Официант в моём любимом баре

Рома, едва державшийся на ногах, тихо прикрыл за собой входную дверь. С трудом он облокотился на нее, пытаясь справиться с головокружением, и медленно опустился вниз, оседая на пол. На его лице застыла смесь усталости и облегчения – он наконец-то дома после долгой ночи. Его глаза, слегка припухшие от недосыпа, обвели прихожую. В полумраке виднелись разбросанные кроссовки, торопливо брошенные накануне. Мягкий свет раннего утра только начинал пробиваться через неплотно задернутые шторы, создавая причудливые тени на стенах. В тишине квартиры слышалось лишь тихое тиканье часов. Солнечные лучи медленно ползли по полу, отражаясь от случайно забытых блестящих предметов. В воздухе стоял легкий запах табака и вчерашней еды, напоминая о прошедшем вечере. Казалось, все вокруг застыло в ожидании нового дня, а сам Рома ощущал, как тишина и покой этого момента окутывают его, словно мягкое одеяло, помогая немного расслабиться после пережитого. Рома закрыл глаза и глубоко вздохнул. Усталость, накопившаяся за ночь, словно волна, накатила на него с новой силой. Веки тяжело опустились, и он ощутил, как каждое движение тела даётся с трудом, будто силы его оставили. Его мысли начали затуманиваться, словно расплывчатые контуры в предрассветной дымке. Шум города едва доносился с улицы, но в тишине квартиры он казался далёким и несущественным. Всё, чего он сейчас хотел, – это несколько часов покоя и сна, чтобы забыться и отдохнуть от событий прошедшей ночи. — О, Ромыч, на! Где был? - с кухни выходит хрен знает когда проснувшийся Бяша, смотря на Рому бесяче весёлым взглядом. — Не твоего ума дело. - Рома встаёт, натянуто улыбается и проходит мимо Бяши, стараясь не встречаться с ним взглядом. Усталость и раздражение переполняют его, и он знает, что сейчас не в состоянии поддерживать разговор. Бяша проводил его взглядом вплоть до того, пока Рома не прошел в спальню и не упал на кровать. Как только его голова коснулась подушки, Рома почувствовал, как напряжение медленно уходит из его тела. Облегчение, словно тёплая волна, накрыло его, и он наконец позволил себе расслабиться. Шум города, доносившийся сквозь окно, стал далёким и неважным. Тишина спальни и мягкость постели были для него сейчас единственными вещами, которые имели значение. Рома глубоко вздохнул, чувствуя, как усталость наконец-то даёт ему передышку. — А я на работу устроился, на. - как бы между прочим говорит Бяша, заходя к нему. Рома так удивился этим словам, что сон моментально исчез. Он резко сел на кровать, недоверчиво уставившись на друга. Глаза его расширились, словно он только что услышал нечто невероятное, подобное тому, как если бы Бяша заявил, что выиграл в лотерею миллиард. Сердце на мгновение замерло, а потом забилось чаще, пытаясь уловить реальность. Рома даже от удивления рот открыл и осмотрел этого несостоявшегося молодого алкаша, словно тот вдруг объявил себя президентом страны. Поверить в то, что этот человек, которого выгнали из универа на втором курсе; который брал деньги в долг даже чтобы воды купить; который вечно на каких-то тусовках бухал – нашёл работу, было почти невозможно. — Гонишь? - Рома наконец нашёл в себе силы произнести хоть что-то. — Нет. - Бяша посмеялся и вальяжно сел рядом с ним. Рома даже не мог пошевелиться от удивления. В его голове не укладывалось, что Бяша, вечный тусовщик и бездельник, мог устроиться на работу. Его мысли метались, как взбалмошные мухи в банке, и он смотрел на Бяшу так, будто тот был каким-то чудом или миражом. Это было так же невероятно, как если бы старый пес вдруг начал петь оперные арии. — Ты... на работу? - переспросил он, как будто боялся, что ослышался. Рома пытался осмыслить услышанное. Этот человек, который не раз ночевал на его полу, потому что не мог дойти до дивана, который забывал в каком месте находится, когда Рома ему звонил и собирался забирать, теперь внезапно устроился на работу? Рома ощутил, как его мозг буквально отказывается принимать эту информацию. Удивление было настолько сильным, что сон, который только что казался таким желанным, испарился, оставив его бодрым и полным вопросов. — Да, представляешь, на? - Бяша снова засмеялся, похлопав друга по плечу. — Кем хоть? Не