Бессвязный поток сознания

Я устало ложусь в кровать. Я хочу просто лечь и уснуть. Все спят, чтобы отдохнуть и набраться сил, а я так сильно вымотался, что мне в лучшем случае понадобится неделя беспробудного сна на то, чтобы чувствовать себя достаточно отдохнувшим... А я сплю, чтобы сбежать. От этого проклятого колледжа, от этих тёмных сказок, от этих косых взглядов, от всего... Наверное. Возможно ты тот самый принц, с которым у какой-нибудь счастливой принцессы будет счастливое «долго и счастливо». Хочу такое же себе... В роли принцессы конечно. Я слишком устал уже сейчас, какие подвиги ради какой-то там принцессы? Мне бы кто пришёл и помог. Мне бы кто устроил путешествие в прошлое, мне бы кто помог исправиться, мне бы кто сказал... Хотя. Мне говорят. Ты говоришь. Говоришь что всё будет хорошо, говоришь что можешь помочь с чем-нибудь незначительным. Спрашиваешь как дела. В письмах. Телефона то у меня нет... А если бы и был, то что? Сообщения бы кучей улетали в мусор, как письма в огонь. Мне очень жаль их сжигать... Я не хочу. Мне не нравится. Но я слишком привык всё скрывать. Всё прятать. Чтобы никто другой не нашёл, не прочитал... Особенно мои черновые варианты ответов. Мои слова и гроша не стоят. Ну, знаешь, я настолько подорвал доверие всех, кого только мог, что кажется меня вообще никто слушать не будет. Доверие... Кто будет доверять такому как я? Я заврался. Очень сильно. Мне стыдно. Особенно, когда в тот чёртов день меня просто взяли и отчитали. Как ребёнка. Ну, может как подростка. Но в любом случае, меня просто взяли и отчитали. Из-за меня разнесли половину поля, из-за меня началась сильная путаница, из-за меня пропал свиток, из-за меня тёмные сказки начали выходить из-под контроля. Из-за меня. Я во всём виноват. Почему меня просто отчитали? Почему не отправили под домашний арест? Почему не в тюрьму? Ты конечно видел. Пока все профессора и Василиса Васильевна просто сидели и отчитывали меня как ребёнка, ты сидел на том же удобном диванчике у директрисы в кабинете. Просто смотрел. Ни слова не сказал. Спасибо. Но... Ты наверное видел, как я максимально пытался сохранить спокойствие, да? Ты видел, как мои глаза грозили вот-вот заполниться слезами, как я, на ватных по ощущениям, ногах выходил из того кабинета, получив только «Можешь завтра же вернуться к своим делам» вместо адекватного наказания. Я же прекрасно слышал. Не волнуйся, я не специально стоял возле двери и не слушал специально. Просто поставил на комнату заклятие... Теперь всё, что находится очень близко к двери в мои покои... Покои? Это свалка. Всё разбросано, у меня не было времени прибираться. А сейчас пропало и желание. В любом случае любой голос стучит в голове и мешает. Это чтобы я сильно не задумывался и всегда отвечал. Правда тогда вы мне мешали. Мешали реветь, как ребёнку, которому за серьёзный проступок запретили есть сладкое неделю. Как ребёнок... Может я и вправду ребёнок? Ох... Я хочу просто перестать об этом думать. Я хочу быть обычным для своего возраста... Мне же двадцать четыре. Такой взрослый, а ведёт себя как ребёнок. Наверное. Или нет... Я не знаю. Хочу быть обычным. Не хочу выделяться. Теперь уж точно. Да и смысл? Всё равно это, как обычно, проигнорируют. Хочу, чтобы всё было как раньше... Ну. Или просто хочу снова сидеть, зная что ты скоро придёшь со стопкой бумаг, которые должен конечно заполнять профессор Звездочёт, но приходится делать это мне. Сидеть, обнимать тебя... Сниму очки, как всегда, а ты, тихо выдохнув, прижмёшь к себе. Я люблю это. Мне нечасто кто-то делал подобное. Мне нравится... Да и вообще, кто будет против взаимодействия со своим кумиром? Ну... Для меня