Синеглазка

Паук не был глупым ребенком. Выросший отчасти в семье На`ви, он знал о мироустройстве Пандоры лучше, чем кто бы-то ни было. Знал повадки, обычаи, правила. Даже их язык был для него роднее, чем тот, на котором он вынужден говорить теперь, потому что эти искусственные пародии аватаров его не поймут. Разве что, с Норой он мог коротать вечера общаясь на чистом на`вийском, когда они уходили из казармы перед отбоем. Он много слушал, читал, спрашивал. Узнавал общество людей, их жизненный уклад. Сперва это было целью сбора данных, чтобы, когда они смогут выбраться отсюда, выдать Джейку всю подноготную о том месте, где их держат в плену уже несколько месяцев. Но в какой-то момент, это стало и просто интересно. Паук передвигается по базе в компании кого-то из рекомов, в основном полковника. И тоже спрашивает, узнает что-то новое. В ответ делится своими знаниями, накопленными за всю жизнь. Он теряет момент, когда его настороженность сменяется заинтересованностью. Он почти не шипит, не дергается от каждого незнакомого звука, уверенно вышагивает с синим отрядом к месту парковки вертолета. Вылазки становятся обыденностью. Каждый день они ищут новые тропы, углубляются все дальше в лес. Здесь Паук чувствует себя главным, тем, на кого всецело полагаются, прислушиваются. И это приятно. В клане он постоянно чувствовал себя обузой... Даже несмотря на все приобретенные знания и хорошую физическую подготовку, он понимал, что ему очень далеко до настоящего На`ви. И он помнил те взгляды, которыми его изредка одаривали другие члены клана. Снисходительные, иногда сочувствующие... Как к инвалиду, который изо всех сил старается вернуться к прежней жизни после травмы, но понимает, что как прежде уже никогда не будет. В кампании рекомов все иначе... Они смотрят на него, как на равного, позволяют вести себя по непроходимым джунглям, слушают все, что он говорит, общаются с ним без тени зазрения. Для них он не отстающий, несмышленый детеныш. Он их учитель. Но Паук все равно, скучает. По дому, по друзьям. По Кири... Поэтому, на базе, он почти не расстается с книгой покойного ученого Грейс Огустин. Словно, это маленькая связующая ниточка между ним и тем, кто всем сердцем ему дорог. И Ло`ак, и Тук... И Джейк... Он хорошо помнил его фразу, которую он часто повторял им: "Салли за своих горой"... Но почему, тогда он до сих пор не пришел за ними? Нора хоть и говорила, что Салли не в курсе того, что она ушла за ним, но ведь он в курсе, что Паук находится в плену... Так почему? Почему за все это время никто даже не пробовал помочь им сбежать? По первости Паук с надеждой смотрел по сторонам, когда они проходили по лесу, в надежде увидеть в зелени растительности знакомые очертания На`ви. Чтобы знать, что их не оставили. Что за ними следят и как только появится возможность, их вытащат из лап захватчиков. Но видел лишь пустоту. Даже ни намека на чужое присутствие... Паук понимает, что Джейк должен защищать свой клан и свою семью. Он сильный, он выдержит... Но почему же тогда Нора не раздумывая, ринулась за ним, как только узнала, что его похитили? Да, она знала, что им вдвоем не выбраться с территории людей, но все равно она сейчас с ним... Она, а не кто-либо из клана... Но с другой стороны, она тоже человек. Ей намного проще освоиться здесь, да и ее не пытаются держать в клетке, позволяя быть рядом с Пауком. Она спокойно общается с рекомами, помогая подростку учить их быть На`ви. Ей не чужды людские манеры, и их образ мысли. Она часто рассказывала истории о том, как жила с людьми до того, как их изгнали с планеты. Рассказывала о покойном отряде, чьи копии сейчас вышагивают в синих тушках, о своей матери... И о его маме... Она знала ее... Видела... Разговаривала. Паук плохо представлял себе, как она выглядит, а посмотреть на изображения, которые хранились на флешке девушки, не хватало духу... Он боялся, что ничего не почувствует... Пусть она и родила его, он не помнил ни касания ее рук, ни ее голоса, напевавшего ему песни, чтобы он быстрее уснул. Она была образом, подкрепленным историями Норы, ассоциирующимся с теплотой в груди и чем-то родным. Может, это было лицемерно, но для Паука в жизни была одна мама. Нора. Он помнил ее всю свою жизнь, начиная с ранних лет. Она всегда была рядом. Учила его, защищала, воспитывала, слушала. До семи лет, он был твердо убежден, что она его мать и никто более, хотя она и говорила, что не является таковой. Он и сейчас не изменил своего мнения, несмотря на то, что Джейк сказал, что ему не стоит думать о ней в подобном роде... Снова Джейк... Чем больше проходило времени, тем больше подросток понимал, что им с Норой нужно полагаться только на себя. Осознание накрыло с головой в один из вечеров, который они с девушкой проводили в уже до боли знакомом ангаре с синими морпехами. Нора смеялась над тремя рекомами, выигрывая у них уже который раз партию в карты, под бубнеж о том, какого черта