В квартире с монстром

      Прошло уже около двух недель с того несчастного случая с Нафаней. С того момента, как Людмила унесла его, пряча от прохожих, воробей больше не появлялся в этой квартире. Харита часто спрашивала что же произошло и куда делся несчастный комочек перьев, но поникшая женщина вместо ответа лишь виновато прятала потускневший взгляд.       После того случая жизнь в квартире заметно поменялась. Как минимум Людмила больше не пересекалась с мужем. Каждый раз, когда она слышала в скважине поворот ключей, она обращалась в кошку и срывалась с места, устремляясь к форточке. Если же монстр приходил раньше, она не заходила в квартиру. Она ходила по двору, залезала на подоконник, заглядывая в окна, ждала пока муж уйдёт...       Но ничего длится вечно...

***

      В один из мрачных дождливых дней, какие бывают после затяжной жары, случилось то, чего маленькие обитатели злосчастной квартиры боялись больше всего.       В этот день всё проходило по привычному сценарию: мама пришла с работы достаточно рано, Харита и Оскар радостно её встретили и устроили семейный — если его можно назвать таковым, — ужин. А после завязалась обычная бессмысленная беседа, которая часто затевается между любопытным ребёнком и «всезнающим» взрослым. Но среди обычных детских вопросов неожиданно появилось нечто до странности взрослое.       Харита, не отрываясь от потрёпанной книжки с картинками, неожиданно нахмурила чёрные бровки и выдала фразу:       — Мам, а если мы снова убежим, он нас найдёт?       Людмила побледнела.       — К-кто, милая? — еле выдавила она из себя.       — Мостл! — подхватил Оскар.       Женщина так и застыла. Харита вздохнула, не дождавшись ответа. Она прекрасно помнила, как несколько раз, схватив их с Оскаром в охапку, мама бежала от монстра, но это было давно. Интересно, мама знает, что Хэри всё помнит? Помнит то бесцельное блуждание по городам, которое, в конце концов, заканчивалось в этой квартире?       — Я... — задрожал голос матери, — не знаю...       — Мне кажется, что он не кот! — Хэри подняла на маму серьёзный взгляд. — Он собака!       — Да! Собака! Во как нюхаль нас! — малыш раскинул руки в стороны и поднялся на цыпочки. — Во как даеко!       Людмила невольно улыбнулась, но на глазах появились слёзы. Харита, завидев это, сжала под столом кулачки.       — Да... Точно собака... — поговорила женщина, отвернувшись.       На минуту в квартире повисла тишина, а Оскар удалился в зал, оставив маму наедине и Хэри наедине с пугающими мыслями.       Харита вновь украдкой подняла взгляд. Она не понимала, как можно спокойно жить, когда в любой момент с тобой может произойти трагедия. Как жить, когда наглый монстр, коего когда-то мама ласково называла «любимым», перекрыл свет надежды и затушил пылающую пламенем любовь? Такие слова Хэри слышала от кого-то давным-давно, но уже и забыла кто именно это был. Она помнила лишь сияющие голубым лунным светом глаза — отчего-то такие тёплые и ласковые.       — И ради этого я ушла к нему? — вдруг прошептала мама себе под нос. — Ради этой сволочи я забыла о Мартине? — По её щекам покатились слёзы.       