Во всем виновата сакура...

- Так ты хочешь умереть сидя? Хибари презрительно сощурил глаза и направился к дивану. - Ку-фу-фу, ты определенно забавный. Нет никаких причин вставать. Сидящий на диване человек даже не думал волноваться, все так же безмятежно глядя на противника. «Что он о себе думает?» - пронеслось в голове у Хибари. - Я больше не собираюсь тебя выслушивать! Рокудо равнодушно пожал плечами. - Что ж, как пожелаешь! Однако, если ты не воспользуешься этим сейчас, то ты больше никогда не заговоришь. «Что он имеет в виду? К черту, пора заткнуть это самоуверенное существо!» Внезапно мир перед глазами помутнел. И как в тумане Хибари увидел ухмылку Мукуро. «Что это? Его глаз… Черт, что случилось?» Дыхание грозы Намимори участилось, по лбу скользнула капелька пота. - Хм, что-то хотел спросить? Неважно выглядишь! В глубине разноцветных глаз мелькнула искорка превосходства. - Заткнись! Голос звучит резко и сухо. Даже на такое простое слово ушла уйма сил. «Да что же это такое?» - Должно быть, ты не представляешь, с кем ты собираешься драться. В голосе Рокудо звучит легкая снисходительность, как будто ему жаль это глупое существо, пришедшее сюда на свою погибель. - Я тоже был удивлен. Только подумать, первоклассный киллер, такой как Трайднет Шамал, был прямо здесь. Интонации его голоса обманчиво дружелюбны, но тихие, вкрадчивые нотки не дают расслабиться. И то, что он говорит, что это значит? «Шамал? Я… я уже слышал сегодня это имя. Так зовут школьного доктора!» - О чем ты говоришь? - Его специализация – это использование москитов, которые имеют неизлечимые, смертельные болезни. Москиты Трайднета! «Точно, этот зуд! Значит, эта слабость…» В глазах все слилось, и ухмыляющееся лицо врага казалось было повсюду. Хибари еле держался на ногах, и лишь гордость не позволяла упасть ему на колени. - Держи себя в руках, я прямо здесь. Мукуро издевался, как будто знал, что он чувствует. - Болезнь, которой тебя заразил москит Трайднета, называется Сакура-кура. Это болезнь, которая делает жертву уязвимой, когда вокруг сакура. Я торопился приготовить для тебя эту прекрасную сакуру. Глаза Кеи расширились, у самого потолка, у стен, везде, эти розовые соцветия, этот дурманящий запах. «Нет,… я не могу… проиграть…» Тело отказалось подчиняться главе дисциплинарного комитета, и уже никакая сила воли не смогла ему помочь устоять на ногах. Тонфа со звоном отлетели в сторону. С тихим смехом Мукуро подошел к поверженному противнику. - Тебе, наверное, интересно, откуда я узнал, что ты будешь отравлен, когда ты и сам этого не знал. О да, я вижу это по твоим глазам, глазам полным ненависти. Ты думаешь, что не будь этого яда, ты бы победил меня? Это не так, я встречал много людей, таких же сильных, как и ты, и я всех их отправил в место, подобное аду. Рокудо резко нагнулся и схватил Кею за подбородок. - А теперь, продолжим! Не думай, что ты так легко отделаешься, я давно заметил тебя, и даже придумал, что с тобой сделаю. Его лицо оказалось в нескольких миллиметрах от лица Хибари, он чувствовал на своих губах его горячее дыхание. «Черт, я ничего не могу сделать, даже ответить ему. И этот взгляд, его издевательская усмешка. Что он задумал? Ему мало моего унижения?» Тонкие губы коснулись губ Хибари, а взгляд разноцветных глаз остановился на лице, читая с него реакцию. От удивления глаза Кеи широко распахнулись. Глаза в глаза, и мягкий шершавый язык, хозяйничающий у него во рту. «Что он делает? Он же не собирается… Вырваться! Любыми способами!» Но тело предало своего хозяина, пораженное болезнью, оно не желало двигаться. Лишь кончики пальцев дрожали в слепом желании вцепиться в горло врага. Чужие руки скинули с него пиджак, бегло освободили тело от рубашки, скользнули по груди, обдавая кожу холодом. Иллюзионист оторвался от губ Хибари. - А знаешь, мне нравится. Ты выглядишь таким беззащитным! Ку-фу-фу. Будущее Облако мог лишь прожигать Мукуро взглядом, да шипеть сквозь зубы проклятия, на большее его сил не хватало. А иллюзионист в это время, воспользовавшись слабостью своего противника, уже вовсю изучал его тело руками. Холодные пальцы скользили по груди, как бы невзначай задевая соски. Мукуро покрывал его шею невесомыми поцелуями, слегка прикусывая тонкую, белую кожу. Одна из его рук скользнула ниже. - Ку-фу-фу, да тебе же нравится! Не ожидал! Хибари яростно стиснул зубы и закрыл глаза. Все действия врага вызывали у его тела необъяснимую реакцию, кожа горела, грудь вздымалась от частого дыхания. «Что он со мной творит? Чертова сакура, это все из-за нее!» Штаны Хибари отлетели в сторону, лишая его последней защиты. Глава ДК еле сдержал стон, когда пальцы иллюзиониста коснулись головки и, не останавливаясь, прошли вдоль ствола. - Не сдерживайся, я хочу услышать твои стоны. Но Кея лишь плотнее сжал