они ее взялись научить играть. Подросток сидит на кровати полковника, облокотившись о ее спинку со знакомой книгой в руках. Хозяин кровати сидит на другом ее крае, заканчивая чистку автомата. Паук смотрит на непринужденную атмосферу, которая уже давно царит в этом месте. И не чувствует отторжения. Их никто не гонит, не смотрит косо, принимая как само собой разумеющиеся. Словно, они всегда были частью их команды... Как часть клана... Да, пускай неправильного, находящегося на стороне врага, который стремится захватить его дом... Но уже такого привычного. Где не нужно притворяться, чтобы следовать чьим-то идеалам. Сердце больно сжимается в груди, а к глазам подступает непрошеная влага. Ощущение предательства, ядовитой змеей окутывает мысли. Пальцы стискивают края книги, сминая бумагу под собой. Паук ловит на себе взгляд Норы, направленный на него. В них читается немой вопрос, но подросток только коротко мотает головой, возвращаясь к чтению. - Хей, малой, - слышится сбоку голос отца. Паук неохотно поднимает взгляд, сталкиваясь с янтарными глазами. Полковник внимательно смотрит на сына, лениво помахивая хвостом. Его кисточка изредка задевает ногу подростка, щекоча кожу. Разумеется, реком чувствует перемены в его настроении. - Все нормально? - навострив уши, спрашивает Куоритч, не выпуская оружие из руки. Паук находится только для того, чтобы молча кивнуть, снова утыкаясь в книгу. Аватар несколько секунд смотрит на мальчика, пытаясь понять, что могло его внезапно расстроить. После, его глаза переходят на Нору, которая сидит на соседней кровати. Девушка смотрит на него в ответ, но почти незаметно дергает головой, показывая, что лучше сейчас мелкого не трогать. И полковник слушается. Он сам не знает, когда начал проявлять к ней доверие, относительно пацана. Но не считаться с ее мнением не может. Все же, она знает мальчишку куда дольше, чем он. И Майлз-старший вынужден смириться с тем, что этот плод воспоминаний из его прошлой жизни сейчас намного ближе Пауку, чем родной отец. Хотя, на деле, какой он отец... формально, они с ним абсолютно чужие. Даже не одного вида. Но воспоминания оригинала не дают рекому просто спустить все на тормоза. Что-то крошечное, едкое и противное скребется внутри грудной клетки, не позволяя полковнику мыслить здраво и отпустить пацана от себя. Он невольно понимает, что ему нравится проводить время с мальчишкой. Слушать его истории, терпеть издевки, позволять вести себя безалаберно, ограничиваясь только парой шлепков хвостом, когда пацан уж совсем борзеет. И Нора ему не препятствует. В голове зарождается мысль, что она сама хочет, чтобы Паук наладил контакт с отцом. Вот только, для чего? Каковы ее мотивы? Полковник не верил в бескорыстие и чистые помыслы никогда. Но понять ход мыслей девушки, все равно, не мог. И это раздражало. Его отвлекает звук на часах, которые опоясывают его запястье. - Так, отбой через пятнадцать минут. Закругляемся, - говорит Куоритч, поднимаясь с койки и относя оружие на место. Нора отдает карты Лайлу, спрыгивая с кровати и потягиваясь, разминая затекшие мышцы. Паук же, словно не слышал слов рекома, продолжая вчитываться в страницы книги, пока девушка не касается его щиколотки, заставляя вынырнуть из своих мыслей. - Идем. Пора спать, - говорит она, слегка потормошив подростка, на что он заторможенно кивает и закрывает книгу, спускаясь на пол. Попрощавшись с синим отрядом, двое людей покидают ангар, под пристальными взглядами двух пар желтых глаз. На улице уже давно стемнело и пространство освещается тусклым светом от фонарей. Нора с Пауком бесшумно ступают по остывающему бетону в сторону жилого блока. Девушка что-то говорит, но мальчик ее совсем не слушает, продолжая витать в своих мыслях и приживая к груди книгу. Внезапно перед глазами мелькают ее пальцы, проделывая несколько щелчков. Паук вздрагивает, смаргивая пелену с глаз. - Ау, Пандора вызывает, - девушка стоит перед ним, уперев руку в бок. - Ты сегодня сам не свой. Что случилось? Синие глаза смотрят на подростка в упор и пацан понимает, что не сможет быстро придумать оправдание. Да и не хочет. Обида в перемешку с тоской заполнили душу до краев. - Они не придут за нами, ведь так? - тихо и как-то смиренно говорит Паук, опуская глаза. Нора вопросительно приподнимает бровь. - Они оставили нас здесь. Среди таких, как мы... Джейк не собирался спасать меня... Поэтому, ты пришла за мной... - голос предательски дрожит. Подросток кусает губы, силясь не выдать своего состояния, но что-то в нем надламывается и соленые капли срываются с ресниц, оставляя за собой влажные дорожки на щеках. Нора замирает, напряженно сглатывая. Как бы она не хотела рассказывать ему всю правду.... но он сам все понял... - Ты знала, да?... Знала, что нас никто не придет забирать.... Они нас бросили... Им нужно спасаться самим, я понимаю... Но почему тогда, Джейк... - на последних словах мальчик тихо всхлипывает. Его видение