9. Дом – это ты
12 декабря 2023 г., 17:08
Примечания:
Не плачем, ребята, время быстро пролетит, а мы, наконец-то сможем немного отдохнуть от эры, которая "не имеет ничего общего со снятием футболок")
Чимин грустным взглядом окидывает свою квартиру, буквально с каждым сантиметром которой связаны прекрасные воспоминания, и останавливается на стоящей у двери спортивной сумке. К горлу вновь подступает ком, а сердце болезненно сжимается. Это слишком, просто слишком. Он не хочет прощаться, не хочет уходить, не хочет брать в руки эту сумку с минимумом вещей и выходить за порог, ведь обратного пути уже не будет. Вернее будет, но еще очень нескоро, а он к такому не готов. Очень долго он убеждал себя, что время пролетит молниеносно, никто и не заметит, как пройдут эти восемнадцать месяцев, но реальность говорит об обратном. Реальность напоминает, что нельзя закрыть глаза и открыть их уже в будущем, а нужно каждый день, каждый час протаскивать себя через все, что уготовано.
Он тяжело вздыхает и поджимает губы. Хочется по привычке запустить ладонь в волосы, но волос нет, ведь вчера их состригли. Это было больно и неприятно, но лишь тот факт, что сбривал их Юнги, хоть немного смягчает ситуацию. Он проводит ладонью по коротко стриженым волоскам ото лба до самого затылка и, поддевая капюшон, натягивает его на голову. Он не хочет это видеть. Ни в зеркале, ни в отражении лакированной мебели, нигде.
– Машина приехала, – крепкие руки ложатся на живот и спиной Чимин чувствует теплую грудь своего мужчины. – Ты готов?
– Нет, – получается хрипло на выдохе и Чимин разворачивается, поднимая слезящиеся глаза на Мина. Он всегда был слишком мягким и хрупким, а потому даже не пытается храбриться и сдерживать слезы, его все-равно раскусят. – Я не хочу…
– Чимин-и, – вздыхает Юнги, переводя ладони на щеки младшего и стирая сбежавшие слезки. – Я знаю, ты не веришь, но время пролетит очень быстро. Ты, в самом деле, не успеешь оглянуться, как уже будешь отсчитывать последние деньки до дембеля.
– Это будет очень не скоро, время никогда не шло мне на руку, – шмыгает носом парень, не давая себе совсем расплакаться. – Я не хочу уходить из дома…
– Дом никуда не денется, я обещаю, что он будет точно таким же, каким есть сейчас. Я не поменяю тут ничего, Чимин-и, – заверяет Юнги, притягивая младшего к себе и позволяя уткнуться лицом в свою водолазку. Ему тоже тяжело, но он должен держаться хотя бы сейчас, пока Чимин рядом.
– Я не квартиру имею в виду, – звучит задушено, – мой дом – это ты. Я не хочу уходить от тебя…
– Милый, я всегда с тобой, ты ведь знаешь. Я буду ждать тебя здесь, в нашей квартире, а по возможности буду навещать, договорились? Ты справишься, мы справимся!
– Тяжело, хён… Хорошо хоть Чонгук будет рядом, только не думаю, что мне будет сильно легче от этого… – вздыхает парень и все же отстраняется, вытирая рукавом слезы.
– Тебе не нужен Чонгук, ты сильный сам по себе. Ты выборол себе место в шоу-бизнесе, своими стараниями и тяжелым трудом поднял себя на пьедестал в роли одного из лучших айдолов. Армия – это ерунда по сравнению с тем, через что ты уже прошел. Зато, когда ты вернешься, все будет уже позади, и ты сможешь полностью отдаваться тому, что так любишь, не боясь, что придется это бросить.
– Я всегда боюсь.
– И это я знаю. А еще знаю, что нет никого сильнее тебя, причем не только физически, но и морально. Я не буду говорить, что будет легко, ведь там, куда вы распределены, легко не бывает. Но я продолжу утверждать, что ты справишься, – уверенно говорит Юнги, надеясь, что Чимин его не только слышит, но и слушает. Они провели не одну ночь за разговорами, обсуждая, как все это будет, и Чимин в самом деле готов ко всему. Он это знает, просто сейчас не позволяет себе это принять, ведь прощание – вещь тяжелая.
Телефон вновь звонит, чтобы поторопить парней, ведь дорога не близкая и стоит поторопиться, но Юнги отклоняет вызов, давая Чимину те последние минуты в своем убежище. Он следит за тем, как Чимин снова окидывает взглядом помещение, что с таким трепетом и любовью обставлял, и вновь возвращается к старшему.
– Ты ведь поедешь со мной? – звучит с надеждой. С надеждой, что они не просто увидятся еще раз в тренировочном центре, а с надеждой, что и дорогу до места назначения разделят на двоих.
– Конечно, Хосок с Чонгуком уже уехали вперед.
– Хорошо, – кивает Чимин. – Ты знаешь, хён…
– Я знаю, любимый. И даю тебе слово, что это не изменится.
Чимин в скромной улыбке поджимает губы, затем быстро прикасается к чужим тонким губам своими и разворачивается, решительно подхватывая свою сумку. Он сильный и со всем справится, сколько бы времени это не заняло. Главное – финал, в котором его будут ждать семья, друзья, фанаты и, самое главное, хён, и этот финал наступит очень скоро, нужно просто в это поверить.
Чимин выходит за порог, держа ладонь на ручке, бросает последний взгляд на свою квартиру и все же улыбается. Да, все правильно, все так, как должно быть. В этой квартире ничего не поменяется, но это неважно, ведь его дом – это хен, а хен обязательно дождется.
