Верность

      Договорной брак. Среди аристократов такое встречается сплошь и рядом. Лишь некоторым, особо ярким представителям, удаётся поднять свою значимость на такую высоту, что они получают возможность выбирать, а иногда даже влюбляться в своих избранниц. Так было с родителями Драко. По крайней мере, так говорят. Малфои были в своей лучшей форме, когда пришла пора жениться его отцу. Мало кто из обычных людей знает, как дело было на самом деле, а история вполне себе романтичная, по мнению Драко.       Люциус Малфой всегда знал своё место в мире. Кресло, в котором он проведëт всю свою жизнь, было давно готово и лишь ждало, когда наследник войдёт в полную силу. В невесты он выбрал себе самую перспективную девушку на курсе. Белла была красива, умна, сильна и потомком рода Блэк, что славились здоровым и многочисленным потомством. Но потом он понял, что не способен её полюбить, ибо она была слишком охочей до власти и склонной к доминированию.       Тогда он стал выбирать между двумя другими сёстрами. Обе были неплохие, в целом. Но вот младшая наотрез отказалась быть выбранной, как племенная корова. Истинно Малфоевская гордость, подумал Люциус, точно зная, кто ему нужен. Добивался он её долго, но зато получил полностью и тело и душу. Ведь даже спустя много лет, родители Драко были близки, несмотря ни на что.       Сейчас Драко пришло время выбрать невесту. И к сожалению, он не в том положении, чтобы выбирать. Малфои потеряли имя, статус и несколько сотен галлеонов. Хотя в деньгах они особо не потеряли, однако имя восстановить даже с помощью золота, оказалось непосильной задачей.       Да, кандидатки всё равно были и немало, но всё это было не то. Ему нужна была женщина имеющая вес в обществе, при этом его даже не интересовал её статус крови, ибо ситуация диктует новые веяния, а положение Малфоев лишь укрепится, если они отойдут от теории чистоты крови. Война изменила всё.       Подходящих было шестеро. Двое из них даже подходили по возрасту, в то время как остальные были старше Драко на энное количество лет. Но он понимал, что выбора у него нет и придëтся выбирать из того, что есть, если он хочет вернуть статус семье. Ни о какой любви речи вообще не идёт.       Хотя, когда отец выпытал у Драко имя девушки, которая покорила его сердце, то сначала долго смеялся, поминая покойного крëстного Драко, но в конечном итоге, своеобразным образом, одобрил выбор наследника.       Да, Драко Малфой к своим девятнадцати годам точно знал, кому отдано его расположение. Хотя, он даже сейчас не признавал, что это пресловутая любовь. Однако понимал, что это больше чем простая симпатия. Взращëнная годами годами неприятия, соперничества и конечно вражды, симпатия оказалась достаточно глубокой, чтобы уничтожить любую другую возможность на влюблëнность.       Только вот он мог адекватно оценить себя и своё положение. Гермиона Грейнджер точно не из тех, что побежит в его постель, стоит поманить пальцем. Между ними было слишком много всего, особенно во времена учëбы в школе.       Но чëрт возьми, она была идеальным кандидатом. Магглорождëнная, имеющая по-настоящему высокое положение в обществе. Её знает в лицо каждый волшебник в Британии. Ей пророчат место в кресле министра Магии. А её лучший друг вообще герой магической Британии и не только. Помимо этого, она завораживающе умна, сильна духом и безумно красива.       Только вот, ненавидит его, Драко, хоть и не открыто. После войны они сохраняли вежливый нейтралитет, но глаза говорили всегда больше, чем хотелось бы. Это если ещё опустить более открытую ненависть её жениха, и не менее знаменитого Рональда. Короче, одобрение отца для Драко ничего не значило, ибо шансов не было никаких.       Однако, всё изменил случай…

+++

      Гермиона Грейнджер, едва окончившая Хогвартс, уже стала вполне себе уважаемым членом министерского сообщества. Да, молода, да, опыта маловато, но её энтузиазмом заражались все, силе духа удивлялись даже бывалые, а глубина знаний и начитанность поражала абсолютное большинство. В общем и целом, она действительно была сейчас на пике своей популярности. Любое дело за которое она бралась в самые короткие сроки заканчивалось её полной победой.       Была только одна проблема. Её энтузиазма не хватало на саму себя. Посетить салон красоты? Нéкогда. Посетить бар с друзьями? У неё слишком много новых проектов на работе. Сходить на свидание с будущим мужем? Но он всё поймëт, правда?       По правде говоря, её уже некоторое время стало тяготить общество Рона. И дело было не в том, что её чувства охладели. Сейчас она всерьёз думала, что возможно она их вообще себе выдумала. Ну серьёзно, он же абсолютно не понимает её, хоть и искренне пытается поддерживать.       Работа её захватила целиком и полностью. Ей не было дела до нарядов и причëсок. Она всегда выглядела строго и закрыто, а все костюмы её были максимально мешковатые, чтобы её воспринимали как профессионала, а не женщину. Однако, Рону это не нравилось. Однажды они даже поругались, и в пылу ссоры, он назвал её серой мышью. Иногда ей казалось, что Рона вообще интересовал только секс. Стоило ей перейти порог их общей квартиры, как он набрасывался на неё с поцелуями, и его совершенно не смущало, если от него пахло едой или неприятными зельями, которыми он занимался с Джорджем в его магазине. Все его разговоры сводились к сексу, будь то поощрение или наоборот обвинения. А она просто не могла с ним спать. Сначала сказала, что не готова, потом просто не хотела. Часто думала, что стоит переступить через себя и спать с женихом, как положено, все это делают, но она просто не могла делать то, чего не хочет. Такой уж характер.       