стриптизёром? - Рома прищурился, явно пытаясь осмыслить новость. — Я? Стриптизёром? - Бяша указал на себя пальцем, а потом снова посмеялся. — Ты мне льстишь, на. Рома, всё ещё удивлённый, не мог не улыбнуться. Его друг продолжал удивлять. — А кем? - Рома всё ещё не мог поверить в происходящее. — Менеджером по продажам. - Бяша ухмыльнулся. — У меня, оказывается, дар убеждения, на. — Чего, блять?! У тебя образования даже нет, ты смеёшься?! - Рома подскочил на ноги, словно ужаленный. Его глаза расширились от шока, а голос задрожал от возмущения. — Нужные знакомства. - невозмутимо ответил Бяша, прикрывая глаза и поднимая указательный палец. — И, как оказалось, у меня ещё и язык хорошо подвешен, на. - его лицо озарилось самодовольной ухмылкой, будто он только что раскрыл величайший секрет вселенной. — Да пошёл ты на хуй. - Рома, скорее просто смирившись, плюхнулся обратно на кровать, закрывая лицо руками. Бяша, не сдержавшись, разразился громким смехом и буквально повалился на кровать рядом, корчась от хохота. Его смех эхом разносился по комнате, наполняя её беззаботным весельем. Рома смотрел на хохочущего Бяшу, и внезапно его как будто осенило. Взгляд стал тверже, а мысли — яснее. — Значит, съезжай от меня, всё, оставь в покое. - выпалил Рома, поднявшись на ноги. Бяша замер, внезапно остановив свой смех. Он прищурился, словно пытаясь понять, шутит ли Рома. — Ты серьёзно, на? - спросил он, слегка растерянно. — Серьёзнее некуда. - Рома провёл рукой по лицу, как будто смывая остатки сна. — Ты нашёл работу? Отлично. Значит, можешь жить самостоятельно. — Ну, Ро-ом, у меня денег ещё нет. - протянул Бяша, садясь на кровати. — Это уже не моя проблема. - отрезал Рома, не сводя с него серьёзного взгляда. — Я дал тебе крышу над головой, пока ты не найдёшь работу, если ты помнишь. Ты её нашёл. Теперь живи самостоятельно. — Прикалываешься? Не смешно. - нахмурился Бяша, встав с кровати. — Нисколько. - Рома сложил руки на груди. — Давай, собирайся, к вечеру чтоб тебя здесь не было. Рома стоял, сложив руки на груди, а солнечные лучи, только начинавшие пробиваться через занавески, освещали его фигуру. Комната была погружена в утреннюю тишину, нарушаемую лишь едва слышным гулом уличного движения. Бяша, всё ещё ошарашенный, огляделся вокруг, словно надеясь найти поддержку в привычной обстановке. Воздух был напряжённым, словно заряженным электричеством, и казалось, что даже стены комнаты чувствовали напряжение между двумя друзьями. — Но, Ром... — Всё, хватит, не еби мне мозги. - Рома махнул рукой и вышел из комнаты. — Мне ещё на работу собираться надо. Он направился на кухню, чтобы немного прийти в себя. Ночь выдалась тяжёлой, и хотя сначала он думал взять отгул, встреча с Бяшей вывела его из сонного состояния, поэтому он попридержит отгул для более подходящего момента. Рома включил кофеварку, и вскоре кухня наполнилась насыщенным ароматом свежесваренного кофе. Запах был терпким и бодрящим, с лёгкими нотками шоколада и орехов, которые словно окутывали его теплом и уютом. Он налил себе чашку и сделал первый глоток, ощущая, как тёплая горечь напитка медленно пробуждает его изнутри. — Ты пошутил, реально? - в помещение неуверенно заходит Бяша. — Я всё сказал. - Рома прикрыл глаза, делая ещё глоток кофе и присаживаясь за стол. — А где мне жить? На улице?! - в голосе Бяши послышались нотки отчаяния. Рома сделал ещё один глоток кофе, чувствуя, как крепкий напиток медленно наполняет его бодростью. Запах свежесваренного кофе слегка успокаивал нервы после долгой и бессонной ночи. Бяша выглядел растерянным и не знал, что ответить на такие категоричные слова друга. — Но, Ром... - начал Бяша, но замолчал, встретившись с холодным взглядом друга. Рома молча пил кофе, не отводя глаз. — Ладно. - тихо произнёс Бяша, но, видя, что Рома не собирается отступать, добавил: — А весомую причину ты назвать можешь, на? Рома глубоко вздохнул, медленно поставил чашку на стол и посмотрел на друга. Его лицо оставалось бесстрастным, но в глазах застыли твёрдость и усталость. — Причина? - переспросил он, ставя чашку на стол. — Ты действительно хочешь знать причину? - Бяша кивнул, стараясь не отводить взгляда. — Весомую причину? - Бяша снова кивнул. — Хорошо. - тихо начал Рома, вытирая