Try not to lose yourself

— Эррор, ну же, — Инк стоит с вытянутой рукой, надеясь, что Разрушитель наконец примет его дружбу. Сколько раз это повторяется? Он сбился со счёта. — Давай, прекратим распри и сходим куда-нибудь. В Оутертейл, например! — после недолгого молчания предложил он. — Ты же так любишь эту Вселенную! Посмотрим на звёзды… — Не надоело тебе, чернильница чёртова? — хмыкнул Эррор, сложив руки на груди. — Сколько это продолжается? — Долго. Очень долго. Оба потеряли счёт этому бесполезному предложению. Этой бесполезной войне, где не выиграет никто. — Опять хочешь умереть? Потому что ты меня ужасно бесишь и прямо напрашиваешься, чтобы я сломал тебе шею. — Я тебя всегда бешу, — натянуто улыбнулся Инк, опустив руку. Бесполезно. Всё бессмысленно. — Но с каждым разом всё сильнее, — художник на это лишь усмехнулся и опустил голову. — Так повторюсь, если ты не расслышал. Не надоело? — противник поднял голову, склонив её вбок, и удивлённо заморгал. — Не надоело помогать всем? Не надоело защищать эти бесполезные Вселенные? Не надоело возиться с этими своими дружками бесполезными? Я могу продолжать долго. — Эррор… — маска трещит. Трещит по склеенным швам. Трещит так, что готова слететь в любой момент. Помотав головой и снова натянув лучезарную улыбку, Инк рассмеялся. — Да ты прям психолог. Слушай, может тебе этим заниматься вместо разрушения Вселенных? А что, отличная идея! Хотя… для тебя вряд ли подойдёт, — он хихикнул, поправив шарф. — Не выдержишь и кто-то станет твоей новой куклой.       Эррор нахмурился, приподняв подбородок. После каждой смерти Инк возвращался, как ни в чём не бывало. Пара дней и он снова в строю, вместе со своими дружками скачет по Вселенным, чтобы подлатать их. Но в последнее время, где-то смертей десять назад, он перестал приходить по первому зову своих избитых друзей и Альтернативных Вселенных. Приходил только тогда, когда дело доходило до крайней точки. Приходил и смотрел. Смотрел, как всё умирает. Не старался что-то сделать, как-то помочь. Создатели в эти моменты кричали на него, давая Эррору слушать их ругань на Хранителя. Сначала это было забавно. Его отчитывали, как маленького ребёнка. Потом начало настораживать, когда Инк начал приходить лишь после того, как вся Вселенная умрёт. Приходил посмотреть на остатки. Даже не старался собрать всё заново, как бывало раньше, когда он не успевал прибежать. Лишь смотрел пустым взглядом и, стараясь выбрать какую-то из склянок, забивал на это дело, разбивая их и оставляя растекаться в разноцветную лужу.       Но Создатели настойчивые. Сколько бы Инк не старался избавиться от этого подобия эмоций, они всегда их возвращают. Забирая все негативные склянки и оставляя лишь жёлтую, оранжевую и розовую. Даже белую забирают. Ведь Хранитель должен дарить свет.       Вот и сейчас нет ни одной негативной эмоции. Можно было бы подумать, что он просто решил уподобиться весёлым клоунам и не испытывать что-то, что не вяжется с его образом. Эррор даже так не понимает. Зачем? — Я бы из тебя сделал куклу, что б не говорил много, — хмыкнул Эррор, засунув руки в карманы плаща. — Вот только от тебя одни чернила остаются. И те потом испаряются. — Ой да ладно, — отмахнулся Инк, слегка посмеявшись. Краска начинает выветриваться. Значит, скоро конец этого тела. Жаль, что не конец мучениям. — Смеёшься плохо, не верю. — Краска заканчивается… — А выпить ещё? — Я использую её, как таймер, — Хранитель улыбнулся, подходя ближе к Эррору. — Скоро конец. — То есть я опять ничего не увижу на твоём лице? — хмыкнул Разрушитель, сжав нитями чужие запястья и подтянув ближе. — Именно так, — поморщился Инк, улыбнувшись. — Мог бы чуточку нежнее это сделать. — Не мог, обойдёшься.       Хранитель лишь усмехнулся, когда нити сдавили шею. На позвонках появились трещины, в горле встал мерзкий ком. Воздух не втянуть. Грудную клетку обжигает болью от недостатка кислорода. Уже даже не страшно. Лишь первые смерти было страшно. Потом привык. Эррор всегда убивает его одним и тем же способом. Это наскучивает, но в то же время радует, что можно не думать лишний раз о новых изощрённых пытках. — Скоро увидимся.       Теперь можно вдохнуть.

***

      В Анти-Пустоте тихо. Всегда так было. И будет. До определённого момента. Сколько дней прошло с его последней смерти? Сколько Альтернативных Вселенных уже разрушены? Слышны крики. Надрывные, просящие помочь. А Инк лежит. Лежит и ничего не делает. Потому что кричит он. Самому себе не помочь. Никто не придёт. Никто не поможет.

