И шрамы исчезают.

Следующие несколько дней шли так как и должны были. Шаст с друзьями встречался перед уроками и зачастую либо сам у них что то скатывал, либо они у него… Ладно не они, а только Серёга. Но его понять можно. Учеба только началась, а учителя уже поставили себе в цель свести их в могилу. Например сегодня. У них семь уроков: две алгебры, две химии, история, физика и биология. Как тут не сдохнуть то?! Вот и Антон не знал ответа на этот вопрос. — Пообещайте, что если я все-таки умру, то вы будете меня помнить и приносить мне на могилу мои любимые сигареты. — мрачно заявил Серый, когда парни отсидели две алгебры и дружно охренели от происходящего. Мало того, что факультативов по математике будет три раза в неделю по два часа, так ещё и самих домашних заданий стало в десять раз больше. Диме, как отличнику, не было легче, но ему ничего не мешало вовсю издеваться над троечником Сережей. — Боюсь, что не получится. Мы будем с Тохой заняты тем, что будем учится. И за себя и за тебя, лентяя. Вот если бы ты учился в прошлые годы, то не пришлось бы сейчас все учить. Ты лишь бы освежал воспоминания. — на что Матвиенко лишь толкнул друга в плечо и сделав обиженный вид, резко ускорился. — Серый, ну не дуйся. Ну Серёж. Да подожди ты! — прокричал Антон, едва с Димой поспевая за их другом. На удивление, когда Сергей был на эмоциях то его не мог догнать даже длинноногий спортсмен Антон. Едва догнав, он положил руку ему на плечо и торжественного произнес: — Я обещаю не дать тебе умереть такой жестокой смертью. Втроем то всяко легче будет. Да и сдаешь то ты не профильную математику, а базовую. Она куда проще. — Именно. Я вообще в шоке с того, что у тебя проблемы с математикой, учитывая как ты шаришь в информатике. Где та грань, которая отделяет Сергея Гения от Сергея Умирающего? — и не понятно было ещё одно. Говорит Дима это с сарказмом или на полном серьезе. — Ты же правда гений в инфе. Взломать можешь что захочешь. Эдуардович на тебя на молится не может. Так что с математикой то не так? — Все. Начиная с уравнений и заканчивая алгоритмами. Ну не могу я сидеть и что то там вычислять. Взлом то не требует серьезного высчитывания каждой циферки. Там главное закономерность уловить и связь, а потом на ней и сыграть. И в такой болтовне парни дошли до кабинета химии, где взвыл не только Серёжа, но уже и сам Антон. От количество не понятных элементов, цифр, формул и всяких условий — Шаст едва держался в сознании. Так же он не мог сильно шевелить рукой, порез был ещё очень свежим и все ещё не прошел. При резком движении он мог начать кровоточить, а этого ему было совершенно не нужно. В принципе Шастун не хотел умирать или что то на подобии. Просто таким образом он мог не просто снять боль, но и что то почувствовать. Что то, кроме холодного равнодушия и отчаяния. Ненависти к себе и ко всему миру. Так было проще и легче всего. Так же в последние дни Антон чувствовал себя плохо физически. Он плохо спал, голова вечно кружилась и болела, а ещё его сильно тошнило. Наверное заболел. В таких грустных мыслях, Шаст и не заметил как закончились два урока химии. Дима получил свое расписание факультативов и с довольным видом направился в кабинет истории. Антон невольно поймал себя на мысли, что историю и обществознание он ждёт сильнее, чем раньше. Какой то трепет заставлял его почти лететь в кабинет и каждый раз внимательно слушать Арсения Сергеевича. Странно это. Как и всегда друзья уселись на задних партах. Сережа и Дима сели впереди Антона, а сам Шаст развалился на последней парте и стал смотреть в окно. — Так. Добрый день, ребята. Рад