Дуэль с ведьмой.

Лютер никогда бы не подумал, что будет крушить парящую мебель, но жизнь преподносит сюрпризы… Стоило им зайти в дом, как на них обрушилась мебель, и Харгривз порадовался своей выносливости. Он оттолкнул от себя огромный шкаф и люстру. Полтергейсты его знатно пугали, возникая из ниоткуда, они были очень сильными и злыми. Лайла и Клаус в это время вызвали не только Бена, но ещё и каких-то воинов. –Надо их успокоить! — кричит Лютер, пока его швыряют в стену, и та рушится. Он почти не чувствует боли и всё из-за дара. Лютер надеется, что обрушенный пол не помешает никак Эллисон и Диего, что кажется нашли не только подвал, но и подземный ход, где были спрятаны те люди. Лайла держит Бена одного, имитируя силы Клауса, пока вышеупомянутый договаривается и кажется некоторые призраки успокаиваются. Лютер вновь поднимается с пыльного пола и заслоняет собою уставшую Лайлу. Она старается не копировать силу Лютера и держит Бена, что очень эффективно хватает призраков своими щупальцами. Тут же слышится голос Изабель и призраки начинают исчезать. Лайла оседает на пол, как и Клаус. Лютер пытается стрехнуть с себя пыль, громко чихая. Пятый и Изабель появляются около них через секунду. –Все в порядке? — номер пять осматривает обстановку. –Вижу ты повеселился, номер один– весело подмечает юноша, зная, что Лютер не любит, когда его называют по номеру. –Как и ты, видимо– в ответ говорит ему мужчина, замечая, что сбоку плеча у Пятого глубокая рана и сам он потрепанный. –О, это лучше спроси Изабель– зло выплевывает юноша, пока девушка закатывает глаза. Она сама выглядит на лучше: на щеке кровоточит глубокий порез, футболка порвана в некоторых местах, брюки тоже, да так что на левой ноге ткань разорвана до середины бедра, а коленки и логти разбиты. Сама девушка потрепана и вся в садинах. –Я говорила тебе, пригнись– та скрещивает руки на груди. –Ты сказала тогда, когда этот чертовый призрак клоуна мне зарядил кирпичами и швырнул обломком оконный рамы. Изабель его обходит и нажимает рукой по плечу, шипя как кошка про то, что ей досталось не меньше. Пятый отцепляет её, стараясь не выдать того, что ему безумно и невыносимо больно. –Отцепись, больная– кричит тот. –Если бы ты меньше валялся под призраком той девчонки, мне бы не пришлось кататься коленками по полу, пока призраки меня тащят к окну, чтобы сбросить! –Она была похожа на Долорес Лайла тяжело вздыхает, уже лёжа на старом пыльном полуобрушенным полу. Лютер наконец убирает кнопочный телефон, сообщив Эллисон о том, что они скоро выйдут из дома. Клаус весело наблюдает за спорящими, разыгрывая какие-то ставки с Беном. Лютер был рад только одному, он вновь поговорил с братом, хоть и во время драки. За последние семь лет Клаус часто вызывал Бена, но Лютер все равно хочет больше общения. Тем временем Изабель говорит, что ей плевать на какую-то там Долорес, Пятый злится, но реплика Клауса заставляет их заткнуться. –Бенни, малыш, найди мне заброшенную спальню для наших молодожёнов с недотрахом — громко говорит тот, и оба затыкаются. Лайла давится от смеха и даёт пять Клаусу, Лютер в шоке первым уходит вниз. Иззабель, раскрасневшаяся, открыто держит рот открытым. А Пятый со злостью хватает с пола кирпич. –Кажется тебе пора– подмечает Лайла. –И то верно– уклоняется от кирпича Клаус. Пятый, явно уставший перемещаться, просто кидается кирпичами, но с ног Клауса сшибает огромный водный шар, который призвала Изабель. Клаус с криками и воплями летит в окно, но вода не даёт ему свалиться и мягко валит на траву, Виктор в шоке смотрит на него, лужу и дыру на втором этаже. –Кто жаловался, что окно маленькое –только и говорит девушка, спускаясь по разрушенной лестнице. Пятый перемещается сразу к Виктору. Там же стоят Эллисон и Диего с пятью испуганными людьми. Эллисон им корректирует память. Изабель просит Виктора разрушить дом, чтобы никто больше в нем не был. Виктор старается аккуратно использовать свою магию и у него это получается. Позже они садятся в машину. Иззи все дуется на Клауса. Медиум в свою очередь, весь вымокший, лишь благодарит за предоставленную возможность покататься на «водных горках». Девушка под конец сдаётся и они смеются. ○●○ Уставшие, они заходят в дом. Эллисон тут же убегает