мира трещит по швам от горечи. Ему снова больно. Только не физически, хотя он бы лучше с удовольствием отрезал бы себе руку или ногу, лишь бы не чувствовать этой разъедающей внутренности пустоты. Нора молча подходит к мальчику, заключая его в теплые объятия. Он не сопротивляется, растворяясь в этой немой поддержке и дает наконец волю чувствам, утыкаясь в плечо девушки. Отбой уже был давно, а они продолжали стоять посреди вражеского города, наплевав на все условности и правила. Нора мягко поглаживала подростка по спине, слушая его тихие всхлипы и давая возможность излить весь негатив. Его тело мелко трясется, свободная рука обнимает ее за талию. Девушка замечает, что синие полосы потускнели и почти вымылись с кожи подростка. Сколько они так стоят, неизвестно, но это не проходит мимо камер наблюдения, по которым их засекают и вот уже в их сторону идут двое охранников, с намерением провести ряд вопросов. - Хей! - девушка с мальчиком вздрагивают от раздавшегося позади голоса. - Отбой уже был давно. Почему до сих пор не на своих местах? К ним твердой походкой идут солдаты, чеканя шаги об асфальт. Девушка тихо ругается, мысленно уже придумывая оправдание, но не успевает раскрыть рот, как их прерывает низкий знакомый баритон. - Все нормально, сержант. Они задержались по моему приказу. Нет причин для беспокойства, - из тени ангара выходит полковник, оказываясь возле нарушителей быстрее, чем охрана. Завидев синего командира воскресшей роты, военные останавливаются и молча оценив ситуацию, отдают честь и удаляются из поля зрения. Реком провожает их взглядом и поворачивается к причинам нарушения порядка. Он уже собирается отчитать стоящих перед ним людей, но завидев мокрые глаза сына, останавливается. Полковник непонимающе хмурится, хотя интуитивно понимает причину состояния мальца. И решает не давить на ребенка, лишь тяжело вздыхая. В голову закрадывается идея. - Пошли, - коротко кивает реком, заставляя Нору с Пауком последовать за собой. Они возвращаются в ангар, где все уже расположились по кроватям. Свет не горит, но помещение хорошо освещается ночными прожекторами, проникающими через окна. Стоящая рядом с койкой командира кровать, пустует. Нора сперва вопросительно смотрит на это, но после, проследив взглядом, замечает Манска, который расположился на одной кровати со Жницей, обнимая ее за талию рукой. Одновременно, его хвост неким образом, скользит по ногам лежащего на соседней кровати Прагера. Забавно, однако. Но девушка никак это не комментирует, повернувшись к аватару Куоритча. - Завтра вылет раньше. Останетесь здесь, чтобы не пришлось за вами ходить через людские коридоры. Только, без глупостей, - просто отвечает на ее вопросительный взгляд реком и устраивается на своей койке, поверх одеяла. Паук же, успев вытереть лицо от слез, молча забирается на свободную кровать, отворачиваясь спиной. Нора следует за ним, укладываясь на просторном для человека ложе. Это первый раз, когда они спят со всеми вместе, вне своих комнат. Это непривычно, но с другой стороны даже... успокаивает. После этого случая, они задерживаются в казарме все чаще. Если Нора иногда посещает свою комнату, то Паук практически перекочевал жить в ангар. Колонна Пали вышагивала по старой тропе приближаясь к парящим горам, над которыми были слышны пронзительные крики горных драконов. Этот день настал. День, когда рекомы попытаются укротить своих первых банши. От этого почти все пребывали в азартном предвкушении. Паук ехал вместе с полковником впереди, давая некоторые наставления, касательно их миссии. Нора же с любопытством озиралась по сторонам, сидя спереди капрала на его коне. Из-за широкой спины зверя, мышцы на бедрах неприятно тянуло от долгой езды, от чего девушка периодически ерзала. - Устала? - спросил Лайл, стараясь хоть немного держать дистанцию, чтобы ненароком не потереться о нее. Они по прежнему неплохо общались между собой, предпочитая делать вид, что не помнят о событии, что случилось пару месяцев назад. Но реком не мог игнорировать тот факт, что ему было не все равно. Чем больше он проводил время в кампании Норы, тем чаще ловил себя на мысли, что засматривается на нее дольше положенного. В нем шло ярое противостояние из воспоминаний прошлой жизни и его собственных чувств. Возможно, будь девушка возрастом ближе к сыну полковника, он мог бы спокойно воспринимать ее как ребенка. Даже взять на себя ответственность за нее, идя на поводу у загруженной информации в своих мозгах. Но, увы. Она была взрослой девушкой. С весьма не дурной внешностью. Жизнь на Пандоре сделала из хрупкой маленькой девочки, сильную волевую женщину. Лайл отмечал для себя, что физически она развита гораздо лучше, чем любой человек с Земли. Под ее кожей, покрытой бронзовым загаром хорошо были видны крепкие мышцы. Когда она взбиралась на ветки или лианы, на ее плечах проступали бицепсы. Длинные, стройные ноги были очень быстрыми, что позволяло