Сказка про Золотую Антилопу

      С некоторых пор Драко ненавидел Малфой-мэнор. Ненавидел толпы Пожирателей, наводнивших дом, жрущих, рыгающих, напивающихся до беспамятства, пытающих и насилующих похищенных маглов и маглорожденных волшебников, убивающих домовых эльфов ради забавы, крушащих старинную мебель и ломающих милые сердцу безделушки; Нагайну, огромную, вечно голодную змею, проглотившую живьем всех павлинов, пони и собак, ползающую по мэнору с мерзким шипением, пробирающим до самых костей; льстивого и угодливого отца, отдавшего свою палочку Тому, кого Драко ненавидел и безумно боялся. Темнейшему из Темных, Тому-кого-нельзя-называть, Тому-кто-вернулся, чтобы залить Британию кровью, Лорду В… Нет-нет, Драко даже мысленно отказывался называть Его по имени.       Большую часть времени Драко прятался в своей спальне, опасаясь попасться на глаза Лорду В. или его холуям и навлечь на себя гнев какого-нибудь Лейстренджа, Мальсибера или Яксли, а то и собственной тетки Беллатрисы, совершенно ополоумевшей после заключения в Азкабане. Но страшнее прочих был Фенрир Сивый, воняющий и вечно грязный, скабрезно усмехающийся и пошло высовывающий мясистый язык каждый раз, когда видел Драко. Нетрудно догадаться, какие мысли бродили у него в голове, но, слава Мерлину, Темный Лорд запретил до поры до времени трогать юного наследника мэнора, чтобы обеспечить покорность Люциуса и Нарциссы. Драко мечтал оказаться как можно дальше от этого ужаса, вернувшись в Хогвартс, но Тот-кого-нельзя-называть желал иметь его под рукой, на всякий случай.       Этот вечер ничем не отличался от предыдущих, наполненных отвратительными забавами и оглушительным гоготом Пожирателей, криками несчастных жертв и хрипами умирающих в собственной крови домовиков. Немного радовало то, что сам В. сегодня отлучился по своим черным делам, иначе Драко пришлось бы присутствовать при пытках и экзекуциях, а потом всю ночь извергать в унитаз жалкий ужин и тонуть в слезах. Он съежился на кровати и накрыл голову подушкой, чтобы приглушить звуки, но это не помогло. Это никогда не помогало, но он не переставал пытаться. Драко постарался очистить голову от мыслей, как научил его профессор Снейп на уроках окклюменции и начал повторять символы и значения Древних Рун, чтобы отвлечься. В какой-то момент ему удалось полностью воссоздать перед глазами руны Козерога – ᚲᛟᛉᛖᚱᛟᚷ, и он уже перешел к их представлению в Нортумбрийском варианте, как странный дробный стук пробил его защитные чары, ввинчиваясь прямо в уши.       Драко отвлекся от созерцания бестелесной ᚳᚩᛉᛖᚱᚩᚷ и прислушался: необычный звук доносился из Зеленой гостиной, в которой явно творился переполох. Крики и улюлюканья Пожирателей усилились и приобрели новую окраску.       – Ату ее, ну-ка! Давай, Сивый, гони ее сюда!       – Эй, вы только гляньте! Фенрир, хитрец ты этакий, откуда ты ее притащил? У нас такие вроде не водятся!       – Места знать надо, Гойл! Поброди по лесам с моё да поспи на холодной земле, еще и не на то наткнешься! Ату ее!       В гостиной что-то происходило, и Драко хотелось узнать, что именно, хоть ему и было страшно выходить. Высунув голову в коридор, он увидел исчезающий за поворотом хвост Нагайны и как можно более бесшумно двинулся следом, стараясь держаться поближе к стене. Добравшись до дверей зала, Драко заглянул внутрь, надеясь, что останется незамеченным из-за творящейся там кутерьмы и увидел маленькую козочку, мечущуюся между нападающими на нее живодерами. Малышка уворачивалась от тянущихся к ней жадных рук и палочек, чудом избегая летящих со всех сторон Круцио и Сектумсемпр, вытягивая шею и жалобно блея. В торце зала Нагайна, раскачиваясь из стороны в сторону и негромко шипя, внимательно следила за ее хаотичными прыжками неподвижным взглядом.       Драко замер от восхищения – перед ним было самое прекрасное существо, когда-либо виденное им, даже учитывая единорога, которого они с Поттером встретили в Запретном лесу на первом курсе! Грациозная спина цвета темно-рыжего золота и белый живот, стройные изящные ноги с черными копытцами, длинная нежная шея и маленькая голова с очаровательными острыми ушами, между которыми торчали тонкие, загнутые назад рожки. Загнанное животное умоляюще взглянуло на Драко черными блестящими глазами и внезапно резко затормозило, мелко стуча копытами по мраморному полу. К огромному удивлению Драко и дикому восторгу Пожирателей, из-под ног козочки вылетели, звеня и подпрыгивая, золотые монеты. Еще удар – и новый фонтан галлеонов брызнул в разные стороны, падая и собираясь в небольшие кучки, возле которых уже дрались холопы Темного Лорда в надежде урвать как можно больше золота.       