Холод нашей кровати.

кровать остыла как и чувства того кто её раньше грел. за окном уже ночь, с улицы дует прохладный ветер. чан лежит, зарывшись носом в одеяло, которое всё ещё пахнет одним конкретным человеком. любовь всей жизни, как писали в детских сказках и стихах. эти чувства прекрасны, дарят ощущение жизни и они неповторимы. но как бы грустно не звучало, оказались не вечны. мы любим, но забываем. тяжело выдохнув, бан переворачивается на спину. на потолке остались рисунки, которыми его парень оживил холодную спальню. печальная улыбка появляется на искусанных губах брюнета. чан прикрывает глаза, зачесав волосы назад. хочется плакать и очень громко. соседей за стеной всё равно нет. на прикроватной тумбочке стоит бокал с вином, к которому парень едва притронулся. на телефон приходит уведомление с раздражающим пиликаньем. брюнет садится на кровати, взяв гаджет в руки и включая его. сообщение от друга. минхо единственный из окружения бана кто знал о его парне. чанни, я узнал что произошло не грусти;) я говорил, он тебя не достоин, а ты не слушал меня. как всегда. иногда парню кажется, что минхо знает всё, про всех и всегда прав. пусть хоть ли скажет, что земля всё-таки плоская. на чана нахлынули воспоминания о небольших перепалках с его парнем. было так забавно видеть как младший дул губки и сдвигал брови домиком, что-то яростно доказывая бану, и как мило обижался если всё же был неправ. после этого старший ещё два дня ходил за своим парнем хвостиком, обнимал, целовал и только под вечер второго дня его прощали. видимо забыл, на что обижался. это забавляло чана. утренние обнимашки, поцелуи во время готовки и совместное принятие ванны в вечер пятницы было чем-то простым, но таким нужным. как младший запрыгивал на руки бана, когда тот приходил с работы позже. как старший вытирал слёзки своего парня, после сильной вспышки гнева, и как прижимал его к себе пока он не уснёт. всё что было таким родным вдруг исчезло. на всегда. вряд ли можно что-то вернуть. ~~ чан вздрагивает и резко подскакивает на кровати. на лбу капельки холодного пота, а глаза расширяются в несколько раз. парень судорожно осматривается по сторонам и облегчённо выдыхает, видя родное тельце рядом с собой. — ты чего? — сонно спрашивает хван, потирая рукой глаза. — ничего, милый. кошмар — брюнет проводит рукой по мягким волосам джина, которые из-за сна немного растрепались. — ох… — младший понимающе кивает и обнимает хёна поперёк талии, прижимаясь к его груди. милейшее создание, не иначе. чан ложится обратно, подтягивая хёнджина выше и целует того в носик, видя как парень мило морщится. обнимая всё ещё сонного хвана, старший успокаивается окончательно. это был сон. очень дурной и худший в мире сон. около уха уже слышется мирное сопение и реснички блондина трогательно подрагивают в чутком сне. улыбнувшись, бан льнёт к тёплому телу ближе, прикрывая глаза. сон быстро приходит к парню. после таких переживаний чану потребуется день обнимашет, ежеминутные поцелуи и тёплая ванна с пеной и любимым парнем, раслабленно лежащим у него на груди. это будет лучше любых успокоительных для него.