150 hours | 150 часов

16 мая, 21:05. Последняя затяжка — и лёгкие заполняет едкий сигаретный смрад. Запад притягивал солнце, точно магнит, лучи засыпающего светила озаряли просторный кабинет, назойливо щекоча скулы. Молодой человек затушил умирающую сигарету в каменной пепельнице и откинулся на спинку добротного деревянного кресла. Ещё один вдох, теперь уже свободный от горького табачного привкуса — и дым рассеялся, оставив терпкий аромат кофе и нагретого солнцем красного дерева, из коего здесь была сделана почти вся мебель. Он почти не слушал, что ему говорил сидящий напротив мужчина, чьи чёрные волосы на висках давно осеребрила седина. Скучно, до чего же скучно… скучным было всё, что окружало брюнета, а чёртов солнечный свет и вовсе начинал откровенно раздражать. — Ты слушаешь меня, Юу? — в голосе мужчины эхом отражались сталь и нетерпение. Юу перевёл на него наполненный ироничной меланхолией взор и потянулся к миниатюрной чашке с кофе. А кофе, наверно, давно остыл. Вот незадача. — Да, отец, — он постарался изобразить участие. — Я слушаю тебя. — Что именно ты услышал? — Ну как что, — хмыкнул Юу и отпил горький кофе — и правда, остывший. — То, что в играх взрослых непременно страдают дети. — Я хочу, чтобы ты серьёзнее относился к нашему делу, мальчик, — отец нахмурил брови. — Ты — мой единственный наследник. — Как и Такашима — единственный наследник наших, как ты выражаешься, конкурентов. И поэтому ты решил припугнуть его папеньку, дабы тот не совал нос на нашу территорию. — Верно. — Его сынок тут ни при чём. Этот кадр ошивается по своим малинам или ещё бог знает где там его наделы, и носа не кажет. Кроме того, ты уверен, что старший Такашима не объявит тебе войну? В опасности могут оказаться наши люди. — Такашима и его шавки — не твоя забота. Пока что. У тебя есть задание, и я уверен, что ты меня не подведёшь. — Ага, — Юу закатил глаза, — должно же что-то быть вечным в этом мире. Кровь, долг, семья, — с наигранным пафосом произнёс он старый девиз их клана. Широяма-сан шумно вдохнул и поднялся из кресла, вплотную подойдя к безмятежно потягивающему кофе сыну — тот и бровью не повёл. — Хочешь сказать, мы плохо выполняем свою работу? — мужчина понизил голос. — Или ты так и не понял, что все эти крысы в наркокартелях и притонах со шлюхами до сих пор не пустились во все тяжкие только потому, что я держу их за задницу? — Я — преемник достойного бизнеса, нечего сказать, — Юу, наконец, посмотрел на отца. — Я делаю то, что должен. Такашима нарушил договорённость и отправил своих шакалов на мою территорию. Если мы не можем показать, кто здесь хозяин, как думаешь, надолго мы удержим своё положение? — Избавь меня от лекций, умоляю, — раздражённо процедил молодой человек и встал. — Я помогаю патрулировать район и отвечаю за разведку, но в няньки для отпрыска Такашимы я не нанимался. Широяма-сан положил массивную ладонь на спину сына и подтолкнул его к окну. — Ты смотришь? — он ткнул пальцем в стекло, указывая на панораму раскинувшегося перед ними вечернего Токио. — Смотри внимательно. В один прекрасный день всё это станет твоим. Но для того, чтобы это стало твоим, ты должен уметь выполнять любую работу, усёк? Любую, — грозно повторил отец. — И твоё нытьё о том, что тебе что-то не по нраву, это последнее, что я желаю слышать. — А сейчас ты скажешь, что в моём возрасте управлял этим районом всего с парой десятков доверенных людей, что в разы меньше нынешней суровой действительности, — фыркнул Широяма-младший и отошёл от окна. — Я хорошо знаю свою работу и подводить тебя не собираюсь. И ты думаешь точно так же, иначе доверил бы Такашиму кому-нибудь ещё. Ну и к слову: чем раньше я доберусь до Такашимы, тем быстрее отделаюсь от него. Разговоры не способствуют ускорению процесса, понимаешь? — Ками… — вздохнул мужчина. — Сколько времени тебе нужно? — Учитывая расстояние от Токио до Хиросимы, порядка двух суток. Я могу идти? — Можешь. Но прежде скажи мне, — жёстко произнёс Широяма-сан, и в глазах его на миг мелькнула бледная искра, в