Сирень в весенний вечер.

Весна. Очаровательное время года, что растапливает снег кругом, а вместе со снегом будто уходят и все проблемы тяготящие душу. Появляется желание выходить на улицу чаще, гладить проходящих мимо котов, держаться за руки и дышать. Кажется, такое простое желание, верно? но зимой это совсем иное чувство. Весной все по другому. но для Сугавары Коуши «дышать» — уже было проблемой. Наслаждаться весной с целым букетом аллергий- большой проблемой. Вот сейчас тот и сидел дома склонившись над графиком своей следующей недели, пытаясь компенсировать происходящее кружкой малинового чая. Последняя неделя каникул, а потом вновь учёба, заботы, кружок. Он любил волейбол. Любил всей душой. Это было одной из главных его радостей. Но, главная его «радость» находилась совсем в другом месте. И если эта «радость» находилась рядом с ним, то и самый плохой день становился ярче, и улыбка невольно вылезала на лицо. Рядом с «ней» он чувствовал себя в безопасности, это был его дом, его собственная весна. Очередной глоток напитка, Коуши вновь что-то агрессивно зачеркивает. Стоит подготовиться к первой неделе, да и плюс экзамены на носу. Сугавара тяжело вздыхает, откидывается на спинку стула. Сегодня никакие дела не идут от слова совсем. Из мыслей выводит «стук» в окно. Назвать стуком это сложно, но для испуга явно хватило. Не проходит и пары минут, как звук повторяется. В мыслях уже начали выстраиваться догадки, а парнишка медленно поднимается из-за стола, уже готовый дать отпор проказникам. Еще два камешка прилетают почти одновременно. Коуши открывает окно и бегло начинает искать нечто, что так яро пыталось достать юношу из его комнатушки. -хей-хей, мой милый Коу-чан, мордашка у тебя не совсем довольная, но я за тебя волнуюсь то! ты лучше по ступенькам спускайся, а то я боюсь не поймать свою принцесску! , — Ойкава. Ойкава Тоору. Что тут делает Ойкава? лицо Сугавары мгновенно смягчается, но затем приходит совершенная новая эмоция. Никому другому не дано ее разглядеть в этом мягком взгляде. Только он его понимает. Все видит и читает по мимолетной улыбке. -хаа, прости, дел выше горла. Ты лучше домой иди, скоро темнеть будет, а там и холодать. Еще простудишься, вот и что мне тогда делать? , -отвечает ему юноша. Да, вести переговоры на высоте четвёртого этажа- идея не самая лучшая. Светловолосый все понимает. Невидимый камень продолжает тяготить его душу все с большей тяжестью. Его весна сама стучится в дверь, а он добровольно закрывается. Боится забыться и улететь слишком далеко. Этот брюнет достоин всего этого мира, всех и всея, а для него главное прямо перед ним. Сидит на четвёртом этаже и бурчит себе что-то. Вот же вредное. -никуда я не уйду! только если с тобой, ведь ты и есть мой «дом»! , -довольно машет ему Ойкава, — жду тебя, мой милый Коу-чан. Юноша подмигивает и скрывается в тени подъезда. И Коуши понимает. Тоору и правда никуда не уйдёт, так и уснет где-нибудь на лавочке возле подъезда. Остаётся лишь покачать головой и скрыться в окне, оставляя бедного парнишку в раздумьях. Брюнет сидел на ступенях перед домом. Тихий скрип двери и откуда-то сверху доноситься столь родной голос. -глупый Тоору. Тут лавочка для кого стоит? , — всего-то поднять голову и вот он. Их не разделяет еще четыре этажа, а звездочку-роднику под глазом можно заметить даже без очков. Он скучал. -Я не глупый, Коу-чан! и вообще.. я тебе тут принёс кое-что. Эта фраза заставляет Сугавару по-щенячьи склонить голову, а Ойкава одним движением вскакивает со своего места и уже через пару мгновений перед лицом светловолосого вдруг появляются цветы. Сирень. Ухоженный букет был окутан в специальную бумагу, а внутри находилась осторожная открытка. Юноша осторожно принимает букет из чужих рук, после чего следует молчание. -мм? я сделал что-то не та.., — он даже не успевает закончить свою фразу, как Коуши обнимает его за шею и целует куда-то в щеку. Если бы на губах блондина сейчас была помада, то Тоору вернулся бы к себе весь красный. И неизвестно, случилось бы это из-за размазанной помады или из-за естественного смущения. Этого всего явно им не хватало. Ойкаве не хватало его милого Коу-чана, а Сугаваре не хватало его весеннего Тоору. И вот теперь светловолосый стоит со счастливой улыбкой на лице, милым букетиком в руках, а брюнет весь красный, все пытается вернуть себя в этот мир. Он даже и не замечает когда Коуши успевает присесть туда, где буквально пару минут назад сидел он сам. В мыслях проскакивает вопрос о лавочке, лёгкое чувство дежавю. -псс, Тоору, присядь-ка сюда, -юноша указывает на ступень перед ним. В мыслях Ойкавы даже и не было признаков на отказ. Тот выполняет просьбу и в ожидании начинает вертеть головой, пытается рассмотреть лицо своего возлюбленного. Останавливается он лишь тогда, когда его собственную голову укладывают на колени и проводят рукой по волосам. Коуши осторожно перебирает волосы брюнета, шепчет ему милые слова прямо в ухо, заставляя Ойкаву покрываться мурашками. -теперь ты сам похож на цветочек, -под конец тот чмокает его в губы и хитро прищуривается, наблюдая за реакцией. Тоору смотри на него с легкой улыбкой, касается своих волос и обнаруживает, что они полностью покрыты небольшими цветочками. Достаёт один, переводит взгляд на Сугу, затем вновь на цветок и теперь на его лице сияет счастливая улыбка. Эти действия заставляют светловолосого невольно издать смешок. -Мой милый Коу-чан, я тебя так люблю! люблю тебя. Люблю-ю-ю, — юноша протягивает последнее слово, этим якобы пробуя его на вкус. -я тоже тебя люблю, Тоору.