руку салфеткой. — Кто эту квартиру купил? Я. Кто тебя сюда вписал? Я. Кто тебя тут кормит? Я. Кто тебе вечно деньги даёт? Я. Кто тебя с твоих вечных вечеринок забирает в любое время суток? Я. Кто тебя от ментов отмазывает каждый раз, когда ты вляпаешься куда-то? Я! Бяша опустил глаза, не зная, что сказать. Рома продолжил, его голос стал тверже: — А ты пальцем об палец не ударил, чтобы мне помочь, только нос воротил, когда я тебе серьезно говорил прекращать и браться за голову. И вот ты вроде взялся, и то я не уверен, поэтому давай уматывай. Изменишься – поговорим. Бяша пытался что-то сказать, но Рома уже отвернулся, делая ещё один глоток кофе. Тишина в комнате становилась невыносимой. Солнечные лучи, пробиваясь сквозь жалюзи, освещали стол, на котором до этого стояла чашка кофе. Аромат свежесваренного напитка наполнял воздух, смешиваясь с лёгким запахом табака от оставленной на подоконнике пепельницы. Рома сидел за столом, его плечи были напряжены, а пальцы нервно барабанили по столешнице. Он глубоко вздохнул, пытаясь удержать своё спокойствие. Бяша стоял у двери кухни, его лицо выражало замешательство и растерянность. Он казался маленьким и беспомощным в этой комнате, где всё, от мебели до различных мелочей, говорило о трудолюбии и ответственности именно Ромы. Тишина, казалось, сгущалась вокруг них, давя на плечи обоих. Бяша не знал, куда смотреть. Его взгляд метался по комнате, пока он искал слова, которые могли бы смягчить внезапный гнев Ромы, но не находил их. В этот момент каждый звук становился громче: тиканье часов на стене, шум улицы за окном, даже гул холодильника. Все это подчёркивало напряжённость ситуации, делая её ещё более реальной и невыносимой. Рома сидел, чувствуя, как напряжение постепенно покидает его тело, оставляя за собой опустошение. Он медленно сделал глоток кофе, наслаждаясь горечью и теплом, которые, казалось, на миг возвращали его к реальности. В голове роились мысли, но все они сводились к одному: "Я устал". Ему было тяжело. Казалось, что каждая клетка его тела кричала от изнеможения. Годы, проведённые рядом с Бяшей, вымотали его до предела. «Сколько раз я вытаскивал его из передряг? Сколько ночей не спал, волновался, звонил, искал, а?» – эти вопросы звенели в его голове, смешиваясь с воспоминаниями о бесконечных обещаниях, которые Бяша никогда не сдерживал. Рома вспоминал все случаи, когда он буквально тащил друга на себе, веря, что тот наконец изменится. Но всё это время Бяша только пользовался его добротой, принимая её как должное. «Как можно быть таким неблагодарным?» – думал Рома, сжимая чашку так сильно, что его пальцы побелели. Он взглянул на Бяшу, который стоял у двери, и не мог избавиться от чувства разочарования. «Может, я слишком многого ждал? Может, надеялся, что он станет другим, хотя сам не верил в это?» – эти мысли причиняли боль, но они же помогали ему осознать, что настало время поставить точку. «Пора заканчивать эту игру» – решил Рома, чувствуя, как тяжесть ответственности перекладывается с его плеч. Теперь всё зависело от Бяши. Ему нужно было самому найти свой путь, без постоянной поддержки и защиты Ромы. «Если он действительно изменится, мы сможем поговорить. Но пока что... пока что я должен дать ему шанс на самостоятельность». Эти мысли, хоть и приносили некоторое облегчение, всё ещё оставляли в душе Ромы горький осадок. Он понимал, что сделать этот шаг было необходимо, но от этого не становилось легче. Рома допил кофе, ощущая, как последний глоток обжигает горло, оставляя после себя приятное тепло. Он поставил чашку на стол, мельком подумав, что помоет её вечером, когда вернётся с работы. Время поджимало, и опоздание уже стало неизбежным. Поднявшись с кресла, Рома бросил быстрый взгляд на часы, осознавая, что больше нельзя терять ни секунды. Он прошёл мимо Бяши, который всё ещё стоял у двери, но даже не удостоил его взглядом. Внутри него кипел целый коктейль эмоций – усталость, разочарование и немного надежды на лучшее будущее. Шаги Ромы эхом раздавались в тишине квартиры, оставляя за собой напряжённую атмосферу. — Ты правда обо мне такого мнения, на? - громко спросил Бяша, когда Рома подходил к двери ванной. — Да. - ответил Рома, заходя в ванную и закрывая за собой дверь.