зеркальных гранях которой Юу увидел себя. Но увидел он себя не таким, каким он был сейчас. Его словно отбросило куда-то очень далеко, туда, где грудь разрывают рыдания, а перед глазами клубится серый туман из-за невыплаканных слёз. — Что мне сказать тебе? — он тряхнул волосами, прогоняя наваждение. — Ты понимаешь, для чего мы это делаем? Правда понимаешь? — Да, отец, понимаю, — Юу склонил голову на прощание. — Доброй ночи. Широяма-сан проводил взглядом удаляющуюся спину Юу и устало опустился в кресло за массивным столом. В чём-то сын напоминал ему его самого в молодости — импульсивный, неуступчивый, своевольный. Как же порой сложно сладить с молодёжью… впрочем, профессионализм Юу безусловен, Широяма-сан был абсолютно уверен в нём. И всё же в первую очередь этот своенравный гордец — его сын, он всегда будет беспокоиться о нём. Теперь, когда роли определены и обозначены сроки, остаётся лишь ждать. Время пошло. Юу вышел из кабинета отца и направился в свою спальню. Наручные часы показали двадцать один час и тринадцать минут, скоро город погрузится в сон. По крайней мере, та его часть, граждане которой ведут менее социально порицаемый образ жизни. Юу давно понял, что под фонарём темней всего. Он знал, что темнота разоблачает не хуже самого опытного детектива и срывает маски даже с тех, кто этого не желает. Он знал, что творится за запертыми дверями, и что скрывают кислотно-неоновые вывески города. И нет, всё было не так-то сложно, как могло показаться. Даже самый грубый замок по своей прочности мог посоперничать разве что с листком бумаги. Достаточно лишь протянуть руку и толкнуть дверь. Ну, или задать правильный вопрос, чтобы оказаться у этой двери. Люди слепы и не видят того, что происходит у них перед самим носом. Но тот, кто хотя бы единожды сбивался с пути, знал, насколько иллюзорно всё то, что видят типичные белые воротнички, спешащие по утрам на работу. Что ж… Юу вполне мог отнести себя к числу тех счастливчиков, которые имели возможность балансировать на границе, зная, как не пропасть в ночи, при этом ничем не выдавая себя при свете солнца. Но чересчур уж сомнительно оно, это счастье, а выбора у него не было. Он просто родился в семье, представляющей истинную власть Токио, путь его был предопределён ещё в утробе матери. Однако молодой человек не жаловался. Сейчас он тот, кто он есть. Один из лучших людей клана. Отец на совесть вложился в подготовку сына. Юу затворил дверь в свою комнату, подошёл к столу и ловко запрыгнул на него, усевшись по-турецки. — Операция «Нянька» началась, — невесело хохотнул он и аккуратно взял в руки облачённую в рамку фотографию. Старый снимок, ему уже… сколько? Лет двадцать? Больше? С матовой, плотной бумаги на Широяму смотрел отец — как всегда, при костюме и без улыбки, с безупречной выправкой и прямым, жёстким взглядом. Рядом с отцом — совсем юный Юу, у него скоро начнёт ломаться голос. Этот Юу пока умеет улыбаться. Потому что на его плече лежит мягкая ладонь матери — вот она, стоит рядом с отцом, невероятно контрастируя с ним. Такая тонкая и хрупкая, с нежными чертами лица и густыми, вороными волосами. Отец часто говорил, что сын поразительно похож на мать, и Юу знал, что это правда. — Ты бы этого не одобрила, а? — он вернул фотографию на место, вытащил из кармана чёрной рубашки телефон и нажал на пару сенсорных кнопок. — Рено, зайди ко мне. Сейчас. Спустя минуту раздался стук — с дисциплиной у людей отца всё строго. — Заходи, — разрешил Юу, спрыгивая со стола. Негоже наследному принцу являться в столь вольном виде перед подчинённым. Обхохочешься. — Вы звали, Широяма-сан? — Звал, — молодой человек зашёл в галерею на телефоне, отыскал нужную фотографию и развернул экран к собеседнику. — Его имя — Такашима Койю. Даю тебе и ребятам два часа. Выясните, где я могу его найти, он нужен мне. Сегодня. — Да, Широяма-сан, — Рено поклонился и вышел, вновь оставив Юу одного. Он дождался, когда в коридоре стихнут шаги Рено, и посмотрел на открытую в телефоне фотографию. Светло-рыжие, спадающие на