— вань... я скучал.

годы летят незаметно, если ты занят любимым делом. оно поглощает с головой, заставляет окунуться полностью, не давая шанса вынырнуть и думать о чем-то отстраненном. но, конечно, некоторые мысли так и так придут «навестить» того, кто яро пытается от них убежать. это закон – сколько бы ты не бежал от проблем, они настигнут тебя резко, в один миг, да так, что ты сделать ничего не успеешь потому, что не ожидал такого подъеба судьбы. не исключено, что они, за то время, пока ты бегал и прятался, будто бы трусливый заяц, накопились снежным комом, и теперь свалятся на тебя, а ты ничего сделать не сможешь. придётся оставить работу, хобби и иные дела, отдаваясь этой проблеме, может быть, даже не пытаясь решать её. два года прошло с того момента, как андрей абдрашитов покинул проект «ПОЛМАТЕРИ». группа быстро оправилась от негатива, и, кажется, даже укрепила отношения с аудиторией, привязав её к себе, схватившись, будто утопающий за последний шанс выплыть. конечно, сами участники нередко вспоминали ушедшего, но аудитории не напоминали, стараясь не вызвать новую волну гнева и негатива в свой адрес. триггеры, как никак. если они хотят следить за андреем – они будут следить за ним без напоминаний. такова позиция ивана марголдина, человека, который на протяжении шести лет держится на позиции фронтмена и солиста группы. какого его отношения к уходу абдрашитова? больно. больно, обидно и одиноко стало с того момента, как андрей покинул группу, оставив ваню одного разбираться со всей бумажной волокитой. саша и паша не акти, как хотят помогать, потому что уверены, что они отвечают лишь за музыку, а блондин, как основатель, – за все остальное. справедливо, но обидно до слез. все же, тяжело оправиться от потери друга?, параллельно решая организационные вопросы. конечно, как только все начало налаживаться, произошло нечто, что выбило марголдина из колеи на несколько дней – мысли о прежнем менеджере. вроде как, они всегда были друзьями, хорошо общались и впринципе все было в норме, но отчего же он ушёл? эти мысли, кажется, должны были оставить ваню, спустя два-то года, но, кажется, не особо они и собираются. конечно, тревожность, от которой потели ладошки и тряслись коленки ушла как раз через пару дней, но осадок и чувство того, что он виноват во всем – нет. они сопровождают бедного юношу до сих пор, заставляя дрожать каждый раз, когда он остаётся один на один со своими мыслями. да и попытки убедить себя в том, что это чисто дружеское выглядят жалко. настолько жалко, что плакать хочется. ваня все ещё боится сам себе признать то, что влюблён в шатена поуши, и что каждой клеточкой своего тела он думает о нем, жаждет встречи и разговора, прикосновения, да даже если с целью принести боль... нет, он не помешан, он просто... скучает? да, явно скучает, безумно. до боли в груди, сравнимой лишь с переломом всех ребер сразу. да даже это не сравнится с ужасающей болью от утраты близкого человека, и, впоследствии, обвинения себя в том, что банально ничего не смог сделать. да даже причину выяснить, мать вашу! и сейчас ведь ничего уже не исправить... шанс упущен, безвозвратно проебан. писать в социальных сетях - страшно. они ведь больше не имеют ничего общего, вдруг андрей решит просто кинуть в бан? а это ведь еще хуже, чем неопределенность! он ясно даст понять, что не хочет общаться, и что ваня ему противен. по крайней мере для блондина сии действия значат именно это. писать на почту или связываться через менеджера - просто тупо. слишком официально, да и впутывать в такие личные дела других людей? нет, спасибо. нельзя допустить того, чтобы кто-то узнал. донесут ведь! и тогда точно пиши пропало... а вдруг абдрашитову мерзко лишь от упоминания гомосексуальных чувств? и, исходя из всего этого, ваней было принято решение : молчать и носить в себе. этот секрет умрет вместе с ним, что бы не случилось.

***

очередной концерт. они проносятся один за другим, марголдин почти не запоминает их. хотя, бывают и те, которые действительно откладываются в памяти, но лишь какими-то определенными моментами; к примеру, задаривание подарками, сладостями, теплые слова, сказанные фанатами, которые прерывают всю ту шваль, которую льет большая часть аудитории : марголдин хуесос! ваня жирный уебок! полматери хуета! марголдин, умри! и на тысячу таких «оригинальных» и «смешных» найдется всего парочка, которые скажут что-то типа : «спасибо за творчество, мы это очень ценим и любим, как и тебя!». и вторых слов ведь правда не хватает. очень сильно. позитивная отдача от аудитории неимоверно важна, иначе какой смысл вообще стараться и что-то делать? но ваня, собственно, привык и уже даже не пытается ничего исправить, потому как банально не получится. и он это осознает. так вот, про концерт... вновь улыбаясь, он выпрыгивает на сцену под рукоплескания и визги. поздоровавшись с аудиторией в своем обыденно-веселом тоне, юноша начинает выступление. в такие моменты он действительно чувствует себя счастливо. не смотря на все те же крики «шутников». сейчас на них совершенно похуй. митка прошла лучше, чем ожидалось, поэтому настроение на последующие пару часов лучше не бывает. в планах отдаться аудитории, чтобы большая часть остались довольны. угодить всем, как известно, невозможно, но быть близким к этому - вполне. естественно, ваня - не ваня, если вдруг не случится что-то, что явно ему запомнится. да и не только ему; аудитория тоже все помнит. краем глаза он замечает где-то в углу зала худощавую фигуру с относительно длинными тёмными волосами, которая явно стоит и пристально смотрит на него, анализируя каждый шаг. от осознания того, что это может быть он, ноги подкашиваются, а сердце начинает биться в разы быстрее. но ведь нельзя потерять былой настрой перед аудиторией, верно? хотя, в такой ситуации сохранять хладнокровие сложно... даже слишком. и, кажется, предполагаемый андрей понимает, что его заметили, и спешит скрыться в толпе. да и вообще, как у марголдина получилось выцепить взглядом одну единственную фигуру – секрет, который даже самому блондину разгадать слишком трудно. собственно, люди в зале начинают возмущаться, почему марголдин вдруг остановился от своей речи, а-ля «у нас же с вами любовь, да?», а тот из транса выйти не может, пока его кто-то из ребят на сцене в спину не тыкает и не шепчет на ухо : — очнись, публика в недоумении! и это срабатывает. пусть и выбитый из колеи, ваня продолжает речь, а после и исполняет песни, которые должен был. оставшаяся часть концерта прошла более, чем неплохо; блондину удалось отвлечься и достойно закончить, выполнив свой план.