ты скорее тот самый идеал, тот, с кого я беру пример и тот, на кого я хочу быть похож. Тот, кем я хотел бы стать... В любом случае я всё ещё хочу снова просто сидеть на скрипящем стуле, прижиматься к твоей груди, ощущая твою руку на моей голове... Я люблю и это. Готов как какой-нибудь голодный бездомный кот ласкаться. И могу, если это понадобится. И смешно и жалко, да? Но ты никогда не был против. Каждый раз я минут пять сижу, а ты стоишь. Молча. Неловко снимаю твою резинку с волос. Они мне нравятся... Длинные, приятные... Зарываюсь пальцами в них. Я не знаю сколько времени проходит, но ты тихо говоришь каждый раз «Может ещё?», а я отказываюсь. Ты просишь не надевать очки раньше времени, целуешь в щёку. На месте веснушек. Их ты обожаешь. С тех пор как их заметил. Да, они не очень ярко видны. Но с тех пор как ты спросил, есть ли они у меня и получив утвердительный кивок, постоянно говоришь о том, как они тебе нравятся. Очки садятся на своё законное место, ты легонько дотрагиваешься кончика моего носа, желаешь удачи и уходишь работать. Ты нередко катаешься туда-сюда из-за работы в каком-то театре, находящийся в сказочном мире. Привозил сладости от какой-то ведьмы и из кафе. Говорил, что в кафе готовят вкусно, но Кот, по-видимому, хозяин, довольно придирчивый и вредный. А я послушно ел те пирожные, кап... Капке... Кепк... Ну, те кексы, но не кексы... Меня каждый раз рвало. Не потому что еда плохая, а потому что организм уже не может переварить. Привык жить на одной кружке кофе и какой-то дешёвой вафле из столовой в день. Я пытался это исправить, но мне видимо только живая вода и поможет. Извини. Я буду продолжать говорить что всё хорошо, просто «закидали работой». Просто давно хочу умереть. Не считаю себя, такое завравшееся и бессовестное лицемерное нечто, достойным жить. Переворачиваюсь на другой бок. Кажется, скоро разревусь из-за своей ничтожности. Тихо всхлипываю, убираю подушку из-под головы и обнимаю. Совсем не те ощущения. А помнишь, как мы, смеясь и шутя ходили за руку? Ты тогда сказал, что они холодные... Я больше никогда этого не повторял. Мне противно. От того, что тебе пришлось что-то терпеть ради меня. От самого себя в принципе противно. Холодные неприятные руки, плохое зрение, худощавое телосложение, это всё... Я просто настолько жалкий, что меня кажется начинает тошнить от постоянного повторения этого самому себе. Хочу снова просто обняться. Забыть обо всём, просто чувствовать себя в безопасности... Ещё больше заворачиваюсь, лежу в позе эмбриона. Стараюсь уснуть. Не думать ни о чём. Я не хочу оставаться один на один с этим бессвязным потоком мыслей, хочу уйти от него... Загрузить себя работой, помогать студентам с их наказаниями, не быть одному, не думать ни о чём... Уснуть, уснуть... Пальцы сильно сжимают подушку, веки сжимаются с максимальной силой, чтобы сдержать очередное нытьё не по делу. Нытьё потому что мои "проблемы"–последствия моих же рук. Сам виноват. Сам разгребай. Сам смотри как ни в чём не бывало на преподавателей, студентов... Сам смотри на тебя. И ты сделай вид что всё хорошо, что ты не общаешься со мной до сих пор из-за жалости. Всё-таки прорвало. Подушка сейчас будет с мокрым пятном... Все вздохи, все всхлипы примет в себя. Наверное, она второй герой для меня. Конечно же после тебя. Не позволяет выбраться всему этому наружу, оставляет всё тут. Не раскрывает никому. Даже тебе. Насколько бы ты ни был важен для меня, у меня всегда будет то, что скрыть. Даже от твоих глаз. Даже после всего, что ты сделал. Я же такая мразь. Поною ещё и отрублюсь, забудусь сном до будильника, который будет сильно бить по ноющим вискам и начну день сначала.