вас видеть. Хотел ещё с утра к вам на алгебру заглянуть, но сам едва на свой урок успел. Костя, как у тебя дела? — шутивший до этого момента Антипов, редко замолчал, чем вызвал ряд едва сдерживающегося смеха. Сглотнув он с улыбкой ответил: — Все отлично, Арсений Сергеевич. Мирное и чистое небо над головой, яркое солнышко и отсутствие мерзкой слизи, называемой кашей, на завтрак в нашей столовой. Что может быть лучше? А ваши как дела? — за несколько дней учебы Антон понял что Костя действительно хороший пацан. Юморной, добрый, умный, чисто всегда на позитиве и готовый помочь. Но он был слишком гиперактивен и мозг его работал явно не там, где нужно было. Так за последние три дня он довел Аллу Борисовну до нервного срыва, всякий раз пряча те вещи,которые она только положила на стол. При этом он яро утверждал, что ничего на столе и не было, а класс лишь поддакивал. Это не казалось чем то злым, просто шуткой. Но это длилось методично и по итогу сегодня бедная Алла Борисовна все таки не выдержала. — Рад, что у тебя все так позитивно. А вот у нашей Аллы Борисовны все весьма печально. Ты зачем женщину доводишь, изверг? Я понимаю, что она весьма..специфична как преподавать и как человек. Но это же не повод сводить ее с ума! — казалось, что сам мужчина не знал как себя ввести. То ли ругать, то ли слегка похихикать ибо в глазах то черти бегали. — Да никто никого не сводил с ума. Как вы могли такое подумать? Математичка просто устала и ей нужен отдых. Вот и все. Я лишь помог ей это понять. Никаких злых умыслов, честное пионерское! — класс вновь хихикнул, но под строгим взглядом классного руководителя замолчал. — Заботливый ты наш. После уроков пойдешь извиняться и чтобы ты сделал это так, чтобы даже я поверил в твое искупление. Понял? И в последующий год чтобы перестал ее третировать. Дай женщине вас спокойно выпустить. А теперь переходим к уроку. Тема: Русь в IX – начале XII в. Свой предмет Арсений Сергеевич явно любил и старался сделать все возможное, чтобы его полюбили и ученики. Правда со своим классом он в этом так и не преуспел, зато в параллельном "Б" классе его сдавало аж семь человек. Что явно не могло не радовать. Мужчина рассказывал понятным языком и лишь изредка что то писал на доске. Иногда он спрашивал ребят, в основном Антона. И несмотря на то, что историю в их классе сдавал лишь Шастун, почти все знали этот предмет на уверенную четверку.. Кроме пятерых личностей включая Сергея Матвиенко и его плохую память. Шаст лишь удивлялся тому, как парень ещё помнит свое имя. — Ладно. На сегодня все. Прошу вас закрепить материал дома. Сделайте подробный конспект и доклад. Темы я скину вашей старосте и она скинет их уже в вашу беседу. — произнес Попов после громкого звонка и когда все начали расходиться, он грозно посмотрел на Костю и остановил Антона, который чувствовал, что ещё немного и упадет в обморок прямо здесь и сейчас. — Ты хорошо себя чувствуешь? Бледный весь и вяло отвечал на вопросы. Все хорошо, Антон? — неподдельное беспокойство удивило Шаста настолько, что он даже не успел обратить внимание на черные пятна в глазах и понял что что то не так лишь тогда, когда через мгновение бледный историк, крепко держа его за плечи садил на парту. — Антон! Эй, все хорошо? Так, сиди здесь и не уходи. Я сейчас позову медсестру. — и брюнет явно собирался это сделать и сделал бы, если бы Антон не остановил его, держа его руку в своей. — Все хорошо, правда. Не нужно никого звать. Гемоглобин, наверное, опять скаканул. Все хорошо. — парень не осознавал, что все ещё держал запястье учителя, хоть и весьма слабо. Сам же