Животное продолжало высекать монеты, но было видно, что оно начало уставать, и Драко понял – сейчас или никогда. Он знал, что родился и вырос трусом, как и его отец, и презирал себя за это. За неправильные решения, за мелкие подлости, за страх выступить вперед и пойти против зла. За страх назвать Того-кого-нельзя-называть по имени. Но, с ужасом глядя сейчас на маленькую затравленную козочку и зная, что через несколько мгновений ее поймают, раздерут на части, уничтожат, Драко чувствовал, что не может этого допустить. Не ее. После десятков замученных пленников и беззащитных эльфов, когда он боялся вмешаться – только не ее. Не это прекрасное создание, взывающее к нему с отчаянным криком.       Недели затворничества для Драко не прошли зря – день за днем он учил и повторял редкие заклинания из найденной в библиотеке книги «Заклинания на Грани Тьмы и Света», не зная, пригодятся ли они ему когда-нибудь. Некоторые из них скорее были на Той стороне Грани, чем на Этой, но сейчас Драко не смущали вопросы правомерности применения почти-темной-магии на Пожирателях.       –  Surdus, caecus, mutus Omnis!! Petrificus totalus Omnis! – Драко резко выстрелил палочкой в воздух, и наступила блаженная тишина. Пожиратели, как и было задумано, оглохли, ослепли и онемели, валясь на пол, словно кули с мукой. Нагайна, плавно опустившись вниз, свилась в огромные кольца и уложила на них уродливую голову.       Козочка, дрожа всем телом и судорожно дыша, приблизилась к Драко и прижалась к нему в поисках защиты: нежное существо, казалось, было бесконечно благодарно за избавление от неминуемого плена. Драко был уверен, что в лучшем случае ее запрут в клетке, заставляя день за днем обеспечивать золотом Темного Лорда и его прихвостней, а когда она дойдет до изнеможения, то будет скормлена змее.       Нужно было действовать, пока Пожиратели лежали на полу в отключке; может быть, ему удастся сбежать вместе с козочкой! Ласково погладив ее по голове, Драко присел на корточки и взял из кучки галлеонов несколько монет – ему явно понадобятся деньги, а отец по приказу Лорда В. перекрыл ему доступ к личному сейфу.       Нарцисса – вот кто обеспечит его побег! Драко видел, как сильно страдает мать и слышал их ссоры с отцом, когда она упрекала того в трусости и подхалимстве. В ближайшие полчаса путь из мэнора еще будет открыт, и Драко не преминет этим воспользоваться!         Увлекая животное за собой, он бросился в спальню, лихорадочно обдумывая, куда ему податься и с горечью убеждаясь, что его, в общем-то, нигде не ждут. В Хогвартсе хозяйничают брат и сестра Кэрроу; Снейп, наверное, мог бы приютить его у себя, но сможет ли он устоять перед допросом Лорда В., когда тот в ярости накинется на него? Северус, без сомнения, сильный окклюмент, но Тот-кого-нельзя-называть в силах взломать любой замок, будь то настоящий или ментальный.       Вот бы добраться до Поттера! До Гарри… Драко многое бы отдал за возможность еще раз взглянуть в его зеленые глаза и, может быть, он бы нашел в себе немного смелости, чтобы протянуть руку и взлохматить и без того растрепанные черные пряди. Да, Драко бы точно сделал это, а потом сказал бы, что любит его, боится за него, ждет его.       Размахивая палочкой, он вытащил чемодан из шкафа и приступил к сборам, кидая внутрь все более-менее необходимое на первых порах, не исключая книги и постельные принадлежности. Мягкое касание влажного черного носа к его руке напомнило ему, что он в комнате не один. Точно, он же хотел кое-что узнать! Призвав с полки энциклопедию «Фантастические звери и места их обитания», он навел палочку на козочку и произнес:       – Aalii quomodo se facit animale?       Раздалось тихое шуршание, и в следующий миг фолиант раскрылся на нужной странице.       – Золотая Антилопа… – Драко зачарованно уставился на грациозное создание, беспокойно переступающее с ноги на ногу. – Ты красавица, знаешь? Если бы мое сердце не было занято одним Золотым мальчиком, я бы обязательно влюбился в тебя!       