***

— Где же твои друзья? — усмехнулся Эррор, повалив Дрима нитями на землю какой-то маленькой Альтернативы. — Блу у себя, — прошипел Дрим, ёрзая на серой траве в попытке избавиться от синих нитей. Но с каждым движением они лишь сильнее впивались в кости, разрезая одежду. — А ваш дорогой художник? Или всерьёз помер? — Ой, Эррор, не думал, что ты так скучаешь по мне, — рассмеялись сзади.       Эррор повернулся, но Инк уже стоял в луже чернил рядом с Дримом, освобождая его от нитей. — Инк, ты же… — Дрим кинул напуганный взгляд на пустые склянки и потухшие глазницы, где ещё пару секунд назад были цветные символы. Скелет поймал тело Хранителя, немного прижав его к себе. — Что, кукла сломалась? — усмехнулся Разрушитель, вырвав из чужой хватки и подтянув к себе тело Инка нитями. — Ну, вроде пока не растёкся. — Верни его, — рыкнул Дрим, встав и взяв в руку лук. — Тебе? — рассмеялся Эррор, открыв ногой портал и кинув туда Хранителя. — Ой, уронил.       Отсалютовав двумя пальцами от виска, скелет прыгнул в портал, закрыв его.       Тёмная Анти-Пустота встретила тишиной и нитями, что были везде. Вздохнув, Эррор лёг в гамак под «потолком» и подвесил Инка рядом. Тёмные глазницы заставляют думать о чём-то плохом. Эррор раскачивает тело то вверх, то вниз, словно тряпичную куклу. Хранитель ни на что не реагирует. Но исходя из того, что он не растёкся в руках своего друга, как только упал, можно сказать, что он жив. А вот здоров ли… Другой вопрос, на который Инк ответит сам, как только очнётся. Остаётся только ждать, когда он очнётся.

***

      Место, куда попадает Инк каждый раз после своей смерти, тихое, пустое. Это заставляет хотеть выбраться отсюда быстрее, лишь бы не находиться здесь, в пустоте и тишина, совсем одному.       Создатели ругают его. Ругают за то, что он перестал защищать их детища по первому зову. За то, что так часто умирает в надежде на то, что он больше не вернётся к жизни. Не проснётся. Это была бы лучшая помощь со стороны Создателей. Но они упорно продолжают возвращать его к жизни, забирая все негативные эмоции и лишая его, Инка, возможности самому сделать хоть какую-то краску с другой эмоцией.       Кричать в пустоту не приносит удовлетворения. Создатели не слышат, или не хотят слышать, его криков о помощи. Сколько бы он ни старался. Сколько бы раз ни умирал. Сколько бы раз не восстанавливал свою маску и себя по кусочкам вновь и вновь. Им плевать. Так почему не может быть плевать ему? Почему он не может просто исчезнуть?

***

      В Анти-Пустоте нет понятия как «время», поэтому Эррор ориентируется по дням АндерНовелы. Прошло три дня, а Инк так и не очнулся. Даже признаков жизни не подаёт. Только дёргается иногда и потом снова замирает, как неживой. Разрушителя это начинает бесить. Неужели так сложно проснуться? Просто взять себя в руки. Нет же ничего сложного.       Инк закашлялся, пытаясь освободить руки от нитей, чтобы прикрыть рот, но они лишь сильнее впивались в кости, что начинали «кровоточить». Эррор, удивлённо поморгав, опустил Хранителя на пол и спустился следом, ослабив нити. Инк сразу же сжался в клубок, откашливаясь чернилами и прикрывая рот. Наконец сделав глубокий вдох, он сел. Тяжело дыша, он оглядывался вокруг себя и задержал взгляд на, стоящем перед ним, Эррором. — Хотелось бы сказать, что и дня не прошло, но в твоём случае и недели, — усмехнулся Эррор, сложив руки на груди. Все вопросы, что он хотел задать так и останутся не озвученными. — Кто ты? — нахмурился Инк, отодвинувшись назад и пытаясь испепелить стоящего перед ним скелета взглядом с белыми зрачками. — Я знал, что ты забывчивый, но чтобы настолько, — усмехнулся Разрушитель, стараясь разрядить обстановку. Белые зрачки и поведение его врага радости не вселяют. — Откуда ты можешь меня знать, если даже я не знаю, кто я? — Инк встал и отряхнулся. — Дай шарф, — Эррор протянул руку, подойдя на пару шагов ближе. — Узнаю хоть, что у тебя в твоей тупой башке было, пока ты был с эмоциями. Не волнуйся, прочитаю записи и убью тебя, чтобы возродился, как обычно.       Инк резко снял шарф и кинул его на пол. Если эта вещица так нужна этому странному монстру, то пусть берёт. Вряд ли она что-то значила. И вряд ли что-то будет значить. Эррор взял шарф нитями и, растянув перед собой, начал выискивать записи, которых прежде не видел. «Твоя кисть — Бруми. Не забывай, пожалуйста, она может обидеться!» «Дрим должен тебе рассказать больше про своё заточение» «Надо сделать ещё что-нибудь в Анти-Пустоте, а то пусто» «Постарайся не потерять себя. Ты на грани. Создатели не помогут, не старайся»       Чернила на этой заметке уже давно высохли, впитавшись в кремовый шарф. Все остальные заметки меркнут рядом с этой. Они кажутся такими глупыми по сравнению с этой, пропитанной отчаяньем. Эррор усмехнулся. — Ты не смог, бездушный, — он помотал головой, отдав шарф его хозяину. Тот прочитал надпись, выделенную синими нитями. Кинув шарф на пол, он, взяв кисть, что валялась где-то неподалёку, прыгнул в портал. — Никто тебе не поможет с этим.