Окно напротив.

Отзвуки душевной непогоды, В сердце одиночества печать, И бессонниц горестные всходы Надо благодарно принимать.

      Холод улицы проникал в кабинет, заставляя Михаэля скучать по тёплой весне. Белоснежные узоры покрывали окна, создавая причудливые сюжеты. Все на улице куда-то спешили, стараясь как можно быстрее добраться по высоким сугробам, мысли были заняты совсем не снежной погодой. Михаэль отвёл взгляд от окна и, поправив волосы, вновь занялся документами. Многое поменялось за это время, Предприятие лишь развивалось, люди все больше доверяли товарищу Сеченову. Это действительно был величайший прорыв в науке.       Про Мирьям немец старался не вспоминать. За все это время она один раз сообщила, что добралась и занята документами на перевод. И больше ничего. Иногда он натыкался взглядом на браслет, который девушка забыла в его квартире. Но через пару месяцев безделушка была зло закинута в дальний угол шкафа. Все вещи были засыпаны порошком, чтобы нигде не остался запах мяты и молока.       Неприятные мысли прервал Сеченов, попросивший зайти к нему в кабинет. Причину Михаэль не знал и, схватив базовые документы, поспешил к Дмитрию Сергеевичу. Никаких мероприятий в ближайшее время не планируется, проблем тоже не было… В чем же срочность?       Двери в кабинет беззвучно открылись, пропуская Штокхаузена. Стоило ему поднять голову и открыть рот, собираясь что-то сказать, как на мужчину уставились две пары глаз. Сеченова, горящие шутливыми огоньками, и большие голубые глаза. Воздух в кабинете словно закончился. Михаэль замер на месте, забыв зачем пришёл. — Михаэль, что же Вы замерли? Возьмите документы, под ваше поручение отдаю — учёная из Израиля, очень хорошие достижения в науке. — Сеченов широко улыбался, глядя на то, как медленно Штокхаузен забирает папку, стараясь не смотреть на приехавшую. — Проводите девушку к себе, объясните всё. — Будет сделано, Дмитрий Сергеевич. — Холодно произнёс Михаэль, стараясь скрыть дрожь в голосе. *******       Она почти не изменилась за это время. Тёмные волосы стали длиннее, улыбка шире, но в остальном — все та же Мирьям. Худая, с аккуратной причёской, хлопающая широкими голубыми глазами, с привычной щербинкой между зубов. Девушка стояла в кабинете Штокхаузен, не решаясь сесть. — Приехала все-таки. — Холод в его голосе больно резанул слух Мирьям. — Да.Смогла все-таки оформить… — Файнштам не успела договорить. — Это не важно. Всё изложено в документах, мне этого достаточно. — Михаэль внимательно посмотрел на девушку, заметив её недоумевающий взгляд. — За все это время ты ни разу не написала где ты и что с тобой, Мирьям. Какой приём ты ожидала? Что я жду тебя? Замолчи, будь так любезна. Прошло больше, чем полгода, а за это время ты ничего не сообщила!       Мужчина сорвался на крик, ударяя рукой об стол, подставка под ручки с шумом упала, рассыпая содержимое. Файнштам вздрогнула, делая шаг назад и словно сжимаясь под взглядом Штокхаузена.       Михаэль грозно посмотрел на неё и замер. В голове тут же возник образ Мирьям, когда та только приехала. Не позволяющая себе громко смеяться, широко улыбаться, смотря почти все время в пол, не решаясь даже лишний раз что-то сказать. В сердце мужчины что-то кольнуло, когда он увидел её такой. А ведь обещал, что это в прошлом. Тихо вздохнув, Михаэль подошёл ближе. Мирьям даже не подняла взгляд от пола. — Я был не прав. — Штокхаузен аккуратно притянул Файнштам ближе, обнимая её. Мирьям тут же расцвела, прижимаясь к мужчине. Руки девушки обхватили Михаэля за шею, мягкие губы тепло коснулись его щеки. — Я скучала. — Тихо прошептала девушка. Её акцент никуда не делся, лишь произношение стало немного чётче. Кожа ученой оказалась холодной, это чувствовалось даже через