Ситуация достигла своего апогея, когда однажды, вернувшись домой посередине дня за документами, которые забыла утром, Гермиона застала Рона в постели с другой женщиной. Самое обидное, что это была по-настоящему красивая девушка. Гермиона никогда себя такой не чувствовала. Рон, казалось, выбивает из неё душу своим членом, на их кровати, где ещё утром нежно целовал её плечи. Грудь у девушки была поистине огромной, а талия у́же вдвое, чем у Гермионы. И эта насмешка в глазах вместо страха, когда она спешно покидала её дом под аккомпанемент криков Рона и Герми.       Гарри очень долго её утешал, она даже переехала к ним с Джинни на некоторое время, чтобы не возвращаться домой, откуда Рон отказался съезжать. Она могла надавить, хотя бы потому что сама этот дом оплачивала, но не нашла в себе силы на очередной скандал с ним.       Странно было то, что она чувствовала себя разбитой совсем не потому что её предал Рон, а потому что все вокруг стали её обсуждать. Рон не кричал о них из каждого утюга, ведь ему была не чужда совесть, однако, в моменты злости мог и выдать, что-нибудь неприятное. Учитывая его популярность, каждое его слово разносилось, как семена воздушных одуванчиков на ветру, и вот, не прошло и месяца, а все вокруг были уверены, что Гермиона отказывалась спать с будущим мужем, прикрываясь несостоявшейся свадьбой, а сама переспала с половиной Министерства. Джинни долго не могла унять смех, когда поняла, что большая часть мужской половины Министерства ходит с таким лицом, будто они очень оскорблены тем, что Гермиона-шлюшка обошла их персону стороной. И однажды, она не выдержала. В тот день, она поняла, что вспоминая измену бывшего жениха, вместо боли от предательства и омерзения, чувствует возбуждение. Да, это было предательство, но это было красиво и волнующе. Она молода и, несмотря на уговоры, организм требовал активности.       — Я так больше не могу! — зло воскликнула Гермиона, врываясь в кабинет Гарри, зная что его напарника сейчас там нет. — Сегодня на собрании, вместо того, чтобы слушать мою речь, все эти идиоты пытались заглянуть мне под мантию!       — Э-э-э… Гермиона, — начал было Гарри.       — Нет, серьёзно, они что действительно думают, что я под мантией голая хожу? — не остановила свой монолог Герми. — А после собрания Брайтон вообще намекнул, что не прочь перепихнуться в подсобке!!!       — Кхм-кхм, — обозначил своё присутствие в кабинете Драко, который поймал беспомощный взгляд Поттера.       — Малфой? — испугалась Гермиона. — Что ты здесь делаешь?       — Я здесь по делам, — спокойно, словно айсберг, ответил Драко, но потом не сдержал ехидной улыбочки. — Даже не ожидал такой интересной встречи.       — Простите, — залилась краской Грейнджер и медленно опустилась на стул напарника Гарри. — Конечно, мои проблемы не должны мешать рабочему процессу.       — Да, мы уже, в принципе, договорились, — нежно улыбнулся Гарри своей подруге.       Вообще-то, они не договорились. Более того на данном этапе переговоров Малфой был в более выигрышном положении, и в другом случае Поттер ни за что бы не закончил разговор, но видимо Грейнджер достали достаточно, чтобы вызвать беспокойство её друзей. Тогда-то ему и пришла на ум одна идея.       — Что, Уизли совсем тебя достал? — спросил он со смешком.       — Это совершенно не твоё дело! — ощетинилась Грейнджер. Но потом тяжко вздохнула и продолжила тихо. — Он специально всё время светится перед прессой с разными красотками, что бы перебить слух, который сам же распустил.       — Ты же знаешь, что он это не со зла, просто… — попытался сказать Поттер, но не смог подобрать слов.       — Просто он идиот, который запорол репутацию Грейнджер, — без смягчения закончил Драко.       — Тебя это не касается, — холодно проговорила Гермиона.       — Вообще-то, я хотел предложить реальный вариант исправления ситуации, — решился Драко, и дождавшись заинтересованных лиц, продолжил. — Мне нужна жена, имеющая хороший вес в обществе. А тебе, Грейнджер, нужен буфер от Уизли и всех охочих до тела героини.       — Ты что серьёзно??? — спросили одновременно Гарри и Гермиона.       — Выслушай сначала! — строго перебил их Малфой. — Договорные браки не такая уж и плохая идея, если все стороны в выигрышном положении. Я использую твоё имя, чтобы восстановить репутацию моей семьи в нужных кругах. На публике мы будем изображать счастливую семейную пару, и никто не сможет распускать о тебе слухов. Моя репутация защитит тебя от нежелательных приставаний, а главное, ты останешься в лучшем свете перед общественностью. Сможешь поставить всех на место и заткнуть рты завистникам. К тому же, как миссис Малфой, ты получишь доступ к сейфам рода на свои проекты, которые станут поддерживаться чистокровным сообществом в моём лице и в лице тех, с кем я смогу наладить рабочие отношения, благодаря тебе же. Как я и сказал, все в выигрыше. В брачном договоре можем прописать, что прекратить брак может любой из нас по желанию в любой момент. Детей мне пока не нужно, потому что я собираюсь заводить наследника, когда смогу выправить репутацию семьи, а потому этот пункт можно просто опустить.       