Глючно-негативная любовь

      Его походка была легка, а настроение до неприличного прекрасно.       Да, так и проходит очередной день Разрушителя Вселенных: удаление вселенных, смерть надоедливого Инка да даже Кошмар сегодня не надоедал. Всё в этот день было хорошо.       Кто бы мог подумать, что так вообще может быть, а ведь когда-то он проклинал весь Мультивёрс за то, что ему послали этого придурка в противники. Но всё оказалось до идиотизма легко: нужно было просто убить его ещё до начала битвы — в тихую, пока тот ничего не подозревает, как собственно и его «драгоценные друзья».       Дома его встретили любимый гамак с Андерновеллой. День прошёл с пользой и теперь наконец можно отдохнуть.       'О, ребята, Эррор вернулся! ', или нет. — Ну и нахер вы мне портите всё своим присутствием? Я только пришёл и хочу заслуженно полежать после трудного дня — его вздох разочарования отдался эхом в пустом пространстве, а голос залагал сильнее обычного, — Свалите.       'Какой ты жестокий, а мы ведь просто поговорить хотели с тобой, а ты!..' — Мне насрать на ваши хотелки — «как необычно, замолкли после первого же рявка», — Каждый раз бы так.       «Но это действительно необычно для них. В прошлый раз они целую песню сочинили про мою жестокость».

***

— Киллер, засядь в Оутертейл’е, как только Эррор появится там сообщи мне, в немедленном порядке — Найтмер пристально смотрел на подчинённого ожидая ответа, за спиной в воздухе летали щупальца, то и дело дергавшиеся в сторону несчастного монстра, стоящего напротив стола хозяина комнаты. — Будет сделано, могу идти? — его голос звучал до противного спокойно и очень вежливо, что ему не свойственно. В ответ на просьбу последовал кивок и цепной пёс удалился из кабинета.       «Чтоб тебя, почему ты исчезаешь каждый раз, только у меня появится желание побыть с тобой наедине?» — и ведь это действительно так, не раз уже подобное происходило, словно бы Эррор намеренно избегал более близкого контакта с Кошмаром.