блузку. — Замёрзла, козочка? — Тихо прошептал Михаэль и, не дождавшись ответа, отошёл от Мирьям, снимая пиджак. Тяжёлая ткань опустилась на хрупкие плечи, согревая девушку. В голубых глазах вновь засияли искры. Бросившись на шею к Штокхаузену, Файнштам увлекла его в долгий поцелуй. ********       Снежинки оседали на тёмных волосах Мирьям. Сигаретный дым окутывал их фигуры. Михаэль аккуратно притянул к себе девушку, поглаживая её по плечу, шурша верхней одеждой. Для них это был очень важный момент, оба старались привыкнуть друг к другу вновь. Однако в груди росло лёгкое напряжение, не имеющее никаких причин.       Мирьям опустила взгляд на стоящий рядом чемодан. Закусив нижнюю губу, она о чем-то задумалась и, повернувшись к Михаэлю, тихо произнесла: — Ты не мог бы мне помочь вещи занести? Я пока у тёти Розы остановлюсь. — Михаэль, услышав это, поперхнулся дымом и удивлённо посмотрел на Мирьям. — Я тут подумал, пока ты в бухгалтерию ходила, может у меня останешься? Встречи на балконе, конечно, были очень трепетны, но. — Хорошо. — Казалось, что Файнштам даже не раздумывала. Девушка широко улыбнулась и прижалась ближе к немцу. **********       Замерзшая девушка куталась в свитер Михаэля, наблюдая за тем, как он заваривает чай. Несколько кожаных чемоданов дружно оккупировали коридор, не давая немцу передвигаться дальше кухни. Одежду Файнштам разбирать пока не стала, отобрав у Михаэля его вещи. — Тётя Роза не будет против, что ты у меня останешься? — Михаэль аккуратно заливал заварку кипятком, стараясь не разлить его. — Что ты… Она сегодня же начнёт мне белое платье выбирать. — Мирьям, осознав сказанное, слегка покраснела и поглубже укуталась в свитер. Штокхаузен лишь улыбнулся, посмотрев на Мирьям. Взяв чашки, он развернулся, медленно идя к дивану. Не прошло и минуты, как горячая жидкость полетела на пол, а следом за ней — Михаэль, запутавшийся в ногах. Мирьям вскочила с дивана и кинулась к немцу. — Не обжёгся? — Тонкие пальцы девушки коснулись его щеки. Файнштам опустилась рядом на пол, придвигаясь ближе. Михаэль покачал головой и сел выше, опираясь на стену. Девушка сидела рядом, обеспокоенно касаясь его колена. — Всё хорошо, козочка. — Штокхаузен с улыбкой осмотрел девушку. Свитер был ей велик, открывал бледные ноги, слегка колол её кожу. Немец улыбнулся, прижимая Мирьям к себе. Их губы соприкоснулись, Михаэль притянул девушку за талию к себе на колени. Тёплые ладони залезли под свитер, гладя Файнштам по спине. Холод проникал под вещи, вызывая мурашки по всему телу. Рука немца спустилась на её бедро, сжимая его.Другая ладонь аккуратно коснулась женский груди. — Не тут. — Хрипло прошептала Мирьям, отодвинувшись от мужчины. — Да, не тут. — Михаэль встал и, помогая встать на ноги девушке, взял её под бедра, поднимая Файнштам на руки. Занеся её в спальню, Штокхаузен аккуратно положил свою возлюбленную на кровать. *******       Мирьям удобно устроила голову на груди у немца. Он держал её за руку, поглаживая нежную кожу большим пальцем. В голове мужчины плотно засела фраза про белое платье. Неужели для их семьи это так важно? — Ты, кстати, говорила про белое платье…-Тихо начал Михаэль, поглаживая Мирьям по спине. — Я пошутила. — Быстро ответила девушка. Казалось, что сильнее покраснеть было невозможно. Немец рассмеялся и аккуратно поцеловал её в макушку. Он прекрасно понял как важен брак для неё, для её семьи. Однако Мирьям в жизни в этом не признается. — Как скажешь, козочка, как скажешь. — Михаэль прижал её к себе, наблюдая за сменой эмоций на её лице. Было видно, что ей хочется возразить, но Файнштам не стала ничего говорить. Холодный свет луны проникал в спальню, освещая засыпающую пару. Каждый из них думал о своём, но все мысли возвращались к одной из важный для них тем.