Драко невесело вздохнул и коснулся шелковой шерстки между ушей антилопы.       – Если мы хотим сбежать, то нам надо поторапливаться. Для начала исчезнем из мэнора, а уже потом подумаем, как найти Гарри. Согласна?       Антилопа тихо всхрапнула, и Драко даже показалось, что он услышал в этом звуке что-то вроде одобрения.       Внезапно дверь в спальню распахнулась, ударившись о стену, и в комнату влетел разъяренный, красный от злости Люциус с перекошенным лицом, за ним следом вбежала Нарцисса, с беспокойством и тревогой глядя на мужа и сына.       – Что здесь происходит?! – Малфой-старший размахнулся и влепил Драко пощечину. От силы удара тот покачнулся и схватился за горящее лицо. – Ты, похоже, решил сбежать и бросить нас с матерью на растерзание Темному Лорду, чтобы у него были подопытные кролики для модифицированного Круцио?! Пользуешься тем, что у меня нет палочки и своевольничаешь? Щенок, предатель! А это что за мерзость у тебя в комнате? Коза?! Ей место в хлеву, и то до тех пор, пока ею не пообедает Нагайна!       Если Драко и стерпел пощечину, отвешенную ему отцом, то угрозу, вновь нависшую над Золотой Антилопой терпеть не собирался. Но, стоило ему достать палочку, как Нарцисса, встав перед Люциусом, вытащила свою.       – Еще одно слово, и я применю к тебе Круцио, поверь, мне хватит и классического варианта! Силенцио! – и, пока Люциус, выпучив глаза, беззвучно хватал ртом воздух, повернулась к Драко. – Беги из этого ада, мальчик мой, и спасай свою Золотую Антилопу. Что бы ни случилось, помни – я люблю тебя.       Она поцеловала Драко в лоб, погладила антилопу по шее и подтолкнула их к выходу. Драко подхватил свой чемодан, заблаговременно уменьшив его в размерах и вышел за дверь; антилопа благодарно мотнула головой и выскочила следом.       Беглецы аппарировали из мэнора в последний момент – Пожиратели уже начали приходить в себя, озираясь и постепенно понимая, что волшебное животное удрало из плена. Последнее, что видел Драко – это мать, гордо стоящую в центре Зеленой гостиной и Яксли, приставившего палочку к ее горлу. Драко клятвенно пообещал себе, что придет день, и он обязательно спасет ее.       Их выбросило в незнакомом лесу, но Драко понятия не имел, каким образом, трансгрессируя, указал место, в котором никогда прежде не был. Приземление было жестким, и его хорошенько приложило головой о землю. Слава Мерлину, что не расщепило… Золотая Антилопа! Драко резко открыл глаза, волнуясь о спасенной малышке, но, повернув голову, наткнулся на знакомый взгляд зеленых глаз, нежно смотревших на него.                  – Значит, ты влюбился бы в Золотую Антилопу, не будь твое сердце отдано Золотому мальчику?       Драко сглотнул и обреченно застонал – каковы были шансы, что антилопа окажется Гарри-чертовым-героем-Поттером? Каковы шансы, что Поттер сохранит его секрет и не расскажет зазнайке Грейнджер и противному Уизелу, что Драко по уши в него влюблен?       – Никаких, Драко.       Что ж, Драко не привыкать прятать свою горькую любовь, ждать, ни на что не надеясь и молиться, чтобы его зеленоглазый Поттер вернулся живым после свершения своих великих подвигов. Может, для кого-то он и Герой, а для Драко – тот самый, единственный.       – Я не стану скрывать от Рона и Гермионы, что ты влюблен в меня, потому что я ждал этого так долго. Ждал тебя, Драко. – Гарри несмело погладил его по руке. – Гермиона очень сильная волшебница, знаешь? Мы прячемся в этом лесу уже несколько недель, и пару раз нас едва не обнаружили егеря. Так вот, ей удалось превратить меня в антилопу, чтобы скрыть от Сивого, только она не учла, что ему все равно, кого хватать – маглов, магов или волшебных животных. Мне просто повезло, что он притащил меня в мэнор, и тебе достало смелости спасти меня.       – Я смотрел, как эти чудовища издеваются над тобой и понял, что больше не имею права бояться. Я бы умер, если бы тебя схватили.       – А я умру сейчас, если не поцелую тебя, Драко.       Гарри склонился над Драко, и их первый поцелуй был нежным и робким, как легкое дуновение ветра в синем небе у них над головами.       – Оказывается, я умею высекать галлеоны из мрамора! Хочешь, я засыплю тебя золотом, пока ты не скажешь «Хватит!»? – Гарри облокотился на локоть и, смеясь, пощекотал Драко травинкой.       – Поттер, я прямо сейчас говорю «хватит», ведь у меня есть ты, мой Золотой мальчик.