Мой муж решил, что он герой романа!

      – Ну и где этот владыка тьмы? – процедил Шэнь Цинцю в раздражении, прибыв на Цаньцао.       – Господин Ло Бинхэ... и лорд Лю... они опять... повздорили! Наверное, господин Ло почувствовал дурноту. Он... Он упал с меча и... ударился головой, – заикаясь, пытался объяснить адепт пика целителей. В конце концов, не каждый день приходится залечивать раны повелителя демонов! Да и ощутить на себе гнев лорда Цинцзин юноше совсем не хотелось! – Сейчас с ним мастер Му.       Сжав тонкими пальцами переносицу, Шэнь Цинцю с трудом сдержал тревогу. Вот же наказание! Они ведь расстались лишь вчера! Когда Ло Бинхэ успел натворить столько бед?       Войдя в комнату, заклинатель приветствовал лорда Цаньцао, а затем присел на край кровати своего неразумного супруга, с тревогой вглядываясь в бледное лицо.       Нахмурившись, тот скрестил руки на груди и уставился в ответ ледяным, надменным взором. Шэнь Цинцю невольно пробрала дрожь. Однако заклинатель решил, что ученик зол из-за вынужденной разлуки.       – Бинхэ, мы ведь говорили об этом. Разве ты не обещал дождаться моего возвращения? – мягко спросил лорд Цинцзин.       Кривая ухмылка на миг исказила прекрасные черты демона. Так и не дождавшись ответа, лорд Цинцзин поднялся и отвёл прославленного лекаря к окну для важного разговора.       – Шиди Му, что с ним происходит? – забеспокоился Шэнь Цинцю.       Вздохнув, лорд Цаньцао долго смотрел в лицо ученика Цинцзин.       – Его рассудок замутнён. В поединке с шиди Лю он столкнулся с новой техникой, которая вызвала отклонение ци. Боюсь, Ло Бинхэ не помнит кто он. Он путает события настоящего и... несуществующий мир, с которым познакомился в книгах.       Увидев зардевшиеся скулы лорда Цаньцао, Шэнь Цинцю испытал немалое потрясение.       – Каких ещё книгах? – прошептал он, пытаясь совладать с дурным предчувствием.       – «Сожаления Горы Чунь», «Император-тиран и его учитель», «Наказание для шицзуня» или подобные им... Думаю, это не так важно, – опустив глаза, с тайным удовольствием ответил Му Цинфан.       С трудом сглотнув колючий ком, Шэнь Цинцю гневно сверкнул глазами.       – Поверить не могу, шиди Му, ты что, читал их?!       – О... – покраснев, ответил тот. А затем засуетился, отступив. – В любом случае, Ло Бинхэ ничего не угрожает. Однако мне требуется время, чтобы создать необходимый эликсир. Три дня. Думаю, вы можете подождать на пике Цинцзин. Через три дня его воспоминания вернутся.       – Ло Бинхэ ничего не угрожает? – глухо, с недоверием, повторил лорд Цинцзин, наступая на лорда Цаньцао. – А мне, шиди Му... Обо мне ты подумал?       В тот момент, если бы сильные пальцы Ло Бинхэ не стиснули запястье Шэнь Цинцю, заклинатель, возможно, впервые причинил бы вред своему собрату.       – Достаточно, – холодно произнёс демон. – Не желаю оставаться здесь и палочки благовоний.       – Подожди! Я ещё не видел Лю Цингэ! – возмутился Шэнь Цинцю, пытаясь отнять руку. Однако демон, сжав изящный подбородок заклинателя, уставился в его удивительные глаза.       – Учитель, тебе лучше быть послушным и не гневить меня. Иначе этому почтенному придётся тебя наказать.       Видя алые искры, плывущие во тьме зрачков Ло Бинхэ, Шэнь Цинцю внезапно ощутил тянущую, сладкую негу возбуждения в паху.       – Наказать? – прошептал он едва слышно, подыграв. – И как... цзюнь-шан думает это сделать?       Нахмурившись, Ло Бинхэ склонился к губам лорда Цинцзин, накрыв их жадным, страстным поцелуем. За долгие годы совместной жизни мальчишка многому научился. То едва касаясь, то впиваясь голодными укусами, Ло Бинхэ умело возбуждал заклинателя танцующим кончиком языка. Шэнь Цинцю задохнулся, однако, стоило отстраниться, как Ло Бинхэ притянул его обратно, углубив поцелуй.       Вздох вернувшегося в комнату Му Цинфана вернул лорда Цинцзин к реальности. Оттолкнув ученика, он спрятал покрасневшее лицо за распахнувшимся, затрепетавшим веером.       – Да, наверное... Мы можем подождать на пике Цинцзин... Бинхэ! – тут же возмутился он, подхваченный на руки демоном. – А ну отпусти меня!       Но Ло Бинхэ и не думал останавливаться. Закинув лорда Цинцзин на плечо, он поспешил прочь, унося свою драгоценную добычу к землям тьмы.       – Учитель, мой гарем полон, но ты войдёшь в него, как любимый наложник, – уверенно произнёс демон.       – Какой ещё гарем, святые небеса! – простонал Шэнь Цинцю, не в силах сопротивляться. – Тебя что, лихорадит?       Приземлившись у дворца, Ло Бинхэ опустил лорда Цинцзин на землю. Лишь затем, обернувшись, встретился взглядом с недовольным, холодным, словно изваяние из снега и льда, правителем Северной Пустоши.       – Мо-гэ? Ты вовремя, – кивнул повелитель тьмы. Обхватив талию Шэнь Цинцю и притянув его к себе, Ло Бинхэ произнёс: – Отныне Шэнь Цинцю будет моим супругом. И тебе, и шишу Шану следует называть его Хуаньхоу. Как давно ты прибыл?       Промолчав, Мобэй-цзюнь с недоумением взглянул на человека рядом. Однако тот ответил той же растерянностью.       – Хуаньхоу? Разве мы не называли его так последние десять лет? – прошептал Шан Цинхуа. Уголок прекрасных губ северного демона дрогнул в мимолётной улыбке.       – Хм, – ответил он, последовав за Ло Бинхэ во дворец.       Оставив лорда Цинцзин в своих покоях и велев ему не покидать комнат, Ло Бинхэ направился в тронный зал. Закрыв лицо ладонью, Шэнь Цинцю тихо зашипел проклятья.       – Эй-эй, братец Огурец, что это с твоим учеником? – произнёс Шан Цинхуа, проскользнувший в комнату, а затем и за шёлковый полог.       – Ты! – схватив лорда Аньдин за грудки, разозлился Шэнь Цинцю. – Ло Бинхэ начитался этих постыдных книжонок! А потом ударился головой и сейчас... Сейчас думает, что он герой одной из них!       – Пф! Ха-ха-ха! – прыснул со смеху тот. – Шэнь Цинцю и император-тиран?       – Заткнись! – прошипел лорд Цинцзин, уткнувшись в плечо заклинателя. – Это твоя вина! Это же ты... Ты автор половины из этих отвратительных книг!       – Перестань, братец Огурец, – попытался утешить его Шан Цинхуа, таинственно сверкая глазами. – Не так уж они и ужасны. Признай, на самом деле они тебе нравятся.       – Идиот! – разозлился Шэнь Цинцю, оттолкнув заклинателя на подушки и пригрозив. – Когда-нибудь я обязательно подкину одну из них Мобэй-цзюню!       Судорожный вздох лорда Аньдин был единственным ответом.       Оставшись в одиночестве, Шэнь Цинцю не заметил, как задремал. Он так долго уговаривал себя потерпеть, подыграть Ло Бинхэ, что утомился. В конце концов, заклинатель помнил редкие встречи с Бин-гэ и боялся новой подлости от Системы. Не решит ли она превратить героя в этого монстра? Три дня не так уж много. Он не впервой идёт на поводу у Ло Бинхэ, исполняя его прихоти. Это ведь не сложно, да?       Очнулся он поздней ночью, услышав за дверью голос супруга:       – Ты должен выполнять приказ! Не выпускать учителя из комнаты без моего ведома! Не желаю слышать этих глупых оправданий! Какой вздор! Чтобы я боялся гнева Шэнь Цинцю?!       Очевидно, Ло Бинхэ отчитывал стража. Сцепив зубы, лорд Цинцзин готов был напомнить ученику, кто главенствует в доме, однако, так и не поднялся, присев на кровати. Волнения этого дня и долгий стремительный путь из Цзиньланя в Цанцюн сыграли с ним злую шутку – заклинателя мучила дурнота.       Ло Бинхэ, скрестив руки на груди, застыл, возвышаясь ледяным изваянием.       – Как любопытно, ты и впрямь позволил увести себя из Цанцюн? Неужели время, что учитель провёл в моих руках, превратило тебя в похотливое животное?       – Да что ты несёшь? – вспылил заклинатель.       – Хм, – самодовольно усмехнулся демон. – Разумеется, ты не мог не пасть к моим ногам. Все мечтают стать частью моего гарема!       «Система, он тронулся?» – на всякий случай поинтересовался Шэнь Цинцю.       [Отнюдь. Главный герой чувствует себя превосходно. Его баллы крутости достигли отметки в 1000 баллов.]       – Ты... – хотел что-то сказать заклинатель, но Ло Бинхэ, толкнув его в грудь, принялся торопливо стаскивать свои одежды.       Шэнь Цинцю, упав на кровать, с ужасом взглянул на расшитый серебряными драконами балдахин, качнувшийся над головой. Он попытался отползти как можно дальше, крепко сомкнув колени.       – Куда же ты, учитель? – низким голосом с хрипотцой спросил Ло Бинхэ, ухватив его за лодыжку и подтягивая к себе. – Разве я заставлял тебя приходить?       – Убери свои руки! – рявкнул тот, вырываясь. Боги, в голове этого демона всё смешалось? О чём он говорит?!       – Конечно, ты ведь не мог остаться в Цанцюн, – соблазнительно рассмеялся демон, очевидно, ухнув в зловонные воды постыдного сюжета. – Ло держал Цанцюн в осаде триста дней. Насылал на адептов жуткие кошмары, лишал их рассудка, заставляя биться друг с другом! Конечно же, учитель не мог оставить всё как есть!       – Чушь! Когда такое было?! – возразил Шэнь Цинцю, чувствуя, как колотится сердце. – С чего бы я стал кого-то спасать? Или ты забыл, каков этот Шэнь?       – О? – усмехнулся священный демон, откидывая с лица разметавшиеся локоны волос. – Всем порой приходится делать непростой выбор. Ты не мог позволить Юэ Цинъюаню и Лю Цингэ сразиться со мной в очередной раз.       Заклинатель, сверкнув глазами, отполз чуть дальше.       – Да кто бы мог тебе помешать? – возмутился он, задохнувшись – Ло Бинхэ навалился на него, придавив к постели. – Ты ведь пострадал в битве с Лю Цингэ!       – Учитель, что за вздор? Они ведь ранены, – прошептал ученик на ухо заклинателю. – Разве я мог оставить безнаказанными тех, кто посмел возжелать тебя?       Шэнь Цинцю, содрогнувшись, застучал кулаками по широким твёрдым плечам Ло Бинхэ. Да что с ним не так?! Почему этот мальчишка, которого он так долго и упорно воспитывал, вцепился в него, упираясь отвердевшим естеством меж ослабевших ног? В паху вмиг потянуло, разлилось тепло, наполняя тело желанием.       – Что за чушь ты несёшь! – покраснел Шэнь Цинцю, невольно откидывая голову под поцелуями Ло Бинхэ. – Думаешь, этот Шэнь спал с главой Юэ и шиди Лю?       – Ло ещё ребёнком не единожды заставал учителя в объятиях Лю Цингэ! Несложно догадаться, что творилось подобное и на Цюндин, куда Юэ Цинъюань частенько вызывал учителя, – прошептал Ло Бинхэ, прижимая руки Шэнь Цинцю к постели и забираясь под слои шёлка – к драгоценным жемчужинам отвердевших сосков. – Учитель ведь не может противостоять силе. Твоё ядро лишает тебя рассудка, заставляя раздвигать ноги перед тем, кто окажется сильнее.       В голосе ученика слышалась ревность. Шэнь Цинцю, судорожно вздохнув, проклял отклонение ци, постигшее ученика, и фантазию автора. Скрестив ноги за спиной супруга и прижавшись отвердевшей плотью к его окаменевшему члену, он жалел, что их разделяют слои ткани.       Треск шёлковых одеяний, обнаживших изящное, белое тело Шэнь Цинцю, казался оглушительным. Задыхаясь, лорд Цинцзин пытался остановить Ло Бинхэ, но желание ощутить щекочую дрожь, что заставляла его покрываться испариной и заходиться в мучительном наслаждении, оказалось сильней.       – Сегодня ты будешь рыдать и молить меня о пощаде, Шэнь Цинцю, – произнёс Ло Бинхэ, натянув злодейское выражение лица.       Промычав что-то невразумительное, заклинатель обвил шею супруга руками и, притянув его к себе, впился в алые пухлые губы жадным поцелуем. Длинные пальцы демона, белые, изящные, словно выточенные из хотанского нефрита, коснулись подрагивающего колечка мышц меж округлых ягодиц. Шэнь Цинцю в который раз удивился предусмотрительности ученика, ощутив прохладную влагу. Уж не представление ли это? Когда это Ло Бинхэ успел окунуть пальцы в смазку?       Однако стоило тому коснуться маленького узелка в глубине тела, заклинатель лишился самообладания, изогнувшись в полной изящества дуге.       – Бинхэ... Ах!       По телу демона прошла дрожь. Собственное имя, сорвавшееся с припухших губ этого человека, доставило ему особое удовольствие. Решив, что этого мало, Ло Бинхэ склонился к покрасневшему уху лорда Цинцзин.       – Я ведь даровал тебе статус хуаньхоу, разве ты не должен звать меня мужем? – прошептал он, щекоча разгорячённую кожу.       – Боги! Хватит! – всхлипнул тот. – Я больше не могу ждать!       