Всему виной Матвеев.

Густые брови свелись к переносице, нервно поднимая кончик правой. В глазах Александра читалось волнение смешанное с гневом, которое ему почти не свойственно. Он крайне спокойный, усидчивый человек. Но когда дело целиком и полностью касается его младшего брата — крыша напрочь отсекается. Сжимая в руках кулон, что когда-то был подарен ему матерью, он активно ударял ногой о холодный кафель, прокручивая серебряную цепочку с пальца на палец. С одной стороны может и не стоило так горячо воспринимать лёгкий флирт со стороны Матвеева к Олегу. Всё-таки если Диме понравился юный эзотерик, то почему бы и нет? Все-таки взрослые, осознанные люди. Но в глубине души Саше не хочется, чтобы его младший брат отстранился от него, проводил больше времени с другим. Хотя и понимает, что у них кровные узы, которые никому не прервать. Но даже под покровом ночи, тихо шепча имя Шепса-младшего, медиум не может признаться, что испытывает к Олеже далеко не братские чувства. Но пока счастлив он — счастлив будет и Саша. Однако в моменты, когда Матвеев переходит в более действенные методы, экстрасенса переполняют различные эмоции. Чаще всего негативные, которые он всячески старается игнорировать и пропускать мимо. Но видя как пальцы Димы тянутся к острой скуле Олега, он не выдерживает и сжимает стаканчик с кофе до невероятного треска, а после и фонтана из горького напитка, который в миг оказался тёмной лужей на съёмочном полу. После своего фееричного выступления со стаканчиком, мужчина в пылу отбросил его в ближайший контейнер для мусора, быстрым шагом уходя прочь, лишь бы не видеть эту сладкую парочку, что так настойчиво появляются перед глазами. И вот, сидя на стуле, сжимая в руках всё тот же кулон, мужчина устало опускает голову на край стола, лбом прижимаясь к столешнице. Было тяжело признать, что он достаточно сильно ревнует Олега. Причём явно не из-за братских чувств. Это грех, но, а кто из нас не грешен? В голове иногда мелькал и Дима, который вызывал у него какое-то странное отвращение и даже ненависть с большей части. Впав в свои мысли настолько сильно, Саша даже не обратил внимание, что дверь в квартиру открылась и домой вернулся эзотерик, который быстро скинул с себя чёрную куртку, кроссовки и стал медленно приближаться к кухне, где и сидел расстроенный мужчина. Юноша совершенно спокойно опустил свои холодные, бледные руки на плечи старшего брата, аккуратно пальцами нажимая на них, создавая вид некого массажа. Хотя скорее это больше приятное поглаживание с лёгким нажимом. Приподняв немного голову, мужчина вопросительно взглянул на меньшего, что с интересом разглядывал братца. Тонкие пальцы стали аккуратно соскальзывать вниз, подушечками касаясь ключиц Александра, немного задевая кожу своими серебряными кольцами. Когда острый подбородок Шепса спустился на плечо медиума, он наконец-то заговорил. — Чего это было вообще? — вопросил юноша, как-то даже неосознанно пронзая мужчину взглядом. — Ты о чем, Олеж? — стараясь сделать максимально не понимающий вид, уточнил он. — Дурака будешь строить с очередной своей тёлкой, но уж точно не со мной, — фыркнул Олег, резко вонзая свои ноготки в нежную кожу брата, как бы наказывая за увиливание, — скажи как есть. Или я сам угадаю. Саша шумно вздохнул из-за приятных ощущений в области ключиц, прикрывая карие глаза, которые наконец-то свободно задышали после линз. — Мне нечего скрывать от тебя. Ты это знаешь, — спокойно промолвил темновласый, пытаясь сохранить своё умиротворение, что уже понемногу трескалось. — И вот опять, — зафыркал эзотерик, более сильно проведя ногтями по ключицам брата, оставляя розовые пятна. Мужчина уже более явно простонал, дернув скулами, — неужели тебя так зацепил Дима? Тебе не нравится, что я провожу с ним время? Ты хочешь, чтобы я развлекался только с тобой? Словно дразня, стал шептать младший