Колыбельная нашей любви

Ещё со времён средней школы Пак Чимин был влюблён в Мин Юнги, в своего соседа и лучшего хёна на свете, разумеется по мнению самогó младшего. Те же самые чувства испытывал и Юнги. Альфа всегда был рядом и помогал с ненавистной математикой, а иногда и с физкультурой, так как омеге было тяжело сдавать нормативы.

***

Мин занимался в школьной баскетбольной команде, и как только увидел на одной из тренировок, в другом конце стадиона, несколько человек, пересдающих стометровку, лишь усмехнулся, однако когда среди них заметил своего милого соседа, то улыбка сползла с лица. Чимин бежал тяжело и, когда наконец преодолел дистанцию, без сил повалился на дорожку, пытаясь набрать в лёгкие побольше воздуха, но сбитое дыхание в этом никак не помогало. Так как у команды был перерыв Юнги, схватив бутылку воды и полотенце, подбежал к младшему. — Чимини, ты как? Встать можешь? — обеспокоенно спросил альфа, присаживаясь рядом с ним на колени. — Хён? Плохо... Пока не могу. В боку колет, ноги отваливаются, — прошептал омега, приоткрыв глаза, чтобы найти собеседника. — Попей водички, маленький, станет полегче, — Юнги открыл бутылку и поднёс к губам Пака, тот жадно глотал воду и, утолив жажду, вновь откинулся на прорезиненное покрытие дорожки. Старший чуть поднимается, меняя положение, и садится на пятую точку, притягивая голову Чимина на свои бёдра, аккуратно обтирает полотенцем капли пота с измождённого лица и вплетает пальцы в светлые, как и у него, волосы младшего, массируя кожу головы. — Давно у тебя проблемы с физрой? Почему я раньше не замечал этого? — Наверное, потому что я старался сдавать всё во время занятий, избегая пересдач, но вот с прошлого семестра с новым учителем это стало сложнее. А у меня после этих занятий болит всё тело. — Хочешь потренирую тебя перед сдачей? — Хочу, хён. Спасибо, Юнги. — Не за что пока. Когда закроешь все нормативы, тогда и поблагодаришь.

***

Чимин часто приходит к старшему в гости, не только ради домашки по математике, но и просто отдохнуть вместе, посмотреть кино, послушать успокаивающую мелодию гитары или синтезатора. Юнги даже написал для Пака колыбельную, когда у того была бессонница из-за кошмаров, тогда Мин поступил в университет и из-за разницы в расписаниях у них не получалось часто видеться, а маленькое сердечко омеги тяжело переживало разлуку, младший до сих пор слушает её перед сном, всё больше влюбляясь в альфу.

***

Юнги с родителями переехал в пригород Сеула в свои четырнадцать лет. И когда соседи пригласили их на ужин семьями, парень не ожидал увидеть такого чудесного, красивого, маленького и милого омежку, что был на пару лет младше, а пах как мандаринка, которые альфа обожал всем сердцем и мог съесть килограмм разом. Правда такие подвиги не прошли бесследно, потом несколько дней он ходил с красными щеками и постоянно чесался, но любовь к данному фрукту не угасла. А когда Чимин впервые обнял его, вдыхая его собственный аромат, и сказал «Хён, ты пахнешь как печенье моей мамы!», сердце Юнги забилось чаще, ведь он видел, как тот самозабвенно уплетал любимую сладость. Тогда их родители лишь загадочно переглянулись, улыбаясь с реакции детей друг на друга и того, как быстро они подружились. Долгие годы они наблюдали за развитием их отношений со стороны, но когда Чимин поступил в тот же университет, что и Юнги, который перешёл на третий курс, мама Мина посоветовавшись с подругой-соседкой, попробовала подтолкнуть сына к активным действиям.

***

Все каникулы ребята провели вместе, сначала альфа помогал с подготовкой к вступительным и радовался, чуть ли не сильнее омеги, когда объявили результаты, а оставшееся время они то гуляли по городу, то устраивались у кого-то из них дома. Родители не раз любовались парочкой, заставая их в объятиях друг друга, но при расспросах встречаются ли они, те смущённо всё отрицали. В итоге за неделю до начала учёбы родители совместным решением дарят ребятам тур (три ночи, четыре дня, считая дни приезда и отъезда) на Чеджу, чем слегка шокируют своих детей, надеявшихся проваляться оставшиеся деньки до начала учебного года дома. — Мы решили, что вам нужно отвлечься от привычной обстановки. К тому же пусть это будет подарком для Чимини на поступление, — сообщает госпожа Мин. — А по возвращении у вас будет несколько дней подготовится к учебному году, так что не переживайте и собирайтесь, самолёт завтра утром, — вторит ей госпожа Пак.