Сначала они в шоке смотрели на Драко, как на чудо света, но теперь задумчиво переглянулись, безмолвно переговариваясь.       — Ну, под крылышком Малфоев, никто не посмеет тебя тронуть, — наконец, проговорил Поттер. Драко незаметно выдохнул, если Гарри на его стороне, то это уже пол дела.       — Никто в это не поверит! Все знают, какие отношения были у нас в школе. С чего бы между нами возникла страсть? — сомневалась Грейнджер, хотя и не говорила против.       — Вообще-то, в школе многие говорили о том, что между вами искры летят, всерьёз считали, что однажды вы переспите. Правда, так говорили и про меня с Малфоем, но это сейчас не важно. Главное правильно подать информацию прессе.       Драко удивлëнно посмотрел на Гарри. Он-то всегда считал его прямолинейным и твердолобым, а здесь прямо-таки зачатки слизеринства.       Гермиона внимательно оглядела Драко с головы до ног. Высокий, красивый, ухоженный, всегда приятно пахнет и говорит, как по учебнику. Возможно, он прав и с таким спутником, она действительно закроет рты всем этим ядовитым жабам. Плюс деньги, к тому же. Ей и вправду выдавали гранты со скипом и тысячей оговорок и условий. Да и Рон подавится. Но брак…       С другой стороны, он ведь будет фиктивным. А значит никаких личных обязательств.       — Я согласна! — неожиданно сказала она. Драко весь подобрался не веря, что всё действительно получилось, но боясь отпугнуть Грейнджер, только лениво поднялся и вежливо склонил голову в её сторону.       — Что ж, тогда я пришлю на днях вариант брачного договора на согласование и примерный план информационной бомбы. Всего хорошего!       И ушёл не оборачиваясь, явственно чувствуя прожигающие взгляды в спину.

+++

      Договорной брак оказался… Действительно неплохой идеей. Конечно, Гермиона сильно нервничала и сто раз передумывала у себя в голове. Особенно, когда всё это завертелось.       Как только появилась заметка в пророке о том, что Гермиона Грейнджер помолвлена и не абы с кем, а с Драко Малфоем, то на неё посыпались тысячи писем. Все хотели открыть ей глаза или умоляли провериться на амортенцию. Но после нескольких специальных статей и подробных интервью, в которых они рассказывали, как ещё в школе влюбились, но не смогли признаться друг другу из-за разных сторон в войне, картина поменялась. Люди стали обсуждать то, как же это романтично, что двое несчастных влюблëнных сердца теперь могут быть вместе, не опасаясь за свои жизни.       Им в этом помогали и Гарри и Джинни, рассказывая всем подряд, что всегда знали, но никогда не верили в счастливый исход их любви, потому что их разделяло общество, обстоятельства и много чего ещё. О том, что брак фиктивный, знали только Малфои и Поттеры. Остальным же, включая Рона, пришлось принять всё, как данность. Гермиона по правде была крайне удивлена, когда даже самые близкие поверили во всю эту историю слишком легко, а некоторые вообще понимающе кивали приговаривая, что догадывались.       Рон был зол. Даже не так. Рон был в ярости. Он заявился к Гарри и орал на весь дом. Обвинял её в обмане. В том, что она забрала его лучшие годы, когда он верил в её любовь. Со злости он наговорил много неприятного, в том числе и то, что Малфой её использует, а она повелась на красивую картинку. Только вот Герми вместо того, чтобы расстроиться, очень обрадовалась, ведь она услышала самое главное. Рон явно понимал, что Драко наиболее желанная кандидатура в мужья, и его это бесило.       Ещё её сильно нервировала перспектива знакомства с родителями. Она не собиралась говорить маме и папе, что собирается замуж фиктивно, а потому нервничала, как они воспримут Драко. В тот день они впервые вышли вместе, как пара. Тогда она поняла, что Драко очень хорош в роли её парня. Он пояснил, что будь их отношения настоящими, то он бы сделал всё, чтобы произвести на её родителей хорошее впечатление, что и собирался сделать. На некоторое время она забыла про свою нервозность, когда давилась хохотом от созерцания того, как Драко, словно недовольная пятилетка бродит по супермаркету. Но дома, он произвёл на неё впечатление. Он был вежлив, всё время хвалил её маму, и за ужин, и за внешний вид, и даже за убранство в доме, а отцу говорил такие вещи, что тот влюбился в нового зятя всем сердцем.       — Я не могу обещать, что всё будет идеально, но могу точно заверить, что сделаю всё для того, чтобы осчастливить мою Герми, — говорил он, с потрясающей нежностью заглядывая ей в глаза. — Я обеспечу её полностью, она станет поистине гениальным учëным, я точно знаю. И я готов землю рыть носом, чтобы помочь ей добиться всего, чего она сама захочет. Она слишком умна, чтобы думать о бытовых мелочах.       Он говорил ровно то, что она хотела бы услышать от своего избранника, хотя и не понимала этого раньше.       Несколько раз они появлялись после этого на публике вместе. И каждый раз Драко вёл себя максимально обходительно. Предугадывая каждое её желание и выглядел самым настоящим джентльменом. Раскидывался деньгами и часто прилюдно дарил ей дорогие подарки.       Так, шаг за шагом, он полностью развеял все её страхи. Он точно мог справиться с поддержанием легенды их неземной любви.       Свадьба прошла помпезно, в стиле Малфоев. Её одевали и причëсывали лучшие стилисты. И когда она шла по проходу к будущему мужу, тот смотрел на неё с неприкрытым восхищением и гордостью. Они произносили клятвы перед магией, обещая заботиться друг о друге и хранить верность.       