эй, парень, объяви нас правильно. мы - мародёры!

Сентиментальная музыка обладает способностью увлекать слушателя одновременно куда-то назад и куда-то вперёд, и ты в то же время испытываешь тоску по прошлому и преисполняешься надеждами на будущее. Ник Хорнби ‘high fidelity’

Ремус не мог отделаться от мысли, что его жизнь стала напоминать кинофильм, или пьесу в современном театре. События сменялись и воздуха вокруг него становилось всё больше и больше, как и новых людей. Разных людей. – Мы должны поговорить сейчас. – сказал Сириус. – Мы не знаем его. И мы должны держаться вместе. Все вопросы обсуждаем сначала друг с другом. Люциус выглядит так, будто пойдёт по головам. Я не хочу быть в одной из тех групп, где между участниками разлад. Джим? – Да, хорошо. Как всегда. В первую очередь обсуждаем любое решение друг с другом. Потом – с Люциусом. – В нём определенно есть стержень, но и что-то змеиное тоже, кажется… Может, вообще поискать другого, – сказал Ремус, но, заметив как Питер нахмурил брови, опомнился. Ведь это первый весомый вклад Питера, он на деле доказал, что ему деятельность группы не безразлична. К тому же, Люциуса они пока знали плохо и наверняка первое впечатление просто ошибочно. – Если вы так хотите… – начал Пит. – Нет, – сказал Ремус, и улыбнулся, – Сириус прав. Мы просто должны обсуждать важные решения сначала друг с другом. – Он придёт на следующие выступление. Нужно показать, что мы чего-то стоим, - сказал Питер. – Кажется, нам нужно было найти Люциуса раньше, – весело сказал Сириус, – раз он так сильно мотивирует тебя к продуктивности, Питти. – Иди ты. Просто он обещал договориться с кем-то о туре с настоящими концертами. А мне, блять, позарез нужны какие-нибудь деньги. – И куда ты только успеваешь тратить свои… * Рем немного задержался у мамы, и устало переступил порог квартиры далеко за полночь. То, что света нет, он заметил ещё на улице. Он снял ветровку и повесил на крючок рядом с чужим пальто. Бросил рюкзак где-то там же. Сириус сидел посреди гостиной почти в полной темноте. Питер крепко спал на диване и мирно посапывал, сейчас ничего не могло бы поднять его на ноги. Повсюду валялись исписанные листы бумаги, и вот Сириус восседал посреди всего этого, подобно древнему богу. Губы его тронула лёгкая улыбка. Наверное, придумал что-то стоящее. Он слегка раскачивался, слушая концерт у себя в голове. Сириус не выглядел здоровым. Под его глазами залегли глубокие синяки. Насколько Ремус помнил, Сириус не спал уже вторые сутки. Рем опустился рядом, взял из его рук чашку с совершенно холодным кофе, сделал глоток, скривился и отдал чашку Сириусу обратно. – Как ты пьешь такую дрянь? Сириус отхлебнул немного, будто не знал, что налито в чашке. И слегка пожал плечами. – У нас закончился джин. Ремус подсел ближе, теперь его бедро касалось бедра Сириуса. Он взял листок, лежащий на коленях Сириуса, взгляд стал цепляться за слова, выведенные аккуратным почерком. Голова Сириуса легла на плечо Рема, и Рему показалось, что он на самом деле слегка вздрогнул. Ты без слов всё понимаешь, И чувствуешь всё тоже самое в груди. Что дальше будешь знаешь. Немного подожди. – Мне нравится. Что это значит? – А ты как думаешь? – Ну, это о любви, да? Ты хорошо чувствуешь это. Звучит по-настоящему. – Я просто знаю, что им нужно. – Но ты не чувствуешь такого? – А ты? – Так, а почему ты не у себя в комнате? – Из-за любви. – сказал Сириус и усмехнулся. – Джеймс пришёл сегодня с Эванс. Им вообще повезло, что моя комната сейчас выглядит вполне прилично. – Ты хороший друг. – Знаю, – Сириус широко улыбнулся. – Мог бы занять мою комнату. Или тебе приятнее работать под его храп? – сказал Рем и кивнул на Питера. – Мне казалось он все мысли мои распугает… Но я же не мог зайти туда, не спросив разрешения. – Это твоя квартира. Я так устал... Пойдём спать? – Ты иди. Я скоро. Рем щелкнул выключателем, он взял с полки свежую футболку, пижамные штаны и чистый клетчатый плед для Сириуса. Сириус был ещё в гостиной, возможно собирал сотни листов, исписанных своими разными почерками. Ремус лег и открыл книгу, он слышал, как льется вода в ванной. А потом Сириус вошел к нему, укрылся пледом, и уставился в книгу, которую читал Ремус. От Сириуса пахло сигаретами, их общим шампунем и свободой. Если бы у свободы был запах. Ремус перечитал предложение в книге уже пять раз и всё ещё не мог понять, что там написано. Обычно, он читал перед сном пару глав текущей книги. Но сегодня слишком хотелось спать, и Сириус не поспевал за ним, но почему-то продолжал пялиться в книгу. Так что Ремус выключил свет и постарался отогнать от себя мысли о запахах свободы. И отодвинуться от Сириуса дальше.