***

Море пленяет своей красотой, волны завораживают подойти ближе, а свежий ветер приятно проникает в лёгкие. Эта поездка, несмотря на свою спонтанность, оказалась весьма кстати, родители сняли им просторный номер с гостиной и двумя спальнями в отеле с собственным пляжем. В первый день они гуляли по окрестностям, сидели в прибрежном кафе, до ночи смотрели Netflix и, не заметив, вырубились на диване в гостиной. Юнги, проснувшись по зову нужды, выключил телевизор и перенёс младшего в выбранную им ранее комнату, укрыл одеялом и осторожно погладил по голове. Уже лёжа в своей постели он думал о том как же ему нравится быть рядом с омегой, когда Чимин рядом, хочется постоянно улыбаться, заботится и радовать этого светлого человечка.

***

Утром второго дня было принято решение посмотреть самые красивые места острова, передвигаться решили на общественном транспорте, чтобы сэкономить на проезде. Виды на Чеджу шикарные, природа потрясающая, ребята исколесили внушительную часть острова, куда можно добраться без личного автомобиля, а сейчас едут обратно в свой отель на берегу. В автобусе тихо и спокойно, народу не так много, а за окном начинает темнеть, однако всё спокойствие заканчивается на очередной остановке, когда в автобус заходит человек двадцать, ведущих разговор на повышенных тонах. Младший невольно напрягается и жмётся ближе к Юнги, а альфа, заметив это, берёт его за руку и усиливает феромон, чтобы успокоить омегу. Свободных мест в автобусе не остаётся и люди стоят в проходах, а когда на следующей остановке входят ещё несколько человек и вовсе становится тесно, да ещё среди пассажиров находится злая и недовольная старушка-бета, которая требует, чтобы ей немедленно уступили место. — Аджума, садитесь на моё место, я постою, — решает уступить старший, замечая как нервно за него хватается Чимин, не желающий оставаться один. — И куда ты пойдёшь, парень? Тут не протолкнуться, бери своего омегу к себе на колени, а я займу его место, — недовольно бухтит пожилая дама. — Давайте живее, у меня ноги больные! Отойдя от лёгкого шока и такого предложения, под недовольным взглядом бабули, омега встретившись взглядом с Мином лишь губами спросил «— Можно?», на что получил его неуверенный кивок и осторожно пересел на колени старшего. Всё-таки, несмотря на их близкие отношения, это кажется чем-то более личным. Чимин расположился спиной к Юнги и при резком движении автобуса, во избежание удара о поручень, альфа нежно придерживает его за талию, переплетая руки на животе. От этой заботы младшего накрывает теплом в добавок к тому, что он уже ощущает своей спиной и под крепкими руками любимого соседа. Низ живота скручивает от возбуждения и омеге становится жутко неловко и страшно от того, что смазка испачкает брюки старшего, очередное резкое торможение и его сильнее прижимают к паху. Юнги ещё никогда не держал младшего так интимно, он ощущает его сгустившийся аромат с нотками тревоги и расценивает это как неловкость от их вынужденного положения, но с собственным возбуждением старается бороться, ведь как потом выходить со стояком? Однако вопреки желанию альфы плоть, придавленная ягодицами любимого человека, предательски наливается кровью. Когда Чимин начинает ощущать выступающий бугорок в штанах старшего, его щёки заливает румянец. Он отворачивается к окну, чтобы не встречаться взглядом с другими пассажирами, а в глубине души радуется, что так на него влияет и от этого из его дырочки предательски вытекает смазка. Его тело сковывает страх. — Ты чего маленький? Это из-за моего... кхм-кхм...меня? — взволновано спрашивает Юнги, и ненароком вдыхает глубже яркий аромат любимого фрукта и замирает, ощущая влагу между их телами. Недолго думая, он понимает в чём дело и спешит успокоить омегу, окутывая своим феромоном и незаметно поглаживая по животу. — Чимини, солнышко, не переживай. Через остановку мы выйдем и никто ничего не заметит, — нежно шепчет альфа в горящее ушко, мягко касаясь его губами и крепче прижимая к себе.