Потакая своей мелкой мстительности, она пригласила на свадьбу Рона плюс один, написав в письме при этом, что это её шаг к примирению, но он не пришёл, чему Драко был очень рад. Хотя, возможно, она бы и не заметила, потому что на свадьбе было больше шестисот гостей. Каждый хотел поговорить, поздравить или просто сфотографироваться. Всё это время Драко был рядом, не отходя ни на шаг. Он подхватывал любые разговоры, при этом безостановочно лаская пальцами её обнажëнную спину.       Неизвестно сколько бокалов шампанского она выпила, но уже ближе к концу вечера, каждое его прикосновение отдавалось сладким спазмом внизу живота, а спина против воли гнулась и покрывалась мурашками.       Уже дома, он нежно прижался в поцелуе к её руке, задержавшись на секунду дольше, чем положено при прощании и, пожелав спокойной ночи, ушёл к себе.       В Малфой-меноре, ей выделили целое крыло. Туда никто не смел наведываться без разрешения, только эльфы. Тогда-то, она почувствовала настоящую свободу. Лишëнная бытовых и финансовых забот, она смогла окунуться в работу полностью. Как это ни странно, но в этом ей стал помогать Люциус, вложив в её проекты не только деньги, но и время и связи. Как объяснил ей Драко, продвижение по карьерной лестнице Гермионы, станет очень выгодным для всего рода. И очень быстро она поняла, что Драко был прав. Репутация Малфоев медленно, но верно стала выправляться. Уже меньше чем через полгода, фамилия Малфой перестала ассоциироваться с пожирателями смерти, а стала синонимом будущего этой страны.       — Поменять мнение толпы не так сложно, если правильно закрепиться у основания общества.       — Основание, это я?       — Так точно, миссис Малфой.       Драко и Гермиона продолжали появляться на приёмах и прогулках вместе и быстро стали синонимом любви и верности. Ещё за несколько дней до свадьбы Драко спросил имена всех её бывших любовников, чтобы закрыть им рты на будущее. Гермиона немного смутилась столь личной темы, а потому только уверила, что сама с этим прекрасно справится. Драко настаивать не стал, надеясь, что она действительно контролирует этот момент, хоть и внимательно следил за всеми, кто так или иначе проявляет интерес к его жене.       В целом, её это устраивало, потому что отношение к ней коллег разительно изменилось после свадьбы. Во-первых, больше никто не смел отпускать в её сторону намëки на близость или скабрезные шуточки. Статус жены чистокровного мага в этом плане дал действительно много. Только потом она узнала, что всё дело в том, что среди чистокровных особо рьяно ценится верность. А это значит, что девушки выходят замуж рано, девственницами и никогда не бродят налево, по крайней мере открыто.       Она об этом не сильно переживала, потому что не собиралась ходить на какие-либо тайные свидания. Сбрасывать сексуальное напряжение можно вполне себе в одиночестве. Да, это не совсем то, чего хотелось бы, но не такая уж это потребность, чтобы заводить романчики на стороне.       Ну и во-вторых, все эти красотки, что снисходительно улыбались ей свысока, теперь давились завистью, такой лютой, что её было не скрыть никакими уловками. А всё потому что стоит только Драко войти в роль её мужа на публике, и он превращался в настоящую сексуальную мечту. Нет, он не позволял себе пошлостей, он был очень обходителен и ласков. Иногда целовал её в губы, так ненавязчиво и трепетно, словно делал это каждый день и всё равно не мог поверить, что может себе позволить подобное. При этом он всегда касался её при любом удобном случае, а порой позволял себе сильно завуалированные словесные заигрывания, которые со стороны выглядели, как вполне приличные разговоры, но каждому было понятно, что именно он имеет ввиду. В такие дни она больше не чувствовала себя Гермионой Грейнджер, она чувствовала себя красивой, желанной миссис Малфой. В такие дни, он своим поведением, аурой желания и не всегда лëгкими касаниями доводил Гермиону до невменяемого возбуждения. Та непременно злилась и выговаривала ему дома за излишнее внедрение в личное пространство, а после оставшись в одиночестве предавалась фантазиям, главным персонажем которых был Драко.       Не всё, конечно, было гладко. Например, Драко, очень придирчиво относился ко всему, что она носит, о чëм говорит на публике, и с кем общается. Однажды, она так разозлилась, что вместо того, чтобы пойти к себе, она просто аппарировала. Пошла она к Джинни, с которой всем этим делилась, после чего они отправились в маггловский клуб, где напились и всю ночь протанцевали, сбрасывая напряжение. Это неожиданно сильно помогло. Возвращалась она счастливая расслабленная и абсолютно спокойная, даже томная.       На пороге её встретил злой мужчина, который явно всё это время не ложился и ждал её. Но он не стал ничего ей говорить, только спросил имя того, кто может своим длинным языком разрушить ореол верности в их семье. Гермиона была слишком довольна собой, а потому, не став с ним объясняться, только заверила, что ничто не грозит их идеальной картинке, потому что она обо всём позаботилась самостоятельно. Сказала она так, чтобы дать ему понять, она достаточно разумна, чтобы контролировать собственную жизнь без его помощи.       Но она не знала, что Драко уйдя и ничего не ответив на это, будет пить не просыхая несколько дней, жалея себя и свои чувства.

