Воскресная школа поражает

Нет он не будет сопротивляться, он привык к этому. Опять они вдвоем, и где же теперь он хочет это сделать? На общей кухне, в комнате отдыха, а может в гостиной спальне? Все равно, это отвратительно, и тот кто говорит о морали не должен таким заниматься.   Прямо перед крестом и статуями святых, что может быть грешнее? Все место залито грязью, оно не может показывать свет. Скрипящие пружины старого дивана в комнате отдыха издают звуки, прогибаясь под телом мальчика.   Его взгляд пуст, он не может попросить помощи, ему уже почти не страшно, это должно было снова случиться. Мужчина всегда добивается своего, ему не убежать.   Он как кусок мяса, который треплют до состояния каши, впринципе то что внизу как раз и можно ей назвать.   Все снова болит, слезы опять заполняют глаза, он хочет быть не здесь. Челендж только вставил в него, а парень весь извивается под ним. Всё тело дрожит, и хоть он ненавидит этого человека, но все же тянется к нему, прижимаясь. Ему страшно до ужаса, и уж лучше прижавшись к пастырю это пережить снова, чем снова чувствовать себя куклой, хотя впринципе ничего не поменяется.  Наверное объятья единственное что нравится Лололошке в этом процессе. Он любит касания, когда его гладят и просто обнимают и легонько целуют в благодарность или при встрече, но то что делает этот мужчина переходя границу дозволенного, просто пугает. И вот он начинает двигаться, парнишка пытается скрыть звуки и скулит. Слезы все ещё текут по щекам, и партырю это явно нравится. -Умница, ты на этот раз легко меня принял, постараюсь не быть резким и порадую тебя.   Приблизившись к шее мальчика, он начал её покрывать поцелуями, а затем кусать её, с каждым толчком оставляя все более сильные следы. Ло в это время издавал тихие стоны и скулил все сильнее от боли. Это снова  похоже на пытку, хоть и в этот раз менее болезненную. Громкое хлюпанье и тяжёлое дыхание Челенджа заполнили зал. И все же он сдержал обещание, он нежен, и не набирает животный темп как раньше. Пару последних толчков и затянув малыша в поцелуй, он заполняет его до краёв и выходит из него. -Когда-нибудь, ты родишь от меня дитя, и я буду ждать этого дня, поверь мне.   Шепнул он мальчишке на ухо, а затем оставив его всего личного на диване, начал собираться.