Famiglia

Как-то раз Чимин решил обследовать дом. Особняк был огромным — почти чужим для него. В большинстве комнат омега никогда не был. Он знал лишь те, где кто-то жил, потому что убирался там. Остальные либо стояли запертыми, либо казались ему ненужными… до этого дня. Сегодня он просто хотел отвлечься. В доме было непривычно тихо. Все были заняты, а поговорить — не с кем. Чимин медленно поднялся на второй этаж. Он находил одну комнату за другой: спальни, кабинеты, даже библиотеку. Но все они выглядели одинаково заброшенными — мебель покрыта пылью, тяжёлые шторы не пропускали свет, в воздухе стоял запах старого дерева и сырости. Чтобы содержать такой дом, нужен был как минимум ещё один человек. Но семье Мин, судя по всему, было всё равно. Он провёл пальцами по поверхности комода — остался чистый след. В углу заметил засохшее растение. У стены — едва заметные следы мышей. — Ну, хотя бы понятно, с чем работать… — пробормотал он себе под нос. Несмотря на запустение, в доме чувствовалось прошлое. Когда-то здесь было красиво. Дорого. С душой. Одинаковые оттенки, аккуратно подобранный декор, картины, вазы… Кто-то вложил в это место много любви. *** В самом конце коридора он заметил ещё одну дверь. Чимин толкнул её — и замер. Эта комната отличалась от остальных. Здесь было чисто. Не идеально… но явно кто-то когда-то пытался сохранить порядок. Пыль лежала тонким слоем, а не слоями, как в других комнатах. Посреди комнаты стояла большая кровать. Напротив — зеркало в полный рост. У окна — балкон, как и в его комнате. Но главное — шкаф. Чимин подошёл ближе и, не удержавшись, открыл его. И замер снова. Платья. Юбки. Блузы. Ткани — дорогие, мягкие, изысканные. Он провёл рукой по ним, почти с трепетом. Он разбирался в таких вещах. Любил их. Когда-то… Но его чемодан был потерян. А вместе с ним — и часть его самого. — Чьи это… — прошептал он. Он никогда не видел, чтобы Дакота носила что-то подобное. Чимин огляделся внимательнее — и заметил на стене рамки. Фотографии. Не картины, как в других комнатах. Фотографии. Он подошёл ближе. Дети. Семейные снимки. Пары. И вдруг — остановился. Молодой Юнги. Рядом с ним — красивая девушка. Мягкая улыбка. Тёплый взгляд. Пазл сложился мгновенно. — Жена… Чимин задержал взгляд. Дальше — маленькие Чонгук и Хосок. Свадебные фотографии. На них Юнги улыбался. По-настоящему. Чимин медленно  провёл пальцами по рамке. — Так жаль… — тихо сказал он. Такая красивая жизнь — и так рано оборвалась. Он опустил взгляд. — Но прошло столько времени… — почти шёпотом. — Нужно жить дальше… — Чимин. Голос за спиной прозвучал резко. Он вздрогнул. Обернулся. Юнги. Он стоял в дверях. Лицо — холодное. — Что ты тут делаешь? — Ничего… — быстро ответил Чимин. Слишком быстро. Юнги сделал шаг вперёд. — Никогда. Не заходи. В эту комнату. Каждое слово — как удар. — Ясно? Чимин кивнул. Он почувствовал себя так, будто его поймали на чём-то запретном. В глазах Юнги было не просто недовольство. Там было что-то глубже. Злость. Боль. Чимин не выдержал и выбежал. *** Вечером семья собралась за ужином. Редкость. Обычно каждый жил сам по себе. Чимин не хотел никого видеть после случившегося. Но обязан был спуститься. Он был уверен, что Юнги не придёт. Но тот сидел за столом. Хмурый. Уставший. Раздражённый. Чимин сразу понял — сегодня лучше молчать. Но, как обычно, всё пошло не по плану. — Паста для Юнги и Хосока, — он поставил тарелки. — Курица с лимоном для Чонгука. Он перевёл взгляд на Дакоту. — А тебе овощи… но, милая, ты так не наешься. Она закатила глаза. — Я не просила советов, Чимин. Он сделал вид, что не услышал. — Гамбургер с картошкой для Луи, — он улыбнулся малышу. Юнги медленно обвёл всех взглядом. — А Луи снимет маску или так и будет ходить, как клоун? — Я бы тебе её надела, чтобы тебя не видеть, — прошипела Дакота. Воздух стал тяжёлым. — Семья вместе — и шутит! — попытался разрядить обстановку Чимин. Плохо получилось. Он посмотрел на Чонгука. — Ты же хотел что-то сказать… Чонгук достал коробку. — Пап, это тебе. Часы. Хосок тут же вмешался: — Пап, я хотел поговорить о проекте… — О, это тот, где ты ищешь задротов? — усмехнулся Чонгук. — Это стартап, — сдержанно ответил Хосок. — Нам нужны инвестиции. — Просишь денег? Опять? Я оплатил тебе образование. Смех Чонгука. — А ты чего смеёшься? — резко повернулся к нему Юнги. — Сам ничего не