Арсений жутко перепугался,когда Антон резко начал оседать на пол. Вообще состояние Шастуна его беспокоит уже третий день и сегодня пик того, когда нужно что то с этим делать. — Так не пойдет. Антон, ты что сегодня ел и ел ли ты вообще? Мне совсем не нравится твой вид. — на что парень рассмеялся, будто пьяный. Не скажет ведь он, что за последние дни к нему в рот попало лишь пару яблок и один йогурт? Нет. Значит надо врать. Только пусть сначала пол и стены перестанут плыть. — Да ел я, ел. В столовке я съел котлету и макароны. Можно я пойду? У меня сейчас физика..— попытка встать обернулась тем, что он чуть не разукрасил пол самим собой. Снова. — Ну уж нет. Сейчас мы идём в медкабинет и я очень надеюсь на твое благоразумие. А с уроков я тебя отпрошу, не беспокойся. — в следующие минут десять Антон мог беспокоится лишь о том, что крепкие и горячие руки держат его за талию, будто он действительно сейчас упадет..Как они дошли до кабинета, Шастун не заметил. Как и то, когда у него успели взять кровь и капнуть на какой то прибор, смешав его с чем то.. — Антон. У тебя ужасно низкий уровень гемоглобина. Судя по нему ты вообще о себе не заботишься. Что ты ел в последний раз? - тревожным голосом спросила медсестра, которой было не больше тридцати лет на вид. Антон слегка задумался и ответил: — Утром съел пару яблок и сок. Но все нормально, правда. Можно мне идти? — на этих словах Попов сильно нахмурился и Шаст понял, что проболтался. И о том,что учитель понял о его пиздабольстве. Черт. — Мне ты сказал совершенно другое. Ладно. Разберемся. Екатерина Андреевна, так что с ним делать то? — Ему нужно будет сдать анализы, чтобы понять нет ли у него анемии. Так же мы должны знать, насколько все плохо. Пусть пропьет "Фероглобин В12". Ему нужно срочно поднять уровень железа в крови. Ещё он должен есть побольше мяса и фруктов. Но Антону нельзя сейчас на уроки. — Не волнуйтесь, он на них и не пойдет. Спасибо большое. Идём, Антон. Позвоним твоим родителям, пусть заберут. — вот уже тут Шаст наконец взбодрился и резко ответив, что нельзя никому звонить и что он сам доберется, потопал в сторону раздевалок. Но естественно, что по итогу он опять протирал полы собой. — И почему ты такой упрямый? Ладно. Не хочешь к себе домой, поехали ко мне. Я все равно здесь уже закончил и не далеко живу. Поехали. И только попробуй отказаться! — строго произнес Попов и велев ждать егона улице, сам пошел в кабинет за вещами. Если честно, то Антон не собирался ждать Попова. Он собирался лишь выкурить пару сигарет и пойти гулять, но везение никогда не было его сильной стороной...Шастун успел лишь половину первой сигареты выкупить, как ее резко у него отняли и ещё очень зло на него посмотрели. — Как нормально поесть, так у нас нет на это ни времени, ни желания. А вот лишнюю сигаретку закурить так это всегда пожалуйста. Верно, Шастун? — Да останьте вы от меня, Арсений Сергеевич! Мне не пять лет и указывать вы мне не имеете право. И учить жизни тоже. Так что я пошел, спасибо за все! — пойти то он пошел, только не туда куда надо. Его резко потащили а сторону весьма неплохой тачки и как только они уселись, мужчина вновь посмотрел на парня своим злым взглядом. — Тебе всего семнадцать, а у тебя уже подозрение на анемию и уровень гемоглобина такой, что дерево будет выглядеть лучше чем ты. Ты мой ученик и я несу за тебя ответственность. И пока ты учишься в моем классе - так оно и будет. А теперь сиди молча и отдохни. — сил спорить и правда не было. Шастун успел лишь написать друзьям, что все хорошо и матери, чтобы не ждала его сегодня дома, а после он резко уснул.