+++

      Почти год прошёл с тех пор, как она вышла замуж за Драко. За это время изменилось многое. Она высоко взлетела по карьерной лестнице и уже без страха смотрела на кресло министра, примеряя его для себя на будущее. Малфой, как и предсказывал, возвёл свою семью в лидирующие позиции среди чистокровных. А в обществе эта фамилия снова стала ассоциироваться с властью.       Между ними тоже всё сильно поменялось за это время. Если на публике они вели себя, как сильно влюблëнные молодожёны, то дома стали друзьями и всё чаще общались на самые различные темы, от сплетен, до работы друг друга. Ей было легко с ним. Даже когда они спорили, что не было редкостью, они делали это на равных, не унижая друг друга, а стараясь доказать свою точку зрения аргументами. Даже эти моменты стали своего рода удовольствием.       К чему это привело в итоге? А к тому, что она влюбилась в собственного мужа. Причём, во всё его ипостаси. И домашнего тирана, что придирчиво критикует туфли, в которых она собралась на работу, и в того, который трепетно проводит носом по плечу, или бездумно целует в макушку, делая вид, что увлечëн оперой. Он был везде: дома, на работе, на вечеринках, просто полностью заполнил собой всё в её жизни.       И она поняла, что чертовски устала. Устала уговаривать себя, что не любит, устала уговаривать себя, что их брак всё ещё фиктивный, просто устала, что её тело горит от желания каждый раз, когда он оказывается поблизости.       Это был обычный вечер, обычный ужин в общей столовой, где она просто разговаривала с Нарциссой, с которой очень сдружилась за этот год. И несмотря на то, что она знала о фиктивности их брака, она всё равно относилась к ней с материнским теплом, как если бы относилась к женщине, которую любит её сын. Это было приятно, а потому и она прониклась к ней, а в последствии выяснилось, что им есть о чëм поговорить.       В любом случае, сейчас она не слышала, о чëм говорит Нарцисса, потому что в очередной раз нервно сжимала колени, стараясь унять возбуждение, вызванное случайным столкновением её лица и крепкого торса Драко в проходе. Если уже даже такое ерундовое происшествие вызывает неконтролируемое желание, то дело плохо. Ей срочно нужно было развеяться.       После ужина, они собирались с Драко покопаться в библиотеке по новому проекту, но она не смогла бы выдержать такого испытания, без того чтобы не выдать себя. А ей очень не хотелось своими чувствами испортить тот мир, которого они достигли за этот год. Поэтому она собралась в самый свой сексуальный наряд, чулки, короткая юбка солнце в клетку, по типу школьных и белую блузку в обтяжку, чтобы по-тихому уйти и объяснить ему всё утром. Однако, тот видимо что-то почувствовав, поджидал её у выхода. Благо она догадалась надеть сверху мантию.       - Давно ты не отлучалась... - как-то устало и разочарованно проговорил Драко.       - Думаю ты заметил, что в последнее время я немного напряжена, - решила пояснить Гермиона, поддавшись его спокойному тону. - Мне необходимо расслабиться.       - Понимаю, - ответил он и поджал губы. Он действительно заметил, что в последнее время каждая его придирка воспринимается ею в штыки, а ведь он просто заботиться о сохранности легенды идеальности их брака. Да и её репутации, если уж на то пошло. - Позволь мне хотя бы облегчить твою задачу.       - Что ты имеешь ввиду? - нахмурилась Гермиона.       - Я предлагаю компанию проверенного человека, - деланно спокойно ответил Драко. - Он проводит вас в закрытый клуб, там всё конфиденциально, сама понимаешь.       О, она понимала. Драко переживает, что её гулянка попадёт куда-нибудь в прессу и пойдут пересуды. Ну, в принципе, она не против. Какая разница, где танцевать и напиваться.       - Ладно, - наконец ответила Гермиона, хотя и заметила, как тот потемнел лицом. Понятно дело это всё его раздражает наверное. Ведь он чуть - ли не сутками с ней нянчится.       Парень, что повёл их с Джинни в закрытый магический клуб оказался довольно приятным. Он вежливо улыбался, всегда подавал руку или открывал перед ней дверь, а главное старался развеселить и... Расслабить, что-ли?       О том, что что-то не так, она заподозрила, когда уже была немного под градусом. Парень, кажется Джеффри, пригласил её танцевать, а во время танца прижимался совершенно недвусмысленно. Сначала она немного перепугалась и нашла способ остаться с Джинни наедине, хоть и в кабинке туалетной комнаты.       - И что такого? - не поняла Джинни. - Я понимаю клятва верности и всё такое, но серьёзно, парень хорошенький, а тебе нужно отвлечься, потому что ты слишком глубоко вросла Малфоя.       - Дело не в нём, просто это как-то странно, мы ведь почти не знакомы, - попыталась выразить свои сомнения Гермиона.       - Вот и отлично, значит ты не будешь чувствовать вину перед парнем, которому не достанется твоё сердечко, а вот хранить себя для фиктивного мужа глупо. Спермотоксикоз опасен в твоём возрасте, обязательно приведёт к взрыву.       - Спермотоксикоз? - хихикнула Герми, но действительно расслабилась. - Ладно, я попробую расслабиться.       Сначала всё было довольно невинно. Джеффри шутил и обнимал нежно. Она смеялась и подавалась вперёд в объятья красивого мужчины. Огневиски было немало, хотя она и цедила его очень медленно, чтобы не напиться раньше времени. Однако, она всё равно не заметила, как они перешли от поцелуев к весьма откровенным ласкам. Сначала он снял с неё блузку, вылизывая ей шею, и перебирая пальцами соски под кружевной тканью, а потом и вообще залез ей рукам под юбку и медленно смотря, в глаза стянул трусики, сразу же ныряя туда лицом.       Да уж, это было очень хорошо, он ласкал её языком сильно и умело, а тот факт, что его голова скрылась под клетчатой тканью, то её фантазия сразу подкинула широкие белые плечи и платиновую макушку у неё между ног. Боже мой, она была, как натянутая струна, готовая лопнуть в любой момент. Но когда парень потянулся пальцами к входу её лона, она дëрнулась всем телом.       Только не так!       Только не с ним!       - Я не могу, - тихо произнесла она, краснея, и при этом продолжая дышать, пока в голове продолжают мелькать картинки Драко между её коленей.       - Но тебе это нужно, я чувствую, - сказал Джеффри.       - Я не могу, не с ним, - призналась она, когда не встретила агрессии на отказ.       - Тогда перестань мучить парня и трахни его, как положено, - усмехнулся Джеффри.       - В... В смысле? - заикаясь спросила Гермиона.       - Ты бесконечно красивая и такая отзывчивая, но главное ты единственная из всех моих клиенток, которая выбрала мужа, а потому я хочу рассказать тебе всю правду.       - Клиенток?       - Я мужчина для развлечения, если можно так сказать, - сказал он, совершенно не смущаясь. - Твой муж заплатил мне очень много денег, чтобы я доставил тебе сегодня самое высшее удовольствие.       - О, Боже! - воскликнула она прикрыв рот ладошкой. - Да как он смеет! Я теперь и потрахаться, с кем захочу не могу?       - Подожди злиться, пока не расскажу всё, - перебил её Джеффри. - Он это сделал по одной простой причине, потому что я не влюблюсь в тебя и не стану пытаться добиться взаимности. Удовольствие богатых же это моя работа. И ему проще пережить это, чем обычного парня с улицы.       - Хочешь сказать, он уверенный, что я пошла развлекаться с мужчиной, так ревновал, что нанял тебя? - спросила она, наконец понимая, что Джеффри пытается ей сказать.       - Он так ревновал, что стребовал наложить на меня обливиэйт, после того, как всё закончится, - со смешком добавил Джеффри. - Но я его понимаю, ты Гермиона потрясающая, такая чувственная и чистая.       Он прикрыл глаза, словно смаковал её про себя. А она смотрела на него, но всё о чём думала, это сопоставляла свои наблюдения со словами Джеффри. Вывод был прост и невероятен одновременно. Малфой от неё без ума. И она даже не может сказать с какого времени. Он почти не поменял своего поведения за этот год, выбрав определённый стиль поведения в самом начале их совместной жизни. Но всё же кое-что стало другим. Он стал смелее в касаниях, а иногда делал нежные жесты совершенно бездумно, словно не по сценарию. А эта его холодная наигранность дома. И эти взгляды, возможно-ли, что это не игра на публику?       Но ведь это всё меняет!!!       Она больше не могла сдерживать эмоции. Она была невероятно счастлива, вместе с тем, что была в высшей степени зла. Да как он посмел думать, что имеет право принимать за неё такие решения, типа того, с кем ей спать? Эти его нервные ужимки в моменты их особой близости, которые она принимала за раздражение, были ничем иным, чем возбуждением. А эти его взгляды полные боли, когда она не часто, но всё же выбиралась в бары с Джинн? Да, он же ревновал, а не злился. И так просто подсунул ей мальчика по-вызову, в то время как беспрестанно разглагольствует о верности!!! Да, что он вообще знает об этом? Невыносимый...       Очень быстро натянув мантию, забыв об остальной одежде, она спешно поблагодарила Джеффри и аппарировала на площадку у ворот менора.