***

Офис представлял собой просторное помещение с высокими потолками и большими панорамными окнами, через которые проникал яркий дневной свет. Пол был покрыт светлым ламинатом, который блестел от чистоты. Белые стены, украшенные несколькими абстрактными картинами, создавали ощущение простора и спокойствия. Рабочие места сотрудников были организованы в открытом стиле, каждый стол отделён низкими перегородками, что давало ощущение индивидуального пространства, но при этом не нарушало общей коммуникации. Столы были оборудованы современными компьютерами и офисными принадлежностями. На некоторых столах стояли небольшие растения в горшках, придавая офису немного уюта. Вдоль одной из стен располагалась зона отдыха с мягкими креслами и небольшими кофейными столиками, где сотрудники могли выпить кофе или перекусить. Рядом стоял автомат с горячими напитками, из которого постоянно доносился аромат свежесваренного кофе. В углу офиса была оборудована небольшая кухня с микроволновой печью, холодильником и раковиной. Несколько шкафчиков содержали посуду и необходимые кухонные принадлежности. Общая атмосфера в офисе была деловой, но не напряжённой: сотрудники работали, негромко переговариваясь друг с другом, звук клавиатур сливался с приглушёнными разговорами, создавая фон активной, но спокойной работы. Кабинет Ромы был небольшим, но уютным и функциональным, соответствуя статусу заместителя директора. Входная дверь, сделанная из тёмного дерева, открывалась в помещение с широким окном, через которое можно было увидеть часть города. На окне висели лёгкие белые занавески, пропускающие свет, но защищающие от прямых солнечных лучей. Стены кабинета были покрашены в светлый оттенок серого, что создавало спокойную и нейтральную атмосферу. Вдоль одной стены стоял книжный шкаф, заполненный деловыми книгами, папками с документами и несколькими сувенирами из разных поездок. Среди книг можно было заметить и несколько личных вещей: рамки с фотографиями, небольшие декоративные статуэтки и награды. В центре кабинета стоял деревянный стол среднего размера с гладкой поверхностью. На столе аккуратно были разложены необходимые для работы предметы: ноутбук, несколько папок с бумагами, настольная лампа с тёплым светом и ручка в стильной именной подставке, кого-то подаренной Роме на день рождения. В углу стола стояла фотография в рамке. На одной из стен висела белая доска для заметок, на которой были записаны текущие задачи и идеи для новых проектов. Рядом с доской находился небольшой столик с кофеваркой и несколькими чашками, чтобы можно было приготовить себе кофе, не покидая кабинета. Пол был покрыт мягким ковром нейтрального оттенка, что делало кабинет более комфортным для работы. В углу стоял удобный диван для гостей, обитый тёмно-серой тканью, и небольшой журнальный столик с последними выпусками деловых журналов. Кабинет был организован так, чтобы сочетать деловую строгость и личный комфорт, создавая продуктивную рабочую атмосферу. Рома сидел за своим столом, сосредоточенно глядя на экран ноутбука. В кабинете царила тихая, деловая атмосфера. Он быстро и уверенно стучал по клавишам, набирая очередной отчёт. Его лицо было напряжённым, но в глазах читалась решимость и концентрация. На столе рядом с ноутбуком лежали открытые папки с документами, и Рома время от времени переключался между экраном и бумагами, сверяясь с цифрами и графиками. На столе стояла чашка с ещё тёплым кофе, и Рома периодически делал из неё глоток, не отрывая глаз от работы. Рядом с ноутбуком стояла настольная лампа, её мягкий свет создавал уютное рабочее место даже в дневное время. В углу стола лежал телефон, периодически вибрирующий от поступающих уведомлений и звонков. Рома, не обращая на него особого внимания, продолжал работать, полностью погружённый в свои задачи. Время от времени он отвлекался, чтобы сделать пометки на белой доске, которая висела на стене. Он подходил к ней, быстро записывал свои мысли и тут же возвращался к столу. Несмотря на усталость после бессонной ночи, Рома работал с удивительной продуктивностью, явно решив довести начатое до конца. Его движения были точными и уверенными, как у человека, который