Столько лет, с первой ночи, что связала их алой нитью, Шэнь Цинцю так и не сумел перебороть себя. В глубине души он хранил это сладкое, тёплое слово, но не решался произнести его вслух. Ло Бинхэ не настаивал... Неуверенный в себе, раненный событиями прошлого демон... наверное, он ненавидел себя. Эта мысль, внезапно пришедшая в голову, встревожила Шэнь Цинцю. Обняв супруга, он нежно коснулся его виска губами, а затем едва слышно прошептал:       – Возьми меня, муж.       Застыв, Ло Бинхэ, казалось, не смел вдохнуть. На целое мгновение в комнате воцарилась тишина. А затем, улыбнувшись, ученик крепко сжал тонкую талию супруга. Почувствовав горячую, распалённую плоть, прорвавшуюся в глубину тела, Шэнь Цинцю глухо застонал. Боль и удовольствие, смешавшись, дарили невыносимое наслаждение.       – Бинхэ... Бинхэ! – вскрикивал он, мотая головой. Блестящие длинные волосы чёрным шёлком разметались по простыням. Влажные, припухшие от поцелуев губы алели, а тело, напряжённое, покрывшееся испариной и следами поцелуев, казалось редким сокровищем.       Ло Бинхэ, уткнувшись в плечо заклинателя, излился в глубины его тела.       – Когда учитель... родит дитя, Ло... больше не посмеет тревожить Цанцюн. Тебе стоит постараться и принять... моё семя, – прерывисто произнёс Ло Бинхэ.       Шэнь Цинцю с трудом понимал, что происходит вокруг. Долгий танец дракона и феникса изнурил его. Поэтому, кивнув, он позволил Ло Бинхэ отнести себя к горячему источнику, а затем уложить в постель.       – Если ты будешь послушен, Шэнь Цинцю, я никогда не причиню тебе вреда, – прошептал демон, целуя обнажённое плечо заклинателя. – Ведь ты... дорог мне.       Казалось, Ло Бинхэ выдал чудовищную тайну, что никто не должен был узнать. Судорожно вздохнув и закусив губу, он заключил лорда Цинцзин в объятия, и притворился спящим. Шэнь Цинцю лишь улыбнулся в ответ. А его ученик не безнадёжен! Возможно, он сумеет отыскать путь к исцелению раньше, чем Му Цинфан создаст эликсир...       Проснувшись поутру и открыв глаза, Шэнь Цинцю привычно натолкнулся на взгляд демона. Ло Бинхэ всегда просыпался раньше, а порой и вовсе не смыкал глаз, любуюсь супругом. На мгновение позабыв о произошедшем, заклинатель потянулся к Ло Бинхэ, дабы оставить на его губах лёгкий поцелуй.       Однако тот остановил его, прижав к постели.       – Учитель, тебе ведь и вправду нравится этот Ло, – заявил он таким тоном, что Шэнь Цинцю невольно вспомнил прошлое. Тот день, когда вместо своего нежного и трепетного Бин-мэя обнаружил Бин-гэ. Тот с таким же лицом говорил немыслимые вещи!       – Нравится, – признал лорд Цинцзин неохотно, покраснев и отводя взгляд. – Разве иначе был бы я рядом с тобой столько лет?       Демон хмыкнул в ответ. Довольная улыбка осветила его лицо.       – Тогда... учитель не откажет Ло в маленькой просьбе?       – И что же ты хочешь попросить? – улыбнувшись, произнёс Шэнь Цинцю, заводя шелковистый локон волос ученика за ухо. Нежное прикосновение тонких пальцев лорда Цинцзин к щеке взбудоражило демона. Вклинившись между бёдер заклинателя, он попытался сдержать растущий в груди ком.       Ответ уткнулся в упругие ягодицы Шэнь Цинцю багровой колонной отвердевшей плоти.       – По-подожди, Бинхэ! – вцепившись в запястья ученика, стиснувшего тонкую талию, встревоженно произнёс мужчина. – Я ещё не готов! Ты ведь не хочешь убить меня?! Так держи младшего Ло в узде!       – Всё не так, – прошептал Ло Бинхэ, склоняясь с стройной шее и нежно целуя нервно подскочивший кадык. – С давних пор Ло мучает видение...       Шэнь Цинцю замер, уставившись на шёлковый балдахин расширенными глазами. Нет, только не опять!       – И что же... это? – спросил он, заранее зная ответ.       – В тот день, когда мы попали в руки Скорняка, Ло впервые понял, как ослепительно прекрасен учитель... – произнёс ученик, приподнявшись и нависнув над заклинателем. От нахлынувших воспоминаний налившийся желанием, потяжелевший член демона дрогнул. По телу лорда Цинцзин пробежала ответная дрожь, заставив плотно сжаться бутон розовой хризантемы в расселине меж округлых ягодиц. Нахмурившись, Шэнь Цинцю едва сдержал судорожный вздох.       – Тогда учитель поневоле залился румянцем, стыдливо пряча взгляд. Твоё обнажённое тело красными отметинами прорезало тонкое и прочное вервие бессмертных, а иссиня-чёрные волосы разметались по плечам в бессильной попытке скрыть наготу... С тех самых пор Ло просыпался в неуёмной жажде каждую ночь...       Лицо Ло Бинхэ внезапно обрело выражение самодовольства и надменного превосходства. Полыхнувшие алым глаза пугали. Казалось, Шэнь Цинцю утонет в них, заблудится, пропадёт. Влажные губы заклинателя приоткрылись в участившемся дыхании. Он не смел упустить ни единого слова.       – С наступлением ночи Ло ложился в постель без сна, беспокойно ворочаясь. Меня мучил образ лорда Цинцзин. А зная, что учитель находится так близко, я и вовсе не мог найти покоя. Ведь только ширма и шёлковый занавес разделяли нас! Воспоминания о заботе и внимании, которыми ты обогрел этого ученика, позволив ему остаться в Бамбуковой Хижине, стояли перед глазами, словно огнём жгли грудь, разгораясь всё жарче...       Шэнь Цинцю онемел. Он не нашёл в себе сил остановить поток слов. Однако на лице Ло Бинхэ не дрогнул ни единый мускул. Наслаждаясь оцепенением наставника, он продолжил:       — Не вынеся обжигающего желания, Ло, забравшись в кровать учителя, запустил руку под тонкую ткань нижних одежд. Кожа под ней была шелковистой и нежной, тело — тугим и упругим. Поддавшись застивший рассудок жажде, Ло рывком разорвал пояс одежд.       При этих словах Шэнь Цинцю невольно сглотнул. Вчера Ло Бинхэ и впрямь изорвал его одежды. Они и сейчас лежали на полу грудой шёлка. По коже невольно поползли мурашки.       Ло Бинхэ устремил на него серьёзный, торжествующий взгляд.       — В ночь, когда перебрался из дровяного сарая, этот ученик утратил невинность. Пылающий в крови огонь желаний и взметнувшееся к небесам пламя страсти вынудили меня пробраться в опочивальню скованного узами кошмара учителя. Всю ночь Ло одаривал тебя любовными ласками. А поутру краснел от каждого взгляда. Ведь учитель так и не понял, почему его тело покрывают следы любовных утех, а поясница так ноет...       