Моральная поддержка

— некит, просыпайся, мы приехали — аккуратно произнёс Петрашка. И вправду: за окном знакомый двор друга. Никите надо было только выйти, и он бы оказался на теплой улице, но смотря в пол, как-то не хотелось ничего делать. Наверное это из-за того, что в это время парень спокойно спал, а сейчас вдруг надо передвигаться и использовать свои силы, которых нет. Даник открыл дверь: — давай, погнали. Все хорошо будет. Зайдёшь в дом и сразу спать. Взяв свои силы в кулак-парень встал, направился к подъезду. Слава богу, в доме был лифт, а то пришлось бы нести эту тяжёлую тушу на? этаж. В небольшом пространстве стало страшно, все начинало плыть, а друзья смотреть на него. «Надеюсь мне кажется, а то блять параша полная» — подумал больной, протёр глаза и обвел взглядом всех людей в лифте — «да вроде нормально все ахвхвхахаха шизик ебучий. Во прикол кончено, таблетки мажут лучше всякой наркоты» Тут и нужный этаж, нужная квартира и нужное место для Никиты сейчас. Он упал на кровать, будто бы его подстрелили. В комнате, в которой он лежал, ничего не изменилось. Жаль, только уснуть не получилось. Глаза даже не слипались, а просто были приоткрытыми, усталыми, но в прочем как и их хозяин. Парень морально хотел спать, но ничего не выходило. Он то и дело прислушивался к словам друзей в соседней комнате. Они…стримили? Похоже на то. От этого факта стало так не по себе. Ведь его реально не было дней 10-15, точно он не мог понять, а могло вообще не быть больше никогда. Когда любые мысли стали тушеваться и путаться в голове, Никита решил выйти и посмотреть, что же делают парни: и в самом деле стримят. У них была открыта дверь, но заходить не хотелось. — ты чего? Что-то надо? — заметил больного Гладкий. Тогда и все парни повернулись на него. Петрашка отключил микрофон, взглянул на время, подорвался и громко зашагал на кухню. — БЛЯЯЯЯЯЯЯЯ — возмущался зеленоволосый — пиздец, забыл! НЕКИТ ЕБАШЬ СЮДА. Садись за стол давай. Тут Артём стал накладывать еду парню. После пошёл в коридор, достал из рюкзака таблетки, бросил на стол, и сел против Никиты. — ну че, ешь. — а хули ты смотришь. У тебя там стрим идёт вообще-то, поэтому иди и стимь, долбоеб. — ни ерничай! Садись и ешь! Нам сказали следить за этим. Парень стал кушать, а Петрашка наблюдал. После съеденной тарелки последовали таблетки и бутылка воды, чтобы Никите было легче. По словам друга это было " ебать ты все равно пить захочешь. Во тебе бутылка, хоть спи с ней. К нам выходить не надо будет. " — спасибо В этот раз больной ушёл и наконец-то уснул. Так проспал он до утра. Хотя мометами просыпался и слышал, как друзья заходят в комнату, чтобы проверить его-это было довольно приятно.