плечи волосы. Какая-то хитро сделанная цацка на шее. Наглые тёмно-карие глаза. Именно наглые — по-другому Широяма не мог описать увиденное. Худощавая фигура и зажатая меж длинных пальцев сигарета. Весь облик дышит явным высокомерием и чувством собственного превосходства. Яблочко от яблони, Такашима-старший точно может гордиться своим чадом. Юу не знал наверняка, но что-то ему подсказывало, что вынужденное путешествие на другой конец страны не обещает быть лёгким. А пойти против воли отца он не посмеет. Итак, что он имеет? В его распоряжении сорок восемь часов, и отсчёт уже идёт. Два часа он дал своим людям, чтобы раздобыть информацию относительно места пребывания этого рыжего недоразумения. Дальше — самое интересное. В кавычках, разумеется. От Токио до Хиросимы — приблизительно семьсот пятьдесят километров, а с неизбежными объездами и конспирацией могут выйти все восемьсот. Не ближний свет, но отец не привык церемониться с теми, кто нарушает установленный на его земле порядок. О кровопролитии речи не шло, Юу получил вполне чёткое указание — доставить Такашиму в Хиросиму целым и невредимым. Ха-ха… невредимым? Этот пункт будет напрямую зависеть от его поведения в пути, а терпением Юу никогда не отличался. В Хиросиме его с ценным грузом будут ожидать подчинённые отца, а далее — дело техники. Запугивания, переговоры, обещания, договоры — словом, рутина. Но в чём-то Широяму-старшего можно понять, разве нет? С незапамятных времён их кланы отхватили по куску огромного пирога под названием Токио с запретом вторжения в неподконтрольную зону. А за минувший месяц люди Такашимы основательно потеряли страх, иначе как объяснить, что отцу Юу с завидной регулярностью поставляют доклады об очередных поборах на подвластных ему точках или вооружённых стачках с потерями? Внутренняя диверсия? Исключено. Клан Широямы теряет людей, и это здорово подпиливает фундамент, на коем зиждется их положение в городе. И если Такашима под старость лет запамятовал условия скреплённого кровью завета, придётся принять особые меры и напомнить, что его вотчина — район Тосима, а никак не Минато. Юу чувствовал, что отец не просто зол. Отец был в ярости. И у него на то есть причина. Причина, о которой они старались не вспоминать. Потому что однажды клан Широяма уже был на грани войны с кланом Такашима. Каким чудом её удалось избежать — неизвестно. Юу знал только, что сейчас отец всеми силами старается не допускать необдуманных решений и не рубить с плеча. Они оба прекрасно помнили, чем всё это чуть не закончилось почти двадцать лет назад. Вот почему Широяма-сан спросил у сына, на самом ли деле тот понимает, зачем они это делают. Вот почему Юу стало так больно. Пусть и на доли секунды, но этого хватило. Но достаточно. Что было, то прошло. У него нет времени убиваться по давно минувшим дням. Юу понимал, что всем тем, чем он располагает сегодня, он обязан отцу, и у него есть долг перед семьёй. Стоило сосредоточиться на текущей задаче, которая на ближайшие двое суток станет для Юу приоритетной. Так… ребята быстро отыщут сынка Такашимы, далее — транспортировка груза до Хиросимы, а после от Широямы уже ничего не зависит. Пожалуй, более сложной задачей будет не столкнуться ни с кем из людей клана Ацуму, контролирующих Хиросиму. Они точно не одобрят разборки столичных гостей на своей территории. Или не так уж это и сложно? Юу умел оставаться в тени, будучи на свету — поэтому отец и выбрал его. Пора оправдывать свою репутацию. В очередной раз. — Знала бы ты, как я устал от всего этого дерьма, — почти зло проговорил Юу, глянув на фотографию на столе. Он подошёл к мини-бару, приоткрыл одну дверцу, взгляд зацепился за соблазнительно поблёскивающую в свете торшера бутылку с бурбоном. Юу потянулся было за алкоголем, но остановился. Правильным ли будет пить перед ответственным заданием? Наверно, нет. И дверца вернулась на своё место. От бара Юу перебазировался к приоткрытому окну и распахнул рамы ещё шире. Он выудил из нагрудного кармана пачку сигарет, запалил одну и