«Вы панда или кот?»

Мускат и Ашра сидели возле Лололошки, который весь перебинтованный лежал без сознания на кровати. –... Потом я ушёл, чтобы проверить кое-что, вернулся и...– пряностник всхлипнул.– Я, я просто растерялся. Увидел его, всего в крови... Я паниковать начал, не знал что делать! Даски в первой помощи ничего не смыслят, врачей у нас в квартале нет – если что, наши в свои миры идут, калечатся пряностники очень редко... Первое, что в голову пришло, в чайную пойти, там же всякие чаи целебные должны продаваться, а там тебя встретил...– тануки закрыл лицо лапками.– Я не знаю, что на меня тогда нашло, я не хотел, чтобы так вышло,– он опять расплакался. – Тише, тише,– Ашра чувствовала себя неловко.– Всё будет хорошо... Она так долго уговаривала Муската всё ей рассказать, а теперь жалела, что услышала. Тануки выглядел таким подавленным, разбитым... Он сам виноват, но девушке всё равно было его жаль. Но за Лололошку она переживала больше. – Сэр, я думаю вам надо поспать, хотя бы немного. Вы уже почти сутки на ногах,– Мускат хотел возразить, но Ашра перебила его.– Вы нужны своей гильдии, я думаю пряностники не образуются, когда узнают, что их глава недосыпает. Я присмотрю за Лололошкой. Идите! – Ну ладно... Разбуди меня если что... Мускат вышел из комнаты, а девушка осталась наедине с товарищем. *** Прошло ровно шесть дней, восемь часов и сорок четыре минуты, а Лололошка так и не очнулся. Парень лежал на кровати без особых признаков жизни. Кожа была холодной, скорее даже "мёртвой", но Мускату не хотелось использовать это слово. Мёртвый... Нет, нет, нет! Лололошка не может умереть! Тануки сидит возле него часами, держа парня за руку. Ашра почти не приходила, лишь пару раз заглянула их проведать. Она держалась как-то отстранённо, будто всё время думала о чём-то другом. Девушка заверила Муската, что с контрабандистом всё будет в порядке, что он скоро очнётся, но пряностник всё равно с ума сходил от беспокойства. Как оказалось, врачей в Поэне можно по пальцам пересчитать, а те кто был, настолько ничего не понимали, что Мускат пришёл в отчаяние. Тащить Лололошку в портал тоже казалось плохой затеей – мало ли что. Мускат просто ненавидел свою беспомощность!.. Он поклялся себе, что больше никогда не даст волю злобе, но было уже поздно. Сделанного не воротишь. *** Трое сидели за столом в замке Проппии и ели сендвичи с кофе. – Седрик, твои бутеры замечательные!– искренне восхитилась девушка. – Спасибо, Ашра, я старался,– он подмигнул ей и обратил взгляд на парня, молча жующего бутерброд.– Ты как? Сендвичи не по вкусу? – Что ты, твоя кухня достойна пяти звёзд Мишлена! Просто... Просто даже не знаю, правильно ли я поступил... – Мы же уже это обсуждали,– Ашра стукнула стаканом по столу.– Ты посидишь в Проппии, а этот кот недоделанный посидит, раскается как следует, потом ты придёшь, и будете жить долго и счастливо! И потом, мы же решили, это только на недельку! – Я... Я, Ашра, просто человек наверное такой. Если бы не ты, на такое я бы не решился. Я ведь очень скучаю по Мускату... Совесть меня мучает, ну вот нельзя так! – А избивать тебя до полусмерти можно?! Не гони дурака, он это заслуживает! – Друзья, давайте не ссориться,– Седрик помахал белой салфеткой, словно белым флагом.– Лололошка, уже сегодня ты вернёшься в Поэну, обещаю.