их школа. А команда по волейболу… Ну, ходят что-то там делают, вроде не мешают, поэтому в целом плевать. Их из раза в раз побеждают, и, пропорционально проигрышам, клуб покидают люди. Ныне приходит всего человек шесть-восемь, чего еле хватает для заявок на турниры. Тренер у них совсем хилый, теперь просто контролирующий то, чтобы подопечные не убились. В этот раз предстояла совместная тренировка вместе с баскетбольным клубом. В помещение ввалились громилы, просто огромные кучи мышц, а среди них затесались двое довольно странных парней… Один совсем коротышка с коротко стриженными белёсыми волосами, а второй через чур аристократичен. Тигнари по-турецки сидел у сетки, пока Кавех возился с косой. Тёмно-зелёные волосы отрасли уже ниже лопаток, а другу ужасно нравилось заплетать его, поэтому Тигнари сидел не шевелясь. — Меня тот седой уже бесит. — закатывая глаза прошептал Кавех, наклоняясь к другу. — Почему среди них тот коротышка… — переводя взгляд на недовольное лицо собеседника посмеялся Тигнари. В ту же секунду, опираясь на преграду, с силой сжимая нити, возник тот «низкорослик». — К тебе у меня тот же вопрос. — абсолютно безэмоционально процедил тот, сдувая чёлку с лица. — Ты что, нарываешься? — Кавех вскочил, принимая нападки на товарища так, будто оскорбили его лично. — Сайно, не обращай внимания. — произнёс второй странный парень, сложив руки на груди. Он оценивающе рассматривал людей за преградой. Пока Кавех пыхтел, единственный наполненный нескончаемым гневом, Тигнари продолжал сидеть на полу, рассматривая Сайно. Симпатичный… Оказалось, что Сайно вовсе не неприятная персона. Видимо ему польстило, что Тигнари молча сидел, пустив в его адрес лишь одно неприятное высказывание, поэтому тот основательно взялся на него. Тигнари пришлось несколько раз оббежать вокруг школы, под руководством Сайно, двигающемуся нога в ногу с новым знакомым. Кавех и, как выяснилось, аль-Хайтам, соревновались в скорости. Первый проигрывал из раза в раз, задыхался, кашлял, но продолжал настаивать на повторном забеге. Второго видимо это до ужаса забавило, он открыто полу улыбался и соглашался. Поиграть сегодня им всем так толком и не удалось. Дежурить пришлось Тигнари и Сайно. Тренера посчитали, что эти двое сдружились, поэтому совместная уборка пойдёт им на пользу. Кавех что-то бубнил под нос, пока аль-Хайтам ждал того у выхода, попутно записывая его телефон. Оказалось, что тот нашёл в чем ещё хочет попробовать обойти нового соперника. Дежурные стояли со швабрами, переглядываясь. Так пролетело несколько месяцев. Сайно с Тигнари пересекались каждый день, здоровались, обменивались новостями и расходились. Затем стали гулять вместе, ходить куда-то. Тигнари выяснил одну, ну, интересную особенность Сайно… — Почему экстрасенс опоздал на работу? — как-то спросил он, дабы разбавить возникшую тишину. — Что? — немного прищурившись, без задней мысли, спросил Тигнари. — Из-за непредвиденных обстоятельств. — Сайно выпрямил спину и натянул глупую улыбку, ожидая реакции «публики». Тигнари нахмурился, приоткрыл рот, но тут же захлопнул, начиная потирать лоб. — Больше не шути. — добавил тот. Это не помогло. Во время летних каникул, когда родители уехали загород, а Кавех оказался в какой-то живописной деревушке, полностью уходя в творчество, Тигнари решился позвать с ночёвкой Сайно. Единственное о чём думал Тигнари — сыграть в волейбол с другом, который самый ловкий и быстрый во всей баскетбольной команде. Сотрудничество с таким человеком определённо пойдёт на пользу. Сайно примчался через час, даже мяч баскетбольный привёз, аргументировав это тем, что с его помощью связки становятся крепче, а пальцы «сильнее». Они играли то этим, то классическим вариантом около двух часов, в итоге выдохлись и просто сидели покрывале, о котором позаботился Тигнари, расстелив его на траве во дворе. — Хочешь выпить? — распуская волосы из высоко хвоста поинтересовался Тигнари, невинно похлопав глазами. — Хочу. — уверенно отозвался Сайно, вскакивая. — А можно у тебя в душ сходить? Тигнари принялся выискивать пару банок пива, пару дней назад попавшихся ему на глаза. Сайно молча наблюдал за ним, усевшись на кухонной тумбе. Как только напиток был отпит, а они чуть захмелели, в затуманенный разум пришла идея посмотреть какие-нибудь глупые мелодрамы для «разведёнок». Они потратили на просмотр порядка полутора часа, обсуждая отвратительное поведение мужского пола, нескончаемое необоснованное терпение со стороны женщин и ту собачку, умершую в конце. Сайно неожиданно коснулся пряди волос, начиная её заплетать в совсем крохотную косичку. Тигнари просто уставился на него, видя лишь