Хари повесила голову и тихо удалилась, чтобы самой не расплакаться от этого вида. Она ни раз слышала, как мама мечтала откатить время, вернуться на семь лет назад. Вернуться в то время, когда утро начиналось с широкой тёплой улыбки любимого белого кота. В то время, когда по улицам гуляла не облезлая и шугливая чёрная кошка, а красивая пара, воркующая, как пара голубков.       — И что же было в моей голове?..       Хэри обернулась, услышав эту фразу, но внезапная боль заставила прийти в себя.       — Мам... — всхлипнула Харита. — Помоги!       — Наконец я тебя застал, милая моя. — Монстр с ехидной улыбкой стоял в коридоре, крепко вцепившись в предплечье Хэри. — Людочка, как же так получилось, что каждый раз, как я прихожу домой к любимой семье, — он сжал руку Хариты так крепко, что малышка невольно взвизгнула, — тебя никогда нет?       — Ар... М-мил... — заикалась женщина, поднимаясь из-за стола.       — В этот раз мы поговорим по душам. — Монстр огромными шагами направился в кухню, волоком таща Хэри за собой.       Малышка визжала от боли и изо всех сил пыталась вырваться, но с каждой секундой тиски огромной лапы сжимались всё крепче.       — П-поговорим! Честно! Поговорим, только отпусти её! — Мама упала в ноги монстру, хватая его за руки, и стараясь вызволить Хэри. — Я не сбегу! Ты меня знаешь! Я не сбегу!       — Ну уж нет. — Монстр отшвырнул жену подальше. — Как раз поэтому я и перестрахуюсь.       — Мам...       Харита не могла вымолвить и слова. Она разрывалась между желанием притвориться куклой и желанием сбежать подальше, забиться в дальний угол.       — Молчать! — Монстр тряхнул Хэри так сильно, что у неё заболело плечо. — Милая Людочка, что же заставило тебя так долго от меня прятаться? По всему двору уже ходят ужасные слухи, что ты страдаешь по моей вине! Как ты можешь так поступать с собственным мужем?       Мать поджала уши. Как же ей сейчас хотелось просто выпрыгнуть через форточку и сбежать. Не важно куда и насколько далеко, хотелось просто скрыться из этого ужасного места и никогда не возвращаться.       Харита всё это прекрасно понимала. Она — уже молча — стояла и вглядывалась в мечущиеся из угла в угол глаза мамы, отливающие бледной синевой. Сейчас в них, океаном невыплаканных слёз, бушевали страх и прожигающая ярость. На что она злилась? На кого? Хэри стиснула зубки и осторожно заглянула в чёрные глаза монстра. В глаза, пропитанные лживой лаской и пробирающим до костей обманчивым теплом. Харита ненавидела этот взгляд. Ему слишком хотелось верить. Он слишком много врал и ранил...       — Я клянусь тебе, что не уйду. — Людмила захлопнула форточку. — Отпусти её.       — Ох, милая моя, как я рад, что ты одумалась! — скалился монстр, ослабляя хватку.       Хэри, почувствовав это, вывернулась и, освободив руку, умчалась в темноту. Молча. Максимально незаметно и тихо.       — Вот дрянь! — шепнула ехидная ухмылка. — Ну ладно. Нам ведь и без неё есть, что обсудить... Верно, Людочка?..       Харита чувствовала, как мама проводила её взглядом, готовяськ худшему.