Шепс на ухо горячо любимому брату, носом въезжая в его щеку, внимательно продолжая наблюдать за реакцией Саши правым глазом. — Что ты несёшь, Олег? Что ты имеешь ввиду под «развлечения?» — лицо в миг залилось ярким румянцем, а глаза в ту же секунду открылись, не в силах больше сохранять расслабленность. — Будто я не знаю, чем ты по ночам занимаешься. И чьё имя так страстно стонешь, — с нотками издёвки, проговорил шатен, приподняв уголки губ. От таких неожиданных слов, Саша был готов умереть со стыда. Но всё что он мог — это сжимать подаренный ему кулон, болезненно для себя проводя достаточно крепко им по ладоням, оставляя красные следы, что вскоре могут превратиться в настоящие кровавые раны. Но Олег стоять на одном месте не стал. Его губы стали нежно обцеловывать щеки и кончик губ старшего, слово котёнок, стараясь получить ласку. — Олеж, это неправильно. Мы братья, — из последних сил шептал мужчина, понимая, что находится на грани. Он практически держался на одной верёвке, которую младший мог в любой момент разрезать ножницами. — А может ты просто боишься, что ты хуже, чем Матвеев? Пожалуй, этого не стоило говорить. Не в силах сдержаться, Александр резко расправил плечи, поднимаясь со своего стула. Руки Олега слетели в низ, а глазки стали обеспокоенно метаться по всей кухни. Кулон в одно мгновение выпал из руки старшего, падая на пол. Резкий разворот лицом к лицу, немного выбил Шепса-младшего из колеи, заставляя сделав несколько шагов назад. Было видно как гнев заполняет карие глаза, хотя на вид мужчина был совершенно спокоен. Но не его действия. В силу своей разницы в росте с Олегом и физической силы, Саше было куда проще поджать юношу к стене, заставляя его уже не на шутку запаниковать. Видимо не ожидал, что эти слова так сильно заденут экстрасенса. Одна из рук мужчины плотно прижалась предплечьем к стене, как бы дав понять, что сбежать не выйдет. Вторая же ладонь достаточно резко скатилась на бедро юноши, грубо сжимая его. Олег скривился от неожиданных ощущений, чувствуя насколько плотно он прижат спиной к стене и как сильно грудь брата сжимает его еще больше. — Саш, да ладно тебе, я же прикалываюсь, чего ты? — протянул неуверенно эзотерик, но заметя достаточно угрожающий взгляд Шепса-старшего, решил временно замолкнуть. Сам же Александр уже даже потерялся в собственных мыслях, не контролируя действия, которые делаются в состоянии эффекта гнева и некой крупицы ненависти к Матвееву. Поэтому последующие действия были как в тумане. Он стал грубо касаться приоткрытых от удивления губ Олега, начиная зубами впиваться в столь желанные губки младшего брата. Изначально Саша покусывал их, после зализывая раны кончиком языка, в миг кусал вновь. Но вскоре его язык пролез в приоткрытый рот, где были не против его жаркому присутствию. Языком он стал вылизывать десны, зубы юноши. Стараясь как следует изучить его рот. На подобного рода ласки, эзотерик задыхаясь, постанывал, дрожащими ручонками хватаясь за плечи мужчины, пальцами сжимая футболку. Тем же временем их языки сплелились воедино, бурно играя друг с другом. Но Саша чувствовал как воздух выходит изо рта Олега, заставляя его обмякнуть в сильных руках медиума, жалобно постанывая, чтобы получить хоть глоток воздуха. Кареглазый все-таки не садист, поэтому немного отстранился, оставив меж из языками тонкую нить, что вскоре разорвалась из-за сбитого дыхания младшего, что так жадно хватает воздух, чуть ли не закатывая голубые глаза. Ладонь, что лежала на аппетитном бедре возлюбленного, переместилась на его подбородок, большим пальцем более грубо нажимая на его, оставляя красноватый отпечаток. — Ну что, тебе еще нужен этот Матвеев? — будто злорадствуя, спрашивал Саша, устремив взгляд на младшего, что был готов полноценно упасть от новых ощущений. — Мне нужен ты, Саша, — из последних сил прошептал Олег, шумно вздыхая.