14. Для счастья мне нужен ты
30 октября 2024 г., 01:00
Примечания:
Поскольку на день рождения Чимин-и обновлений не было, то этой зарисовкой будем праздновать сразу два дня рождения: его и мой:)
Приятного прочтения!:)
День рождения – дурацкий праздник. Кто вообще придумал отмечать день, когда ты становишься на год не только старше, но и старее? Все почему-то поздравляют тебя с новой цифрой в паспорте и считают, что это здорово, весело и ох-какое-огромное-достижение! Юнги вот этого совсем не понимает и праздновать дни рождения не любит, причем неважно речь о собственном празднике или о дне рождения кого-то из друзей. Он на них даже особо и не ходит, так, отправляет несколько открыток в социальных сетях с черными сердечками, а особо близким еще и пару тысяч на карту может перевести, но все остальное празднование – увольте, это не для него. Или, скорее, было не для него?
Когда в его жизни появился Чимин, все резко изменилось, словно разделившись на до и после. Будто в тот самый момент, когда милый парень с рыжими волосами открыл дверь и вошел в кофейню, в которой Юнги подрабатывал бариста, его жизнь буквально озарилась солнечным светом и заиграла яркими красками. А когда он узнал, что у паренька со счастливой улыбкой на пухлых губах еще и день рождения, то почему-то ощутил прилив тепла и дикое желание преподнести ему тортик со свечками и с самым искренне звучащим “С днем рождения!” Он тогда сам себе удивился, быстро отгоняя непрошенные мысли, но с праздником все таки поздравил, выпросил у юноши номер телефона, и… полностью изменился.
Чимин словно стал его личным счастьем, изо дня в день заставляя Юнги улыбаться и сиять так, будто его искупали в тонне глиттера. И ведь… он совсем не против, ему это даже нравится. Нравится смотреть глупые фильмы про любовь, когда Чимин рядом тепло обнимает; нравится гулять вечерами по набережным, держась за ручки; нравится посещать различные мастер-классы, начиная от кулинарных и заканчивая плетением из бисера. Нравится все то, что только попросит Чимин. И нравится, черт возьми, отмечать дни рождения…
И именно поэтому сейчас он пытается незамеченным выползти из спальни, чтобы не разбудить свое сладко спящее чудо, и устроить ему небольшой сюрприз, чтобы порадовать своего возлюбленного в день его двадцатишестилетия. И хоть по шилу в попе у Чимина не скажешь, что ему уже двадцать шесть, так, лет пятнадцать с большой натяжкой, но праздники он все равно любит, а потому Юнги ему это устроит. Все ради того, чтобы на любимом лице продолжала сиять счастливая улыбка, руки не переставали крепко-крепко обнимать, а губы – не уставали шептать на ушко о своей любви. Ради этого он даже звезду с неба достанет, если Чимин попросит, чего бы ему это ни стоило, а все потому, что он и сам очень любит, настолько сильно, что иногда боится что-нибудь младшему сломать во время крепких объятий…
Миссия по исчезновению ранним утром из теплого кольца рук оказалась практически невыполнимой, но Юнги, с горем пополам и с тихим матом на самого себя, с ней все же справился, нехотя покидая любимого, чьи брови недовольно нахмурились. Он коротко клюнул своего сонного цыпленка в надутые губы и вышел из спальни, прикрывая за собой дверь и облегченно выдыхая. Пункт первый – галочка.
Вторым пунктом было привести себя быстро в порядок и заказать большой букет таких любимых Чимином пионов, на которые младший готов едва ли не молиться. И когда он успешно справился и с этим пунктом, то отправился на кухню готовить шоколадные кексы – не зря ведь они с любимым на кулинарные мастер-классы ходили, чему-то ведь Юнги там все же научился. Научился ведь? Он искренне в это верил, когда доставал нужные ингредиенты со всевозможных ящичков и полочек, но когда яйца, прокатившись по столу, с треском шлепнулись на пол, а пакет муки внезапно выскользнул из рук, засыпая кухню белым снегом, он был в этом уже не уверен… Он вообще раньше сам никогда не пек, это Чимин любил проводить вечера на кухне, выпекая что-то эдакое и невероятно вкусное, но сегодня Юнги посетило желание возомнить себя лучшим кондитером мира и порадовать своего именинника его любимыми кексами. Но в какой именно момент что-то пошло не так? Когда он разбил яйца не в тарелку, а на пол, или когда вообще переступил порог кухни?
В результате, спустя долгий час мучений, многострадальные кексы-таки отправились в духовку, а сама кухня выглядела так, словно по ней пронесся ураган, ну или Юнги, который в данной ситуации был еще хуже урагана. Он принялся за уборку, но внезапно раздался звонок в дверь, который в полной тишине квартиры прозвучал настолько громко, что слышно было даже, кажется, в Пусане, не говоря уже про спальню с мирно спящим в ней Чимином.
