Колыбельная нашей любви

Время идёт, дети растут. Джихо и Джихуну уже по пять лет, альфочки, бывают иногда капризничают, но стараются как и отец помогать, заботиться и оберегать папочку, в животике которого сейчас живёт их сестрёнка. — Папуль, а мы тоже были у тебя в животике, когда были маленькими? — Да, Джихуни. А потом, когда подросли и набрались сил, то появились наружу, в больнице, где работают бабушка Суджин с дедушкой Сокхуном. — Папа, а Соль~я, будет красивой омежкой? — интересуется второй сын, положив маленькую ладошку на живот, ощущая как двигается малышка. — Джихони, посмотри на своего папочку, — вклинивается в разговор отец. — Он красивый? — и дожидается утвердительного кивка. — Вот. Я вроде бы тоже, ничего. Вы вон, какие красавцы у нас, все омежки в садике за вами бегают. Поэтому, разумеется у вас будет красавица сестричка. А вы, как её старшие братья, будете её любить и заботиться? — Да, — хором отвечают юные альфочки. — Мы будем любить её, даже если она не будет такой же красивой как папочка, она же наша сестра, — уверенно заявляет Джихун, посмотрев на брата, который активно кивает головой. — Какие же вы у нас добрые, такие умные и красивые, — обнимая мальчиков, нахваливает их Чимин, а потом встречается взглядом с мужем. — За что мне достались такие потрясающие альфы? Но Юнги не успевает ответить, потому что... — За то, что ты такой хороший, папочка! — оперижает отца Джихо. — Абсолютно согласен с эти утверждением, обнимая свои сокровища, соглашается альфа.

***

Чимин уже на шестом месяце, и он похож на маленький шарик, все его самые любимые мужчины, от мала до велика, любят погладить и поцеловать животик, чему омега поначалу удивлялся, отвыкнув от такого поведения мужа во время беременности. Юнги очень обрадовала новость об очередном пополнении в их семействе, а когда они узнали, что ждут девочку-омегу, инстинкты альфы требовали, как можно больше находится рядом с Чимином (как и пять лет назад, а особенно сильно в первом и последнем триместре). За эти несколько лет Мин продвигался всё выше по карьерной лестнице и поднялся на одну из ведущих должностей компании, поэтому, когда ему потребовалось быть ближе к беременному мужу, он заранее предупредил начальство. Его всячески отговаривали, но поняв, что тот непреклонен, скрепя сердце отпустили на удалёнку, с редкими вылазками в офис. Вокхён, так же создал все условия для младшего, чтобы он не засиживался в компании.

***

На данный момент вся семья, вместе с бабушками и дедушками прилетела на Чеджу, насладиться тёплой погодой и свежим морским воздухом. Их родители забрали близнецов и устроили им день развлечений в парке аттракционов с вечерним просмотром мультиков, чтобы молодые могли немного отдохнуть и уделить время только друг другу. Поэтому сейчас они стоят на полюбившемся пляже, следя за закатом огненного светила. Альфа стоит за спиной омеги прижимаясь к ней грудью, а его руки, оплетая хрупкий стан, снизу надёжно поддерживают животик, снимая лишнюю нагрузку с позвоночника. Младший наслаждается моментом и лёгкостью, положив голову на крепкое плечо мужа, лёгкие порывы ветра раскидывают пряди чёлки, всё такого же неизменно белоснежного цвета. Сам же старший вернулся к своему натуральному чёрному оттенку и немного отрастил волосы. — Устал? — он губами касается виска Чимина, вдыхая аромат родного человека. Кстати, в одном из своих путешествий по острову они выяснили, что одним из съедобных достояний Чеджу является мандарин сорта Халлабон (названный так, в честь главной достопримечательности горы-вулкана Халласан), это очень сладкий, без косточек фрукт, размером с маленький апельсин, на его вершине есть возвышение, что делает его похожим на маленький вулкан. В этот момент Юнги осознал, что именно так пахнет его истинный омега. Тогда он купил ящик этих плодов и они наслаждались ими весь отпуск, пару килограммов даже доехали до Сеула, радуя альфу своей сладостью. — Немного. Наша малышка, сегодня очень активная, весь день ворочается, — признается Чимин. — Мин Соль, — обращаясь к крохе, говорит отец. Он плавно освобождает правую руку и, залезая под футболку мужа, гладит животик, всё также поддерживая левой. — Снежинка моя, ты скучаешь по своим шебутным братьям? Завтра они будут с нами, а пока будь хорошей девочкой, укладывайся спать. Твой папочка тоже скоро пойдёт в кроватку. Я обязательно зацелую тебя крошку, когда мы вернёмся в номер. — Юнги~я, а почему снежинка? — Ну во первых, корейское значение имени Соль — снежная, а во вторых она у нас должна родиться зимой, так что, мне кажется, всё логично. — Действительно. Мне нравится. Пока они тут стояли солнце уже зашло за горизонт и остров плавно погружается в темноту, везде загораются фонари и рекламные вывески. — Любимый, пошли в магазин? — Чего хотят мои малыши? — Рамён с кимчи из редьки. — Ох, — альфа старался следить за правильным питанием супруга, но не ограничивал в выборе, а только следил за количеством таких вредных, вкусных и желанных продуктов. — Только один, ладно? — получив счастливый взгляд омеги и кивок, они покидают пляж. — Хорошо, пойдём, моя мандаринка. — Я люблю тебя, Юнги, — младший останавливает Мина за руку, побуждая встретиться глазами. — Я тоже люблю тебя, родной, — под начинающимся сиянием Луны, они сплетаются в сладком поцелуе, до тех пор пока малышка вновь не начинает ворочаться.

***

Они снова оказались в том самом номере с двумя спальными комнатами и гостиной, как в самую первую поездку сюда, но в этот раз вторая комната используется куда активнее. Если тогда альфа спал в ней лишь раз, то сейчас там Суджин с Миён укладывают спать Джихо и Джихуна, а их родители напраляются в свою спальню, где впервые любили и ласкали тела друг друга, эти воспоминания до сих пор греют любящие сердца. Омега, вкусно перекусив в круглосуточном магазинчике, укладывается в их общую кровать, накрываясь лёгким одеялом, которое впрочем надолго не задерживается на нём. Потому что Юнги, отодвигая его в сторону,   оголяет круглый животик, зацеловывая, как и обещал дочери. Он всегда держит своё слово и этому учит своих детей. — Юнги~я, а спой нам, — просит Чимин. — Что именно? — Колыбельную нашей любви. И вновь, едва слышно, чтобы не разбудить близнецов, в тусклом свете прикроватной лампы, старший поёт, немного хриплым голосом, те самые, написанные им же строчки, в которые, ещё будучи подростком, заключил любовь и обещание всегда быть рядом, для самого дорогого человека. Для его истинной любви, которая со временем стала в три раза больше.