***

      — Хэли...       — Тихо! Тише, Оскар, потише...       Вот уже около получаса они с братом сидели в ванной и слушали невнятные крики. Харита крепко прижала Оскара к себе и закрыла ему уши. Закрыла, чтобы он не слышал пробивающихся сквозь тучу воплей оскорблений и душераздирающей мольбы.       Хэри подняла голову и вгляделась в дверь ванной комнаты, которую поставил отец после приезда полиции, дабы в следующий раз сказать, что ремонт в процессе.       «И зачем это всё? Зачем обратно её поставил, если всё равно вырвешь?»       Харита уткнулась затылком в холодную стену. Малышка изо всех сил старалась не слушать того, что доносилось до её ушей, но получилось не особо хорошо.       — Дрянь! А эт... Мартин! Эт... ...вец!       — Да ч... ты пон...ешь?! О... любил ...ня! А я к... ...ра выб...ла! Маньяка! Обманщика! И убийцу! Это ведь ты его избил тогда?! Что?! Я снова не права?! Урод!       — Да как ты?!       Что-то с огромной силой влетело в стену, и множество звенящих осколков градом посыпались на пол. Харита застыла, прислушиваясь. По телу пробежал озноб, а шерсть на хвосте встала дыбом.       В квартире повисла гнетущая тишина. Был слышен лишь слабый и слегка растерянный голос монстра, который явно означал недоброе.       Хэри посмотрела на трясущегося от страха брата. Малыш вцепился в неё, как в последнюю спасительную соломинку.       — Бр-братик... — голос дрожал. — Мне нужно проверить...       — Нет... Не пусю... — Слёзы текли по щекам, не давая возможности посмотреть на сестру. — Стасно... Там стасно... — Маленькие кулачки сжались, вцепившись в помятую розовую футболочку Хариты.       — Я... Я быстро... — Хэри с огромным трудом отцепила от себя Оскара и погладила его по макушке. — Честно-честно...       — М-м... Тогда мисинцики! — малыш протянул дрожащую ручонку.       — Клянусь на мизинчиках, что скоро вернусь... — Хэри вздохнула и скрепила клятву.       Оскар робко кивнул и вжался в дальний угол ванны. Это зрелище заставило Хариту замешкаться, но как только из кухни послышался очередной удар и звон рассыпанной посуды, она вихрем выбежала в коридор.       Темно. В какую пору успело стемнеть? Дождь за окном тоже стих, а тучи открыли блестящий диск луны. Хэри медленно прошла по коридору, обходя осколки разбитой посуды. Всё ближе становилось роковое место, всё чётче слышался угнетающий шёпот монстра, и всё лучше ощущался запах свежей крови.       Харита встала в проёме и застыла, глядя на ужасную картину: серебристые лучи света проскальзывали сквозь разбитое окно и, отражаясь от тысячи осколков, падали на лежащую без сознания маму. Она лежала, прислонившись спиной к одной из обшарпанных кухонных тумб, по её лицу алыми реками стекала кровь, густыми каплями падая на, еле заметно вздымающуюся грудь, её тусклые глаза были закрыты, а налившиеся свинцом веки слегка подрагивали...       Харита обвела кухню туманным взглядом. В паре метров от мамы стоял монстр и что-то быстро и неразборчиво шептал. Его зрачки расширились, как у дикого зверя на охоте, а на лице повисла маска безумия. Что же творилось в его голове? Чего он добивался? Харита опустила взгляд ниже, и страх заставил её отступить на пару шагов во тьму. Руки монстра были перепачканы кровью. Почему? Что он пытался сделать?       Харита начала медленно пятиться назад, но не успела сделать и трёх шагов, как безумный взгляд чёрных глаз упал на неё бетонной плитой.       — Харита, крошка иди к папе... — Он шёл и улыбался. Улыбался, словно у него полностью отшибло всё его обыкновенное спокойствие. — Иди сюда, милая... Папа ничего тебе не сделает... Помоги папе немножко...       Харита продолжала инстинктивно отступать. Она не могла понять, что происходит. Она просто шла. Просто хотела скрыться, раствориться во тьме.       Ещё мгновение, и монстр сорвался с места, одним рывком добравшись до испуганной малышки.       — Пошли, я сказал! — Он схватил Хэри за шкирку и потащил в кухню.       — Отпусти! Пусти меня! Мама! — Харита заливалась хриплым воплем. Она не могла ничего сделать с той мёртвой хваткой, но просто висеть, пока её тащат на верную смерть, она не собиралась.       