I love what you hate

Сону запирается в ванной. Выключает свет. Включает лишь небольшую лампочку у раковины. Открывает кран со стороны с горячей водой и принимается ждать, пока та наберется. Дышать по-особенному сложно из-за лишнего куска торта, который он съел. Знал же, что не стоило, а все равно съел. Зачем? Ему самому интересно. Вздутость ощутимо давит на живот, и он осторожно облокачивается о края раковины, чтобы прийти в себя. Поднимает голову, сталкивается с собственным отражением и тут же жалеет об этом. Невыносимо. Смотреть на себя в зеркало сейчас просто невыносимо. Сону понятия не имеет, что с ним происходит последние полгода. Он вроде старается жить и радоваться жизни, как это было обычно, но не может. Каждый раз задумываясь об этом, ловит себя на мысли, что что-то изменилось. И только чуть погодя начинает понимать, что перестал воспринимать себя как человека. Как полноценного человека. Ему постоянно кажется, что с ним что-то не так. Шум воды постепенно затихает на фоне, пока Сону, словно расправляясь с самим собой, вглядывается в зеркало все пристальней. Он смотрит на себя с презрением. Выискивает что-то, что не устроит его в этот раз. Губы кажутся нормальными, хоть и немного шелушатся. Глаза блестят, но ему почему-то не нравится этот блеск. Нос… самый обычный, такой же как у всех. Брови?.. Сону убирает челку со лба одной рукой, разглядывая их. Те тоже кажутся приемлемыми. Ну нет. Сону отходит от зеркала. Смотрит издалека. Не может быть. Неужели сейчас его все устраивает? Он едва ли не улыбается своему отражению, когда все-таки подмечает кое-что. Кожа. Она шелушится больше обычного. Все такая же сухая, несмотря на все его ежедневные уходы. Сколько бы он ни увлажнял, она всегда выглядит сухой. Глаза блестят? Да они же заспанные. Эти синяки перекрывают половину лица. Губы и нос совсем теряются на фоне общей картины из-за щек. Сону подходит чуть ближе. Они же не стали больше? Стали? Вчера были такими же, не мог же он так быстро набрать вес. Тогда почему сейчас его лицо кажется в два раза больше? Он кладет ладони по обе стороны от щек, визуально урезая собственное лицо. Ну да. Так определенно лучше. Глаза теперь кажутся больше и выразительнее, нос — тонким, а губы — пухлыми. Сону, кажется, понимает в чем дело. Ладно, он сразу понимал в чем дело, но до последнего не хотел этого признавать. Вновь отходя от зеркала назад, Сону осторожно приспускает джинсы. Те послушно катятся по ногам вниз, оставляя его в одном лишь белье. Бедра мгновенно бросаются в глаза. Они совсем не похожи на бедра других парней. Они не крепкие и даже не худые. Они полные. Сону идет дальше. Избавляется от застрявших на щиколотках штанах и, поддевая футболку снизу, стягивает ее с себя через голову. Сону замечает, как его отражение в зеркале морщится при виде собственного тела. Видит, как его не устраивает эта мягкая кожа без намека на мышцы или хотя бы призрачную стройность. Сону видит себя самым массивным существом на планете. Он осторожно прикасается к животу, проводя по нему вверх-вниз. Становится к зеркалу боком и смотрит, как много изменится, если он втянет живот. Талия-то, может, и выразительная, а вот живот… он явно больше, чем был пару месяцев назад. Отвлекаясь на открывшиеся еще большему обзору ляжки, Сону становится на цыпочки и, слегка раздвигая ноги, хватается за внутреннюю сторону бедер, оттягивая их назад. Теперь между ними виднеется просвет. Да, так было бы гораздо лучше. Стягивая еще и белье с носками, Сону смотрит на себя неотрывно еще пару минут. Представляет, что со стороны о нем могли бы подумать другие люди и ничего хорошего на ум не приходит. Устав бороться с собой, он в конечном счете ложится в ванну. Вот бы смыть все плохие мысли вместе с лишним весом и вечной опухлостью. Только вот Сону прекрасно знает, что дело не только в теле. Это лишь следствие. Сону ненавидит себя из-за куда большего ряда причин. Внешность лишь постепенно начинает олицетворять его сущность. Он жутко ленится в последнее время. Совсем не хочет возвращаться к урокам и еще меньше хочет ходить на танцы, которые когда-то так любил. Сону вообще ничего не хочет в последнее время. По большей части он лишь лежит в своей комнате и думает, думает, думает. Об устройстве мира, его несправедливости, о семье и людях, что окружают его каждый день. Думает, что он сам за человек. Думает о том, что с ним происходит. Найти бы ответ, понять, почему именно на него все это свалилось. Но он не находит. Куда проще считать, что это с тобой что-то не так. Решить, что ты большего-то и не достоин и лишь глупо рассчитывал на обратное. Да кто он вообще такой, чтобы его любили. Когда мысли в голове становятся слишком громкими, Сону проваливается в сон. Он может спать пятнадцать часов в сутки, пропуская школу и зов матери по ту сторону двери. Жизнь уже не кажется такой значимой. Сону все еще не понимает, что он за человек.

