Famiglia

Ночи на Сицилии всегда были тёплыми. Именно поэтому сюда так любили приезжать люди со всего мира. Днём остров жил под ярким солнцем — море сверкало серебром, песчаные пляжи были заполнены отдыхающими, а узкие улочки старых городков пахли кофе, свежим хлебом и морским ветром. Жизнь здесь текла медленнее, спокойнее. Солнце казалось ярче. Небо — голубее. Но настоящая жизнь Сицилии начиналась ночью. Когда жара спадала, люди выходили на улицы. На площадях зажигались огни кафе, на балконах смеялись соседи, а где-то далеко звучала музыка. Только Чимину было совсем не до этой красоты. Его не радовало ни тёплое море, ни мягкий вечерний ветер, ни этот живой остров. С каждой минутой становилось прохладнее. Ночь постепенно вступала в свои права. Чимин поднялся со старой лавки возле дома сына. Чемодан стоял рядом, такой же одинокий, как и он сам. Омега взял его за ручку. — Ну… куда-нибудь да придём, — тихо сказал он сам себе. И пошёл туда, куда подскажет дорога. *** Дорога вывела его к небольшой трассе. Она была неширокой — две полосы асфальта, уходящие в темноту. По обе стороны тянулись редкие фонари, а вдоль дороги росли низкие кусты и старые железные ограждения. Вдалеке Чимин заметил несколько фигур. Когда он подошёл ближе, оказалось, что на металлической трубе у обочины сидят четыре омеги. Красивые. Очень красивые. Они были ярко накрашены, их волосы аккуратно уложены, а одежда… была скорее символической. Короткие юбки, обтягивающие топы, высокие сапоги. Их наряды больше открывали, чем скрывали. Чимин сразу понял, чем они здесь занимаются. В Италии мафия была частью жизни. И вместе с ней процветали многие теневые бизнесы. В том числе и этот. Многие омеги оказывались на улицах не по собственной воле. Жизнь была суровой, особенно для тех, кто вырос в бедных районах. Иногда это был единственный способ заработать. Но Чимин не испытывал к ним страха или презрения. Наоборот. Ему вдруг очень захотелось просто… поговорить. *** — …А потом он сказал, что сбежал от меня сюда, потому что я не давал ему жизни! — возмущённо рассказывал Чимин. Омеги сидели вокруг него и внимательно слушали. — Мда… — протянул один из них. Это был стройный омега с длинными чёрными волосами и яркой помадой. На нём была короткая кожаная юбка и блестящий топ. — Я просто хотел помочь с внуком! — продолжал Чимин. — Я же не собирался мешать! — Боже, детка… — покачал головой омега в чёрной юбке. — Не обижайся, но твой сын просто неблагодарный. — Вот именно! — поддержал другой. — Ты для него всё сделал, а он своего папу на улицу выгнал! Чимин вздохнул. — Эх… может, я сам виноват. Он опустился на холодную железную трубу рядом с ними. И тут же возмутился: — И вообще! Не сидите на холодном! Простудите все омежьи прелести! Омеги дружно рассмеялись. На улице уже было прохладно, а они действительно были одеты слишком легко. — Не говори глупостей, — сказал один из них, мягко улыбнувшись. — Ты хороший папа. — Да! — кивнул другой. — Сорвался, прилетел через полмира… это дорогого стоит. Чимин некоторое время молчал. Потом тихо сказал: — Я продал своё имущество… Омеги переглянулись. Он впервые признался в этом вслух. Он не хотел, чтобы Минхо об этом знал. Но теперь… это уже не имело значения. В этот момент один из омег резко насторожился. Он посмотрел в темноту. — Чимин… тебе лучше уйти. — Почему? — Наш сутенёр идёт. Если видит кого-то рядом с нами — сразу за нож хватается. Он быстро поднялся. Другой омега крепко обнял Чимина. — Спасибо за вечер. Приходи ещё… поболтать. Остальные закивали. Несмотря на свою тяжёлую жизнь, они оказались удивительно добрыми. Чимин взял чемодан. — Берегите себя, — тихо сказал он. И пошёл дальше по дороге. Он не знал, куда идёт. Но иногда судьба сама выбирает путь. *** Чёрный внедорожник медленно ехал по ночной дороге. Юнги устало смотрел вперёд. Темнота быстро сгущалась, дорога освещалась только редкими фонарями и светом фар. Он устал. Ему хотелось скорее оказаться дома. Увидеть детей. Но сначала нужно было решить дела. Рабочие дела. Не просто так же он недавно вышел из того места. Машина проехала мимо омег, стоящих у трассы. Они улыбались, делая привычные жесты. Юнги на секунду задумался. Когда у него вообще в последний раз были омеги? Работа. Дети. Проблемы с бизнесом. Времени на личную жизнь почти не оставалось. Но альфья сущность всё равно иногда напоминала о себе. Размышления прервал Намджун. — Куда мы вообще едем? — Я хочу увидеть всё своими глазами, — спокойно ответил Юнги. Его голос стал холоднее. — У нас больше нет территории. Нет людей. Нет бизнеса. Он сжал руль. — Хорошо, что мы хотя бы платим Донатано. Юнги повернул голову. — Мы ведь платим? Намджун неловко кашлянул. — Ну… есть небольшая задержка. — Насколько? — Может… год. Пауза. — Или полтора. Юнги медленно повернул голову. Взгляд его стал опасно тихим. Он уже собирался что-то сказать… как вдруг раздался резкий скрип. Юнги ударил по тормозам. Машина резко остановилась. — Чёрт! — вскрикнул Намджун. — Мы что… кого-то сбили?! Он выскочил из машины. Через секунду добавил: — Слушай… может, просто поедем? Нас никто не видел. Юнги уже вышел из машины. Он подошёл ближе. На асфальте лежал омега. Белые волосы растрепались и испачкались в пыли. Рядом валялся чемодан. Даже в тусклом свете фар было видно, что он невероятно красив. — Помоги мне, — сказал Юнги. — Зачем он тебе?! — не понял Намджун. — А если он очнётся и пойдёт в полицию? Юнги холодно посмотрел на него. — Когда мне понадобится совет, я обязательно спрошу. Он наклонился. — Я тебя не спрашиваю, Намджун. Помоги. Двое мужчин подняли омегу. Намджун быстро закинул чемодан в кусты и открыл багажник внедорожника. Они осторожно положили туда бессознательное тело. Юнги на секунду задержал взгляд. «Жаль такую красоту…» — мелькнула мысль. Он закрыл багажник. Машина снова тронулась с места. Ночная дорога Сицилии поглотила их.