+++

      Она ворвалась в его кабинет, где он медленно напивался, размышляя о том, насколько хорошо проходит его семейная жизнь в прессе, едва-ли не с ноги открыв дверь. На ней была сбившаяся мантия, застëжка которой перекрученным узлом виднелась где-то в районе правого плеча. Волосы некогда собранные в аккуратный узелок на затылке, сильно растрепались и висели вьющимися прядями по бокам лица. Само лицо было немного покрасневшее, и она дышала очень часто и даже рвано, словно бежала через весь менор, хотя он прекрасно знал, что его кабинет в нескольких метрах от входа в здание. Но самое главное - это глаза. Они горели огнём. В шоколадных озерах плескалось возбуждение, пополам с яростью. Только этот взгляд привёл к мгновенной эрекции. Драко буквально пробило дрожью с головы до ног. Она не боролась в возбуждением, как обычно. Она не пыталась заменить его гневом. Она приняла и то и другое, наполнившись диким коктейлем из таких вкусных чувств, и она точно осознавала это, судя по тому, как она смотрела на него. Она была великолепна в своей ярости.       Очень медленно, он переставил ногу таким образом, чтобы не зажимать собственный член положением, но так, чтобы мантия продолжила скрывать от неё, его явную заинтересованность. Как уже давно научился, ибо таких ситуаций в последние дни становилось всё больше. Деланно равнодушно он перевернул страницу газеты у себя в руках и, сохраняя равнодушное выражение лица, проговорил голосом человека, на которого её появление абсолютно не произвело никакого впечатления.       - Что такое, миссис Малфой? Вы уже закончили принимать гостей?       Вот так небрежно и равнодушно, будто и не разрывает ревность острыми когтями грудную клетку изнутри.       - Заткнись! - прорычала она, делая наконец шаг в его сторону.       Он был готов к удару или неприятному заклятью, но не собирался защищаться. В конце-концов, не убьёт же она его, правда? Он всего лишь пытался заботиться о своей жене, как приписывают заветы предков.       Но вместо удара магией он почувствовал, как по мановению её палочки, с него стекает его собственная одежда.       - Что? - удивлëнно спросил Драко, прикрывшись газетой.       - Я сказала заткнись! - снова рявкнула она, но при этом подошла вплотную, резким движением руки вырвав у него из рук газету и отбросив в сторону. - Если посмеешь двинуться хоть на миллиметр, клянусь, я убью тебя.       Такому голосу веришь безоговорочно. Драко бы даже всерьёз испугался, если бы не видел этот огонь похоти в её глазах. Она смотрела ему в глаза, когда потянулась к застëжке на своей мантии. Драко затаил дыхание, последний час с небольшим он только и делал, что представлял её без этой мантии. Представлял чужие руки на её гибкой спине и только мечтал заменить их своими. Он не двигался и почти не дышал, сидя в чëм мать родила перед ней на диване, не в силах моргнуть, опасаясь пропустить хоть мгновение.       Расправившись с застëжкой, она сбросила мантию, и у Драко перехватило дыхание. Член против воли дёрнулся, не в состоянии поддерживать ту неподвижность, с которой справлялся сам Драко. На ней были только белоснежный кружевной лифчик, какая-то школьная юбка и чёрные чулки. Кожа была гладкой и немного влажной. Он даже представить не мог, как давно она находится в таком напряжении, что всё её тело успело покрыться влажным блеском. Юбка сидела высоко на талии, отчего была ещё короче, чем могла бы быть. Из-под кромки виднелись кружевные пояса чулков. А через кружевную ткань бюстгальтера он ясно видел вожбуждëнно торчащие вершинки средних размеров груди. Он всегда был уверен, что её грудь меньше, а сейчас приятно удивлëнный, он думал только о том, что у него пальцы чешутся от желания прикоснуться, а во рту стала собираться слюна, будто разыгрался аппетит. Он гулко сглотнул.       Явно не собираясь церемониться, она, не обременяя себя объяснениями, оседлала голые бëдра Драко. Он был выше и заметно, а потому в таком положении их лица оказались на одном уровне, и он приложил все усилия, чтобы смотреть ей в глаза, а не туда, где под взлетевшей юбкой, от резкого движения, скрылась вся нижняя часть его тела.       - Ты любишь меня?! - то-ли спросила, то-ли сказала она, схватив одной рукой его за шею сзади с такой силой, что останутся следы от её хватки. Вторую руку она положила на напряжëнное плечо. - Хотя неважно, я всё равно не позволю решать за меня, это понятно? Отныне ты не примешь ни одного решения самостоятельно, которое касается меня и моей личной жизни!       - Да, - ответил Драко. Он знал, что давно перешёл чёрту, и его впечатляло то, как долго она терпела. Он ожидал проклятье в спину или даже прямо в лицо каждый день, но сейчас он был в недоумении, потому что она не нападала и не обвиняла, только ставила перед фактом. Это точно его девочка, та которая затмевает собой всех. - Люблю...       Она замерла на секунду перестав рассматривать его торс и подняла глаза. В них было и торжество, и нежность, и дикое возбуждение. Драко подумал, что если он сейчас же не проветрится, то кончит только от невесомого трения её клетчатой юбки. Он сжал руки в кулаки, чтобы не позволить дикому желанию схватить её за бëдра и наконец прижать к себе.       Вероятно в его взгляде сейчас всё читалось, как на первой полосе пророка, потому что, когда она заглянула ему в глаза, её тело слегка задрожало, губы приоткрылись, а колени рефлекторно сжали его бёдра, пытаясь сомкнуться.       