〤〤〤

— Выглядишь ужасно, — констатирует одноклассник, которого Сону когда-то считал близким другом. Сейчас даже смотреть на него тошно. Благо он уже настолько привык, что не замечает таких колкостей. Но самое обидное, наверное, то, что Хонджун даже не пытается его задеть. Он говорит ему это искренне, возможно, даже переживая за состояние некогда близкого друга. Но Сону плевать. Он бы больше удивился, услышав комплимент в свою сторону. Это состояние длится недолго. Уже спустя месяц Сону вновь поверхностно приходит в себя. Появляются силы на то, чтобы вновь покупать себе красивую одежду, регулярно выполнять уроки и хоть немного краситься. Он вновь учится укладывать волосы и улыбаться прохожим на улице. С виду кажется абсолютно здоровым и таким же как все. Быть может, даже красивым. Жаль только, что внутри все по-прежнему. Несмотря на свой заметно улучшившийся образ жизни, Сону по-прежнему себя ненавидит. Изо дня в день он вглядывается в свое отражение в зеркале и не может понять, почему он — это он. Ведь он мог бы быть совсем другим человеком. Более умным, более спортивным, более красивым, более осознанным и добрым. Эти мысли преследуют его на протяжении нескольких месяцев. Сону играет уверенность и очень часто получает внимание от других парней. Жаль только, всерьез их никогда не воспринимает. Как бы искренне парни ни распалялись о своих чувствах к нему, Сону ни единому их слову не верит. Я ведь глупый, как можно меня любить? Я ведь скучный, как можно меня любить? Я ведь непривлекательный, как можно меня любить? И так из раза в раз. Он не понимает, зачем эти парни признаются ему в любви, если лгут в первую очередь самим себе. Он не может хоть на секунду представить, что хотя бы один из них видит в нем все то, чего Сону в себе в жизни не разглядит. Однако и это продолжается лишь до определенного времени. В старшей школе в класс Сону переходит новый мальчик. Как он сам объявляет, по обмену из Японии. Когда Сону видит его в первый раз, глазам своим не верит. Вот он — по-настоящему красивый человек. Эти мысли посещают Сону всякий раз, когда ему удается взглянуть на Нишимуру Рики. Веселый, умный, уверенный в себе. Рики представляется Сону идеалом, которым ему самому не суждено стать. Однако мысли эти, на удивление, не вызывают чувства зависти. Они вызывают чувства. Впервые словив себя на мысли о том, что ему в романтическом плане нравится Рики, Сону долго не может поверить в случившееся. Потому что не до конца хочет такого расклада. Он боится, что способен на такое — на чувства, основанные на одной лишь оболочке, и стыдит себя за то, что повелся на внешность, ровно до тех пор, пока не понимает, что в Рики его привлекло совсем не это. По-настоящему Сону влюбляется в него на поле за зданием школы. В один из дней, когда он в очередной раз сбегает с урока физкультуры. — Ох, как я устал. О, привет. Сону от неожиданности дергается, понимая, что сидит посреди пустого поля не один. — Че, бегать не любишь? Сону не знает что ответить. Голос Рики стягивает его по всему телу, не давая возможности пошевелиться. — Я тоже вот не особо, — не получив ответа от собеседника, сам себе говорит Рики и закидывает руки за голову. Ложится на траву спиной, — пот, звук свистка, крики тренера, желание свалить и поскорей поесть. Кто вообще любит физические нагрузки? Кто-то рядом искренне тихонько смеется. Сону не сразу понимает, что это он сам, и удивляется тому, что его смех может быть таким. — Ты смеешься так, словно звенят колокольчики, — говорит Рики, и Сону ему верит. Потому что сам слышит то же самое. — Но ты же любишь футбол, — вдруг заявляет Сону и сам не понимает, кто за него решил продолжить диалог. — Люблю, — не растерявшись, отвечает Рики, — но все по настроению, да? Лениться нужно уметь. Он весело улыбается самому себе и, отвлекшись на звук телефонного звонка, поднимается на ноги. — Вот черт, гляди, мне пора, — он поворачивается к однокласснику на прощание, — еще встретимся! Да, в тот момент думает Сону, дело точно не во внешности.