блестящие глаза, наблюдающие за происходящим на экране ноутбука. Парень убрал чёлку заколкой теперь Тигнари, хоть и в темноте, мог несколько детальнее рассмотреть лицо друга. Да, он не отказывался от своих слов! Сайно ему правда симпатичен! Мало того, что он хорош лицом, так и тело атлетически сложенного, что уж говорить о характере, такого себе «заботливого папочки», что донельзя прельщало Тигнари. Неожиданно в фильме началась постельная сцена. Сайно посмотрел на компаньона, сдерживая смех. Тот же в свою очередь захлопнул крышку и просто упал на подушку. — Это позор. Я не знал, что там есть что-то такое. — начиная смеяться оправдывался Тигнари, сжимая одеяло. — Это неизбежно. — кивнул Сайно, укладываясь рядом. Его лицо оказалось катастрофически близко! Брови Тигнари вскочили, и он чуть отодвинулся, прекрасно осознавая, что глаза Сайно распахнуты и он всё прекрасно видит. Ну, это ничего… Завтра он всё спишет на опьянение. Хотя оно уже давным-давно прошло. — А можно тебя заплести? — такой вопрос застал врасплох. Тигнари поднялся на локте, внимательно рассматривая выражение лица собеседника. Он оказался совершенно серьёзен. Тигнари сел спиной к Сайно, вздрагивая от каждого его прикосновения. То ли из-за того, что пальцы друга оказались ужасно холодными, то ли от того, что лицо уже всё ужасно красное, и его фото можно на выставить как участника на конкурс «Помидор года»! Ну, очевидно первый вариант. Сайно очень и очень медленно отбирал прядки, перекидывал их от пальца к пальцу, но снова менял положение, начиная сначала. Парень понял, что хмель всё ещё правит телом, когда неожиданно захотелось укусить шею Тигнари. Его тёмные волосы были такими мягкими и так хорошо пахли шампунем и прочими ухаживающими средствами, что сдержать такой порыв оказалось невозможно. Сайно приблизился, опаляя область около уха горячим дыханием, затем, не заметив негативной реакции от Тигнари, бесцеремонно впился в кожу. Тигнари вздрогнул, тут же обмяк, но не отстранился. Сайно обнял того со спины, принимаясь осыпать шею поцелуями. Позднее руки Сайно оказались под футболкой, ощупывая каждый сантиметр тела. Тигнари стал тяжело дышать, от переполняющего тела возбуждения. Видимо Сайно почувствовал их взаимное желание, поэтому повалил Тигнари, нависая сверху. Они просто молча рассматривали друг друга несколько секунд, замечая, как щёки алеют. Тигнари ухватился за затылок Сайно, притягивая того к себе, отдавая самый страстный из всех поцелуев. Следом слетели все грани приличия, а за ними отправились футболки, к которым позднее присоединились шорты. Каждое их действие было максимально неловким, неумелым, даже, в какой-то мере, невинным. Они касались друга в самых бесстыдных местах, но с такой нежностью и аккуратностью, что обоим было просто страшно предлагать что-то более серьёзное, хотя желание, несомненно, имелось. — Я могу… — начал Сайно. — Блять, только ничего не спрашивай! — накрывая раскрасневшееся лицо ладонями, воскликнул Тигнари. Вот он издевается? Он значит лежит перед ним (под ним!) голый, всячески приготовленный, а этот придурок… И что он ещё спросит? Сайно шумно выдохнул, прикасаясь пальцами к более чувствительным местам, периодами посматривая на Тигнари, который сжимал глаза, не решаясь взглянуть на партнёра. Сооружая тропинку поцелуев от середины груди, до низа живота, Сайно, трясущимися руками надевал презерватив, который так кстати принёс Тигнари из спальни родителей. Теперь тот принялся шептать на ухо слова о любви, пока Тигнари, кусая собственные губы кивал, в попытке расслабиться. Неожиданно Сайно обнял его, следом чмокнув в лоб. Удивление перебило напряжение. Движения Сайно оказались всё такими же осторожными, даже бережными. Они заглушали вырывающиеся стоны поцелуями. Тигнари обхватил торс Сайно ногами, откинув голову, вверяя собственное тело ему. Тот же продолжал оставлять следы укусов, взамен царапин на спине. В попытке скрыть некоторые болевые ощущения, Тигнари уткнулся носом в плечо Сайно, вскрикивая прямо в ухо. Парень зажмурился, ощущая в низу живота некую тяжесть, вскоре перешедшую в высшую степень наслаждения, сопровождаемую сладким стоном, невольно вырвавшимся из уст. Они сидели в обнимку минут десять, переводя дыхание и постепенно свыкаясь с тем, что они только что совершили. Тигнари отстранился, отыскал среди скомканного белья оранжевую заколку, прицепляя ту обратно. Так сильно хотелось ещё раз взглянуть в глаза Сайно. Всё такие же равнодушные. Тигнари по очереди поцеловал каждый. — Я люблю тебя. — пробормотал Сайно в губы Тигнари. — Правда? — широко улыбаясь, рассмеялся Тигнари, пока Сайно сжимал его в объятиях.