Это было невероятной пыткой, мгновения растянулись в часы не иначе. Она только и успела кивнуть самой себе и опустить взгляд вниз, а он уже в красках представил насколько она мокрая внизу, там где он не может коснуться её сейчас, чтобы не нарушить слово о неподвижности. Сейчас это казалось таким важным, будто это решало всё. Будто от этого зависело её доверие в будущем.       Потом он вообще сбился в дыхании, потому что не говоря больше ни слова, она опустила руку, которая сжимала его плечо и нырнув ею под юбку, обхватила своими нежными пальчиками его, так ласково и невесомо, что Драко не сдержался и с силой шумно выдохнул, оставшись без кислорода и способности понимать себя в пространстве. Он был на абсолютном пределе. Ни одна женщина никогда не доводила его до такого состояния, в котором ему приходилось применять все свои силы, умения и аристократическую выправку, чтобы позорно не слить в её ладошку.       Чуть-чуть привстав на колени, Гермиона направила его к себе, проводя головкой по влажным складочкам.       "Святой Хогвартс и все его основатели! Она всё это время была без белья..."       Со всей силы сжав в кулаке обивку дивана, Драко перестал дышать, бешено двигая лишь зрачками, всматривался в каждую деталь её лица. Там не было сомнений, только нетерпение и отголоски ярости. Не очень медленно она опустилась на него до самого основания, напрягаясь всем телом и зажмурившись. Она была такой узкой, так плотно обхватила его своими мышцами, что в любой другой ситуации это бы стало довольно не комфортным, но не сейчас. Сейчас он призывал всю свою выдержку, чтобы хотя бы вдохнуть воздух в лёгкие и не кончить в эту же секунду. Адская пытка! Сладостная, но невыносимая.       Прошло не менее шести секунд до того, как она открыла глаза. В них он увидел всю то же вожделение, яркую потребность, но было ещё что-то. Боль. Ей было больно. Это почти отвлекло его от дикого желания рвануть её к себе и просто двигаться так необходимо в эту секунду.       А потом он почувствовал это. Тонкая щекотная струйка влаги потекла по внутренней части его бедра. Этого не может быть, ведь правда? Посмотрев на её напряжëнно сведëнные брови, он практически убедился в этом, но не смел проверить, боясь что если потянется посмотреть, то просто не сможет удержать себя от распускания рук.       - Это?... - он даже не был уверен, как именно собирается спросить об этом.       Но она сама потянулась вниз, просунув пальчики между ними и ласково дотронулась до места соединения их тел. Подняв руку на уровень своих глаз, она с некоторым любопытством всмотрелась в свои пальцы измазанные кровью. Потом она перевела взгляд на Драко, утонув в взгляде полном восхищения, любви и бескрайней нежности, перемешанной с предоргазменными всполохами эмоций.       Он открыл было рот, чтобы сказать что-то, но она, заполошно дыша, сделала движение вперёд, проехавшись собственным влажным клитором по его паху. Все слова вылетели бессмысленным громким низким стоном, который ей будет снится ещё многие годы в эротических снах. Обычно серые глаза, сейчас горели чернотой грозового неба, а руки дрожали как в лихорадке, больше не подчиняясь его воле.       Ещё одно движение вперёд, и неожиданно её бëдра задрожали, она выгнулась в спине, а её глаза блаженно прикрылись. Рука на его шее усилила хватку, а внутренние мышцы стали ритмично сжимать его по всей длине.       - Блять... - он прижался лбом к её груди, а его ладони судорожно скользнули от коленей вверх под юбку.       Благоговейно огладив ягодицы непослушными пальцами, Драко толкнулся всего раз в сжимающееся лоно девушки, чтобы разлететься на осколки в ярком оргазме, так старательно оттягиваемом ранее.       Он услышал жалобный, несдержанный всхлип над ухом и непроизвольно толкнулся снова, крепко сжимая её руками и продлевая удовольствие их обоих.       Через некоторое время, которое они провели крепко вцепившись друг в друга и восстанавливая дыхание, он нашёл в себе силы поднять голову и впиться в её рот кусачим поцелуем. Он не мог быть нежнее, потому что слишком долго ждал, надеялся, что однажды она посмотрит на него иначе, делал всё, что в его силах. И теперь, когда наконец смог поцеловать её глубоко и сильно, как не позволял себе ранее, сдерживать эмоции было непомерно сложно.       Она видимо не собираясь слезать с его члена, просто прижалась грудью со всей силы, отвечая на грубый поцелуй, так сильно контрастирующий с нежными касаниями его ладоней до всего, куда он мог дотянуться.       Лишь потеряв последние капли кислорода он оторвался от её губ.       - Я собираюсь держать тебя на своих коленях до самого утра... Понедельника, - задыхаясь, проговорил Драко. - Просто советуюсь по поводу твоей личной жизни, как ты просила.       Герми легко рассмеялась и снова прильнула к нему с поцелуем, на этот раз более нежном и чувственным.       - Я не против, мистер Малфой, - ответила, исполняя свою давнюю мечту, и зарываясь в шëлковые платиновые пряди, уничтожая идеальную причёску.       - Вот и отлично, миссис Малфой! - со счастливой улыбкой ответил Драко, резким, но мягким движением переворачивая её на спину прямо на пушистый ковëр у дивана, набрасываясь на своё выстраданное счастье с поцелуями.