затянулся, неторопливо скользя взором по крышам и окнам города. Там, снаружи, стремительно темнело, тени суетливо прятали Токио под своим сумрачным покрывалом, вытесняя с улиц тех, кто наивно полагал, что жизнь вернётся с первым лучом солнца. А они забавные… Широяма прищурился, наблюдая, как внизу мерцают глазастые светофоры и загораются вывески. Спокойной ночи, Токио. Твой сон будет беспокойным. — Широяма-сан? — Юу обернулся на голос в дверях — Рено вернулся, держа в руках тонкую пластиковую папку. — А ты быстро, — молодой человек отправил в пепельницу наполовину выкуренную сигарету. — Уже есть новости? — Доступ к базам полиции творит чудеса, — усмехнулся Рено и протянул папку Юу. — Камеры засекли цель в баре «Катана». Здесь — информация о всех его перемещениях за последние три часа, включая все необходимые данные по бару. И ещё кое-что, что может Вам пригодиться, посмотрите. — Чудесно, — кивнул Широяма. — Благодарю. — Рад служить, — мужчина согнул спину в поклоне. — Вам понадобится помощь на задании? — Нет, Рено, можешь идти. Я свяжусь с тобой ближе к финалу. — Да, Широяма-сан. «Катана», выходит. Дивное местечко, если отбросить тот факт, что расположено оно на территории Такашимы. Говорят, у них отличное крафтовое пиво с собственной небольшой пивоварней и недурственные креветки в остром соусе. Такашима знает толк в развлечениях. Юу приблизился к дверце гардероба с закреплённым на ней зеркалом. На входе в бар — строгий фейс-контроль, но с этим проблем быть не должно, наверняка Рено позаботился обо всём. Широяма придирчиво осмотрел себя с головы до ног: тотальный чёрный — чёрные волосы, чёрная рубашка с закатанными до середины предплечий рукавами, чёрные джинсы. Сойдёт. Пора выдвигаться. *** 17 мая, 02:12. Койю тряхнул головой, откидывая назад настырно лезущие в глаза волосы. Меж пальцев он зажал тонкую ножку бокала с… чем? Каким-то там очередным коктейлем. Крепким, бьющим по мозгам наотмашь — весёлое утро ему обеспечено. Насколько же ему плевать на всё, если он уже не заботится о том, что и в каком количестве пьёт? Такашима проводил взглядом прошедшую мимо официантку с пустым подносом, к ней тут же потянулся один из сидящих рядом с Койю мужчин, ударив девушку ладонью по заду. От неожиданности и страха она вскрикнула и выронила из рук поднос, густо покраснев. — Эй! — грозно окрикнул рыжий собутыльника, перехватив его за запястье. — Держи лапы при себе. Он встал с дивана и, пошатнувшись, подошёл к застывшей девушке. — Иди, дорогая, — Койю поднял поднос с пола и протянул его официантке. — Это не повторится. Девушка пробормотала слова благодарности и, поклонившись, удалилась. — Простите, Такашима-сан… — залебезил было неудавшийся жиголо, но Койю с необычайной для выпившего прытью схватил его за волосы, оттянув их назад. — Люди хозяина этого заведения неприкосновенны, тебе ясно? — рыкнул Койю. — Вам всем ясно? — он оглядел сидящих на диване подчинённых. — Да, да, Такашима-сан! — спешно закивали мужчины, и Койю вернулся на место. — Минутка просвещения, — он схватил свой бокал, часть коктейля выплеснулась на его ладонь. — Многие из этих девчонок, — Койю указал на прошедшую невдалеке другую официантку, — идут сюда работать отнюдь не от хорошей жизни. Не доставляйте им лишних проблем. Мужчины уткнулись в свои бокалы, и рыжий одним глотком допил коктейль. Этот бар — под его непосредственной защитой, ибо хозяин сего заведения обеспечивал клан отца Койю неплохой данью, и Такашима-младший обязан беречь их злачную пажить. Подобные точки сбора были разбросаны по всему району Тосима, их курирование — прямая обязанность Койю, с которой он вполне сносно справлялся. А сейчас он в который раз убедился, что порой куда сложнее держать в узде пьяный сброд, далеко не каждый выпивший мужик остаётся хозяином своим рукам и члену. А сидящее рядом с ним отребье? Отец приставил сих славных молодцев ему в охрану. Охрану! Да кого они могут защитить в таком-то состоянии? Видимо, придётся поговорить с отцом о более тщательном отборе людей для своей свиты. Или