ей передвигаться по местности на равне со всем отрядом. Ее тело не делало ее неказистой, а скорее наоборот предавало особую грацию и элегантность. Она точно была рождена для этого мира. Она была сильной. И духом и телом. И сына Куоритча воспитала таким же. Ну и разумеется капрал частенько позволял себе поглазеть на нее, когда она переодевалась. А посмотреть было на что... Красивая грудь, подтянутый животик, упругие бедра с округлыми полушариями ягодиц. Уейнфлинт помнил, как хорошо они ложились в его ладонь той ночью. От накатывающих мыслей в штанах становилось тесно и капрал всегда позорно ретировался, чтобы либо уединиться сам с собой, либо прибегал к помощи полковника. После произошедшего, ни один, ни второй не разговаривали на эту тему, однако, их уединения стали достаточно регулярными. Они не обсуждали это, не прибегали к излишним эмоциям. Просто давали знак друг другу и отлучались на недолгий промежуток времени. Лайлу нужна была разрядка, а Майлз не имел ничего против, с неким садистским удовольствием зажимая его в укромных местах, где отсутствовали камеры наблюдения. Благодаря своим воспоминания, полковник был весьма умелым любовником, несмотря на всю свою мужскую суровость, заботящимся не только о том, как доставить удовольствие себе, но и своему партнеру. И капрал с удовольствием забывался в его руках, отключая мозг и позволяя инстинктам руководить процессом. После этого, он мог достаточно долго не реагировать на тело Норы, позволяя себе только изредка облизываться на ее изгибы, когда наблюдал за ней в дикой природе. Из потока мыслей его вывел легкий тычок по торсу, заставив недоуменно вздернуть уши. - Снова в облаках витаешь, - протянула девушка, сидя уже боком на спине лютоконя и закинув ногу на ногу. Ее рука приобнимала Лайла за талию, тем самым помогая девушке держаться. Уейнфлинт даже растерялся, удивившись тому факту, когда смог пропустить сие действие. Видимо, правда, глубоко ушел в себя. - Виноват, - без капли сожаления, ответил реком. - Мы почти на месте. Скоро спешимся, - Нора продолжала озираться по сторонам. - Ты была здесь раньше? - решил задать вопрос капрал. - Увы. Сюда приходят только юные воины со своими наставниками, когда приходит время обряда Иникмайа. Но я слышала множество историй об этом, - пожала плечами девушка. - Считай, это ваш с пацаном дебют. Ведете группу своих учеников укрощать горных банши, - усмехнулся Лайл, вильнув хвостом. - Хах, звучит если не абсурдно, то как минимум парадоксально, - на этих словах, они оба пропустили по смешку. Взобравшись на высокий отвесный склон, отряд спешился с ездовых животных, отпустив их обратно в лес. Если все пройдет гладко, то на базу они уже вернутся по воздуху еще до темноты. Нора с Пауком подошли к краю выступа, выжидающе замерев. - Чего мы ждем? - спросил, стоящий рядом полковник. - Вот этого, - ответила девушка, указав на приближающийся кусок огромной скалы, с которого свешивались длинные лианы. - Погоди, ты же не хочешь сказать, что.... - не успел высказать свое предположение Лайл, как двое людей, без тени страха сорваться вниз с огромной высоты, сиганули с уступа, хватаясь за пролетающую лозу и начиная ловко забираться по ней наверх. - Не медлите! - только услышали рекомы, от чего половина из них испустила тягостный вздох. Эти двое были совсем без тормозов временами. Не тратя время на раздумья, синекожие морпехи, один за другим, последовали за своими проводниками, начиная карабкаться по летающим скалам все выше. Это была настоящая проверка на прочность для их тел, поскольку воздух становился разряженнее, а куски парящего камня не собирались заканчиваться. - Быстрее, слабаки! Не отставать! - подтрунивал их Паук, который с ловкостью мартышки перескакивал с одной скалы на другую, пока рекомы, недовольно шипя себе под нос ругательства старались поспевать за ним. - Щас кому-то уши надеру! - гаркнула на засмеявшегося подростка Нора, успевшая приотстать. - Я тебя тоже люблю, мам! - с издевкой протянул мальчик, ощущая себя королем мира. - Засранец мелкий, - пробурчала себе под нос девушка, подтянувшись на руках. Когда последняя преграда была преодолена, отряд позволил себе короткую передышку, прежде, чем отправиться в самый эпицентр гнездовья икранов. Чем ближе они подходили, тем громче звучали голоса горных драконов, разместившихся довольно обширной группой на гигантской горе, зависшей в воздухе. Разумеется, их сразу заметили, встречая незваных гостей весьма неприятными воплями, режущими слух и заставляющими морщиться. Рекомы поняли почему этих существ зовут Банши. Тембр и децибелы громкости их голосов заставляли волосы шевелиться на затылке, а хвосты топорщиться дыбом. Пробравшись ближе к месту гнездовья, они заняли место за выступающими камнями, являющимися своеобразной границей, отделяющей их кампанию от территории икранов. Стоит подойти ближе и ты уже будешь близок к тому, чтобы тебя порвали на части. Норе не