давно занимается своим делом и знает каждую деталь. Время от времени Рома откидывался на спинку кресла, размышляя над очередной задачей, а потом снова принимался за работу, с новыми силами и энтузиазмом. Работа была для него не только обязанностью, но и своего рода убежищем, местом, где он чувствовал себя компетентным и нужным. Это помогало ему отвлечься от личных проблем и сосредоточиться на достижении профессиональных целей. Рома мельком скользнул глазами по фотографии, стоящей в рамке у компьютера. На снимке были изображены два двенадцатилетних мальчика, обнявшихся и широко улыбающихся в камеру. Он и Бяша – тогда ещё дети, полные надежд и беззаботного счастья. Его лицо смягчилось. В памяти всплыли моменты из детства, когда они вместе проводили дни, строили планы и мечтали о будущем. Эти воспоминания были тёплыми и светлыми, несмотря на все трудности, которые им пришлось пережить. Как так произошло, что они, дружившие с пелёнок, делившие всё, даже еду, и вместе гонявшие по гаражам, стали такими разными? Эта мысль тяжело осела в его голове, наполняя сердце горечью и сожалением. Он не мог понять, где именно их пути разошлись. Рома закрыл глаза, вспоминая утро, когда он уходил из квартиры. Слова, которые он тогда сказал Бяше, эхом отдавались в его сознании: « — Если до вечера не съебешь, я тебя ментам сдам, серьёзно. А там есть за что. Даже за ебучий экстази позавчерашний. Бяша смотрел на него ошарашенно, не веря, что Рома способен на такую резкость. Но Рома не стал дожидаться ответа. Он повернулся и вышел, громко хлопнув дверью. Звук этого хлопка всё ещё звенел в ушах, когда он пересекал двор, направляясь к своей машине.» Этот утренний разговор оставил на душе тяжелый осадок. Рома понимал, что, возможно, переборщил, понимал, что жесткие меры были необходимы, но это не делало их менее болезненными. Слова, сказанные в порыве гнева и отчаяния, могли изменить их отношения навсегда. Рома вздохнул и снова приступил к работе, стараясь не обращать внимания на мысли, которые крутились в его голове. Текущие задачи требовали его полного внимания, и он сосредоточился на документах и звонках, отодвигая личные переживания на задний план. — Ро-ом. - послышался женский голос, и дверь в следующую секунду открылась, показав девушку, которая ярко улыбалась. Она была молодой и привлекательной, со светлыми распущенными волосами, которые ниспадали волнами на плечи. Голубые глаза сверкали дружелюбием и жизнерадостностью. На ней была облегающая рубашка, открывающая чуть декольте, подчёркивая её фигуру. Яркая и дружелюбная улыбка озаряла её лицо, придавая ему особое обаяние и теплоту. — Ксюш, иди к черту, пожалуйста, я и так делами завален. - сказал Рома, не поднимая головы от документов. — Ну, Ром, подписать надо. - она вошла в кабинет, занося лёгкий цветочный бриз и открывая полностью вид на себя. На ней была чёрная юбка-карандаш и чёрные туфли на каблуках, подчёркивающие её стройные ноги. — К Кате иди. - Рома что-то пометил в блокноте. — О-ой. - девушка махнула рукой, подходя ближе. — Да она злая сегодня, уволит сейчас случайно. - она присела на угол стола, рассматривая всё вокруг и нарушая порядок. Рома вздохнул, устало откидываясь на спинку стула. — Чё там подписать надо? - он потянулся за ручкой. Девушка, встав на ноги и подойдя ближе, наклонилась и передала ему документы. — Вот это. - сказала она, её волосы слегка задели его руку. — Тут, тут и здесь. - она указательным пальцем с глянцевым маникюром указала на нужные места, её улыбка была всё такой же яркой и дружелюбной. Рома снова вздохнул, но не успел и ручку к бумаге поднести, как дверь его кабинета снова открылась с громким: — Рома! Звук заставил вздрогнуть и его, и Ксюшу. На пороге показалась злая донельзя девушка. Светлые волосы были собраны в небрежный пучок, несколько прядей выбивались из прически, придавая ей немного взъерошенный вид. Ярко-зеленые, почти изумрудные, глаза смотрели на него с явной яростью, сверкая в свете офисных ламп, скрытые за очками прямоугольной формы с тонкой оправой. Одета девушка была в свободные классические черные штаны, подчеркивающие её стройную фигуру, и в белую рубашку, застегнутую до самого