Юнги выругался себе под нос, матеря всех и вся, и в частности того, кто заявился к ним на порог, и поспешил открыть дверь, чтобы начать материться еще громче и трехэтажнее. Мало того, что его просьбу позвонить на мобильный, чтобы он сам вышел за цветами, проигнорировали, так еще и вместо пионов привезли лилии, на которые, к слову, у Чимина аллергия. Минут пять он ругался с курьером, потом еще столько же извинялся перед ним, ведь виноват был не он, потом звонил в службу поддержки, ругался и извинялся уже с ними, а затем еще и в магазин позвонил со своим “Какого хрена?!” В итоге, в квартиру он вернулся лишь когда из-за закрытой двери потянуло горелым… Он влетел в кухню, затянутую совершенно не праздничной дымкой, достал противень со сгоревшими кексами, не забыв при этом еще и руку обжечь, и с разочарованием осознал, что не проследил за выставленными на духовке градусами – двести пятьдесят вместо положенных ста восьмидесяти это немного перебор…
И теперь он стоял посреди разгромленной кухни, смотрел на сгоревший десерт и пустую вазу для цветов, которые так и не привезли, и, кажется, начинал вновь не любить дни рождения… в частности те, которые готовил сам.
– Юнги-я, а чего тут случилось..? – послышался за спиной сонный голос, и Мин со стоном развернулся к возлюбленному, осознавая весь крах ситуации. Он даже не успел привести все в порядок и сбегать в магазин за десертом, еще и Чимина разбудил…
Младший стоял в дверном проеме, топчась босыми ножками на холодном полу, перебирал рукава своей широкой цыплячьей пижамы и сонным взглядом осматривал место происшествия – разрушенных мечтаний Юнги. Его рыжие волосы лежали в беспорядке, отчего хотелось бы улыбнуться и умилиться, но он не смог и лишь расстроенно опустил голову, понимая, что не справился с сюрпризом для своего любимого именинника.
– Эй, что случилось, хен? – Чимин подскочил ближе, обнимая своими ладошками щеки старшего, поднимая его голову и обеспокоенно глядя в нашкодившие глаза.
– Я все запорол, прости, Чимин-и, – снова вздохнул Юнги, да с таким отчаянием, что даже, кажется, мука со стола слетела. – Хотел порадовать тебя кексами в твой день рождения, но все пошло не так: тесто не хотело получаться, сами кексы сгорели, еще и цветы не те привезли… Прости…
– Эй, – растянул губы в улыбке Пак и обнял старшего, утыкая его лицом в свою шею. Юнги сделал глубокий вдох, позволяя теплу еще сонного тела и любимому аромату растечься по коже, и прикрыл глаза, давая себе минутку на передых. – Тебе не за что извиняться, хён, это лучшее утро дня рождения, которое только могло бы быть.
– Лучшее? – не понял Юнги, даже на секунду отстраняясь, чтобы заглянуть в медовые искрящиеся глаза.
– Лучшее, – подтвердил Чимин, кивая несколько раз и продолжая широко улыбаться. – Никто ради меня еще так не старался. А ты и встал пораньше, и на кухне заморочился, чтобы приготовить мои любимые кексы, хотя раньше никогда к духовке не подходил, и цветы заказал. И все ради меня, Юнги-я. Ради того, чтобы порадовать меня.
– Но все равно ничего не получилось… я справился лишь с тем, чтобы встать пораньше…
– Глупый, – еще ярче улыбнулся парень, а затем провел пальцем по испачканной в муке столешнице и, радостно засмеявшись, оставил белый след на щеке возлюбленного. – Ты справился с тем, чтобы сделать меня счастливым с самого утра.
– Как мало тебе, однако, для счастья надо, – ответил Юнги, оставляя на носу Чимина ответный след белой мукой.
– Для счастья мне нужен ты, и не важно, получились у тебя кексы или нет, – младший уткнулся холодным носом в щеку Мина, все еще ярко улыбаясь, и почувствовал, как его легко, словно он ничего не весил, подхватили на руки.
– Нос холодный, ноги, судя по всему, тоже замерзли, а ты босиком топчешься, вот что ты за цыпленок? – проворчал старший, придерживая возлюбленного под попу.
– Бука, – засмеялся парень, целуя Юнги в щеку, – но я так тебя люблю.
– С днем рождения, Чимин-и, – наконец произнес он слова, ради которых и заваривал всю эту кашу с утра пораньше, – и я тебя очень сильно люблю. И раз уж у меня не получилось порадовать тебя завтраком, то придется прибегнуть к старым, но действенным методам.
– Это каким?
– Сейчас узнаешь, – Юнги шлепнул возлюбленного по попе и унес в спальню, зарывая его в мягкости одеял и одаривая своей лаской и необъятной любовью, которую с каждым днем все сложнее удержать в груди.
И пусть у него не получился завтрак, и пусть привезли не те цветы, что он заказывал, но это все такая ерунда на фоне искренне звучащего “Для счастья мне нужен ты”. Мину тоже для счастья нужен только Чимин, а кексы и цветы он ему еще обязательно подарит, но только позже, когда залюбит его до звезд перед глазами и до ноющих от счастливых улыбок скул…
И как бы он ни отрицал, а день рождения все-таки прекрасный праздник, и он в этом в который раз убедился.
Примечания:
С уважением,
Ваша Зеленоглазая Вечность!:)