Но ведь Ло Бинхэ тогда едва стукнуло пятнадцать! Верх бесстыдства! Больше не в силах выносить подобных мучений, заклинатель выгнулся в попытке выбраться из крепких рук.       – Ло Бинхэ... Ло Бинхэ, хватит нести этот вздор! – закричал он, грозно сверкая глазами. – Да позволь ты себе подобное поведение, этот учитель мог бы поручиться за то, что ты не пережил бы ту ночь!       – Ох, учитель ведь не знал об этом? – хрипловато, соблазнительно рассмеялся Ло Бинхэ, склоняясь для страстного поцелуя. – Тебе непросто признать правду. Или учитель решил, что тогда его посетил шишу Лю?       Настроение демона вмиг испортилось от этой мысли. Заклинатель застонал от досады, закусив губу.       – Это всё ложь! В ту ночь мне пришлось искать тебя по всему пику Цинцзин! Дрожа от смущения, ты сбежал из Бамбуковой Хижины и бросился с головой в ледяные воды пруда! Я тащил тебя назад на руках, пока дева Ло краснела от смущения!       – Учитель тот ещё лгун, – рассмеялся Ло Бинхэ. – Как такое могло случиться? Зачем бы Ло стал сбегать, если больше всего в жизни жаждал обладать тобой?       Шэнь Цинцю, задохнувшись от гнева, не нашёлся с ответом.       – Я приложил столько сил, чтобы отыскать и пленить тебя! Но теперь, когда учитель в моих руках, тебе придётся исполнять мои желания!       – И чего ты там желаешь? – недовольно спросил лорд Цинцзин, молясь, чтобы это не был очередной сюжет с хризантемовым вином.       – Хочу видеть, как учитель, изнемогая от бессилия и беспомощности, наслаждается битвой на шёлковых простынях.       Да разве не это происходит каждую ночь?! Стоит младшему Ло пройтись по заветному узелку в глубине его тела и Шэнь Цинцю теряет рассудок, утопая в наслаждении, то и дело изливаясь горячим семенем!       – На этот раз я свяжу тебя, – дрогнувшим от восторга голосом произнёс Ло Бинхэ, целуя припухшие соски возлюбленного. Его пальцы переплелись с тонкими пальцами Шэнь Цинцю, удерживая лорда Цинцзин от безрассудного гнева.       – Свяжешь? – прошипел тот, невольно проклиная Шан Цинхуа. – Что ещё ты придумал?! ***       Чихнув, Шан Цинхуа взглянул на глянцевый блеск туши в чернильном камне. Его глаза горели безумием, а тихие смешки и бормотание, срывающиеся с губ, могли бы напугать и демона.       – Непревзойденный Огурец в мире БДСМ, гы-ы! – прошептал он едва слышно, обмакивая кисть в тушь.       – Что ты там бубнишь? – раздался ледяной голос Мобэй-цзюня. – Что такое БДСМ?       Распахнув глаза, Шан Цинхуа в испуге открыл рот, придумывая ложь. Почему он спросил только об этом? «Непревзойдённый Огурец» его не смутил?!       – Ах-ха-ха, – нервно рассмеялся заклинатель. – Шан... Шан сказал Бэйдоу... Бэйдоу сам... последовал за вашим величеством во дворец Цзюнь-шана. Кажется, я видел его сквозь распахнутое окно!       – Хм? – ответил Мобэй-цзюнь в недоумении.       Величественное имя Бэйдоу носил любимый питомец правителя Северной Пустоши. Снежный волк, демонический зверь девятого уровня, пугал Шан Цинхуа так, что заклинатель падал замертво, завидев его даже издали. Но сейчас Мобэй-цзюнь не видел и тени страха. Лорд Аньдин, очевидно, лгал. Бросив быстрый взгляд на ровные ряды иероглифов, он решил сделать вид, что поверил. Позже стоит взглянуть, что выдумал этот презренный человек. Далеко не все его идеи были противны демону.       От мысли о том, как трепещущее, влажное кольцо мышц сжимает его, заключая в обжигающем плену бьющегося в агонии наслаждения тела, Мобэй-цзюнь почувствовал жажду особого рода. Однако не спешил воплотить желания в жизнь. Сейчас голова лорда Аньдин забита иным. Стоит немного подождать.       – Значит, Бэйдоу здесь? – тихо спросил демон, вовсе не чувствуя присутствия зверя. – Мне стоит его отыскать.       Застыв, Шан Цинхуа вскинул изумлённый взгляд на Мобэй-цзюня. Поверил?! Раньше правитель Северной Пустоши безжалостно разоблачал малейшую ложь. Почему же сейчас... С трудом протолкнув колючий ком, заклинатель вернулся к работе. После того, как Мобэй-цзюнь спас его от жестокости Линьгуан-цзюня, наказания за провинности заканчивались под шёлковым балдахином. А против этого лорд Аньдин ничего не имел.       Покраснев, он продолжил сочинять новую историю... ***       Увидев в руках ученика вервие бессмертных, Шэнь Цинцю на мгновение онемел. Казалось, языки пламени враз обдали кожу. Вскочив, он отпрянул прочь, призывая меч. Сюя вмиг отозвался на печать.       – А ну стой! – грозно одёрнул ученика Шэнь Цинцю. Страх вмиг заставил вспомнить непотребство, что Ло Бинхэ любил читать лорду Цинцзин вслух. Неужели и впрямь придётся играть роль Шэнь Цинцю из постыдных книжонок?! – Разве в Водной тюрьме ты не делал нечто подобное?       Опустив голову, демон задумчиво смотрел на алое вервие в своих руках.       – В самом деле, – согласился Ло Бинхэ. – Отчего же я чувствую, словно что-то упустил? Учитель, что же тогда произошло? Этот Ло был не в себе и плохо помнит события той ночи.       Бессильно рухнув на кровать, Шэнь Цинцю скрипнул зубами. Он должен об этом говорить?! Может быть, ему стоило выучить эту проклятую писанину наизусть?!       – Как ты мог позабыть? – закрыв ладонями лицо, произнёс заклинатель. Лишь ценой неимоверных усилий он ступил на путь сделки с совестью.       И тут раздался сигнал оповещения. Он полнился странными виньетками и алыми сердцами.       [Новая миссия: помогите Ло Бинхэ вспомнить и пережить сюжет «Сожалений горы Чунь» и «Песни Бинцю». Награда за успешное достижение цели – открытие арки «Всемогущий Повелитель», которая избавит главного героя, а заодно и вас, от врагов.]       «Я могу отказаться?» – настойчиво спросил Шэнь Цинцю.       [Если собираетесь вновь встретиться лицом к лицу с Бин-гэ. Ведь сейчас рассудок главного героя повреждён. Кто знает, какую роль он вздумает играть в следующее мгновение!]       Да эта Система и Самолёт, Стреляющий в Небеса, заодно?!       «И как я должен сделать это?! Мужская беременность тебя не смущает?!» – не на шутку рассердился лорд Цинцзин.       Разумеется, кнопка отказа от миссии не работала. Дрожа от гнева, Шэнь Цинцю взглянул на ученика.       – Бинхэ, ты... Как ты мог забыть время, что мы провели в Водной тюрьме? – хрипло спросил заклинатель, словно кто-то сжимал его горло.       – Забыл и забыл, – ухмыльнулся ученик, сверкнув глазами. – Разве не можем мы всё повторить?       – Катись в Диюй! – рявкнул Шэнь Цинцю, порядком встревоженный изменениями. Что, если перед ним вовсе и не Ло Бинхэ, а то чудовище из оригинального романа?!       – Учитель, в этот раз ученик не будет так жесток. Видя, как отчаянно ты рыдаешь... Моё сердце разорвётся от тоски! – приблизившись, демон уставился на лорда Цинцзин блестящими обсидиановыми глазами.       Это было убедительно. Похоже, Система бессильна изменить настоящего главного героя. Выдохнув, Шэнь Цинцю выпустил меч из рук. Обняв ученика, он нежно коснулся его высокого лба поцелуем.       – Что же, раз ты так хочешь меня связать, тебе придётся быть очень осторожным.       Радостно сжав тонкую талию супруга, Ло Бинхэ улыбнулся. В висках заклинателя взорвались ослепительные вспышки, настолько соблазнительным и прекрасным было выражение лица ученика. Не удержавшись, Шэнь Цинцю прильнул к его губам, жадно покусывая сочный влажный плод.       В трепетном свете горящих свечей лоб Ло Бинхэ разгладился. Суровая морщинка на хотанском нефрите исчезла под нежной, страстной лаской. Занавеси упали, развеваемые весенним ветром, скрыв ослеплённых страстью мужчин.       – Учитель, – прошептал Ло Бинхэ, целуя его всё ниже. – Расскажи, что между нами случилось в Водной тюрьме.       Закусив губу, Шэнь Цинцю изогнулся навстречу тёплым, жадным, дразнящим губам ученика. Каждая мышца тела напряглась в мучительном желании.       – Бинхэ... Бинхэ! – умолял он, не в силах унять дрожь. Отвердевшее естество налилось болезненной тяжестью, порозовев.       – М? – ответил ученик, осторожно касаясь влажной головки. – Тогда... мог ли учитель подумать о том, что происходит сейчас? Я помню белизну твоего обнажённого тела, стянутого вервием бессмертных; как алела плотно сомкнувшаяся плоть, не пропуская меня в глубину. Такой влажный и горячий внутри... Обессиленный, ты рыдал от наслаждения и боли, просил остановиться, но сам сжимал меня крепче и двигался навстречу...       Дрожа, Шэнь Цинцю хотел бы прийти в себя и влепить пощёчину этому дерзкому ублюдку, но осторожные движения пальца, дразнящие дырочку уретры, лишали его рассудка.       – Я мог бы съесть тебя, учитель, – прошептал Ло Бинхэ, целуя истекающую смазкой головку.       Рывком приподнявшись, он ловко перевернул и прижал лорда Цинцзин к постели, стягивая вервием Бессмертных изящные руки. Шэнь Цинцю, оглушённый мимолётной лаской, такой горячей, что, казалось, пронзила тело от макушки до кончиков пальцев, больше не сопротивлялся. Он никогда не позволял Ло Бинхэ подобных ласк, а этот щенок был слишком послушен, чтобы возражать. С каждым годом он всё больше попадал под власть Шэнь Цинцю, боясь причинить ему боль. Обиженно запирался в комнатах огромного дворца на отказ от битв на шёлковых простынях. То, что происходило сейчас, казалось волнующим приключением. Шэнь Цинцю не испытывал такого долгие годы.       Алые путы стянули руки за спиной. Немного неловко, но безболезненно. Повернув заклинателя лицом к себе, ученик принялся связывать ноги, согнутые в коленях, притягивая лодыжки к бёдрам.       – За столько лет учитель испытал многое, – тихо произнёс Ло Бинхэ, усаживая связанного Шэнь Цинцю на свой живот. Тугие мышцы торса, белая кожа, гладкая и шелковистая, по которой стекали сияющие капельки пота, щекоча и дразня; розовеющая плоть – величественно вздымающийся, истекающий влагой столп, подрагивающий от желания; стройная шея и алеющие закушенные губы лишили бы самобладания и божество. Вздохнув, Ло Бинхэ впился в алый плод губ глубоким, жадным поцелуем. Тонкие пальцы стиснули упругие полусферы ягодиц заклинателя, раскрывая сердцевину розового кольца мышц. Стоило коснуться и Шэнь Цинцю глухо застонал, но звук тут же был проглочен жадным демоном. Пальцы, проникнув в глубины тела, ощупывали каждый цунь, отчего заклинатель то и дело содрогался – волны щекочущей дрожи пронизывали острым наслаждением. Вервия, сдерживая, добавляли возбуждения. Лорд Цинцзин не мог оттолкнуть ученика, ласкавшего отвердевшие соски, не мог укрыть покрасневшее лицо за ладонями. В неудобной позе, без возможности удержаться, ему пришлось во всем довериться голодному, изнывающему от желания демону. Мысли вспыхивали и гасли, тонули в волнах накатывающего желания. Ло Бинхэ не касался его отвердевшей плоти, но Шэнь Цинцю чувствовал, что готов излить вязкое семя, поддавшись ласке длинных пальцев, которые поглаживали маленький узелок внутри.       Зарумянившись, заклинатель откинул голову, глотая воздух. Приоткрытые влажные губы больше не сдерживали тихих стонов, которыми Ло Бинхэ так гордился в первые годы их совместной жизни. Ослепительно яркие глаза под сенью опустившихся, подрагивающих ресниц, наполнились истомой. Юркие струйки пота, сияющее, покрытое испариной тело казалось драгоценным сокровищем. И Ло Бинхэ не смел обращаться с ним иначе, действуя мягко и осторожно. Даже сквозь безумие ученик помнил запрет Шэнь Цинцю и не смел применить знания о собственной крови.       – Три пальца, учитель, – страстно прошептал Ло Бинхэ, покусывая алую ушную раковину. – Этого достаточно, чтобы я мог войти.       Даже за долгие годы Шэнь Цинцю не сумел смириться со своей ролью. Покраснев, он лишь кивнул в ответ.       Подхватив связанного, обездвиженного заклинателя под ягодицы, Ло Бинхэ уткнулся широкой головкой в податливое кольцо мышц и толкнулся в глубину. Ахнув, Шэнь Цинцю склонился к супругу, боясь опрокинуться навзничь.       – Бинхэ, эта поза... Слишком глубоко! – простонал лорд Цинцзин. В прошлом они сливались в танце дракона и феникса вот так, сидя лицом к лицу, лишь раз. Тогда демон, начитавшись постыдных книг, влил в него целый кувшин вина. Опьяневший лорд Цинцзин с трудом понимал, что происходит... но стоило Ло Бинхэ подхватить его на руки и отправиться на прогулку по комнате, Шэнь Цинцю вмиг очнулся!       