заняться этим лично. Стиснув зубы, Койю поднялся на ноги — ох-хо, количество выпитого сказывалось на устойчивости и координации движений, голова закружилась, картинка перед глазами хотела уплыть, но рыжий усилием воли вернул её на место. — Такашима-сан, Вы… — Сидите, — Койю нетерпеливо взмахнул ладонью. — Я к бару. Больше почтения гостям, джентльмены, — пьяно хохотнул он и шагнул в сторону барной стойки. О, Ками… наконец-то он отделался от своих сиделок. На кой чёрт они вообще ему сдались? Чего ему здесь опасаться? Протиснувшись сквозь толпу танцующих гостей к бару, Койю с облегчением выдохнул, тяжко опёршись обоими локтями на стойку. — Добрый вечер, Такашима-сан, — обратился к нему бармен, всучив ключи от приватной комнаты увлечённо целующейся парочке. — Привет, Томо. Миллион раз просил тебя называть меня Койю. Ты не в школе, а я — не училка. — Да, на училку Вы не похожи, — засмеялся парень. — Эль? — Валяй, — Койю брезгливо наморщил нос, проводив взглядом удалившуюся вверх по лестнице парочку с ключами. — Господь, ещё немного — и прямо тут бы трахаться начали. Этот сопляк чуть штаны своим членом не порвал, ты заметил? — Нам не привыкать, — пожал плечами Томо и пододвинул к нему кружку с имбирным элем. — Бывало и хлеще. — Жалобы есть? На секунду в глазах бармена сверкнул страх, он замер с приоткрытым ртом. — Н-нет, Такашима-сан, всё в полном порядке… я просто хотел сказать, что… — Да чтоб тебя, Томо! Я не убивать тебя собрался, если ты просто расскажешь, что вам нужно. Давай уже по-людски — персонал в чём-нибудь нуждается? Люди Широямы не досаждают? — Нет, — выдохнул Томо, — у нас всё спокойно, благодарю. — Хорошо. И — да, если кто из моих ребят начнёт некрасиво себя вести — говоришь мне сразу. Разберусь. — Да, Такаш… Койю, — нервно улыбнулся бармен. — Твоё здоровье, — Такашима приподнял кружку с элем и сделал несколько крупных глотков. Томо удалился выполнять заказы от других посетителей, и Койю устало потёр лоб, сканируя взглядом колышущуюся поверхность эля в своей кружке. Ну, ладно, здесь всё тихо — и слава богам. Он старался отвлечься от долбящей по ушам музыки и громких голосов, озираясь вокруг. Изучить ассортимент выставленных с различным пойлом бутылок, затем посмотреть налево, увидеть беспрестанно трещащих друг с другом гостей, ещё раз пригубить эль, посмотреть направо… «А этот сюда как телепортировался?», — Койю даже чуть отпрянул, увидев на соседнем стуле мужчину, чьи чёрные волосы почти полностью закрывали профиль. Жизнь давно научила Такашиму соблюдать осторожность в любом, даже в самом убитом состоянии. От этого напрямую зависела его сохранность. Но он совершенно не заметил и не почувствовал, как тут очутился этот экземпляр. Минуту назад стул по правую от него руку пустовал! Так… ладно. Допустим, Койю всего-то чрезмерно увлёкся разглядыванием задорно искрящихся бутылей с алкоголем и не заметил внезапно пожаловавшего гостя. Рыжий хоть и был пьян, но голова его всё ещё соображала. В «Катане» он был завсегдатаем, как и почти все присутствующие. Постоянный контингент бара сформировался за несколько лет, дорогу сюда знали немногие, а этого субъекта Койю видел впервые — он был абсолютно уверен. На входе — строжайший фейс-контроль, кого попало не пропустят, и в охране состояли преданные ему люди. Частично это усмиряло бдительность, но лишь частично. Надо бы присмотреться к новичку… Почувствовал ли черноволосый на себе пытливый взгляд Такашимы или нет, но внезапно он обернулся к рыжему и вопросительно вскинул брови. Ни один мускул не дрогнул на лице Койю, даже несмотря на то, что его поймали с поличным. Он внимательно рассмотрел лицо пришельца и, убедившись, что и впрямь не встречался с ним раньше, кивнул на бокал брюнета. — Что пьёшь? — Это? — молодой человек провёл пальцем по стеклянному ободку. — Чистый джин. — Смело. Придерживаешься одного градуса с самого начала возлияний? — Можно и так сказать, — усмехнулся незнакомец. — Стараюсь придерживаться постоянства во всём. — Что ж, моногамия — это похвально, — Койю