верха, поверх которой был приталенный черный пиджак. На ногах у неё были туфли на высоком каблуке, что добавляло ей уверенности и строгости в образе. — Ты почему трубку не берешь, я тебе уже 10 минут названиваю! - она прошла ближе, каблуки громко стучали о пол. — Вы на мобильный звонили? - Рома потянулся на телефоном и сразу увидел на экране 15 пропущенных от начальницы. Рома почувствовал, как к горлу подступает ком. Сердце ускорило свой ритм, как будто он внезапно оказался на пробежке. Ладони немного вспотели, а в груди росло беспокойство. Он всегда старался держать всё под контролем, но такие моменты заставляли его нервничать. Неудобство от упущенных звонков и страх перед начальницей, которую он уважал и, одновременно, побаивался, вызвали у него напряжение. Рома быстро прокручивал в голове возможные причины, по которым она могла так настойчиво звонить, и это ещё больше усугубляло его состояние. — Да! У меня рабочий же сломался. А ты так и не вызвал мастера! - Катя сказала это резко, с нотками раздражения и упрёка в голосе. Её слова прозвучали почти как обвинение, и в каждом слове чувствовалась нарастающая злость. — Извините, Екатерина Павловна. - Рома потер переносицу, стараясь не показывать своего раздражения от собственной безответственности. — Забыл совсем. — А знаешь, что ты ещё забыл? - её глаза сверкнули от едва сдерживаемой ярости. — Отчёт где, который я попросила? — Так я же неделю назад вам всё отдал. - Рома пытался остаться спокойным. — Ты мне дал месячный отчёт, да. Но он был за прошлый месяц, а мне нужен за этот! — Этот только начался, как я Вам отчёт сделаю? — Как хочешь, но чтобы завтра на столе у меня лежал отчёт. Ты понял? - Катя подошла ближе, упершись руками в стол, её взгляд был полон решимости. Вдруг с коридора послышался чей-то женский голос, зовущий начальницу по имени. Голос показался Роме знакомым, но это явно не кто-то из работниц, что ещё и странно. Екатерина Павловна громко вздохнула и опустила голову, всё ещё опираясь руками о стол. Какое-то время в кабинете висела тишина. Рома не решался заговорить первым, а Екатерина Павловна стояла, не отрывая взгляд от стола. Этот момент напряжённого молчания казался бесконечным. — Ладно. - начальница вздохнула и подняла голову, смотря на Рому строгим и проницательным взглядом. — Я уеду на неделю, поэтому отчёт отложи. - она выровнялась и поправила волосы. — Ты за главного тут останешься, Ром, я надеюсь на тебя. — Конечно, Екатерина Павловна. - Рома кивнул, ощущая смешанные чувства – облегчение от отсрочки с отчётом и тревогу из-за возросшей ответственности. — Всё будет под контролем, надеюсь. — Екатерина Павловна ещё раз окинула его взглядом и, явно удовлетворённая, развернулась к выходу. Когда дверь за Екатериной Павловной закрылась, в кабинете воцарилась тишина. — Теперь-то, кроме тебя некому подписывать. - Ксюша улыбнулась, прищурив глаза. — Да давай уже эти документы, Господи. - Рома взял из её рук бумаги, пробегая взглядом по тексту. В документах были стандартные формальности: отчёты о проделанной работе, утверждение планов на будущий квартал, несколько заявлений на отпуск. Рома быстро читал каждый пункт, убеждаясь, что всё в порядке, и ставил свою роспись в нужных местах. Его рука уверенно выводила каждую подпись, оставляя аккуратные завитки и точные линии. Передав документы обратно Ксюше, он ощутил лёгкое облегчение. — Спасибо. - девушка снова улыбнулась и, подмигнув, ушла, оставляя после себя лёгкий цветочный аромат. Рома почувствовал, как напряжение, накопившееся за день, стало понемногу отпускать. Его мысли, однако, продолжали вертеться вокруг последних событий: утренний конфликт с Бяшей, напряжённый разговор с начальницей, а теперь ещё и дополнительные обязанности. Он провёл рукой по лицу, словно пытаясь стереть усталость и стресс. — Можно я просто пойду с окна сброшусь? - спросил он, обращаясь скорее к самому себе или к пустоте в комнате. Его голос прозвучал тихо и немного отчаянно. Затем он вздохнул, собравшись с силами, и снова взялся за работу. Стопка документов на столе казалась бесконечной, но Рома знал, что всё это нужно было сделать, и чем быстрее он закончит, тем лучше.

