Кровиночка

Огонь мгновенно охватил лес. Он всё приближался, будто ему всё равно. Он как будто не боялся огня. Сердце бьётся в бешеном темпе, словно оно готово разорвать тебя изнутри и брызнуть двухметровым фантаном крови, а если остановишься, чтобы передохнуть, то лёгкие начнут не просто адски болеть, так ещё и ломать рёбра как сухие сучья. Он уже шёл сквозь дым. Он загорается останавливаться (видимо из-за охватившего его огня) и падает исчезая в дыме. Он уже не преследует. Ноги подкосили и заставили измученное бегатнёй на жизнь тело упасть на землю. В груди всё разрывалось так ещё и дым, которым невозможно дышать. Казалось, что сейчас сердце остановится и тот час умрёшь. В тот момент, в голове была только одна мысль "Надеюсь с ней всё в порядке. Прости меня..." Она уже бежала к нему что-то крича.... *** Здесь была типичная, для таких особняков как Олетус, библиотека. А самое главное здесь было тихо. Подальше от шумных постояльцев поместья, что очень устраивало молодую восходящую звезду детективов и ужасов. Орфей почти всю библиотеку здесь прочитал за всё время, что он здесь находился. Как правило пока он здесь, на столе обязательно была или куча читаемых книг, или бумага, исписанная новым произведением. А порой вовремя работы над новым романом пол библиотеки усыпан комками бумаги. Иногда дворецкий заставал его "бумажный северный полюс" и делал замечания ему за творческий беспорядок в имуществе поместья, но Орфей всегда старается убирать этот "снег из черновиков", более того он даже сам лично протирает полки и книги от пыли. Стук в дверь. -Мистер Орфеус, обед готов! Столовая была большая, здесь были все постояльцы, было от этого немного шумно, что не особо нравилось Орфею, поэтому он старался как можно быстрее закончить с трапезой и уйти в тихое место. -Уважаемые постояльцы, попрошу представить наших двух новых постояльцев! - объявил дворецкий Орфей поднял глаза на них. И очень удивился. И не только он. Некоторые тоже начали незаметно шептаться. И всех смущал только один факт. Одним из новых постояльцев был ребёнок лет шести-семи, и судя по всему это были мать и дочь. Место для них было ещё не готово, поэтому Орфей поспешил освободить место для обеда. Идя по коридору Орфея не покидала одна мысль. Что здесь делает ребёнок? Здесь же не совсем "детские игры". Знает ли об этом её мама? От того факта, что здесь ребёнок, которому предстоит увидеть всю жестокость, что здесь происходит, а ещё возможно (чего бы очень не хотелось) участие в играх. На душе было не спокойно.