в ванну, Виктор, особо не умучавшись с призраками, вызывается приготовить ужин. Клаус ищет в шкафах долгожданное пойло, выпытав у Пятого местонахождение алкоголя. Хоть и в особняке их отца ванных комнат было прилично, в новом доме, уже приобретенном ими, их было три. Поэтому остальные тоже отправились смывать с себя грязь, пыль и кровь. Спустя час все садятся за стол, вернее почти все. Клаус ели добирается, шатаясь под музыку, что поставила Эллисон на маленьком радио. Лютер помогает ей сервировать стол, пока Диего хвалит стрепню Виктора. Лайла, обработав раны, отдает аптечку Изабель. Пятого нет с ними. Иззи заходит к себе в комнату и скидывает брюки Лайлы. Завтра она обязательно сходит с кем-нибудь в магазин, если конечно сможет объяснить, почему денег нет. Раньше, в своем мире, ей не приходилось попадать в неловкие ситуации. Да и она была характером более упертой и дотошной. Девушка обрабатывает коленки, раны на которых все же относительно глубокие. Не совсем человеческая регенерация спасает ситуацию. После она наклеивает на раны пластырь и надевает другие брюки, радуясь, что они широкие и не задевают колени. Царапину на щеке она также обрабатывает и закрывает аптечку. Она выходит из комнаты и едва ли делает шаг по лестнице вниз, когда замирает. –"У этого олуха рана, а он даже не обработал её " — думает та, закусывая губу. Одна её сторона хочет подойди и хотя-бы постучать, чтобы узнать, поухаживал ли Пятый за собой. Вторая кричит о том, что придурковатый парень сам за себя отвечает, а её заботу пошлёт в задницу. Иззи мычит от собственной внутренней борьбы и все-таки обходит пару комнат. Она подносит кулак к двери, но не решается постучать. Позже она напоминает себе, что не маленькая и стучит. Ей не отвечают, но она стоит и стучит и так еще восемь раз. Наконец с обратной стороны доносится ворчливое «входите «. Девушка улыбается и довольная собственной упертостью открывает дверь. Она входит в комнату, видя, как Пятый удивлённо на неё смотрит. Он лежит на кровати, явно уставший. Он выглядит бледным. На нем новый комплект рубашки и брюк, что наталкивает на мысль, что он принял душ и должен был обработать раны. –Решила последовать идеей Клауса? — без интереса язвит юноша. Изабель запрещает себе краснеть, убеждая, что такие фокусы действуют только на юных впечатлительных девушек, а она уже взрослый человек, хоть и ей всего двадцать шесть, а выглядит она так вообще на двадцать, да и чувствут себя также. –Боюсь, ты в таком состоянии не осилишь– переборов собственное внутреннее стеснение, говорит та ровным голосом. Странно то, что она вообще стесняется, ибо в своём мире она была уверенной. Или это все Пятый Харгривз? Пятый дарит ей полоулыбку, полуухмылку и усаживается, понимая, почему она пришла к нему, стоило ей показать аптечку. –Клади на тумбочку и вали– дружелюбно говорит он и растегивает рубашку, снимая с себя. Изабель кладёт аптечку и смотрит на голое плечо, качая головой. На лопатке также имеется кровоподтек и рана. –У тебя глаза на макушке выросли? Как ты на спине рану обработать то сможешь? –Не твоё дело– он поворачивается к ней и подходит к аптечке. Иззи не смотрит на него, нет, совершенно нет, она любуется прекрасными стенами, потолком, но не широкими плечами, красивым, стройным телом, прессом и вполне себе мускулистыми руками. Девушка не раз видела голых людей и не понимает, что в этот раз изменилось. Пятому на вид двадцать один, и его тело выглядит соответствующе. –Я– совесть не даёт ей послать, зная, что из-за неё он пострадал больше и трижды чуть не был убит, а из-за него её только раз чуть не скинули с окна. Пятый замечает, что она что-то пытается сказать и подходит ближе, становясь напротив и обмакивая вату в перекись водорода. –Ты что? — раздражённо спрашивает, желая, чтобы девушка ушла и оставила его одного. –Я послужила причиной твоей раны на лопатке и на плече, я их обработаю– она подскакивает к нему, не разрешая отказаться, и выхватывает вату–остальные сам обрабатывай. –Я не позволял тебе за собой уха…– Пятый прерывается, шипя на боль, потому что Иззабель без всяких сожалений грубо трёт ватой и убрав её, берет тряпку и макает в перекись. –Пятый– она смотрит на него–сядь пожалуйста и дай мне загладить вину. Она