подпёр щеку кулаком. — А я тебя раньше тут не видел. Поделишься, как ты нашёл наш райский уголок? Внезапный вопрос в лоб, на который чужаку будет не так-то легко не ответить. Сколько засланных казачков он уже разоблачил благодаря всего-то одному вопросу. Со стороны это казалось плёвым делом, но Койю с юных лет научился читать людей по чертам их лиц, по скрытым в голосе нотам, по неосознанным жестам и принятым позам. Но его собеседник оставался спокоен, точно буддийский монах. — Я перебрался сюда из Убе месяц назад. Знаешь Ясунори Ямато? — Хм, — Койю задумчиво побарабанил пальцами по стойке. — Припоминаю. Он держит магазинчик с элитным алкоголем, как его… Такашима прекрасно помнил название магазина. Ещё одна проверка. — «Сомелье». Три квартала отсюда. — Да, точно. Так что с ним? — Он мой двоюродный брат. Здорово помог мне с переездом, заодно дал пару наводок, куда можно сходить и развеяться, когда я обживусь в столице. Пароль для входа сюда — полнейшая дичь, ты знаешь? — брюнет засмеялся. — Зато надёжно, из разряда «нарочно не придумаешь», — Койю невольно улыбнулся в ответ — нелепость кодовой входной фразы точно не поддаётся сомнениям. — Пожалуй. Но когда Ясу прислал мне это, — парень разблокировал телефон, зашёл в мессенджер и нашёл нужный диалог, показав экран Такашиме, — я подумал, что он издевается, — он ткнул пальцем в экран на строчку из открывшегося диалога — тот самый пароль. — Это место не для всех, как ты уже, наверно, понял. — Трудно не понять. С такими-то шифрами, — брюнет убрал телефон. — Кстати, с кем имею честь? — Ах, где же мои манеры. Такашима Койю. А ты? — Аканэ Ямато. Рад знакомству. — Взаимно, — Койю вернулся к элю. Кажется, пока всё путём. — Ну и как тебе столица? — Непривычно после маленького городка. Даже слишком непривычно, — Ямато вздохнул. — Прошёл почти месяц, а я до сих пор пытаюсь привыкнуть к шуму и суете. — Токио даётся не с первой попытки. Но ты привыкнешь. Главное — почаще покидать свою конуру и стараться влиться в поток. — А ты что, тоже приезжий? — Нет, коренной токиец, — хмыкнул Такашима. — Но у меня хватает приезжих среди друзей и знакомых. — Можно считать, что сегодня я стал на шаг ближе к культуре мегаполиса. Кстати, джин здесь отличный, братец не наврал. — Аминь. За знакомство, — Койю поднял кружку. — За знакомство, — кивнул Аканэ, чокаясь с ним и допивая оставшийся джин. — Я надеялся вытащить Ясу с собой, но гадёныш свалил в Осаку на несколько дней, — с досадой фыркнул он, передав вездесущему Томо опустевший стакан. Рыжий мысленно сверялся с памятью — всё было так, как говорил его новый знакомый. Койю отлично знал, кто такой Ясунори Ямато, его магазин являлся одной из подконтрольных точек семьи Такашимы. — Подчас бизнес требует жертв. Или ты жалеешь, что пришёл один? — Койю повело, и он ухватился пальцами за стойку, стараясь удержать равновесие. — Технически я уже не один, — Ямато обеспокоенно нахмурился, заметив, как побледнел его собеседник. — Что с тобой? — Я… в норме, — Койю зажмурился, ощутив накатывающую тошноту. — Что-то нихера ты не в норме. — Да нет… — рыжий неуклюже встал. — Просто не стоило понижать градус. — Я отведу тебя в туалет, обопрись на меня, — Аканэ куда резвее соскочил со стула и встал рядом с незадачливым выпивохой. — Что ты пил до пива? — Это эль, — промямлил Койю, когда брюнет закинул на свои плечи его руку. — Что только не пил… Ками… — Оно и видно. Сейчас дойдём, постарайся не наблевать на меня. — Дохрена х-хочешь… Ямато доволок обмякшего Койю до туалета и втолкнул его в одну из кабинок, нагнув над унитазом. Через несколько секунд раздались характерные звуки опорожняемого желудка, на что Аканэ лишь вздохнул, держа длинные рыжие волосы собранными на затылке. Тело Такашимы содрогалось при очередном позыве, а пальцы слабо цеплялись за ободок унитаза, чтобы не упасть в него лицом. — Вот чёрт… ох… — стонал Койю, силясь встать с коленей. — Давно меня так не развозило… — Ты всё? — Да… кажется, да… твою мать, помоги встать. Брюнет подхватил Такашиму под руки, помогая