Письмо

      Да, вы правильно подумали. Это написал и отправил я, Лололошка собственной персоны. Это первое и последнее письмо, которое я напишу полность сам, где расскажу всё, что вы не знали о маскоте Сияния. Возможно, спустя столько лет вы уже совершенно забыли обо мне, что, к слову, уже бывало со мной, и теперь не хотите даже думать о моей скромной персоне, но я обязан рассказать куда я пропал. Во всяком случае, у вас всегда есть возможность просто сжечь эту бумажку и забыть обо всем. Калеб и Кавински были правы: я полный трус, который только и может что прятаться за спинами других, поджав хвост, как последняя дворняга. Я не смог выложить всё вам в лицо раньше, да и этот горсточек информации дойдёт до вас не скоро, но раз уж вы продолжаете это читать, то вам всё-таки интересно моё местонахождение.       Я в другом мире, если, конечно, ещё жив там. Я сейчас спасаю его от кого-то или чего-то также, как спасал ваш от империи и из них вытекающих. Едва ли я вернусь в ваш мир, по крайней мере, не в этом столетии точно.       Не ждите меня, пожалуйста. Только за мной закреплено около 3000 миров, и только 200 из них живут счастливо. Слишком маловероятно, что я снова окажусь с вами. (Дальше можете не читать, там будут мои мысли и желания, которые едва ли будут вам интересны, но я должен был их написать, иначе бы точно сошёл с ума)       О Пустота, как же я хочу однажды оказаться в одном из этих мирных миров хотя бы на годик, месяц, да даже неделька будет благословением. Не хочу кидаться из угла в угол, выполнять тупые поручения, сражаться и убивать. Я ненавижу убивать. И умирать ненавижу. Убив и умерев столько раз, я научился ценить даже самую жалкую жизнь, что несёт существование в мире. Хочу, чтобы с меня сбросили груз ожиданий и обязанностей.       Стоя сейчас здесь, на грани прошлых и будущих приключений, я не вижу, но знаю одно, как свершившийся факт, все свои прошлые жизни и смерти. И бесконечная череда смертей и рождений смущает мой ум — как солнце среди тёмной ночи. Найдётся ли выход? Что за новая игра ожидает меня в моём новом мире, что за роль мне там раздадут? Чей голос зовёт меня в руки меч взять, чтобы снова убить или быть убитым? Чтобы снова родиться. Как уже много раз. Если 200 миров живут в мире, можно ли мне побыть в одном из них хотя бы чуть-чуть? Хотя бы однажды.       Когда-то я услышал одну шутку, которую запомнил на сотни своих лет. Вот она: Один месье поймал золотую рыбку. Она сказала: — Добрый господин, времена нынче неспокойные в нашем славном государстве и курс скинта к чуду пошатнулся. Так что у вас есть всего одно желание. Месье долго думал, как ему извлечь из этого анекдота наибольшую выгоду, а потом ответил: — Я хочу, чтобы у меня всё было. Золотая рыбка посмотрела на него долго и грустно. — Хорошо, добрый господин. У вас всё было.       Самое печальное, что я могу себе представить, это то, что происходит с нами, героями, когда история уже завершилась. Как будто бы за опущенным занавесом скрывается страшная тайна, которую коварный антрепренер хочет скрыть от нас во что бы то ни стало. Или вот фраза: «Последние свои годы он провёл в заточении на острове Святой Елены». Сколько лет опустошения и одиночества могут скрывать 10 слов? «Последние свои годы он провёл…». Это когда письма не отправить. Когда с бывшими возлюбленными не увидеться, а если и с кем повидаться — то только с теми, кто сердцу никогда не был мил. Это когда горькое вино, вместо любимого шампанского и ноющая боль в желудке. Когда океан холодный и бешеный, и луна красная, и шторм в полную силу. И ты выходишь наружу с бутылкой дрянной водки и кричишь так, как не кричишь никогда, потому что могут услышать, а герою (пусть и бывшему) не престало — но сегодня буря, и крик тонет в грохоте волн. И тебе хочется оборвать свою жизнь, но это низко — да и что осталось от этой жизни, когда вокруг больше нет родного мира, когда ни способа изменить хоть что-нибудь, и эмоции медленно подводят тебя к черте, да и бог с ними. Самое грустное из всех возможных окончаний: «У тебя всё было». Не бывает бывших героев. Бывают павшие. Я падал столько раз, что перестал считать уже очень давно.       Если бы меня попросили рассказать о себе, то я бы рассказал о том, как я запутался. Как каждый раз направляя оружие на врага, я думаю. Думаю о себе, о других. Задаю один и тот же вопрос: «Правильно ли то, что я делаю?» — но никогда не получаю точный ответ. Едва ли хоть кто-то может ответить на него. Даже вы. Спасибо, что выслушали. Ваш Ло Дейви