***

      Решение прогуляться было просто идеальным, никого нет, а значит и спокойствие обеспечено. Чему Эррор собственно и был рад. Ветер шелестел по траве, отдающей синеватым цветом, благодаря космосу простирающемуся повсюду.       Он не обошёл стороной и Разрушителя, его он обдал нежно, будто лаская. Самого Эрра это очень обрадовало: вселенная всегда встречала его как родного.       Да, только он и космос. Они наедине и никто и ничто этому не мешает.       Постепенно скелет приближается к своему облюбленному местечку — дереву возле обрыва. Трава податливо смялась, став мягким ложем для монстра.       «Как же всё-таки хорошо здесь…» — Эрр от удовольствия прикрыл глаза и облокотился на крепкий ствол дерева.       Как Разрушитель довольствовался отдыхом, так же и Найтмер радостно наблюдал за объектом своего воздыхания. Жаль, конечно, что нельзя подходить слишком близко. Но это не так критично, можно и потерпеть. — Выходи — «упс, кажется меня заметили, но как?», — Дважды не повторяю. — Не указывай мне, Эррор.       Вблизи вид ещё прекраснее. Взгляд Эрра как всегда недовольный, но от этого так красноречив, что даже слов ему не надо произносить, чтобы все поняли чего он хочет. — Что хотел? — чу-чуть, но хмурость сошла с его лица. — С тобой увидеться — «жестоко, с твоей стороны», — ты снова ушёл, только закончилось собрание… — И? Какая разница. — Большая — «ну нравишься ты мне!» — …Очень большая.       Эррору не очень пришлось по душе осознание того, куда может зайти разговор. Он будто чувствует ту ноту грусти в голосе Кошмара. — Стой, притормози, это… — не договорив он посмотрел в единственный глаз Найта, что так внимательно сверлил Глюка. В душу смотрел, — Я… Давай в другом месте поговорим — голос срывался, становился тише с каждым словом. — Конечно, пошли ко мне — на этот раз он стоял гораздо, гораздо ближе. А его рука протянутая возлюбленному была принята, хоть и с небольшим страхом и содроганием разноцветных косточек.       «О Создатели, за что мне эти страдания? Я так устал, эти чувства такие давящие. Что я вообще испытываю к тебе? Кто ты мне?» — мысли Разрушителя всё никак не успокаивались, то и дело роились пчёлами в несчастной пепельной черепушке, не давая расслабиться.       Вот и снова знакомый кабинет предстал перед глазницами Эррора, стоило только перешагнуть портал из зеленова-то чёрной слизи чистого негатива. — Чувствуй себя как дома — «…Как дома, да…»       Эррор лишь фыркнул ничего не сказав. Несколько шагов и он упал в мягкое чёрное кресло. Оно всегда ему нравилось, сколько бы он в нём не сидел, и казалось таким уютным. — Побудь здесь, скоро вернусь — дверь за ним со скрипом закрылась и в комнате воцарилась тишина. Такая давящая и неприятная. «Да что, чёрт возьми, пошло не так? И что теперь делать? Что говорить?» — мысли как на зло не давали успокоиться, только и делали, что нагружали и болезненно бились о стенки черепа. Взгляд то и дело бегал из стороны в сторону, ничего не цепляло внимания.       Время как будто застыло, заставляло изнывать от неизбежности предстоящего разговора, в комнате освещённой одними лишь свечами на канделябрах, расставленных по углам комнаты.       Стены давили своей тусклостью, словно хотели раздавить без остатка… — Я вернулся, что делаешь? — его появление стало для него спасением. В присутствии Найтка помещение как будто расступилось и перестало давить. — Да так ничего… — Чаю? — улыбка Кошмара стала такой доброжелательной, нежели обычно. А кивок Разрушителя обрадовал ещё больше. Впоследствии у беседующих оказались фарфоровые чашечки. — Они же особые, если я не ошибаюсь? — внимательный взгляд разноцветных глазниц изучал изделие. То тут, то там на чашке были изображены цветы, самые разные и очень красивые, такие нежные и аккуратные. — Да, я редко их доставал, не было особых причин — выражение лица было так же ясно, а взор легок. Да и предназначался он только для одного монстра, — Но я рад, что наконец-то могу использовать их по прямому назначению, а не просто любоваться ими.       Теперь уже не чашка цепляла взгляд Эррора, а Кошмар, сидящий напротив. Такой элегантный и спокойный как никогда. Редко наступали моменты, когда он был действительно счастлив, когда не приходилось всё время беспокоиться о чём-то. И настолько он счастлив сейчас, что не может сдержать улыбки. — Знаешь, я наверное слишком долго молчал о чувствах к тебе — их взгляды встретились, а магия подобно кипятку забурлила в их душах, таких одиноких и изломанных, — О том как мне больно ощущать твои негативные эмоции, они такие неприятные. И я так хочу, чтобы они стали позитивными.       Эррор глотал слёзы, подступившие в самый момент его слабости, такие горькие и противные, а ком, что последовал за ними и вовсе не давал дышать. А Найтмер до этого сидевший уже стоял рядом на коленях и держал Глюка за кисть. — Это обман, да? — предательская слеза скатилась по скуле, — Меня никто не любил, меня ненавидят, — а синеватые хрусталики всё падали с краёв челюсти один за другим, — Это так страшно быть одному среди кучи врагов. Это… — Неправда, я тебя люблю. Я твоя опора, твой верный друг, — то и дело смахивая слёзы он целовал его скулы, солёные, но такие тёплые и живые, — Я всегда буду с тобой. Веришь мне? — Да… Верю… — верные глаза смотрели на Принца Кошмаров по доброму и любя.

***

      Что ж, теперь Эррор встречал утро уже в постели с любимым, что любезно одолжил свою грудную клетку в качестве подушки. — Эррор, ты мне сейчас всё отлежишь, вставай давай, — в ответ ему было только недовольное мычание. — Мгм, сейчас… — Ах так, маленький засранец! — игриво и даже ласково Найт стал щекотать разноцветные косточки. Смеялся Эррор громко и задорно. Да одно из самых забавных пробуждений в его жизни.       С того моменты его жизнь кардинально поменялась. Никаких битв больше не было, они просто жили в замке вместе с остальной командой, наслаждались прогулками в Оутертейл’е или просто сидели в свой комнате и пили кто что. — Раз уж ты проснулся то, чем займёмся? — Спать! — снова щекотка и звонкий смех раздался на весь замок. [Конец, а кто слушал молодец)]