смотрит на него внимательно и без всяких умыслов. Пятому прежде знакомые не оказывали такие услуги, вернее помощь. Он обычно позволяет такого только членам семьи, но Изабель не являлась ему семьёй. Он хочет отказаться, но смотрит на решительную девушку, ловит взгляд карих глаз. У неё очень проникновенный взгляд и очень красивые глаза. Пятый фыркает собственным мыслям и усаживается на кровать. Она вздыхает и встаёт сзади. Пятый секунду лишь настораживается, ожидая, что его вырубят, а потом вспоминает, что она вроде как пока что не давала поводов не доверять себе. Изабель осторожно обрабатывает рану, дует, когда делает йод, а Пятый даже звука не издает. Так, она доходит до плеча. –Думаю, тут зашивать не стоит, но забинотовать надо. –Надо было бы, я бы сам уже сделал швы– подмечает Пятый, расслабленно закрыв глаза. Она делала все очень аккуратно. Девушка закатывает глаза и обрабатывает рану, замечая, как парень тяжело вздыхает, стараясь не подавать звука. Она нагинается и Пятый чувствует как концы её волос касаются его уха. –Можешь не сдерживаться и пускать стоны сколько вздумается — улыбаясь, говорит она, явно радуясь двусмысленности. –Не дождёшься, извращенка. Она улыбается и закрывает банку с йодом. Пятый удивлён, как из той девчонки, которую задели слова Диего, она превратилась в эту. Или в первый раз слова Диего пробудили в ней воспоминания, или она просто напросто по-другому взглянула на них и поняла, что никто тут её оскарблять или поливать непристойными словами не собирается. В конце концов и Клаус, и остальные просто напросто хреново шутили, это Пятый всегда знал. –Повернись, я забинтую до конца предплечья– командует девушка, забинтовывая плечо. Пятый поворачивается и внимательно наблюдает за тем, как девчонка возится над ним. Он следит за её пальцами, потом с любопытством смотрит на волосы, лицо, опуская взгляд на шею и открытые ключицы. Футболка Вани была ей большой, в отличии от рубашки, и были видны бретельки белья красного цвета. Она смотрит на него секунду, опуская взгляд на губы и хмурясь. –На губах не было раны или я не права? — спрашивает она и завязывает концы бинта. –Следишь за моими губами? — недовольно, но не без интереса спрашивает тот. –Не больше, чем ты за моими волосами– ловит она за наблюдением, но Пятый даже не пытается переубедить. –У тебя интересный цвет волос– наконец признается тот–они же крашены? На корнях тёмные. Иззи улыбается, губы её потресканные и слишком обсохшие. –Не знаю, мои до прихода сюда были каштановыми и волниствми до середины груди– она смотрит на него–а теперь ответь на мой вопрос. –Мне было больно лежать на спине, я кусал губы, довольна? Она тут же тыкает ватной палочкой с йодом ему в нижнюю губу. Пятый ойкает. –О, мы нашли твою чувствительную зону, любопытно– говорит девчонка и улыбается похуже Клауса в бреду. –Заткнись уже и на свои губешки лучше посмотри– парень отмахивается от её руки и видит, как девушка сердито на него смотрит. –Что не так с моими губами? Они обычные, просто на данный момент у меня нет с собой уходовых средств– оскарбленно заявляет она. –Ну так купи? Рассхаживаешь тут в чужой одежде и нелепо выглядишь. Изабель ударяет ему по здоровому плечу и хочет встать. Пятый догадывается почему она хочет уйти и хватает за руку, толкая обратно на кровать около себя. Он и не заметил, как она присела напротив, чтобы было удобнее завязать раненное плечо. –Отпусти меня, иначе повторишь судьбу Клауса и вылетишь через окно! –Оставь угрозы на Клауса и скажи мне, у тебя же нет денег? Девушка стушуется и смотрит в стенку. Она вздыхает и переводит взгляд на него. –В моем мире другой временной отрезок, хоть и ход событий в наших мирах почти что одинаковый. Мои деньги в вашем мире пока не выпустились, я не могу ими пользоваться. Она вздыхает и встаёт, убирая все в аптечку. –Изабель, попроси у Лютера и Эллиссон, они контролируют деньги семьи, ты в конце концов в нашей команде– наконец парень прерывает неловкую тишину и только потом понимает, что неосознанно принял её в свою команду. Изабель улыбается и соглашается, будто бы она была в сомнениях и Пятый ей помог. Она выходит из его комнаты. Пятый надевает рубашку и вспоминает, как тонкие пальцы аккуратно проходились по его плечу.