***

Рома зашёл в квартиру, устало захлопнув за собой дверь. Вечерний свет медленно угасал за окнами, наполняя помещение мягкими оттенками заката. Скинув обувь, он почти сразу почувствовал, как нарастает усталость во всём теле. Пройдя в гостиную, он бросил пиджак на спинку кресла и расслабленно рухнул на диван. Квартира казалась тихой и пустой. После напряженного дня в офисе, эта тишина была как бальзам на душу. Взгляд Ромы упал на кухонный стол, где стояли две чашки – одна пустая, другая с остатками утреннего кофе. Бяши не было видно, и это придавало вечеру особое спокойствие. Рома потянулся за пультом от телевизора, но передумал включать его. Вместо этого он лег на спину, закрыв глаза и наслаждаясь редкими моментами покоя. Мысли о Бяше, их ссоре и всей ситуации, в которой он оказался, всё еще бродили где-то в глубине сознания, но сейчас они казались менее угрожающими. «Как так произошло, что мы стали такими разными?» – мелькнуло в его голове. Когда-то они были неразлучны, но теперь казалось, что пропасть между ними стала слишком широкой, чтобы её преодолеть. Через время воспоминания уже о прошлой ночи нахлынули на Рому, как волна.

***

Больница возвышалась перед ними серым монолитом, освещённым редкими лампами у входа. Высокие окна тускло светились в ночи, а двери здания то и дело открывались, пропуская пациентов и медиков внутрь. Полина, выбравшись из машины, выглядела измученной и напряжённой. Её черные распущенные волосы были слегка взъерошены, а лицо отражало смесь усталости и тревоги. Она не сразу захлопнула дверь, задержавшись на мгновение и посмотрев на Рому. — Ты сможешь подождать меня? - спросила она, её голос был едва слышен на фоне звуков ночного города и больничной суеты. — Как скажете. - ответил Рома, стараясь придать своему голосу твердость, хотя сам чувствовал себя не лучше. Дверь захлопнулась, и он остался один в машине, наблюдая, как Полина быстро направляется к входу. Внутри автомобиля было тихо, лишь редкие звуки проезжающих мимо машин напоминали о том, что вокруг всё ещё кипит жизнь. Рома откинулся на спинку сиденья, пытаясь хоть немного отдохнуть и собрать мысли. Ситуация в баре, шум, крики, кровь, что были, хоть он и не видел, всё это прокручивалось в его голове, оставляя неприятный осадок. Пока он ждал, ему позвонили. На экране высветилось имя "Костик", на фоне их с Ромой общей фотографии, где они обнимались, сидя на диване в квартире Ромы. — Чё там? - встревоженно заговорил голос в динамике. — Как Антон? — Мне не известно. - Рома закрыл глаза, ощущая усталость и желание поспать, и уложил голову на руле. — Сестра твоя пошла и не вернулась ещё. — Ты так быстро понял, что она сеструха моя? - Костя чуть усмехнулся, хотя голос сочился тревогой и виной. — Это было очевидно. - Рома зевнул. — Настя там как? — В шоке, но уже приходит в норму. - Костя замолчал, словно собираясь с мыслями. — А ты? - вдруг произнёс Рома, зная, что этот вопрос пробьёт броню, за которой скрывался его друг. Костя снова замолчал, и Рома услышал в этом молчании не только тревогу, но и глубокую, всепоглощающую вину. Он знал, что Костя винит себя за беспомощность, за то, что не смог предотвратить произошедшее. Тишина в динамике говорила больше, чем слова, и Рома понимал, что его друг переживает, как и он сам. — Костя, ты не мог ничего сделать. - мягко сказал Рома, надеясь хоть немного облегчить его состояние. — Я просто... не могу это вынести. - наконец, ответил Костя, голос его дрожал. — Чувствую себя так, будто подвёл всех. Настю, Антона... тебя. — Никого ты не подвёл, слышишь? - Рома постарался вложить в свои слова всю уверенность, на которую был способен. — Я пытался. - Костя вздохнул. — Но мне кажется, что этого недостаточно. Рома понимал, что слова вряд ли успокоят друга, но всё же продолжил. — Ты сделал всё, что мог, и даже больше. Это важно. — Не-е, Ром, давай не отрицать очевидного. - перебил его Костя. — Я не сделал нихуя, я даже не подошёл к нему. — Ну... - Рома вздохнул, закрывая глаза. — Тут сложно отрицать, хорошо. Судя по твоему рассказу, ты не сделал нихуя. - он помолчал немного. — Но ты и не смог бы. — Блять, ты же смог бы. Я чем хуже? — Ну, Гриша кадр такой... Что если бы ты полез, ты бы и сдохнуть мог на месте. — Рома глянул на вход в больницу, заметив, как оттуда вышла девушка, но это была не Полина, поэтому он снова уложил голову на руль. — Я знаком с ним дольше просто. — Но это не оправдание, Ром. - Костя явно был в