Святой грешник

«Рыдай больше, Мальвина, и режь руки, Пьеро спился, повесился в ванной, Твои же локоны сверкали на солнце, Но теперь снимет депрессии чары? Печальные люди слонялись в округе, Пустые глаза открывали нам правду, В пустых супермаркетах ночью и пьяными, В поисках только пленящего счастья, Вдаль от людей и поездов, и трамваев Печальные люди нам песни включали; Любили любить и любимыми были, Но Юра, мы всё тут давно проебали»

Найтивыход — мальвинa

Юра не мог забыть ту встречу с заплаканной девушкой на балконе, что-то не отпускало его. Он часто расспрашивал своего друга Антона о ней. Выяснил, что Аня с детства хотела быть врачом, но сомневалась в себе, и чтобы проверить себя и понять место ей в медицине или нет поступила в медицинский колледж. Учились старательно, пошла работать в больницу. А потом что-то случилось в её жизни такое, после чего она резко поменялась. Вместо тихой, спокойной, немного замкнутой в себе девочки, появилась оторва, душа компании, которая не пропустит не одной тусовки. Она стала яркой, резкой, грубой. Она словно была со всеми, но в тоже время ни подпускала к себе никого. Юра хотел с ней встреться ещё раз, но почему-то девушка куда-то пропала. Антон не знал, где она. В то время Аня лежала в психоневрологическом диспансере после неудачной попытки суицида. Она винила себя в том, что не смогла довести дело до конца. — Я ничтожество, ссыкло, тряпка. Я не заслуживаю жить, хотя и хочу. Почему я так отчаянно цепляюсь за жизнь и боюсь смерти? Почему я такая неудачница, у меня никогда ничего нормально не получалось, даже сейчас вот уйти не могу. Есть ли у меня право жить, после той ошибки, ебаные таблетки, будь они неладны. За что всё это мне и тем бедным людям, которые умерли? Почему ошиблись именно я — думала она, лёжа на больничной койке. Ей было холодно, неуютно, паршиво. Она решила и здесь не показывать своих настоящих чувств, ведь её главная целью выбраться из этого страшного места. Хотя дома разве лучше? Мать устраивает постоянные истерики в попытках ей помочь, кричит, отец травит свои советы, хотя практически ничего не знает о её жизни. Ещё их постоянные скандалы, ссоры, попытки быть нормальной семьёй. Дурдом одним словом, маразм. У Ани были довольно строгие родители. Они гордились ей, строили планы, ожидали от неё, что она станет хорошим врачом. Всё в принципе так и складывалось: красный аттестат, замашки на красный диплом. Но та ошибка просто взяла и всё перечеркнула. Прежний Ани больше нет, жаль только никому этого не понять. Не найдя необходимого ей понимания, девушка защищалась своим поведением от враждебного мира, топила свою грусть и печаль в дешёвом алкоголе, пыталась заглушить шумными, весёлыми компаниями, разгульным непонятным образом жизни, но всё безрезультатно. Мир враждебен, мир ебанутый, мир страшный. Она пыталась бежать от своей боли, а нужно было её прожить и перестрадать. Глупо делать вид, что ничего не произошло, когда случилась беда. Жизнь как будто пошла наперекосяк, у неё отняли мечту и всё стремительно катились в пропасть. Её путь привёл на койку психоневрологического диспансера. Ей страшно возвращаться домой, потому что мать со своей гиперопекой теперь совсем с ума сойдёт и не даст дочери ни шагу ступить спокойно. Дни летели за днями, недели за неделями, наступила весна. Весной живётся немного радостнее и легче. Главное пережить холодную, грустную зиму, когда слезы постоянно бегут по щекам, когда думаешь, что лучше бы ты умер. Мучения в диспансере закончились, девушку выписали домой. Она была благодарна жизни за это. Возможно, если она не умерла, значит пока что она заслуживает жить? Это давало ей очень слабую надежду. Её выписали, но она должна была посещать врача-психиатра для консультации. У врача была медицинская карта, где красовались один за другим её диагнозы: ПТСР, тревожно-депрессивное расстройство. В один такой день она совершенно случайно встретила своего друга Антона и того парня с балкона, который робко стоял рядом с ним. Аня узнала его: эти кудрявые волосы, глубокие карие глаза, бледная кожа, пиджак на размер больше… Хоть Юра уже прожил в Москве полгода и пережил зиму, к большому шумному городу он не привык до сих пор. Аня поздоровалась с Антоном и пересеклась взглядом с Юрой. В этот момент в ней что-то будто перевернулось, она спешно и стыдливо отвела взгляд, будто этот зрительный контакт был для неё слишком личным, интимным… Такого она раньше не испытывала никогда. Ей показалась что Юра тоже чувствует подробное. а бегу они перекинулись несколькими фразами с Антоном, она пообещала больше не пропадать так надолго, в диспансере она провела больше двух месяцев. На это время она взяла академ отпуск в колледже, что совсем не приветствуется на последнем курсе. Встречу с Юрой на балконе она помнит хорошо, ведь именно этот день придя домой, она попыталась уйти из жизни, но вместо смерти её ожидали холодные покрашенные стены и скрипящая неудобная больничная койка. Пиджак Юре она пообещала вернуть. Девушка была вынуждена спешить, ведь ей запрещено было опаздывать к врачу. Психиатр считал, что понимает её, по крайней мере ему хотелось в это верить, чтобы считать себя хорошим специалистом. Попытка суицида пациентки всё же ударила по его деловой репутации. "Как мало пройдено дорог, так много сделано ошибок» -Как будто, знаешь, я топлю свою совесть в антидепрессантах, нейролептиках и транквилизаторах. Я пью их утром и вечером. Топлю совесть или всё то, что от неё осталось. А ведь кто-то всё было совсем по-другому. Я не хочу так жить, но ничего сделать с собой не могу. Я постоянно совершала ошибки. Я сама ошибка. Мне страшно. Я не знаю, что мне делать- Аня говорит врачу о своих чувствах и неосознанно для себя плачет. — Вы плачете. Если бы ваши слезы умели говорить, то что бы они сказали? — медленно и вдумчиво произнес психиатр. — Я обо всем сожалею. Мне больно. — Благодарю вас за искренность, Анна. Продолжайте принимать препараты и продолжаем психотерапию. Будем добиваться вашей ремиссии. Аня благодарно кивает, хоть и сама почти не верит, что ей можно помочь. Юра с нетерпением ждал следующий встречи. Он даже не мог подумать, что эта девочка с поломанной судьбой поможет ему вновь обрести Бога в душе, прийти к нему осознанно, самостоятельно. А еще эта девочка станет для него всем, ведь они излечат души друг друга.