***

андрею было не сладко после ухода из группы, это верно. да он даже сам причину объяснить толком-то не может, даже сам себе, сидя перед зеркалом и смотря себе же в глаза. сольное творчество? нет, бред! кто в это поверит? просто надоело? да нет... хотя, один вариант казался наиболее правдивым : никто не должен узнать про то, что абдрашитов влюблён в солиста группы «ПОЛМАТЕРИ», и что ушёл лишь для того, чтобы не раскрыть никому этот секрет. почему ему так страшно? а мало ли. ваня марголдин – человек непредсказуемый, он может даровать надежду, и тут же разбить её на сотни тысячь мелких осколков, которые собирай, не собирай – все равно не выйдет ничего дельного. андрей влюбился в подлого в какой-то степени, до нельзя извращенного, грубого с каждым встречным, пропитанного сарказмом юношу, который пленил его своей харизмой, умением поставить себя в обществе так, как ему удобно и, конечно, прекрасной внешностью, на которую хочется любоваться. одинм словом, иван марголдин лишил андрея сна и еды, заполнив все собой. и долго сопротивляться своему желанию хотя бы издалека увидеть блондина юноша не смог; бам, и у него куплены билеты на концерт в москве. главное, чтобы его не перенесли, или вообще не отменили, иначе... будет слишком больно и обидно. но опасения не оправдались; у него получилось попасть в концертный зал. и он специально пришёл в притык, чтобы его, ни дай бог, никто не узнал. и получилось ведь; все шло гладко, бывший менеджер наслаждался концертом, пением и внешностью своего возлюбленного, как вдруг их взгляды встретились. сердце застучало и абдрашитов отошёл в толпу, чтобы его боле видно не было, но, кажется, его заметили и узнали, потому как блондин на сцене осекся, кажется, секунд сорок пребывая в ступоре. за эти мгновенья юноша испытал все : страх, гнев, ненависть, грусть... все, что можно, пока голос не раздался вновь и не продолжил прерваную мысль чуть неловко и явно в растерянности.

***

концерт подошёл к концу. почти все разошлись. ваня остался сидеть на сцене, в одиночестве, в грязном, затоптанном зале, который так и кишил пылью от чужой обуви. он думал про того парня, и правда ли, что это действительно андрей? или все это лишь его выдумки? — боже, я такой дурак, – ругает себя вслух он, поджав колени и уткнувшись лицом в них. — правда? а мне казалось, что ты достаточно умен, – хриплый голос где-то сбоку дрожит, звучит боязливо, но с тем твёрдо. ваня поднимает голову и оглядывается, встречаясь взглядами с тем, с кем одновременно хотел, да так, что скулы сводит, но так же и боялся до боли. что-то в грудной клетке ёкнуло, и серо-голубые глаза заметались по худой фигуре с непониманием и восторгом. — но... как ты тут? – только и смог выдавить из себя марголдин, вскакивая, но подходить не осмеливаясь, будто бы боясь спугнуть того, кого так долго ждал. — купил билеты и пришёл, – пожимает плечами андрей, будто бы не они не виделись два года и оба от того страдали. —или тебе интересно, с какой целью? — да ты просто сукин сын! конечно я знаю, как ты попал в концертный зал, меня волнует то, зачем, – едва ли не срываясь в истерику интересуется ваня, медленно хлопая глазами. — захотел. я так давно тебя не видел, да и разве я не могу прийти на концерт группы, в которой некогда состоял? – абдрашитов сделал шаг к блондину, сокращая расстояние. — то есть ты пришёл... не ради меня? – и почти сразу же он осекся, поняв, что ляпнул. щеки покрылись румянцем, а сам юноша отвернул голову. — если я скажу, что ради тебя, тебе станет легче? – уже более уверенно вещает андрей, опираясь на сцену и наблюдая за этой картиной, чуть склонив голову вбок. он понял, что разговор явно не обернётся чем-то плохим для обоих. — не отвечай вопросом на вопрос, – раздраженно прикрикивает ваня, поворачивая таки голову на абдрашитова. — ладно-ладно, только не злись. да, я пришёл ради тебя. потому, что хотел увидеть. доволен? – изображая усталость и незаинтересованность откликается абдрашитов, в конце все же хмыкая и рысплывась в улыбке. —вань... я скучал.