умеешь. — У него не было отца рядом, чтобы научить, — тихо, но жёстко сказала Дакота. Тишина. И взрыв. Юнги резко встал. — Ты вообще молчи! Ни готовить, ни стирать! С ребёнком разобраться не можешь! Он оглядел всех. — Никто из вас ничего не умеет. Чимин сжал руки. Он обещал себе не вмешиваться. Но… — Чонгук убирался в комнате. Он может работать с вами. Юнги посмотрел на него. Долго. — Когда они будут работать на семью — решаю я. Звонок в дверь оборвал напряжение. *** Когда Юнги открыл дверь, он не ожидал увидеть его. На пороге стоял Донатано. Глава мафии. Невысокий мужчина в идеально сидящем бежевом костюме. Слишком аккуратный. Слишком спокойный. За его спиной — охрана. Он слегка приподнял руку — короткий, почти ленивый жест. Двое альф сразу шагнули вперёд и начали досмотр. Быстро. Профессионально. Юнги даже не шелохнулся. Когда проверка закончилась, Донатано усмехнулся: — Мой любимый Юнги… как же я рад тебя видеть. Он вошёл в дом так, будто никогда отсюда не уходил. Без приглашения. Без колебаний. Просто — хозяин положения. Они прошли вглубь дома. В гостиной Чонгук тут же поднялся. Донатано скользнул взглядом по детям. — Как выросли… — мягко сказал он. — Очень похожи на мать. Улыбка. Слишком тёплая, чтобы быть искренней. — Освободите первый этаж. Нам нужно поговорить с вашим отцом. Дети не спорили. Они знали, кто перед ними. И знали, чем это может закончиться. Комната опустела. *** — Сколько лет, Юнги… — Донатано раскинул руки и обнял его. Юнги остался неподвижным. — Тюрьма тебе даже к лицу. Немного постарел… но что поделать. Мы все стареем. Он отстранился, оглядывая дом. — Красиво живёшь… Чисто. Пахнет едой. Его голос резко стал холоднее. — А я, знаешь ли, в такой дыре прячусь… ты даже представить не можешь. Юнги молчал. — Садись, — кивнул Донатано. — Есть разговор. Он устроился в кресле, закинув ногу на ногу. — Ты же мне доверяешь? — … — Конечно, доверяешь. Пауза. — Ну что, расскажи… как тебе было в той знаменитой тюрьме? Юнги ответил коротко: — Здесь лучше. Донатано усмехнулся. *** В это время охрана осматривала первый этаж. На кухне они заметили Чимина. Не задавая вопросов — схватили и повели. Когда его привели в гостиную, Донатано лениво повернул голову. — А это ещё кто? Взгляд — липкий, изучающий. — Твой омега? Юнги ответил сразу: — Он не в теме. Работает у меня. И, чуть тише: — Чимин, это мой… коллега. Чимин сглотнул, но заставил себя говорить: — Пак Чимин. Очень приятно… Он попытался улыбнуться. — У вас тоже клининговая компания? На секунду повисла тишина. Опасная. Донатано медленно осмотрел его с головы до ног. Как вещь. Как слабое место. Чимин невольно сделал шаг ближе к Юнги. Рядом с ним было… спокойнее. Или просто менее страшно. Юнги взял его за руку. Тёплая ладонь. Короткое движение. Он наклонился к самому уху: — Иди к себе. И не выходи. Тихо. Но без права ослушаться. По коже Чимина пробежали мурашки. Он кивнул и быстро ушёл, чувствуя на себе чужие взгляды. *** Как только он исчез, Донатано закурил. Дым медленно поднялся вверх. — Ну что, Юнги… — голос стал мягким. Слишком мягким. — Признавайся. Он наклонился вперёд. — Ты нас сдал? Тишина. — Я не осуждаю. Пятнадцать лет — это срок. Любой бы сломался. Юнги смотрел прямо на него. — Я клянусь своими детьми — нет. Донатано чуть прищурился. — Не расстраивай меня… - Он сделал паузу. — Ты должен мне деньги. — Пока меня не было, бизнес развалился. Меня обчистили. У меня ничего нет. — Это… — Донатано улыбнулся, — твои проблемы. Он стряхнул пепел. — Устрани конкурентов. Юнги сжал челюсть. — У меня нет людей. Остался только Намджун. — Зато у тебя есть дети. Пауза. Тяжёлая. — Этого достаточно. Юнги резко посмотрел на него. — Нет. Донатано даже не повысил голос. — Научишь. Он наклонился ближе. — Или, Юнги… вам всем конец. Лёгкая улыбка. — Всем. — И детям. — И… тому милому омеге. Слова прозвучали почти ласково. От этого стало только хуже. — Я слежу за тобой, — добавил он. — Так что приходи в форму. Он поднялся. — Не разочаруй меня. *** Когда дверь за ним закрылась, дом словно выдохнул. Но стало только тяжелее. Юнги стоял неподвижно ещё несколько секунд. Потом резко развернулся и ушёл в кабинет. Дверь захлопнулась. Он закурил. Руки дрожали — едва заметно. — Чёрт… Он просчитал многое. Но не это. Теперь выбора не было. И самое страшное — впервые за долгое время под ударом был не только он.