зубы. «Не дождешься, ублюдок! Ни за что!» - О, ты хочешь посопротивляться? Ну что ж, дело твое! Сказав это, он наклонился вниз и одним махом вобрал в рот возбужденную плоть Хибари. Парень сдавлено зашипел сквозь зубы, но уже отнюдь не от злости. С каждым движением Рокудо, Кея все больше терял голову. Перед глазами темнело, пальцы судорожно сжимались, хватая воздух, дыхание с хрипом вырывалось из груди. Когда иллюзионист отстранился, Кея испытал чувство, похожее на разочарование. Все тело пылало, требуя продолжения. «Предательское тело! Почему ты так хочешь этого? Он же враг!» Но разум уже практически не служил главе ДК. Расплывчатое лицо его мучителя появилось перед глазами. Полуоткрытые губы влажно поблескивали. - Я сейчас приду, ты ведь подождешь меня? Встав, он исчез из поля зрения Хибари. Без терзающих прикосновений сознание начало проясняться. «Куда он ушел? Он ведь на этом не остановится! Нужно что-то делать!» Взгляд остановился на розовом пологе, заслоняющем весь потолок, нежные лепестки срывались с тонких ветвей, бесшумно опускались на пол и словно таяли там, растворяясь в пыли. «Я бессилен» Эта мысль вызвала ярость, как смеет это жалкое существо ТАК его унижать?! Ненавижу! Рокудо вернулся, полностью обнаженный, он выглядел еще более соблазнительно, чем раньше. Голову снова начал заволакивать туман желания, но Хибари яростно с ним боролся. В руках Мукуро держал какую-то баночку, заметив злой взгляд лежащего юноши, он вопросительно поднял бровь. - У тебя испортилось настроение? Неужели я так долго отсутствовал, что ты успел на меня обидеться? Хибари впился взглядом в лицо Мукуро, словно надеясь убить его таким образом. - Прости, но я ведь о тебе забочусь. Сомневаюсь, что без этого – он повертел баночку перед лицом Кеи, - все пройдет гладко. А теперь лежи спокойно. Хибари осталось только бессильно стискивать зубы, но что-то внутри него предвкушающее сжалось, ожидая действий Рокудо. А он не заставил себя ждать, проводя дорожку жадных поцелуев от шеи до живота, заставляя Кею напрячься. Его губы вновь обхватили все еще возбужденный орган, обволакивая и лаская. Тело само выгнулось им навстречу, а с губ вновь сорвалось шипение. Мысли превратились в бессвязные, оборванные клочки предложений, но тут, словно отрезвляя, его ануса коснулись влажные холодные пальцы. «Так вот что было в баночке! Смазка!» Хибари дернулся, но движение было слабым, так небольшая дрожь. Мукуро поднял взгляд и ухмыльнулся. - Тебе понравится. Тихо прошептал он, вводя сразу два пальца. От боли хотелось кричать, но Кея сдерживал рвущиеся с губ звуки, откинув голову назад, он попытался отдышаться. Но его враг не дал ему этого сделать, начав движение. Его как будто разрывали на части, хотелось избавиться от чужеродного предмета в себе, но пальцы неумолимо продвигались все глубже. Вскоре их количество увеличилось еще на один, Хибари шумно дышал, каждый раз морщась от резких движений. Но тут пальцы иллюзиониста задели что-то у него внутри, от этого по всему телу прошла дрожь сумасшедшего наслаждения. Кея закусил губу, чтобы сдержать судорожный вздох, распахнул глаза и встретил горячий взгляд Рокудо. - О, я вижу, тебе уже хорошо. И теперь ты не против, не так ли? Хибари был не против. Весь мир сжался в одну точку, плевать на унижение, плевать на гордость, только бы эти пальцы не останавливались, сжигая последние преграды. Кея уже не сдерживался, с его губ срывались умопомрачительные стоны. А Мукуро жадно наблюдал за ним, за его выгибающимся телом, за влажными волосами, закрывающими глаза. Когда иллюзионист вытащил пальцы, Хибари захныкал как ребенок. Двигаться он по-прежнему не мог, а так хотелось коснуться этого горячего тела, провести по груди, впиться в эти манящие губы поцелуем. - Подожди немного. Мукуро улыбнулся и развел ему ноги. Устроившись между его бедер, он мягко толкнулся внутрь, срывая с губ Хибари стон. Жадные поцелуи, обжигающе влажная кожа, и эта заполненность. Перед глазами плясали темные круги, стоны в унисон, тонкие пальцы до синяков впившиеся в худые плечи, быстрые движения, невидимая грань между безумием и реальностью. Все тело как натянутая струна, дрожит от напряжения, сердце колотится о ребра, бешеные движения и взрыв. Волна наслаждения проходит по клеткам, реальность окончательно исчезает, заполняя мир пустотой. И тихий шепот-стон: - Хибари-и… «Ненавижу! Я никогда не прощу его, никогда не забуду этого унижения! Я найду и отмщу ему, чего бы это не стоило! Я заставлю его испытать ту же боль и стыд, тот же страх и бессилие! Я хочу убить его!» Только ли убить – шепчет внутренний голос, - ты ведь хочешь его, хочешь вновь почувствовать вкус его губ и то незабываемое наслаждение. Но Хибари лишь сильнее сжимает кулаки, отгоняя желанные образы. «Чертова сакура, это она во всем виновата!!!»