Истории из книги сказок.

В один раз, после того, как Сунь Укун попросил Гуань Инь помочь ему в спасении Трипитаки, та даровала всей команде Свиток Памяти и Воспоминаний, наказав, что демон внутри должен беспрекословно слушаться монаха! А ещё она сказала, что он поможет своими способностями всей команде, из-за чего её не придётся так часто просить о помощи Никто не воспринял эту новость с огромной радостью. Возможно потому, что у них уже хватало еженедельных демонов, но все надеялись на лучшее. Открывать свиток прямо сейчас не было обязательно, так что защитой этого артефакта они воспользовались только тогда, когда Тана опять украл какой-то демон. Тогда свиток был раскрыт, а жребий был брошен. Чернильного демона не стесняли никакие моральные рамки или обруча на голове, лишь слова монаха, что сказали никого не убивать. Закатив глаза, демон сформировав специально чернильную форму, в которой объединил качества всех четырёх небесных обезьян, обошёлся без жертв, умело используя узников и души их, заключённые в самом свитке. Зрелище то было поистине красивым. Чернильный демон же оказался на редкость язвительным. Он часто препирался с Сунь Укуном, хотя в защите монаха они были слаженной командой. Он подкалывал и насмехался над Чжу Бацзе, не считался с его мнением. Даже считал его наглым и лживым неучем, что тонет в собственной гордыни. Против Ша Усиня он ничего дурного не имел, всё ограничивалось лишь какими-то безобидными шутками, зато слушал его речи демон с большим интересом. Тан Сюаньцзаня он вроде и защищал, и слушал, и помогал, но в его глазах редко мелькала искренность, для него это было сродни обычной работе. С Ао Ли у него особо и не было каких-либо взаимоотношений. Они были почти-что незнакомцы, вынужденные ходить вместе. Всё шло своим чередом. Но со временем, отношения Царя обезьян и Инка накалялись. ОСОБЕННО после того, как был убит Шестиухий Макак. Пусть во время инцидентов, Чернильный демон и защищал Укуна, но после этого стал более грубым. Он даже периодически принимал форму Шестиухого Макака, даже не чернильную, а очень похожую и красочную. Всё ради того, чтобы посмеяться над реакцией того. Благо, Трипитака обычно пресекал подобные насмешки. В какой-то момент Путешествия, поведение Стража свитка стало странным. Он был более нервным, много молчал, а если его кто-то одёргивал, то огрызался, в водах постоянно рассматривал свою шею, словно там что-то было. Возможно, это было связанно, что в деревнях все начали пугаться его чернильного, специально нереалистичного облика. Связано это было с тем, что в этих краях хорошо была распространена история о "злом Чернильном демоне, который ослушивается богов каждый раз и пожирает смертных, а также низших божеств". Конечно, Инк такого не делал! И никого не ел! Он даже пытался быть учтивым и вежливым, но ему никто не верил. А тогда была зима, так что его оставляли на улице. Конечно, он не чувствовал холода в силу своей оболочке и не спал сном как таковым, но было унизительно. Его оставляли охранять как собаку или заставляли убирать ночью снег. Он часто просил Трипитаку поговорить с жителями, но всё не оборачивалось хорошим образом. Он всё ещё сидел ночью на морозе и прибирался. С другой стороны, его всё ещё не признавали "четвёртым братом", как и он их своей семьёй. Он начал чаще препираться с Чжу Бацзе, ведь начинал чаще слышать насмешки в свой адрес. С Укуном отношении были испорчены окончательно, они были готовы перегрызть друг-другу глотки! От Ша Усиня проклятье попросту отстранилось, увиливало от разговоров с ним, но не грубило. Уже весной, в марте, Чернильный демон не выдержал и взмолился, обращаясь к монаху. Он жаловался, что чтобы тот не совершал, результат был один. Из-за лживых историй богов, он всё ещё был изгоем, "чёрной лошадкой". Тогда, Тан сказал, что поступки демона не были до конца искренними, что из-за этого люди не прочувствовали их до конца. Глубоко обиженный демон ушёл, скалясь. Он говорил, что отошёл, чтобы успокоиться и помедитировать в лесу, поэтому его и отпустили. Но уже вечером, большинство домов в деревне вспыхнули ярким пламенем. Пока Чжу Бацзе и Ша Усинь помогали тушить, Сунь Укуна отправили найти виновного. Тогда, когда был Чернильный демон, он признался, что ему не стыдно. Что он поступил как боги Небесных Чертогов, устранил тех, кто ему мешался, ведь также они сделали и с ним, распространив лживые истории. В ходе сражения, нечисть пыталась заключить непреклонного Мудреца в свиток, но не смог. В итоге, чернильная оболочка была разрушена, а демону пришлось вернуться в свиток. И после, они с Укуном сражались не в последний раз. Например, когда свитком управляли и сражались с Царём обезьян, управляя движениями Чернильного демона, который даже тогда не упускал возможности поглумиться над обезьяной. Особенно, после смерти всех его друзей и дражайшего мастера. Цикл их сражений не на жизнь, а на смерть регулярен. Раз в несколько веков, жизнь складывается так, что они вновь пересекаются в битве, где Инк выигрывает в моральном плане, но не в физическом. Со временем, Чернильный демон остался единственным живым участником Путешествия на Запад, помимо Царя обезьян. Но с друг-другом они не разговаривают и не взаимодействуют. Они ненавидят друг-друга и готовы убить на полном серьёзе, поэтому в спешле четвёртого сезона, демон хоть и мог восстановить табличку, но предпочёл бы, чтобы Укун остался заперт в своих воспоминаниях. К его сожалению, обезьян всё-таки был возвращён.