〤〤〤

Осознать, что он так легко влюбился, оказывается непросто. Сону вообще всю жизнь надеялся, что его эта ужасная участь никогда не постигнет, но так скоро поплыл уже после первого появления Рики в своей жизни, что рассчитывать на спасение было бы глупо. Сону влюбился. Тут просто не могло быть никаких сомнений. По счастливой случайности жизнь сама ему во всем помогает. Впервые в жизни Сону. Сводит их с Рики в одних местах, сталкивает лбами, подсовывает темы для разговора и позволяет Сону быть настоящим рядом с ним. Рики ожидаемо влюбляется. Потому что в искренность Сону не может не влюбиться. — Хочешь со мной встречаться? Когда Рики произносит эти заветные слова в пустом коридоре школы, Сону наконец понимает, что все это время со всеми парнями было не так. Сону к ним просто ничего не чувствовал. Он понимает, что признание от Рики играет совсем другими красками. — Хочу. Так что отвергнуть его не может.

〤〤〤

Они съезжаются на первом курсе университета. Сону кажется, что жизнь постепенно налаживается, потому что Рики больше не дает ему причин ее ненавидеть. Он оказывается рядом всегда, когда Сону собирается погрустить, и затмевает любую печаль своим присутствием. Только вот жаль, что тараканы в голове от этого сами собой не разбегаются. Сону все еще понятия не имеет, как с собой обращаться. Они с Рики говорят о многом. Пьют по утрам чай на общей кухне, обещают быть рядом всегда и целуются перед сном. Сону учится быть кем-то для кого-то, но получается с трудом. Он видит, как сильно недотягивает, но сам Рики ничего не замечает. Он только радуется и сияет, проживая свою жизнь вместе с Сону. Потому что он счастлив. Сону понятия не имеет, как это работает. Он притворяется более уверенным, чем есть. И Рики в это верит. Сону надеется прожить так еще какое-то время, пока все его планы не рушатся в один прекрасный день. День, когда их поцелуи заходят чуть дальше простых поцелуев. — Хочу тебя… Дыхание Рики опаляет губы. Его глаза затуманены определенным намерением, и Сону не может надеяться, что у такого состояния есть другой подтекст — Рики напрямую заявляет о своих желаниях. Они сидят в полутьме на своей общей кровати, на которой до сего дня спали лишь в обнимку. Рики углубляет поцелуй, а Сону не знает что делать дальше. Его глаза в ужасе округляются, а рука, что покоится на плече Рики, мгновенно обмякает. Он не готов к такому. Его тело не готово. — Хен, все хорошо? — почувствовав холод со стороны Сону, напрягается Рики. Он осторожно убирает руку с чужого колена и тревожно заглядывает в глаза, — прости, я тороплюсь? У Сону пропадает дар речи. Он так боялся этого разговора. — Все хорошо, если ты… У Сону нет сил это слушать. Он чувствует себя ужасно от того, что лишает Рики всех плюсов отношений. Ненависть к себе подступает к горлу в виде кома. Слезы наворачиваются на глазах. — Милый… Сону подрывается с места и несется в ванну. Ему сейчас нужно посмотреть на себя еще раз. Обсмотреть со всех сторон и принять важное решение. Рики не должен увидеть то, что Сону боится ему показать. Оказываясь наедине с отражением, он резко срывает с себя домашние вещи. Оказываясь полностью голым, со слезами на глазах прожигает собственное тело взглядом. Нет, оно все еще ужасно. Сону все еще поверить не может, что с обладателем такого тела можно хотеть лечь в одну постель. Он грустно усмехается: Рики ведь даже не подозревает о том, какое тело хочет. Но это ожидаемо. Он ведь еще никогда не видел Сону обнаженным. А трепетные чувства внушают ложное желание, которое сразу пропадет, когда Сону разденется перед Рики. В дверь ванны раздается стук. Рики просит обеспокоенным голосом: — Милый, прости. Ты в порядке? Я могу войти? — он осторожно дергает ручку, но та не поддается. От мыслей о переживаниях Рики Сону ненавидит себя еще больше. Он ведь прямо сейчас заставляет этого прекрасного человека, лучшего в жизни Сону, сомневаться в себе и собственных действиях, в то время как настоящая проблема кроется в самом Сону. Это он — одна большая проблема. Рики не должен оставаться один в такую минуту. Но Сону не находит в себе сил открыть дверь. Его тошнит от себя слишком сильно. Рики этого не заслуживает. Оседая на пол рядом с дверью, Сону пытается наладить дыхание. Они ведь живут вместе уже несколько месяцев. Сону слышит комплименты в свой адрес каждый день и ощущает себя от этого лучше. Его все меньше беспокоят навязчивые идеи о собственной незначительности. Рики помогает больше, чем кто-либо в этом мире. Но, к сожалению, не устраняет проблему полностью. Притворяясь уверенным и сильным юношей, в глубине души Сону по-прежнему тихо ненавидит себя. Боится нагружать именно этой частью своих проблем Рики и ждет, когда оно само утрясется. Учится принимать себя во время объятий и поцелуев с любимым человеком, и порой ему даже кажется, что самооценка постепенно идет на поправку, но… от одной лишь мысли о том, как он будет выглядеть со стороны во время чего-то большего, становится до омерзительного противно. Рики ведь придется его терпеть. Господи… — Сону, я волнуюсь, ответь, пожалуйста. Сону не сможет выглядеть привлекательно в такой момент. Он обязательно выставит себя в неприглядном свете, и Рики наконец осознает, насколько он странный. В один миг поймет, с кем жил все это время. — Сону… Рики садится на пол, неосознанно отзеркаливая позу Сону. Сам с трудом сдерживает слезы, потому что боится, что совершил ошибку. Ему казалось, что они оба этого хотели, но стоило лишь предложить, и Сону тут же изменился в лице. Испугался, это очевидно. И Рики чувствует вину за собственную несдержанность. — Все хорошо, мы не будем ничего делать, если ты не хочешь. Прости, если я обидел тебя. Сону, выходи, давай спокойно поговорим. Рики просит очень тихим голосом. У Сону сердце болит такое слышать, и он решается на важный шаг. Он собирается открыться Рики и рассказать обо всем прямо сейчас. Он резко поднимается на ноги и, позабыв о собственных чувствах, намеревается позаботиться о чувства своего партнера. Он одевается в раскиданные на полу ванной вещи и открывает дверь. Рики мгновенно подскакивает на ноги и смотрит на Сону растерянным взглядом. Любимые глаза напротив заплаканные и слегка опухшие. Смотрят в самую душу, не иначе. — Сону, прости меня, — вновь начинает Рики, — я не знал, что тебя это так напугает… Сону не может слушать это все. Он сокращает между ними расстояние и мягко прижимает Рики к себе. — Маленький мой, — сжимая его в ответ, отвечает тот. Сам держится, чтобы не заплакать. — Прости, прости, прости меня, — глуша всхлипы, просит Сону. Рики мягко поглаживает его по голове. — Тебе не за что извиняться, все хорошо. Я люблю тебя. Сону никогда не поймет, чем заслужил такого человека.