доводилось видеть диких горных драконов так близко. Если прирученные банши были весьма терпимыми к присутствию людей и других На`ви, то от этих можно было ожидать чего угодно. Невольно, девушка почувствовала, как по коже пробежался холодок. Тем временем, Лайл заправил в небольшое ружье дротик с транквилизатором, привлекая внимание к себе. - Дай, я сам, - сказал полковник, перенимая оружие у капрала и наводя прицел в ближайшего икрана. Уже готовясь нажать на курок, рекома отвлек тихий смех его пацана, расположившегося рядом с ним. Оторвав взор от прицела, Куоритч недоумевающе посмотрел на сына. - Что? - спросил он, на что Паук только подернул уголками губ. - У На`ви даже ребенок справится, как нечего делать, - с явными нотками издевки ответил подросток, смерив недоотца несколько надменным взглядом. Полковник задумчиво посмотрел в сторону шипящих на них существ. - А Джейк Салли такое делал? - несколько недоверчиво сказал он, навострив уши в некоем предвкушении. Его хвост взвился в воздух. - Разумеется, - фыркнул подросток. Лицо аватара сменилось на весьма заинтересованное. С видом "Ну раз так", он отложил винтовку и с интригующей улыбкой перескочил через каменную преграду, выходя в поле зрения икранов. Нора приблизилась к подростку, который выглядел до нельзя довольным собой и произведенным эффектом. Внутри девушки закралось нехорошее предчувствие. Этот гаденыш, что-то задумал. - Паук, ты часом ни о чем не забыл упомянуть? - подозрительно сощурившись, произнесла она, видя задорное настроение мальчишки. - Не дрейфь, - уверенно ответил подросток, соскакивая на другую сторону каменной кладки - Ща, весело будет. - Так, в сторону, - скомандовал последовавший за ним капрал, держа винтовку на прицеле. Нора тихо выругалась, перепрыгнув через преграду и держась ближе к стене скалы. В это время, Куоритч вынул из-за плеча свою нейрокосу, тихо выдыхая и успокаивая разыгравшийся в крови адреналин. Азарт и чувство предвкушения, заполняли тело рекома, расширяя зрачки и заставляя неконтролируемо вилять хвостом. Его заприметил темно-синий икран с неоновыми вкраплениями на теле и красным гребнем на нижней челюсти. Подобравшись к скалящей зубы твари, Майлз чуть согнул ноги в коленях, принимая оборонительную стойку. Губы аватара растянулись в оскале. - Спокойно, малютка, - сказал он, заходя несколько сбоку. Банши ощерился с громким криком, демонстрируя ряд огромных острых зубов. Это был вызов. И Куоритч с удовольствием его принял, зашипев в ответ, подобно дикому животному и прижав уши к голове. В этот момент голова дракона прошла в полуметре от его тела, благо рефлексы не подвели, позволив полковнику увернуться от атаки и впечатать увесистый кулак в челюсть икрана, дезориентировав того на пару секунд. Но существо быстро оклемалось и предприняло новую попытку схватить противника зубами. Однако, аватар ловко поднырнул под длинной шеей и оттолкнувшись от скалы ногами, крутанулся в воздухе, запрыгивая на жилистое тело банши. Зверь тут же взбеленился, начав неистово брыкаться, как только понял, что на него посмели наброситься сверху. Он попытался скинуть с себя рекома, начав извиваться всем телом так, что полковника не хило подбросило в воздухе, позволяя удержаться на взбесившейся твари только благодаря крепкой хватке. - Забыл, предупредить! В начале, пасть связать нужно! - крикнул, словно случайно забывший маленькую деталь, Паук. Нора, в изумлении вытаращила на него глаза... Он что сделал?.. - Во время сказал! - рявкнул в ответ реком, с трудом уворачиваясь от щелкающих рядом с ним зубов дракона и одновременно пытаясь удержаться на его холке, стискивая мощную шею ногами. Девушка все же оторвалась от безопасной зоны, подскочив к улыбающемуся подростку и ухватив того за плечо. - Паук, ты что серьезно?! - сказала она, отвлекая пацана от созерцания битвы аватара и банши. По его глазам было понятно, что малец специально не упомянул об этом. Нора уже было хотела отвесить ему звучный подзатыльник, как в это время горный банши вместе с укрощающим его полковником резко сиганул со скалы вниз. Все на миг замерли, после чего ринулись к краю, где эхом отозвался крик аватара вперемешку с воплем животного, растворяясь с их силуэтами в непроглядном тумане. - Где он? - спросил оказавшийся рядом Лайл. Паук не ответил, опустившись на корточки и всматриваясь вниз. На его лице отпечатался легкий испуг. Нора не стала подходить близко, шумно выдохнув и коснувшись рукой лба, неприкрытого кислородной маской. "Твою же мать..." - пронеслось в мыслях девушки. Ситуация складывалась откровенно, пиздец... Прошло около получаса, но ни полковника ни икрана так и не показалось из-за стены плотной завесы облаков. Паук продолжал всматриваться вниз в надежде, что вот вот увидит силуэт рекома. Он не хотел этого... Не хотел, чтобы так получилось... Он думал, будет забавно разыграть вот так папашу... но никак не ожидал, что банши может спикировать в