Сейчас, чувствуя, как огромный столп багровой плоти пронзает его тело, выступая бугорком над ямкой пупка, как безжалостно терзает чувствительное местечко в глубине, заклинатель задыхался. Горячее семя оросило тугие мышцы живота. Содрогаясь, Шэнь Цинцю взглянул в лицо ученика, потянулся к его губам, позволяя чудовищному орудию из плоти и крови продолжить атаку. Стиснув изящного супруга, Ло Бинхэ больше не сдерживался, вбиваясь в тело возлюбленного. Мягкие, влажные, горячие стенки то охватывало жаром, то обдавало прохладой. Щекочущая дрожь сотрясала тело Шэнь Цинцю, заставляя его мотать головой и стонать. Разметавшиеся волосы рассыпались по плечам, прилипли к влажным губам и мокрым от слёз наслаждения скулам. Скользкие от пота и семени тела сплелись в единое целое, наполняя ночь ароматом цератонии и возбуждающим, волнующим шёпотом.       – Бинхэ, ах!       – Учитель... Учитель, я сейчас... Про-держись ещё... немного!       Лицо Ло Бинхэ заалело, такое ослепительное и соблазнительное. Припухшие от жадных поцелуев Шэнь Цинцю губы покраснели, влажные, приоткрывшиеся в частом дыхании.       – Быстрее, Бинхэ! А-ах!       Опрокинув заклинателя на кровать, демон и впрямь увеличил темп, наполнив комнату неприличным хлюпаньем. Соски Шэнь Цинцю подверглись немалому испытанию. Отвердевшие, припухшие бусинки покраснели от долгих ласк. Заклинателю пришлось признать, что это и впрямь весьма приятно. А ведь раньше он всегда отталкивал супруга, смущаясь от подобных ласк.       Чувствуя, как податливые стенки нутра сжимают плоть, Ло Бинхэ не мог сдержать волну наслаждения. Стискивая супруга в крепких объятиях, демон, дрожа, излился в глубины разгорячённого страстью тела.       Шэнь Цинцю устало прикрыл глаза. Подобные сражения выматывали его. Сейчас лорд Цинцзин не в силах был сказать и слова.       Отдышавшись, Ло Бинхэ осторожно распустил узлы вервия бессмертных, покрывая алые следы нежными, лёгкими поцелуями. От такой ласки дрожь волнами пронизывала тело, собираясь на макушке. Приятная и возбуждающая, она заставила Шэнь Цинцю издать череду рваных вздохов.       Ло Бинхэ замер, пристально глядя в лицо супруга. Следы на изящных руках наполняли душу демона восторгом. Ведь он и впрямь считал, что Шэнь Цинцю заслуживает наказания за прошлое. Но в глубине ворочалось беспокойство.       – Ло был неосторожен, – виновато прошептал ученик, целуя руки наставника. – Затянул слишком сильно... Ло... Отнесёт учителя к горячему источнику.       – Хм... – согласился Шэнь Цинцю, не желая двигаться.       Только бы этот обезумевший демон не вспомнил про утехи и там...       – Нет... Бинхэ, – встрепенулся лорд Цинцзин, решив, что едва ли переживёт ещё одно сражение. – Приготовь целебную ванну. Сегодня мне требуется... особая забота.       Склонившись к лицу супруга, Ло Бинхэ долго смотрел на медленно краснеющее лицо со странной улыбкой.       – Учитель, неужели ты не желаешь избавляться от семени? Хочешь зачать от меня дитя? – наконец, спросил этот свихнувшийся главный герой.       Застонав от досады, Шэнь Цинцю закрыл лицо руками. Святые небеса, да как он до этого додумался?!       – Ло Бинхэ! – в бешенстве процедил заклинатель сквозь зубы.       В ответ ученик нежно коснулся губами дрожащих рук и рассмеялся. Смотреть на то, как смущается Шэнь Цинцю оказалось особым удовольствием. Если бы только учитель не уставал так быстро! Ло Бинхэ мог бы продолжать ласкать его ночь напролет! Закусив губу, демон подумал о кровяных паразитах, что теснились в жилах Шэнь Цинцю. Подняв руку, он собирался было пробудить их. Ах, как любопытно взглянуть на обезумевшего от страсти учителя! Но... Словно наткнувшись на суровый запрет, так и не решился на это. Недовольный собственной слабостью, владыка тьмы поспешил в комнату омовений.       Шэнь Цинцю никуда не сбежит! Сегодня этот Ло позаботится о нём, а завтра... учитель испытает ещё большее унижение, содрогаясь и крича от наслаждения!       Пугающая улыбка на мгновение превратила лицо ученика в маску жесткого чудовища. С тихим смехом он влил целебный эликсир в лохань с горячей водой. А затем, вернувшись, подхватил сонного лорда Цинцзин на руки...       Открыв глаза поутру, Шэнь Цинцю растерялся, не обнаружив пристального взгляда Ло Бинхэ. Уткнувшись в грудь заклинателя, ученик дрожал, словно в лихорадке.       – Бинхэ, что случилось?! – испугался заклинатель, пытаясь подняться. Однако не сумел выбраться из железного кольца рук. В ответ Ло Бинхэ виновато взглянул в лицо наставника. Обсидиановые глаза ученика были полны слёз.       С ужасом оглядев алеющие следы на руках лорда Цинцзин, он с трудом сглотнул.       – Учитель, это сделал Ло?       Севший голос и странно прозвучавший вопрос невольно вернули Шэнь Цинцю к первой ночи. Тогда он испытал все муки загробного мира, раздираемый членом Ло Бинхэ на части! С тех пор ученик никогда не позволял себе подобного. Значит, он пришёл в себя? Ох... Убедить Ло Бинхэ в том, что ничего страшного не случилось, будет совсем непросто! Этот мальчишка так неуверен в себе, что... готов причинить себе вред во имя искупления вины.       – И о чём это ты подумал? – насмешливо спросил Шэнь Цинцю, притягивая Ло Бинхэ к себе и нежно целуя его дрожащие, солёные от слёз губы. – Думаешь, обезумев, всю ночь свирепствовал, пытая меня?       – Учитель... Учитель! – прошептал Ло Бинхэ, не скрывая страха. Его растерянный взгляд пробудил в душе Шэнь Цинцю тихую нежность. Присев, он обнял ученика, поглаживая его по спине.       – Это было совсем не плохо, – прошептал лорд Цинцзин, невольно краснея. Да если бы этот главный герой не рыдал на его плече, словно девица, он бы никогда не произнёс подобных слов!       – Учитель должен меня наказать! – внезапно прошептал Ло Бинхэ, сжав плечи заклинателя и глядя в его лицо безумными глазами.       – Ты что, навещал Мобэй-цзюня? – с подозрением спросил лорд Цинцзин, холодея от мысли о том, что... этот Самолёт, Стреляющий в Небеса мог подкинуть его очаровательном ученику несколько идей. Ло Бинхэ нездоров. Система права, мало ли кем он решит стать в следующее мгновение!       – Нет, – разочарованно вздохнул демон. – Мобэй заперся наедине с шишу Шаном. И судя по звукам, что сотрясают его покои, лорду Аньдин приходится нелегко.       Шэнь Цинцю замолчал, сверля ученика взглядом. В голосе этого негодника послышалась очевидная зависть!       – И что не так? – спросил заклинатель, заправляя локон волос Ло Бинхэ за ухо. Кажется, смена темы помогла избавить супруга от вины. – Разве мы недостаточно часто остаёмся наедине?       Встрепенувшись, Ло Бинхэ навис над супругом.       – Учитель так нежен и хрупок. Этот Ло тревожится, что битвы на шёлковых простынях утомят тебя.       Шэнь Цинцю замер. Воспоминания Ло Бинхэ о том, что произошло много лет назад на Майгу, застил туман безумия. Перед глазами всё ещё стояло ужасное зрелище рек крови, которые он породил своим варварством. С тех пор ученик никогда не переступал черту! Преданность и безграничная любовь, сияющая в глазах Ло Бинхэ, покорили Шэнь Цинцю. Каждый раз, видя румянец на щеках ученика, лорд Цинцзин не мог удержаться от того, чтобы пощекотать его подбородок. В глубине души заклинатель всё ещё бережно хранил воспоминания о том очаровательном ребёнке, которым в юные годы был Ло Бинхэ. Может быть это и заставляло Шэнь Цинцю исполнять любой каприз ученика.       Смятение в душе Ло Бинхэ, стыд и его неуверенность в себе будили в сердце наставника тревогу и нежность. Единой жалобы хватило для того, чтобы лорд Цинцзин почувствовал себя виноватым. Неужели он и впрямь проводит рядом с супругом недостаточно времени?       Вспомнив, как этот мальчишка не единожды лишался чувств, прежде чем сделать предложение о браке, Шэнь Цинцю и вовсе растрогался. Столько лет Ло Бинхэ преследовал лорда Цинцзин, одержимый любовью, а тогда едва сумел произнести несколько слов, обнажив душевные раны.       Обняв супруга, заклинатель коснулся поцелуем его лба. Тот лишь вздохнул в ответ. За годы совместной жизни он хорошо изучил характер Шэнь Цинцю и ждал иного – гневной вспышки, возражений! Нежность удивила Ло Бинхэ. Прильнув к лорду Цинцзин, он уткнулся в родное плечо, вдыхая любимый аромат.       – Давай отправимся в путешествие, Бинхэ, – тихо произнёс Шэнь Цинцю. – Только мы вдвоём. Как только шиди Му приготовит для тебя эликсир... поедем к морю?       – Учитель... вы... – неуверенно начал Ло Бинхэ, но так и не осмелился ничего сказать. Зная характер собственного ученика, Шэнь Цинцю уверился, что вопрос представлял огромную важность.       – Если тебя что-то беспокоит, не держи это в себе. Этот Шэнь на твоей стороне. Или тебя гнетёт сомнение?       Затаив дыхание, Ло Бинхэ стиснул объятия крепче. Шэнь Цинцю округлил глаза, чувствуя влагу на плече. Плачет? Что на этот раз огорчило главного героя?       – Бинхэ? – встревоженно позвал лорд Цинцзин, поглаживая ученика по спине.       – Учитель, – глухо ответил тот, не поднимая головы. – Учитель и впрямь остался с этим Ло по собственной воле?       – А ты неплохо притворялся, – поневоле рассмеялся Шэнь Цинцю. – Неужто всё это ради того, чтобы отыскать ответ на этот вопрос? Бинхэ, ты ведь всегда мог спросить. Или рассудил, что этот учитель обманет тебя?       Вскинув голову, Ло Бинхэ взглянул в лицо наставника. Мокрые ресницы и чуть припухшие влажные губы будили в сердце лорда Цинцзин воспоминания о прошлом. В этом владыке тьмы осталось детское очарование. Потрепав ученика по макушке, Шэнь Цинцю мягко улыбнулся.       – Но учитель ведь и сейчас не дал мне ответа, – ответил ученик, нахмурившись.       – Ох, – вздохнул заклинатель, неловко рассмеявшись. – Так ты всерьёз? Не думал, что когда-то мне придётся говорить о подобном.       Ло Бинхэ молчал. Взгляд обсидиановых глаз пронзал сердце заклинателя насквозь, пробуждая воспоминания о бедах этого дитя.       – Так ты всерьёз решил, что этот Шэнь остался рядом с тобой ради спасения мира? Как ты вообще пришёл к подобной мысли? Если бы у меня не было к тебе чувств, думаешь, я бы не сумел сбежать?       [Конечно, нет! (￣ヘ￣)] – поспешила возмутиться Система.       – Зачем бы тогда мне оставаться здесь? – продолжил заклинатель, мысленно показав в ответ средний палец.       Черты лица Ло Бинхэ на мгновение исказились, словно у капризничающего ребёнка. Опустив голову, он уткнулся в изгиб шеи Шэнь Цинцю, прижался дрогнувшими губами к горячей, солоноватой коже. Конечно же, демон помнил, как искусен в этом лорд Цинцзин! Его чары сокрытия воистину непревзойдённы! В прошлом он оставил Ло Бинхэ и сбежал, словно цикада, сбросившая золотую кожицу! Подумав об этом, повелитель тьмы содрогнулся от ужаса.       – Учитель... этот ученик никогда не желал вам зла! Я сделаю всё, чтобы учитель никогда не жалел о том, что остался рядом со мной и никогда... Никогда не думал о побеге!       – Да что за вздор? – возмутился Шэнь Цинцю. – Разве не этому учителю приходится искать тебя, стоит нам немного повздорить? Бинхэ, разве я хотя бы раз... Ох!       Стиснутый железными объятиями, Шэнь Цинцю задохнулся.       – Учитель, никогда не оставляй этого Ло, – прошептал Ло Бинхэ, щекоча нежную кожу. – И я сделаю всё, чтобы учитель был счастлив рядом со мной!       – Бинхэ, ты меня раздавишь! – ответил тот, попытавшись выбраться из кольца рук. – Может быть, этот Шэнь приготовит тебе что-нибудь, доказав свою заботу?       Ло Бинхэ вздрогнул. Конечно же, он выпил бы и яд, приготовь его Шэнь Цинцю, однако сейчас, ослабленный отклонением ци, решил повременить. К несчастью, лорд Цинцзин обладал редким талантом превращать в орудие убийства любое блюдо...       – Учитель утомлён, – возразил Ло Бинхэ, странным тоном. – Вам стоит отдохнуть. Этот ученик обо всём позаботится. Вы... Когда вы хотите отправиться в Цанцюн? Эликсир ведь будет готов завтра? Зачем же нам... спешить?       Уловив в голосе супруга напряжение, лорд Цинцзин кивнул. Спорить бессмысленно. Он не хотел заставлять это раненое дитя страдать.       – Раз тебе уже лучше, мы можем повременить...       Шэнь Цинцю не заметил странного блеска обсидиановых глаз. Ло Бинхэ отправился готовить, оставив заклинателя нежиться в тёплой постели. Перекатившись на сторону супруга, лорд Цинцзин обнял его подушку, вдыхая аромат супруга. Тонкие пальцы наткнулись на шёлковый свиток.       