ему принять вертикальное положение. — Тебе бы умыться, — он подвёл рыжего к раковинам и включил воду. — На ногах держаться можешь? — Надеюсь, — Койю подставил ладони под прохладный поток, набрал воды и прополоскал рот. — Ты пришёл не один? Если ты с кем-то, может, мне его позвать, чтобы тебя отвезли домой? — Э, нет уж, спасибо, — отмахнулся Койю и кое-как ополоснул лицо, — пусть эти холуи сидят в зале, хватит с меня их опеки. — Холуи, говоришь? — Э… что? Такашима поднял расплывающийся взгляд на зеркало, остановившись на стоящем за его спиной Ямато. Алкоголь всё ещё держал его в своих путах, мешая мыслить связно, но залитый многочисленными коктейлями и элем внутренний голос зашевелился — что-то не так! Глаза Ямато были чернее ночи, даже их отражение заставило Койю внутренне сжаться. Что происходит? Нет, он должен вернуться в зал! Но тело почти не слушалось его. Нелепая попытка рвануть к двери в туалет, который, как назло, именно в этот момент оказался пустым, — и Койю оказался прижатым к крепкому телу сзади, на губы легла чужая ладонь, стиснув челюсть и не давая издать ни звука. — Прости, Койю. У меня другие планы, — тихий, гипнотический голос прямо над ухом. Такашима протестующе замычал, но быстро затих. Сильные пальцы передавили артерию на его шее, и он безвольно повис на руках Аканэ. — Значит, в зале тебя ждут, — Ямато, словно по щелчку, сбросил маску. — Спасибо за подсказку. Аканэ исчез. В зеркале отражался Юу, осуждающе глядя на отключившегося Такашиму. — До чего же легко это оказалось. Даже обидно, — усмехнулся брюнет, удобнее перехватывая живую ношу. — Пожалуйте на выход, Такашима-сан. Широяма знал, куда ему следует идти. Знал до того, как зашёл в «Катану». Не стоит думать о вылазке в стан врага, не просчитав пути отступления. Все чёрные ходы, камеры наблюдения внутри бара и снаружи, охрана, примерный контингент заведения — Юу выведал всё, что только возможно. Для него это было столь же обыденно, как и дышать. На Такашиме красовалась тёмно-серая, короткая мантия с капюшоном — ну что за чудо! Он будто позаботился о том, чтобы существенно облегчить Широяме задачу. Накинув капюшон на голову Койю, Юу глубоко вдохнул. Раз, два — вперёд. Он выглянул из-за двери туалета в коридор. Пусто. Прекрасно. Стены бара сотрясала музыка, был слышен чей-то громкий смех. Путь в зал, понятное дело, заказан, но им туда и не нужно. Юу открыл дверь полностью и вышел в коридор, выведя бессознательного Койю. «Сука!», — мысленно выругался он, когда из зала в коридор завернули двое мужчин. Заметно поддатых, судя по походке и нездорово поблёскивающим глазам. Но это ещё не значило, что они неопасны. Нельзя забывать о том, что за люди приходят в этот бар. Тут отнюдь не сходка любителей аниме и манги. Широяма призвал на помощь весь свой актёрский талант. — Бухая скотина, весь стульчак заблевал! Д-давай, живее передвигай копыта, — пьяно пропыхтел Юу, обхватив Такашиму за талию и воздав хвалу богам за капюшон, что скрывал голову и лицо пленника до самых глаз. — Хах, Мико, видишь, всегда есть кто-то, кому хуже тебя, — заржал один из внезапно объявившейся парочки. — Господа, моё почтение, — косо отсалютовал им Широяма, сделав вид, что направляется в зал. — Эй, стой, — окликнул его тот же бугай. — А? Чего? — с нетрезвой поволокой отозвался брюнет, деланно неуклюже развернувшись. «Неужели что-то заподозрил?», — внутренне подобрался он. — Помощь нужна? Вот с этим, — мужчина со смешком указал на Такашиму. «Вот с этим, говоришь? Так-то ты выражаешь почтение сыну главы района?», — Широяма чуть не рассмеялся вслух. — Спокойствие, мне не впервой, — кивнул он, вновь нарочно пошатнувшись. — Пока это чудовище пугало унитаз, я вызвал эту… как её… карету. Такси, мать его! — Ну, удачи. — Мерси, г-господа. Пойдём, пока рикша без нас не свалил! — Юу потянул Койю на себя, поворачиваясь к своим визави спиной. Мужчины скрылись за дверью туалета, и Широяма выпрямился. А теперь — в темпе вальса, на счету каждая секунда, пока сюда не пожаловал ещё кто-нибудь. Развернуться