смятении. — Ты же понимаешь, что я не могу просто сидеть сложа руки. — Да, понимаю. - Рома ответил, пытаясь найти слова, чтобы утешить друга. — Но в тот момент у тебя не было выбора. Если бы ты вмешался, всё могло бы стать только хуже. — Я не могу это принять. - тихо сказал Костя. — Внутри всё горит от беспомощности. — Знаю. - Рома посмотрел на телефон, разглядывая их общую фотографию, где они выглядели такими счастливыми. — Но сейчас важно, чтобы ты был рядом. Не винить себя, а поддержать Полину и Настю. Ты им нужен. В этот момент дверь машины резко открылась, и на сиденье рядом села Полина, злобно взглянув на Рому. — С Костей говоришь? — Да. — Дай сюда. Рома чувствовал, как напряжение в его теле нарастает с каждым мгновением. Он был вымотан и подавлен, мысли путались, а тело просило отдыха. Его руки дрожали от усталости и нерешительности, глаза с трудом фокусировались на происходящем. Внутри бушевала буря эмоций: тревога за Костю и Настю, беспокойство за то, что они оказались в такой ситуации. Полина вздохнула, будто собираясь с мыслями, и это заставило Рому почувствовать лёгкую зависть к ее способности держаться в такой ситуации, хотя ей тут явно хуже. Он почувствовал, как его сердце забилось быстрее, когда Полина протянула руку. Все происходящее казалось нереальным, как будто он наблюдал за собой со стороны. Пытаясь справиться с накатившими эмоциями, Рома сосредоточился на дыхании, стараясь вернуть себе хоть немного спокойствия. Но даже в этом, казалось бы, простом действии он ощущал себя разбитым и беспомощным. Взгляд Полины был полон решимости и силы, чего так не хватало Роме в этот момент. Он чувствовал себя слабым и потерянным, словно маленький мальчик, который не знает, что делать дальше. — Слушай меня. Ты! - Полина подняла телефон к уху и резко повернулась к окну, избегая смотреть на Рому. — Ты знаешь, что я бы с тобой сделала, если бы скорая на пять минут позже приехала, а?! - её голос звенел от ярости, а Рома вздрогнул от громкости её крика. Рома наблюдал за ней, чувствуя, как напряжение в его теле нарастает. Он понимал, что Полина выплёскивает свои эмоции на Костю, но это не делало ситуацию менее напряжённой. Глубоко вздохнув, он попытался расслабиться, но тревога и некоторая даже вина всё ещё терзали его. Рома вслушивался в крики Полины, наблюдая за её напряжёнными движениями. С каждым её словом, даже не касавшимся лично его, он чувствовал, как внутри что-то сжимается. Но когда она резко выкрикнула: — Он, блять, в рубашке родился, понимаешь?! Бога, сука, благодари, что всё обошлось! Если бы ещё чуть-чуть, его бы не спасли. - Рома, словно по команде, ощутил, как огромный груз спадает с его плеч. Парень, за которого так волновались его друзья, был жив. Не зная его лично, Рома всё же ощутил облегчение. Слова Полины принесли осознание, что ситуация, хоть и сложная, не завершилась трагедией. Рома глубоко вздохнул, впервые за последнее и, в целом, долгое время почувствовав себя легче. Полина резко выдохнула, выключив телефон и вернув его Роме. Её плечи были напряжены, а руки слегка дрожали. Ярость, которая бурлила в её голосе и жестах минуту назад, сменилась явным утомлением и облегчением. Её глаза, всё ещё горящие от недавнего гнева, теперь выглядели потухшими и усталыми. Она провела рукой по лицу, пытаясь стереть следы напряжения, и взглянула на Рому, её голос стал тише, но всё ещё дрожал от эмоций. — Прости за крик. - сказала она, её голос был мягче, почти извиняющимся. — Просто... Это было слишком близко. — Я всё понимаю, ничего страшного. - Рома положил телефон в карман джинсов. — Тебя домой отвезти? — Ну... - девушка вздохнула. — Я была бы не против. Рома кивнул, вглядываясь в её уставшее лицо. Он понимал, что ночь была тяжелой не только для него, но и для неё, только для неё сильнее. — Хорошо, поехали. - сказал он, услышав адрес, куда надо поехать, и заводя машину. Полина устроилась на сиденье, всё ещё напряжённая, но уже более спокойная. Машина тронулась с места, и Рома повёл её по пустынным ночным улицам. Город уже успокоился после дневной суеты, фонари мерцали приглушённым светом, освещая мокрый от недавнего дождя асфальт. Прохожих почти не было, лишь изредка попадались одинокие фигуры, спешащие по своим делам. Дома и магазины казались закрытыми и сонными, свет отредких окон создавал тёплые пятна на фасадах зданий. Рома вёл машину уверенно, позволяя Полине немного расслабиться в уюте салона, окружённом тишиной ночного города.