пропасть.... Внутри все неприятно натянулось. Он боялся поворачиваться к отряду лицом. Боялся посмотреть в глаза Норы... - Так, все. Квадрат М10, пошли, - негромко скомандовал Лайл, поджав губы. Рекомы стали разворачиваться, покидая место неудавшегося обряда. Капрал посмотрел в сторону девушки с подростком, что так и стояли на своих местах. - Ну все... пошли отсюда, - тверже произнес он, стараясь не выдавать своего разочарования в данном мероприятии.. Это была плохая идея. Изначально... Вот до чего может довести идейность... Паук опустил голову, с трудом заставив себя развернуться и сделать несколько шагов к ожидающим его членам отряда. Нора набрала в легкие кислорода, уже собираясь отвернуться, как внезапно послышался шелест крыльев и через секунду перед ними с победным воплем на устах показался полковник на укрощенном икране. - Вот так! То-то же! - торжествующе крикнул он, держась одной рукой за нейро отросток существа и размахивая сжатой в кулак ладонью. Со стороны группы рекомов тут же начали раздаваться громкие вскрики. Куоритч развернул дракона сделав над ними полукруг. - Вот это полковник! Хорош! - одобрительно выдал Лайл с восторгом наблюдая за своим командиром. - Кто следующий?! - крикнул Майлз, пролетев так низко, что аватарам пришлось пригнуться. Нора поймала себя на том, что заразилась общим ликованием и на ее лице появилась довольная улыбка. Взглянув на Паука, она тут же приметила, как светится взгляд Соккоро непередаваемой гордостью, а на губах не менее радостная улыбка. Это определенно, была победа. Ночные посиделки у костра были для Норы с Пауком большой редкостью. Но сегодня, как никогда имелся повод. Сине-полосатая рота успешно справилась с прохождением обряда и теперь у каждого из них был свой личный икран. Такое грех было не отметить. Поэтому, сразу после отчета генералу, на облюбованном месте, за ангаром снова разгорелось яркое пламя. Только, в этот раз не обошлось простыми байками и разговорами. Рекомы упросили полковника на небольшую вольность, если так можно было назвать целый ящик со спиртным, размерами подходящий под габариты аватаров. В качестве закуски было принесено вяленое мясо и местные фрукты. - Ну что. За успех операции, или как там это называется у местных? - сказал Лайл, поднимая открытую бутыль. - Обряд Иникмайа, - с усмешкой, подсказала Нора, держа в руке стакан с напитком. - Точно. За нашу первую победу в укрощении этой планеты, - остальные рекомы согласно поддержали капрала звоном соприкасаемого стекла. На поиск посуды никто не стал заморачиваться, принеся только бокал для девушки. Паук обиженно насупился на слова полковника, что дескать рано ему еще принимать спиртное. Но Нора оспорила его слова, позволив подростку пару раз пригубить из своего стакана. Не сказать, что напиток пришелся мальцу по вкусу, поэтому он сам решил ограничиться только едой. Куоритч недовольно посмотрел на девушку. - Зря ты ему все позволяешь. Разбалуется в конец, кто перевоспитывать будет, - проворчал он, отпив из своей бутылки. - Лучше пускай попробует и поймет, что не нравится, чем будет тайком употреблять, - заметила она. - Джейк как-то раз запретил сыновьям попробовать каву - местный алкогольный напиток. Так эти засранцы, прихватив Паука, пробрались в хижину, где готовилось это пойло. Повезло, что Тса`хик во время заметила их, иначе возникло бы непоправимое. Кава безвредна для На`ви, но ядовита для человека. А Паук собирался на спор попробовать первым. Полковник вскинул брови, нахмурившись и посмотрев в сторону мальчишки, который что-то оживленно обсуждал с аватарами в стороне. - Всегда знал, что Салли - хреновый родитель, - саркастично протянул он. - Да уж, - согласно фыркнула Нора, чем вызвала короткую усмешку у Майлза-старшего. Дальше все пошло куда веселее. Изрядно подвыпив рекомы стали все активнее шутить, громче высказываться не стесняясь крепких словечек, даже в шутку бороться друг с другом, под дружные смешки остальных. Только Куоритч не участвовал в этом балагане, выполняя роль смотрителя и позволяя своим подчиненным расслабиться. Нора с Пауком активно участвовали в дискуссиях, смеялись со всеми вместе, даже вспомнили пару забавных историй из жизни На`ви. Впервые за долгое время девушка с подростком чувствовали себя раскрепощенно. Возможно, помог алкоголь, а может влияние общего веселья, но двое людей как ни странно наконец ощутили себя... на своем месте... И Видимо эта мысль посетила их одновременно, поскольку они переглянулись друг с другом, пока трехметровые морпехи отвлеклись на очередную шуточную драку. - Как думаешь... Все не так уж плохо, ведь так? Или это только иллюзия? - как-то растерянно спросил Паук, смотря на веселящихся синих уже во всех смыслах вояк. - Не знаю. Но сейчас мне, как никогда, спокойно.... Может, Эйва не спроста свела нас с ними... - тихо ответила Нора, подняв маску и допив содержимое стакана. В теле чувствовалась легкость, а разум