и ускоренным шагом добраться до закрытой двери на противоположном конце коридора. За ней скрывалось законсервированное служебное помещение, откуда на улицу вёл один из двух имеющихся чёрных ходов. Придётся поработать медвежатником, поскольку второй чёрный ход находится на кухне, а там Широяме точно не обрадуются. «И они называют это замком?», — скривился он, оценив хлипкий на вид навесной замок. Судя по всему, хлипкий он не только на вид. Молодой человек вытащил спрятанный в подкладе невысокого сапога нож и одним точным ударом рукояти снёс замок — тот печально брякнул, упав на пол. Делов-то. Скорее всего, держатели бара настолько уверены в себе и своих гостях, что оставляют без внимания мелочи, которые на поверку могут статься вовсе не мелочами. Юу пнул замок в подсобку, дабы не оставить важную улику с места взлома на полу, и, поддев дверь ступней, затворил её за собой. Да, обыкновенная старая подсобка. Без камер и без света. Ай-яй-яй. Но свет и не был нужен Юу, он знал, что дверь чёрного хода находится точно напротив той, в которую они зашли. «Ну и ну! — изумился Широяма. — С вами чем дальше, тем страшнее.» Дверь чёрного хода он при желании мог бы открыть одним хорошим пинком — та явно знавала лучшие времена. Деревянная, обшитая листами жести. Ну да, ну да, больше неприметности, пожалуйста. Ведь тут все свои. Может, оно так и было бы дальше, не сунься Такашима-старший туда, куда не следует. Всё-таки самоуверенность главы Тосимы и его прихлебал не знает границ. Отпихнув в сторону пластмассовое ведро, Юу натянул рукав рубашки до пальцев — никаких отпечатков! — и взялся за поворотную защёлку. Она поддалась туго, со скрипом, яростно звеня потревоженным механизмом. Припомнив расположение камер на заднем дворе бара, Широяма шагнул на улицу — вот так, оставить дверь открытой, под прямым углом к корпусу здания. Затем — передвигаться вдоль стены, там, где тень поглощает свет тусклой лампы над входом. Уф… а Такашима отнюдь не пушинка, хотя кажется довольно поджарым. Юу ощутил, как по виску скатилась капля пота, и решил ускорить темп. Если Такашима пришёл не один, его скоро могут хватиться. Со стороны небольшого сквера, разбитого чуть поодаль, были слышны недвусмысленные стоны и сбивчивые перешёптывания — похоже, кто-то решил дать волю первобытным инстинктам, не добравшись до приватных комнат. Ох уж этот местный колорит… Юу покачал головой, его ничуть не обеспокоила совокупляющаяся в непосредственной близи парочка, в угаре страсти им однозначно наплевать на всё и всех. Он добрался до угла — отлично. Тут камеры его не достанут. Есть! Вот и машина, стоит себе, смиренно дожидаясь хозяина и его ношу. Широяма снял чёрный Ниссан с сигнализации и открыл заднюю пассажирскую дверь. Осторожно уложив Такашиму на сиденье, он поднял с пола припасённую канатную верёвку. — Ничего личного, рыжий, — спокойно изрёк Юу, связывая запястья и лодыжки Койю. — Твоему папаше нужно подумать над своим поведением. Почти всё готово. Осталось сесть за руль и набрать номер своего первого помощника. — Да, Широяма-сан? — Рено ответил на вызов до окончания первого гудка. — Тебе удалось хакнуть их систему видеонаблюдения? — Их камеры у меня, как на ладони. — Передай отцу, что я отправляюсь в Хиросиму. Груз со мной. Снеси записи со всех камер, начиная с половины девятого и по сей момент. — Слушаюсь. Вы целы? — Более чем. Выполнишь задание — и ты свободен. Ты хорошо поработал, Рено. Возьми пару выходных, твоя супруга наверняка забыла, как ты выглядишь. — Благодарю, Широяма-сан, будет сделано. Лёгкой дороги. Широяма нажал на отбой и положил телефон на переднее пассажирское сиденье. Ключи повёрнуты в замке зажигания, приборная панель озаряется приветственными огнями, дисплей бортового компьютера отобразил экран загрузки. Юу напоследок оглянулся через плечо на безмятежно спящего Койю и нахмурился. Вот же счастливый сукин сын этот Такашима… сам Юу не спал уже более суток, но думать о соблазнительно мягкой постели он будет думать потом. Хиросима ждёт. В путь.