Нахмурившись, лорд Цинцзин достал таинственный предмет из-под подушки. Присев, он развернул золотистую бумагу и принялся читать, краснея всё сильней.       – Самолёт... Да ты совсем от жизни устал?! – завопил заклинатель, переполошив стражей у двери покоев. Завернувшись в верхний халат, Шэнь Цинцю, не обув сапог, но крепко сжав свиток, бросился к покоям правителя Северной Пустоши. Никто не смел остановить разгневанного лорда Цинцзин...       Шан Цинхуа, дрожа, не мог оторвать взгляда от своего повелителя. Нависнув над заклинателем, тот склонялся всё ниже, собираясь поцеловать супруга, когда раздался оглушительный стук. Скрипнув зубами, Мобэй-цзюнь, поднявшись, распахнул дверь. Демону не терпелось увидеть дерзнувшего побеспокоить его в такой момент!       – Хм? – удивился он, взглянув на полураздетого, всклокоченного, разъярённого, словно лютый зверь, Шэнь Цинцю.       – Шан Цинхуа! Будешь и дальше притворяться мёртвым?! – рявкнул заклинатель, отодвигая ледяную глыбу со своего пути и врываясь в комнату. – Ты всерьёз это написал?!       В ответ из-под шёлкового балдахина донёсся тихий вздох.       Повернувшись и дрожа от гнева, лорд Цинцзин вручил свиток правителю Северной Пустоши.       – Внимательней прочтите написанное, – велел он, сурово глядя в глаза синего льда. – Супругу вашего величества, очевидно, не хватает внимания!       С грохотом захлопнув дверь, Шэнь Цинцю вернулся в свои покои. Нужно немедленно отыскать Ло Бинхэ! Святые небеса, только бы он не успел прочесть эти дурные фантазии!       – Бинхэ! – позвал он, боясь чудовищной картины. Проклятый свиток содержал БДСМ-сцену, где юный ученик становился жертвой своего жестокого учителя! На самом деле, Шэнь Цинцю не был уверен, что эта писанина и впрямь принадлежит кисти лорда Аньдин. Это страх застил глаза! Да и как тут не испугаться, если Ло Бинхэ и так подвергает себя истязаниям! Воспоминания о том, как ученик страдал пять лет в разлуке, бережно охраняя тело этого Шэня от разложения; о том, как в своих снах он уничтожал собственные воспоминания; о том, как подвергался издевательствам в юности... наводили ужас! Ло Бинхэ – не жертва! И этот Шэнь не позволит ему даже думать о подобном!       – Учитель, что случилось? – растерянно спросил тот, появившись рядом. – Учитель... гулял по дворцу в таком виде? И куда же вы ходили?       Пропустив вопросы демона мимо ушей, Шэнь Цинцю сжал лицо ученика в ладонях.       – Свиток, что ты держал под подушкой... Ты читал его?!       Шэнь Цинцю всерьёз беспокоила болезнь Ло Бинхэ. Невинная с виду игра внезапно показалась истинным бедствием.       Поцеловав ладонь наставника, ученик заключил лорда Цинцзин в объятия.       – Почему учитель так испуган? Ло и впрямь прочёл его и даже испытал некое удовольствие, представив...       – Да что ты несёшь?! – оборвал его Шэнь Цинцю. – Разве ты недостаточно страдал?       – Учитель, – прошептал Ло Бинхэ с улыбкой, – вы можете делать с этим Ло всё, что пожелаете. Я приму и ласку, и наказание.       – Вот как? – гневно сверкнул глазами Шэнь Цинцю. – Тогда мы отправимся в Цанцюн немедленно!       Округлив глаза, Ло Бинхэ молчал, не в силах отыскать нужные слова.       – Бинхэ... Послушай меня... Этот Шэнь тревожится о тебе, – смягчился лорд Цинцзин, заметив влажный блеск глаз. – Невыносимо, если отклонение ци заставит тебя вести себя так, как ты того не желаешь. Это может причинить тебе боль, ранить твоё сердце!       Ло Бинхэ застыл, не смея сделать и вдоха. Словно небо раскололось над головой, пролив на голову демона своё благословение – слова окутали теплом, разбивая сомнения прошлого. Горькие мысли; страшные сны, которые Ло Бинхэ не желал забывать, внезапно показались нелепыми и смешными.       Шэнь Цинцю любит этого Ло!       Учитель так тревожится о нём, чего же ещё этот демон мог бы пожелать? Заключив супруга в объятия, Ло Бинхэ закружился по комнате.       – Бинхэ, да что с тобой такое?! – завопил Шэнь Цинцю.       – Учитель... Учитель! – рассмеялся тот в ответ. – Учитель, этот Ло так счастлив, словно вы вновь согласились стать моим супругом!       Онемев, заклинатель так и не сумел понять, что именно так обрадовало Ло Бинхэ. Очевидно, его слова задели некую струну в душе демона. Да так, что Система разразилась оповещением:       [Миссия выполнена! Награда 1000 баллов! Арка «Вмемогущий Повелитель» успешно открыта! Желаю удачи в её прохождении!]       «Так он... здоров?» – осторожно спросил Шэнь Цинцю, однако, ответа не получил.       – Учитель прав, нам стоит навестить шишу Му немедленно, – улыбаясь, произнёс Ло Бинхэ. – Может быть, этому Ло и не нужен никакой эликсир. Тогда... Тогда мы отправимся в путешествие... быстрее!       Испытав немалое облегчение, Шэнь Цинцю кивнул. Боги, он и не думал, что эта миссия окажется так тяжела! Обняв супруга, заклинатель нежно коснулся его губ.       – Я рад, что ты вернулся, Бинхэ, – прошептал он с нежностью. – Эти дни... оказались немалым испытанием.       – Я больше никогда... не позволю этому случиться, – ответил тот. – Не хочу, чтобы учитель так тревожился обо мне!       – Что за вздор? – покраснев, внезапно спросил Шэнь Цинцю. Пересилив себя, он всё же приоткрыл пересохшие губы и произнёс: – Пока этот Шэнь любит тебя, он будет тревожится за своего мужа.       Святые небеса, ещё пять лет назад Шэнь Цинцю не заставил бы себя вымолвить подобное, даже с ножом у горла! Но теперь, испугавшись за свободу и волю ученика, смог произнести признание без внутреннего сопротивления.       Ло Бинхэ склонился к супругу — его глаза излучали только любовь и нежность. Сцена, прекрасная, как цветы при полной луне, идеальное время и место... Казалось, по воздуху разливается тонкий аромат, творя непередаваемую атмосферу, которой поневоле поддался Шэнь Цинцю.       Глаза Ло Бинхэ разгорались всё ярче, и, не в силах сдержать себя, он опрокинул Шэнь Цинцю на кровать, прижав возлюбленного к постели. Шелковый полог, колыхаясь, упал, скрывая танец слившихся воедино мужчин шелковистой дымкой. И только тихий шёпот, твердящий о любви, и звуки поцелуев нарушали тишину комнаты.