наконец не был скован мыслями. - Может... Но разве это не делает нас предателями? - подросток опустил глаза, смотря себе под ноги. - Мы учим врага своим обычаям... - Мы учим их пониманию. Того, кем являются они в первую очередь. У них только память тех, кто погиб много лет назад. Но их действия, поведение, сознание... Они другие... И мы даем им возможность познать Себя, а не пытаться быть теми, кого видят в них люди, - ответила девушка, с улыбкой наблюдая за тем, как Лопес валится на землю, не удержавшись на ногах под общий смех. - Все, этому больше не наливать, - говорит Лайл, подхватывая сослуживца под руку и помогая ему подняться. - Да я просто в хвосте запутался, - хмельным голосом возражает Лопес, пытаясь вырваться из крепкой хватки. - Ну ну. Сперва в хвосте, потом в ногах. А потом ищи тебя по всему Плацдарму, - капрал усаживает его на бревно, отдавая на попечение Александра. Несмотря на количество выпитого, Уэйнфлинт держит себя в руках, приглядывая за остальными. И все чаще позволяет себе задерживать взгляд на фигуре Норы, ненароком стараясь быть ближе к ней и чувствуя себя сопливым школьником, который боится заговорить с девушкой, которая ему нравится. К концу посиделок, половина отряда засыпает прямо перед костром. Александр еле уводит Лопеса в казарму спать, под возмущенные восклицания последнего. Жница, Прагер и Манск располагаются небольшой кучкой, сплетаясь всеми конечностями между собой и наплевав на лишние пары глаз, почти сразу отрубаются. Паук тоже начинает дремать неосознанно прижимаясь к боку Куоритча. Полковник на это позволяет себе легкую улыбку. Внутри приятно колет от того, как жмется к нему... Его сын. Уже без тени страха и агрессии, как раньше. Он осторожно проводит рукой по его волосам, убирая несколько прядей с лица мальчика. Плевать, что они разного вида, плевать, что он лишь его воспоминание. Если ему выпал шанс стать отцом для этого волчонка, он его не упустит. Что-то внутри подсказывает, что это правильно... Он ощущает взгляд на себе и поворачивает голову, сталкиваясь с аквамариновыми глазами Норы, что с легкой улыбкой наблюдает за ними, сидя чуть поодаль. - Что? - спрашивает реком, поджимая уши. - Ничего, - просто отвечает она, поднимаясь с места. - ему тебя не хватало. Она уже собирается уйти, но ее останавливает голос Куоритча, который даже не обратил внимания на неформальность с ее стороны. - В каком смысле? - хвост аватара снова пришел в движение, начав подметать землю. Нора замерла на пару секунд. Алкоголь развязывал ей язык. Пожалеет ли она о том, что скажет? Или же стоит довериться этому клону? Сделав глубокий вдох, девушка поворачивает голову к рекому. - Каким бы сильным ни был Паук и как бы не пытался показать свою неприязнь... Он всегда нуждался в отцовской заботе. Он не знает тебя с другой стороны. И сейчас он запутался... Он долгое время считал Джейка приемным отцом... Но когда он нужен был ему больше всего, он не пришел. И Паук это понимает. Думаю, ты знаешь, что он порой плачет по ночам. Его устои мира рушатся и от этого очень больно. Свои кинули, а те кто захватил в плен, отнеслись, как к своему и не отвергли... - она знала, что говорит лишнее, но Куоритч ее не перебивал, внимательно навострив уши. - А что на счет тебя? - послышался рядом голос Лайла, который вернулся с казармы, куда помогал отводить пьяного Лопеса. - На счет меня? - не поняла Нора, посмотрев на капрала недоуменно. - Да. Ты заявилась сюда в одиночку, зная, что не сможешь сбежать или связаться с кем-то из своих. И знала, что за вами никто не придет. И вот ты здесь... И судя по тебе, никуда не собираешься сбегать... Ты хотела вернуться? - Уенфлинт уселся около костра, не сводя пытливого взгляда с замершей девушки. Нора закусила губу. Вопрос был хорошим... - Ты ведь помнишь каждого из нас. Вернее, наши человеческие версии... мы тебя, считай всей ротой воспитывали... Ты поэтому никуда не спешишь убегать? Не только из-за мальчишки. Тебя держат воспоминания, - по лицу девушки Лайл понял, что попал в точку. Полковник молча наблюдал за ними, чуть склонив голову. - Да, - наконец ответила Нора. - меня держат воспоминания... И да, мне привычнее находиться здесь, чем в клане. По правде говоря, они долгое время меня пугали. Ведь я была там... В тот день, пятнадцать лет назад... Когда они явились в "Адские врата", начав рушить здания, технику, убивать людей... Хоть, я была ребенком, но все помню, как вчера... Это было страшно. Я тогда спряталась с Пауком в одном из складских помещений, где нас потом нашел Салли. Когда он вел нас назад, я видела, как На`ви берут людей в плен, а тех кто пытался сопротивляться просто убивают... Девушка тихо усмехнулась переводя дух. - Они считают себя лучше... Но, на деле, между нашими расами не большая разница. Они говорят, что жизнь священна и в то же время готовы хладнокровно перерезать тебе глотку, только потому что ты не похож на них... Если бы Джейк