Хрясь! — Вот Хэри уже лежит на полу. Возле мамы. Прямо в алой луже. Страх заставил застыть на месте. Сердце забилось, как у маленькой птички, и, казалось, что оно вот-вот лопнет. Малышка не могла даже обернуться, чтобы посмотреть в глаза тому монстру, что стоял за спиной и сверлил обжигающим взглядом.       Гнетущая тишина окутала старую двушку, и тяжёлая рука упала на хрупкое детское плечико. Но пелена страха уже не давала просвета разуму. Желание жить — самое сильное желание, которое есть у существ. Харита схватила первое, что попалось ей под руку и обернулась, выставив предмет перед собой.       Монстр отшатнулся и отдёрнул руку. Хэри молча наблюдала, как по левому предплечью отца медленно стекает алая жидкость. Руки сжались крепче, и Харита опустила взгляд на свое оружие. Небольшой кухонный нож блестел в её трясущихся руках.       — Мелкая дрянь! — взревел гудящий бас. — Ты чего удумала?!       — Н-не... п... х... ди...       — Что?!       — Не подходи! Не приближайся! — Хэри зажмурилась и взмахнула ножичком.       — Сучёнышь!       Говорят, что загнанный в угол зверь будет биться до последнего. Я не могу сказать насколько это верно, но произошло именно так. Зрачки расширились, шерсть поднялась дыбом, рассудок отключился на пару со страхом. Харита прыгнула вперёд и острый нож пронзил живот мужчины, окрашивая застиранную белую майку монстра тёмно-алым.       — Агх! — Мужчина пошатнулся и рухнул на пол, схватившись за рукоятку ножа, торчащего из глубокой раны. — Дря!.. Кха!       Хэри впала в ступор. Только сейчас она опомнилась и поняла, что произошло. Из глаз бурными реками хлынули слезы. Перед глазами встал туман, а все звуки стихли. Харита словно отключилась. Она стояла посреди кухни между лежащей без сознания мамой и боящимся пошевелиться отцом.       — Хэри! Харита, милая!       Она опомнилась. Кто-то осторожно гладил её по голове и тихонько звал. Звал до боли знакомым голосом. Малышка подняла туманный взгляд, и глаза вновь наполнились слезами.       — Нафаня-я-я! Жи-иво-ой! — Хэри вцепилась в Сашу и завыла самым отчаянным воем: — Я не хоте-е-ела-а! Не хоте-е-ела-а! М-м-ма-а-ма-а!       — Всё хорошо... — Саша прижал малышку к своей груди. — Теперь всё будет хорошо...       — Оскар! — Харита бросилась в сторону ванной, но Нафаня придержал её за плечо.       Хэри обернулась. Саша смотрел на неё печальным взглядом и тепло улыбался. Это был тот самый парнишка, что так внезапно появился в её жизни. Стал родным. Стал защитником и негласно провозглашённым старшим братом. Нафаня погладил Хариту по макушке и улыбнулся всеми зубами:       — Он вон там. — Он указал в сторону зала. — Пойдём.       Хэри кивнула и крепко взяла Сашу за руку, невольно вглядываясь в его лицо. Что-то в нём точно изменилось, но она никак не могла понять, что именно. Нафаня вёл малышку по тёмному коридору в зал, где, свернувшись клубочком на диване, посапывал Оскар.       — Вот и малой, — присел на корточки Саша. — Сейчас возьмём его и выйдем на улицу. Хорошо? Хочешь погулять немного?       Харита кивнула и в тот момент поняла, что именно изменилось. Она осторожно провела по уголку губ Нафани, обводя белёсый шрам...

***

      Тёплый ветер осторожно играл с листвой, лунный свет проскальзывал в окна. Никогда в этом дворе не было так тихо...       Оскар мирно дремал на скамейке возле детской площадки, а Хэри с Нафаней наблюдали, как двое полицейских выводят из подъезда монстра. Он не сопротивлялся, не кричал и не пытался обмануть. Сейчас он, должно быть, отлично понимал, что деваться некуда. Да и рана, оставленная Харитой, скорее всего дико болела.       Харита вглядывалась в лица полные отвращения к монстру и прислушивалась к голосам, а Нафаня украдкой переводил взгляд на Людмилу, которая сидела неподалёку в окружении врачей.       — Теперь всё точно будет хорошо, — прозвучал где-то за спиной знакомый бархатистый бас. — Скажи спасибо своему пернатому товарищу, что снова позвонил.       — Если бы не вы ответили, Мартин Игнатович, никто бы не поехал... — шепнул Саша.       Харита осторожно обернулась и встретилась взглядом с ласковым голубым светом глаз красивого белого кота...