не стал вождем клана... Думаю, нас с Пауком не пожалели бы... И я рада, что он воспринимает все по другому, считая На`ви своей семьей. Я бы не хотела, чтобы он помнил все то же, что и я, - выговорившись сполна, Нора почувствовала горечь во рту. Она осушила до дна свой стакан и не смотря ни на кого из присутствующих, молча развернулась, направляясь в сторону жилого блока для людей. Сегодня ей нужно побыть одной. Алкоголь стал триггером для воспоминаний, которые она предпочла бы держать в себе и не показывать другим... но сделанного не воротишь... Она только что вывернула душу наизнанку, дав тем самым повод для... чего? Зайдя в помещение, девушка стянула маску, откинув ее в сторону и прислонилась к стене, потерев раскрасневшееся лицо. Слишком много... она сказала слишком много... Досадно рыкнув, Нора пошла вдоль коридора, шлепая босыми ногами по холодному полу. Вот только направилась она не в комнату, а в пустое подсобное помещение, где отсутствовали камеры наблюдения. Девушку раздражал этот тотальный контроль и хотелось скрыться от всего. А эта комната была, как нельзя кстати. Дойдя до нужной точки, она толкнула дверь, проникая внутрь и наплевав, что могут подумать те, кто за ней мог следить по мониторам. Но чего она точно не ожидала, так это того, что окажется в помещении не одна. Только сила воли помогла ей удержаться от испуганного крика, когда, она наткнулась на пару светящихся желтых глаз в темноте. - Ты.... Ты что тут... - заикаясь пыталась выдавить из себя девушка, пока ее сердце отплясывало чечетку в груди. - Не только тебе одной известно об этом месте, - с усмешкой протянул Лайл, сидя у стенки. И когда он успел здесь оказаться? Ответом на вопрос стало приоткрытое окно. Знал ли реком, что Нора придет сюда или это просто совпадение... Мысли плохо слушались девушку под влиянием алкоголя. И что теперь нужно было делать? - Почему ты оставил полковника? - решила спросить она, когда тело немного успокоилось. - Я ему сейчас не нужен, - мотнул головой капрал, подтянув колени к себе. - Поэтому, решил проследить за мной? Не находите, что это не совсем нормально, капрал Уенфлинт? - иронично сказала Нора, махнув рукой. - Не льсти себе. Всем порой хочется побыть в одиночестве, - слегка оскалил зубы реком. - Тогда, не смею мешать, - бросила девушка, уже собираясь открыть дверь, чтобы покинуть комнату. - Стой! - громче, чем нужно было воскликнул Лайл, дернувшись чуть вперед. Нора удивленно замерла, покосившись в его сторону. - Останься, - уже тише, сказал аватар. - Зачем? - чуть сдвинув, брови, спросила Нора. Но реком молчал, только нервно дергая ушами. Не дождавшись ответа, девушка потянула ручку двери, но та резко закрылась назад, а затылок обдало горячее дыхание. Рядом с ее рукой, оказалась широкая синяя ладонь. - Просто не уходи, - тихий низкий баритон прозвучал совсем рядом, пустив по коже сноп мурашек. В глазах слегка поплыло. Нос уловил запах алкоголя, исходящий от того, кто находился позади нее. Нора опустила руку, повернувшись к рассматривающему ее лицо аватару. Лайл снова молчал, сидя перед ней на одном колене. Нора прошлась глазами по узору светящихся точек на его видимых участках тела. Снова он так близко к ней. Только в этот раз, не пытается применить силу. - Похоже, все здесь заложники своих воспоминаний, - невесело усмехнулся капрал, стараясь унять хрипотцу в голосе. Его хвост беспокойно елозил из стороны в сторону. - Похоже, - вздохнула Нора, подойдя немного ближе. В голове что-то щелкнуло, а тело действовало чисто инстинктивно. Почему-то стало резко наплевать на условности и границы. - Ты был прав... Я хотела вернуться. Не только из-за людей, или Паука... После той встречи... Когда узнала, что вы живы... Пускай и так.... - невнятно пробормотала она, бегая глазами по пространству. Слова вырывались сами собой. - Я скучала... По всем вам... - тяжелых вздох, она замирает, решая поднять голову и взглянуть в золото глаз напротив. - По тебе... Совсем тихо. Но Лайл слышит ее. Сердце в груди пропускает удар, разгоняя кровь жидким металлом по венам. Нос шумно втягивает воздух. - Я тоже скучал... - на выдохе произносит реком и повинуясь порыву, тянет рукой девушку к себе, прижимаясь к ее губам своими. И она отвечает. Жарко, страстно... Жмется к нему всем телом, вцепляясь пальцами в его майку и позволяя обнять себя. Лайл чувствует, как бьется в груди человеческое сердце, эхом отдаваясь по ребрам и пуская жар по телу, передающийся ему. Ее губы мягкие, с привкусом алкоголя, но шустро отвечающие на его движения и такие сладкие, что невозможно оторваться. Уенфлинт только крепче прижимает хрупкое по сравнению с собой тело к себе, стараясь не поранить девушку острыми клыками. Возможно, завтра они оба будут жалеть. Но только не сегодня. Не сейчас, поддавшись пьяному безумию в общем порыве. И Лайл готов целовать ее до рассвета, лишь бы это мгновение затянулось подольше. Сейчас. Вместе. До дна...